Готовый перевод Crazy? Metaphysics Master Returns to Rich Family to Coax Ghosts / Безумие? Мастер метафизики вернулся в богатую семью укрощать призраков: Глава 3

Линь У не обращал внимания на раны на теле. Он тут же сел, вхватил мать за руку и спросил:

— Мама, табличка с именем предка, какая табличка?

Мать торопливо поддержала сына и сказала:

— Да ту самую, которую ты обнимал и вынес с собой. Ты тогда вцепился в неё так крепко, что пришлось приложить немало сил, чтобы забрать.

Младшая сестра Линь Яо тоже добавила:

— На ней не было ни единой иероглифы. Обычная пустая табличка из красного дерева, я принесла её домой и в первую очередь установила для поклонения...

У Линь У в глазах потемнело. Он помнил, что эта табличка находилась в тайной комнате и он её не брал. Неужели его выводы оказались неверны? Генерал-призрак на самом деле не был привязан к тайной комнате.

Дело шло к гибели! Там таился вовсе не какой-то мелкий дух, а генерал-призрак, который куда страшнее свирепого мертвеца!

— Старший брат, не двигайся, — Линь Яо помогла брату лечь обратно и с видом человека, заслужившего награду, произнесла: — Когда мы устанавливали табличку, красных свечей не нашлось, и я заменила их ароматическими. Я посмотрела: в ароматических свечах по сравнению с красными было всего на два вида эфирных масел больше.

Линь У окончательно утратил способность сохранять невозмутимость и самообладание. Жестко повернув шею, он спросил:

— Какими свечами и каким благовонием ты воспользовалась?

— Ароматическими свечами, а благовоние — это сандал из папиной коллекции. А ещё я преподнесла два дуриана и немного сезонных фруктов... — встревоженно спросила Линь Яо. — Разве в этой табличке есть какая-то нечисть?

Линь У прижал руку к груди и успокоил домашних:

— Давайте поскорее вернемся, не бойтесь.

...

Машина остановилась возле виллы.

Никто из сидевших в салоне не выказывал желания выходить, напротив, они вцепились в Линь У.

— Детка, давай мы пока не поедем домой, а сразу разыщем какого-нибудь даоса-мастера, разберемся с этой тварюгой и только потом вернемся.

Узнав по дороге, что в табличке поселилось нечто куда более страшное, чем повешенный призрак, мать Линь У покрылась холодным потом и наотрез отказывалась возвращаться домой.

Линь Цин, сидевший за рулем, тоже внес предложение:

— Давайте всё-таки уедем.

Он был из тех, кто столкнулся с нечистью лицом к лицу, и прекрасно знал, что в бутылке из-под минеральной воды находилось то самое создание, которое едва не сгубило его прошлой ночью. Выходить из машины он не желал тем более.

Линь Яо в мёртвой хватке ухватилась за старшего брата: она ведь делала генералу-призраку непутёвые подношения, кто знает, вдруг разъяренный дух только и ждет её возвращения.

Линь У потёр виски:

— Кто завязал узел, тот должен его и развязать. Линь Цин, отведи маму и Яо Яо на улицу переждать.

— И не подумаю! — мать распахнула дверцу машины и вышла наружу. — Линь Цин, подхвати своего брата на руки, возвращаться — так всем вместе! Какой еще призрак посмеет причинить вред моему малышу!

Линь Яо последовала за ней:

— Каждый сам отвечает за свои поступки, это я делала неуместные подношения, пусть всё обрушится на меня!

Не обращая внимания на протесты брата, Линь Цин подхватил его на руки, словно невесту, и толкнул дверь дома.

Тихая комната представляла собой светлое помещение, выходящее на солнечную сторону.

Теперь же внутри вились клубы дыма от благовоний, веяло пронзительным холодом, а багровая зловещая ци плотно обвивала табличку с именем предка.

На алтаре возвышалась именно та самая табличка из тайной комнаты.

Последняя искра надежды в душе Линь У угасла.

Он действительно увязался следом.

— Детка, свечи и благовония прибыли. Что еще нужно? Мама мигом всё достанет.

Линь У замялся, не зная, что ответить. Обращение «детка» он пока решил не исправлять, сосредоточившись на том, чтобы разобраться с текущей напастью.

— Еще понадобятся одно святилище, один керамический курильщик для благовоний и один жертвенный столик. Я пока пойду сменю свечи и благовония.

Мать удалилась, а Линь У вошел в тихую комнату. Осторожно приблизившись к табличке, он отвесил три поклона, двумя пальцами легко щелкнул, зажигая новые свечи, и убрал негодные ароматические благовония.

Табличка по-прежнему была окутана алой ци, никак не отреагировав на замену, и Линь У слегка перевел дух. Поклонившись еще трижды в знак извинения, он повернулся, чтобы уйти.

Хлоп!

Не успел Линь У дойти до двери, как рефлексивно присел на корточки: погасшая красная свеча пролетела у него над головой и со стуком врезалась в стену.

Багровая ци слегка отступила, обнажив уголок тёмно-фиолетовой поминальной таблички, после чего стоявшие перед ней свечи одна за другой полетели в него.

— Она тебе не нравится? — догадался спросить Линь У.

Бах!

На этот раз был опрокинут даже курильщик для благовоний. Сомнений не оставалось — определенно не нравится.

— Предок, не сердитесь, я же сейчас всё заменю, хорошо? — Линь У сложил пальцы в печать, подавляя зловещую ци в комнате. — Ароматические свечи... плюс сандал!

Мрачная ци медленно втянулась обратно в табличку, а кроваво-красный рукав ударил Линь У в грудь, безмолвно подгоняя его.

Последовала еще одна возня: перебрав с десяток видов свечей и благовоний, багровая ци вновь крепко опутала табличку и утихла.

Линь У смахнул со лба испарину. У этого свирепого духа определенно есть разум, а то, что раньше с ним не удавалось выйти на связь, — он просто притворялся!

...

Выйдя из тихой комнаты, Линь У слегка кивнул, давая понять, что всё улажено.

Мать позвала всех к столу, и Линь У потер живот: с прошлой вечерины до самого нынешнего дня прошло ровно суток, он действительно проголодался.

Линь Цин подсел к Линь У и вполголоса произвел:

— Брат, сегодня во второй половине дня даос Хуайюань из обители Интай ездил на завод. Дэн Мин говорит, они поймали несколько призраков. Может, попросим даоса Хуайюаня заодно прихватить с собой этого генерала-призрака?

Отец бросил на Линь Цина суровый взгляд:

— Такой большой, а ума не нажил! Посмотри, какую кашу ты заварил. Хватит околачиваться на улице, с завтрашнего дня отправляйся на работу в компанию!

— И ты, детка, тоже. Я взял тебе отгул в школе, спокойно поправляйся дома, не хватало еще в таком возрасте заработать хроническую болячку.

— Угу. / — Хорошо.

Братья опустили головы, не смея прямо смотреть на отца.

Взгляд отца упал на Линь Яо, которая злорадствовала в сторонке:

— Юань-юань, ты тоже...

Мать опустила чашку на стол:

— За едой не разговаривают, во сне не беседуют. Старый Линь, посмотри, какой ты подаешь пример! Детка, Туань-туань, Юань-туань, не обращайте внимания на вашего отца, только и знает, что целыми днями качать права, ешьте давай!

За обеденным столом наконец воцарился мир.

После трапезы разговор снова зашел о злом духе в тихой комнате.

Брови Линь У слегка нахмурились:

— Солдат-призраков вырастить легко, а вот генералов-призраков взрастить тяжело. Барьер между рядовым призраком и генералом подобен небесной пропасти, генерал-призрак — это значит, что нечисть уже ступила на путь призрачного самосовершенствования.

Линь Яо с любопытством спросила:

— Призрачное самосовершенствование — это как культивация бессмертия в романах? Неужели культивация действительно существует?

— Верно. Только сейчас эпоха заката магии, и как же трудно дается самосовершенствование! Большинство небожителей-мастеров так и не могут за всю жизнь преодолеть этот рубеж: жизненная сила не способна трансформироваться в духовную энергию, и стать практиком не получается.

Линь У тяжело вздохнул, чувствуя себя невероятно повезловым: тело с чистой духовной энергией позволяло напрямую миновать этап трансформации жизненных сил, и при условии терпеливого накопления опыта вступление на путь Дао происходило само собой.

Посмотрев в сторону тихой комнаты, Линь У продолжил:

— Судя по ауре этого свирепого духа, на нем нет кровавых грехов, он по-прежнему находится под защитой Небесного Пути, и уничтожить его крайне сложно — остается лишь заходить с точки зрения умиротворения обиды.

— А разве унять обиду трудно? — поинтересовалась Линь Яо.

Линь У кивнул, а затем покачал головой:

— Чтобы рассеять обиду, нужно отыскать источник навязчивой идеи. Почему этот свирепый дух увязался за мной — причина до сих пор неясна.

Впрочем, была огромная вероятность, что это связано с золотым светом, исходившим от таблички в тот момент.

Мать ничего не смыслила в хитросплетениях духов и божеств, она знала лишь одно: раз требуется избавиться от навязчивой идеи свирепого духа, значит, надо действовать. Она тут же рубанула с плеча:

— Тогда выясним! Наш род Линь всегда творил добро и накапливал заслуги, мы не делаем ничего совести наперекор. Выставлять каждый день немного благовоний и фруктов — мы же не разоримся от этого.

Линь Яо тихо и невнятно пробормотала:

— Вообще-то, возможно, мы и впрямь не потянем... Тот генерал-призрак ест исключительно сандаловые благовония из папиной коллекции.

Отец: ...Вот же семейка дармоедов!

...

Наступила ночь, луна поднялась высоко в небо.

У Линь У на душе было неспокойно, и после долгих колебаний он решил отправиться в тихую комнату, чтобы всё осмотреть.

— Линь Цин... Линь Яо?

Стоя у парадного входа в пижаме, Линь У строго спросил у двоих:

— Посреди ночи, вы куда собрались?

Линь Яо подбежала к нему, обняла за руку и ласково произнесла:

— Брат, ну... ты только не рассказывай маме с папой, второй брат составит мне компанию, мы сходим туда и сразу обратно.

Линь Цин тут же вытянулся в струнку, демонстрируя крайнюю надежность.

При тусклом свете фонарей Линь У разглядел лицо Линь Яо: глаза сияли весенним теплом, лицо алело подобно персиковому цвету, а между бровей залегла зловещая тень.

Персиковое проклятие страсти.

Поэтому он сурово осведомился:

— Среди ночи собрались к бойфренду?

Линь Яо слегка кашлянула и произнесла:

— Но с нами же идет второй брат! Лян Фэй очень хороший человек, как только старшему брату станет лучше, мы пойдем знакомиться все вместе.

Линь У прекрасно знал, что под воздействием проклятия персикового цвета в глазах жертвы существовал лишь тот, кто наслал заклятие.

Удержать Линь Яо от поездки сейчас было уже невозможно, поэтому он достал из кармана заготовленные бумажные талисманы, начертал защитный оберег и сунул его в руку сестре.

— Поздней ночью на улице будьте осторожны. Возьми этот талисман, если возникнут проблемы — звони мне.

С этими словами он решительно направился в сторону тихой комнаты.

Линь Яо спрятала талисман за пазуху и, потянув за собой Линь Цина, торопливо выбежала прочь.

http://bllate.org/book/24434/2861503