Готовый перевод My Demon God / Мой демон-бог: Роковая метка: Глава 9

В этот день у Тан Цзюньбая выдался редкий выходной без единого расписания…

Но Вэнь Аньяню ещё с раннего утра велели сопровождать Тан Цзюньбая в компанию.

Поскольку Тан Цзюньбай был действующим певцом, руководство компании, помимо съемок в рекламе, сериалах и фильмах, уделяло особое внимание именно его музыкальной карьере.

Весь день Тан Цзюньбай почти полностью посвятил подготовке к своему новому альбому: помимо репетиций новых песен, ему требовалось усердно тренировать базовые вокальные навыки.

Лишь проведя с Тан Цзюньбаем некоторое время, Вэнь Аньянь наконец понял, насколько тяжела жизнь публичной персоны.

Они прибыли в компанию ранним утром, а домой вернулись только ближе к шести часам вечера. Водитель припарковал машину и уехал. Они шли друг за другом и обсуждали, что бы поесть…

Тан Цзюньбай обронил лишь: «Янь-янь…», как вдруг откуда-то выскочила чья-то фигура и чуть не бросилась ему на шею, но, к счастью, Тан Цзюньбай успел увернуться.

Это снова была та самая невменяемая фанатка — Линь Цзяюэ. Промахнувшись, она пошатнулась и чуть не рухнула в соседнюю клумбу.

— Я… почему опять ты? — с языка Тан Цзюньбая чуть не сорвалось его привычное ругательство.

— Я просто случайно проходила мимо… Не ожила, что ты, Бай-бай, тоже здесь живёшь! Раньше я даже не догадывалась! Вышла прогуляться и вот встретила тебя. Скажи, Бай-бай, разве это не судьба?

Случайная встреча?.. И надо же такому случиться. Неужели она всерьёз считает Тан Цзюньбая настолько безмозглым, чтобы поверить в подобную чушь?

— Вот как? — Тан Цзюньбай тут же сделал знак стоявшему за спиной Вэнь Аньяню. — Вообще-то у меня еще есть дела, я пойду домой. Не буду вас задерживать, продолжайте свою прогулку.

Вэнь Аньянь тоже не стал с ней церемониться: шагнув вперед, он попросту оттолкнул ее в сторону.

— Бай-бай, подожди… Эй! Почему опять ты? — в глазах Линь Цзяюэ полыхал гнев, когда она уставилась на Вэнь Аньяня.

— Эм… Милая барышня, земля, на которой вы стоите, принадлежит Тан Цзюньбаю. Проникновение сюда без разрешения считается незаконным проникновением в жилище. Я понимаю, что вы любите его и следите за ним, но очень надеюсь, что вы не будете нарушать его личную жизнь.

Сказав это, он затащил Тан Цзюньбая в дом. Тан Цзюньбай оглянулся на нее и вежливо, с извиняющейся улыбкой произвел:

— Прости, таковы правила компании.

Фраза Тан Цзюньбая означала лишь одно: теперь в глазах окружающих он — айдол, которого силой заставляют избегать общения с поклонниками.

Линь Цзяюэ громко завопила:

— Я живу совсем рядом, тут недалеко! Как будет время, я снова навещу тебя!

Двери захлопнулись прямо перед ее носом, но девушка продолжала стоять на прежнем месте. На ее лице не осталось и следа юношеской наивности и миловидности — напротив, она злобно и исподлобья смотрела на окна дома, где плотно сомкнулись шторы.

Прошло неизвестно сколько времени, опустилась ночная тьма…

Внутри дома Вэнь Аньянь украдкой подошел к панорамному окну, чуть отодвинул край шторы и выглянул наружу — на дороге уже не было и следа Линь Цзяюэ.

— Ушла? — спросил Тан Цзюньбай.

— Ушла.

Тан Цзюньбай наконец тяжело вздохнул с облегчением: пока она околачивалась под окнами, он не мог даже нормально поужинать.

Он тут же достал телефон, собираясь заказать что-нибудь вкусное, чтобы себя побаловать.

Но экран тут же накрыла чужая рука, и в следующую секунду Вэнь Аньянь отобрал у него аппарат:

— Хватит заказывать всякую дрянь. Ты в последнее время вечно занят и пропускаешь тренировки в зале, так что сегодня вечером будешь есть только диетический паек. Жди, я сам приготовлю его на кухне.

Тан Цзюньбай в ярости рявкнул, назвав его по имени:

— Вэнь Аньянь!

— Я не глухой, не обязательно так орать. — С этими словами Вэнь Аньянь сунул телефон в собственный карман и отправился на кухню готовить вечерний паек.

Помешивая овсянку в милке, он оглянулся на гостиную. Тан Цзюньбай уже запустил игру и лупил виртуального противника так, будто воплотил в нем самого Вэнь Аньяня, не проявляя ни капли жалости — пара ударов, и тот был повержен в нокаут.

В его голове настойчиво крутились мысли о той девчонке по имени Линь Цзяюэ. Столкновения с ней за последние дни никак не могли быть случайностью, здесь определенно крылся подвох.

Если его догадки верны, эта особа — та самая пресловутая сасэн-фанатка, которая выслеживает личный график айдолов, вторгается в их частную жизнь и под этим предлогом нарушает чужие границы. Однако пока подобные люди не перешли к активным действиям, справиться с ними бывает непросто.

Он не мог заявить в полицию, опираясь лишь на собственные домыслы.

Поразмыслив так и эдак, он всё же рассказал обо всём Су Юаньфэю. Тот ответил, что компания сама во всём разберется, и попросил Вэнь Аньяня остаться на ночь вилле, чтобы составить компанию Тан Цзюньбаю.

Для ассистента ночевать дома у артиста в случае необходимости было в порядке вещей, так что на вилле всегда пустующая комната для Вэнь Аньяня, только он до сих пор ею не пользовался.

Он поставил тарелку с диетической едой перед Тан Цзюньбаем:

— Брат Фэй велел мне остаться здесь на ночь и приглядеть за тобой на всякий случай.

…

Вэнь Аньянь с детства спал мало, а эта ночь и вовсе выдалась беспокойной. Рано встав, он приготовил завтрак и попутно вынес мусор.

Едва он потянулся к ручке двери, как раздался звон разбитого стекла. К счастью, он успел вовремя отскочить: вчерашняя девчонка снова объявилась! Проигнорировав усыпанный осколками пол, она прямо так ввалилась внутрь. Опасаясь худшего, он бросился к выходу и как раз вовремя заметил спускающегося по лестнице Тан Цзюньбая.

— Что случилось?.. Я слышал…

— Беги!

Не говоря ни слова, Вэнь Аньянь схватил Тан Цзюньбая за руку, собираясь укрыться в дальней комнате, но тут заметил, что от девушки исходит невыразимая, зловещая жажда убийства. В руке она сжимала блестящий кухонный нож и неумолимо надвигалась на них шаг за шагом.

Выражение лица Линь Цзяюэ исказилось в дикой гримасе, она взвизгнула, глядя на Вэнь Аньяня:

— Ах ты шлюха! Держись от Бая подальше, Бай — мой!

Ее переполняла слепая ярость, и судя по всему, целью была именно он. Осознав это, Вэнь Аньянь по-настоящему испугался.

Линь Цзяюэ инстинктивно перекрыла единственный путь к отступлению, отчаянно занося нож и пытаясь полоснуть Вэнь Аньяня.

В последовавшей суматохе Тан Цзюньбай даже не сообразил, что происходит. В тот момент в его голове стояла абсолютная звенящая пустота, а когда он пришел в себя, Вэнь Аньянь уже упал, прикрывая его своим телом.

В тот самый миг, когда лезвие располосовало кожу, Вэнь Аньянь почувствовал, как острая боль пронзила мозг, ударив прямо по нервам.

Острый клинок разрезал ему руку, рана выглядела глубокой, и алая кровь капля за каплей заструилась по руке на пол.

Тан Цзюньбай совершенно ничего не понимал. Он чувствовал, что стоящая перед ним Линь Цзяюэ — всего лишь никудышная омега, хрупкая девчонка. Откуда в ней взялась такая чудовищная сила, чтобы нанести столь глубокую рану?

Увидев кошмарный порез на руке Вэнь Аньяня, он на секунду растерялся, не смея даже прикоснуться к нему:

— Ты… ты в порядке?..

— Сдохни! — не сдаваясь, женщина с торжествующей улыбкой на лице снова замахнулась ножом. В панике Тан Цзюньбай изо всех сил врезал ей ногой в живот, одновременно выбив нож из ее рук. От дикой боли женщина тяжело рухнула на пол.

Он был сильным альфой высшей категории и никогда не пропускал тренировки в спортзале, так что удар получился мощным — судя по всему, подняться она теперь сможет нескоро одни словом, он явно недооценил одержимость безумица.

Хотя подняться от боли она не могла, Линь Цзяюэ вцепилась мертвой хваткой в голень Вэнь Аньяня и впилась зубами прямо в его лодыжку. От боли Вэнь Аньянь рефлекторно попытался отмахнуться ногой, но не осмелился бить в полную силу — перед ним все-таки был живой человек, и он боялся нанести ей серьезную травму, что обернулось бы огромными проблемами.

— Разожми зубы! Я сказал, разожми зубы, ты слышишь? — запаниковал Тан Цзюньбай, видя, что та не отпускает. Он схватил ее за длинные волосы и изо всех сил потянул назад. Женщина не разжала челюсти, лишь безумным, мертвецким взглядом уставилась на Вэнь Аньяня, словно жаждущий мести призрак.

Вэнь Аньяня прошиб холодный пот от жгучей боли, лоб покрылся испариной. Стиснув зубы, он выдавил из себя слабым голосом:

— Быстро… выруби ее.

Только тогда Тан Цзюньбай сообразил, что делать. Он наотмашь рубанул ее ребром ладони по шее, но толку не было — та лишь глухо ухнула, не выказав ни малейших признаков потери сознания.

Тогда Тан Цзюньбай, не видя другого выхода, со злости врезал ей кулаком прямо в голову. Из носа женщины хлынула кровь, и наконец-то она обмякла, лишившись чувств, и разжала челюсти.

Убедившись, что она не шевелится, Тан Цзюньбай торопко оттащил ее в сторону и обернулся к Вэнь Аньяню. Тот лежал на полу, полностью обессиленный, а из раны на лодыжке, хоть та была и неглубокой, уже сочилась кровь.

Он подбежал, помог ему подняться и, увидев, что Вэнь Аньянь открыл глаза, немного успокоился. Услышал слабый шепот:

— Звони… в полицию.

Закинув руку Вэнь Аньяня себе на плечо и обхватив за талию, он встревоженно заговорил:

— Хорошо, только не засыпай, слышишь? Поговори со мной… ну или послушай меня.

Приговаривая без умолку, он подхватил Вэнь Аньяня на руки, отнес в спальню, уложил на кровать и запер дверь изнутри. Не переставая бормотать успокаивающие слова, он шарил по карманам в поисках телефона, то и дело бросая на него испуганный взгляд — не отключился ли.

— Не спи, я тут распинаюсь перед тобой, хоть слово мне ответь!

Тан Цзюньбай сначала вызвал скорую, а затем набрал полицию.

Он продолжал утешать Вэнь Аньяня:

— Всё будет хорошо, скорая уже едет! — Заметив, как много крови натекло с руки и лодыжки, он в панике сорвал висевшее неподалеку банное полотенце, скрутил его жгутом и перетянул ногу выше раны, чтобы остановить кровотечение.

— Так ведь должно помочь?

Вэнь Аньянь уже почти не чувствовал руку — та словно онемела. Зато место укуса на лодыжке по-прежнему саднило. Он хотел было закрыть глаза, чтобы немного подремать и сберечь силы, но стоило ему сомкнуть веки, как Тан Цзюньбай принялся хлопать его по щекам, причем довольно ощутимо.

— Не засыпай!

— Понял…

Вскоре прибыли карета скорой помощи и полицейские. Удар Тан Цзюньбая оказался поистине сокрушительным — до самого приезда экстренных служб валявшаяся без сознания в прихожей девчонка так и не подала признаков жизни.

Позже говорили, что у нее диагностировали перелом переносицы и легкое сотрясение мозга.

Что же до Вэнь Аньяня? У него были сплошные поверхностные травмы, и после обработки ран ему разрешили вернуться домой.

Когда Тан Цзюньбай, закончив давать показания в участке, примчался в больницу и увидел Вэнь Аньяня, он сперва удивился, но тут же расплылся в улыбке и быстрым шагом подошел ближе:

— Ты в порядке?

— Всего лишь царапины, обработали раны — и свободен, — ответил Вэнь Аньянь, после чего перевел взгляд на стоявшего за его спиной Су Юаньфэя. — Боюсь, с таким ранением я… нескоро смогу выйти на работу. Что делать с предстоящими делами?

— Об этом не беспокойся, отдохни пару дней, остальное я беру на себя.

Раз уж работы не предвиделось, Вэнь Аньянь не собирался дольше задерживаться в больнице:

— Тогда я поеду домой.

Сам не зная почему, Тан Цзюньбай поспешно схватил Вэнь Аньяня за руку.

Тот сдавленно пискнул:

— Ай…

Тан Цзюньбай тут же разжал пальцы:

— Прости, я забыл, что у тебя рука ранена. — Он почесал затылок, чувствуя себя неловко. — Может… я отвезу тебя?

Не успел Вэнь Аньянь и рта открыть, как вмешался Су Юаньфэй:

— Если ты его ответишь, за вами по пятам увяжется целая стая папарацци. Боюсь, журналисты окончательно доведут его руку до инвалидности. Слушай, великий ты наш господинчик, отправляйся-ка лучше домой отсыпаться! Я сам отвезу его, так устроит?!

И правда, возле полицейского участка их уже караулила толпа репортеров, и прорваться сквозь осаду стоило немакуль труда. Тем не менее, Тан Цзюньбай всё равно переживал за Вэнь Аньяня, чувствуя себя главным виновником слурчившегося.

Вэнь Аньянь видел, что после сегодняшнего происшествия тот испытывает вину и хочет всё исправить, но ведь Тан Цзюньбай сам пострадал, да и охрана артиста входила в прямые обязанности самого ассистента — никакой компенсации он не ждал.

Улыбнувшись, он произнес:

— Ты тоже устал, езжай домой отдыхать! Завтра ведь снова работа. У меня руки-ноги на месте, не нужно так опекать меня, я не привык.

Уже после отъезда Вэнь Аньяня Тан Цзюньбай принял звонок от старшего брата Тан Цзюньюэ, который, разумеется, уже был в курсе всех новостей от Су Юаньфэя.

Побболтав с братом по телефону, Тан Цзюньбай не забыл замолвить словечко за Вэнь Аньяня, выбив для того небольшую компенсацию.

На следующий день новость о том, что ненормальная фанатка ворвалась в частный дом Тан Цзюньбая и ранила его ассистента, с молниеносной скоростью взлетела на первые полосы всех развлекательных изданий и возглавила тренды в соцсетях.

Из-за этого инцидента адрес проживания Тан Цзюньбая был рассекречен…

Чтобы предотвратить подобные эксцессы в будущем, Тан Цзюньюэ через Су Юаньфэя распорядился перевезти Тан Цзюньбая в другую принадлежащую ему недвижимость.

На следующий день после инцидента во второй половине дня пользователи сети раскопали всю личную информацию о девушке по имени Линь Цзяюэ. Кое-кто даже выследил дом ее родителей, возле которого тут же околачивалась толпа зевак и репортеров, отказывавшихся расходиться.

Су Юаньфэй с собранным досье явился к Тан Цзюньбаю:

— Эта Линь Цзяюэ — твоя помешанная фанатка, семья у нее небогатая. Пару дней назад она заняла у знакомых несколько десятков тысяч, сняла ту виллу по соседству и принялась следить за тобой. Именно поэтому вы столько раз пересекались за один день. Судя по ее бессвязным показаниям, она сутками дежурила у твоего дома. Изначально она планировала дождаться, пока Вэнь Аньянь уйдет, но прождала до полуночи, а он и не думал уходить. Тогда у нее переклинило в голове, и она решила, что Вэнь Аньянь соблазняет ее кумира, что и толкнуло ее на дальнейшие действия.

— Когда эти тренды наконец снимут? — Тан Цзюньбаю жутко не нравилось, что его личную жизнь полощат на каждом углу, и ладно бы просто обсуждали — травля Вэнь Аньяня не прекращалась ни на минуту.

В сети начали строчить вопросы о том, почему какой-то ассистент живет под одной крышей с артистом и проводит с ним ночи.

В конце концов Тан Цзюньбаю пришлось опубликовать пост с разъяснением ситуации.

Спустя несколько дней Вэнь Аньянь вернулся к работе. Видя, что он выглядит совершенно привычно и ничем не отличается от себя прежнего, Тан Цзюньбай успокоился и протянул ему небольшой плотный конверт с крупными печатными иероглифами Развлекательная компания «Синъяо».

— Держи.

— Мне? Что это? — Взяв конверт, он сразу почувствовал тяжесть.

— Премия за производственную травму.

— Какая еще премия?

— Ты пострадал из-за меня, компания обязана выплатить компенсацию. Я сам настоял, чтобы тебе выделили деньги, такое дают только за особые заслуги.

— Спасибо, тогда приму с благодарностью.

Вернувшись домой после смены, Вэнь Аньянь вскрыл конверт, полученный от Тан Цзюньбая. Внутри оказалось ровно десять новеньких тысячных купюр.

— Не ожидал, что Синъяо окажется настолько щедрой.

А та волна в соцсетях, после жесткого и бескомпромиссного давления со стороны Тан Цзюньбая, спустя почти неделю непрерывного бурного обсуждения наконец утихла.

http://bllate.org/book/24213/2801330