Готовый перевод Reversal of Fortune, Cannon Fodder / Перевоплощения: Месть пушечного мяса: Глава 9

— Дедушка, как же хорошо! Я стал совершеннолетним и теперь буду заботиться о тебе, — сказал Янь Цзинь.

— Хм, если хочешь заботиться о деде, то для начала убери подальше того раздражающего мальчишку, — старик Янь, едва вспомнив об этом наглеце, который пытается увести его внука, нахмурился. Настроение его тут же испортилось.

— Дедушка, в будущем у тебя будет еще один внук, который тоже станет о тебе заботиться. А если я его прогоню, кто же тогда будет это делать? — Янь Цзинь знал, что с возрастом дед стал совсем как ребенок, поэтому ничего не оставалось, кроме как ласково его ублажать.

— Мне такие не нужны.

— Ой, значит, дедушка не нуждается в заботе брата Яня? Как же быть? Брат Янь, может, договоришься со своим другом и вернешь ту чернильницу? Дедушке она не очень понравилась, да и держать такую ценную вещь у себя — просто кощунство, у нее ведь такая высокая коллекционная стоимость, — Янь Цзинь подмигнул Фу Яньчэню.

— Вот как... Раз дедушке не по душе, я поищу что-нибудь другое, обязательно найду то, что его порадует, — Фу Яньчэнь тут же подыграл ему.

Старик Янь всегда был страстным коллекционером редких чернильниц. Услышав о ценном экземпляре, он навострил уши, а когда речь зашла о возврате, тут же заупрямился.

— Вернуть? Куда это вернуть? Честность превыше всего! Сказали, что дарят, а теперь забираете назад — это что, шутки такие? Хм, ладно, ради Цзинь-Цзиня я так и быть приму этот подарок, — сидевшая рядом бабушка Янь, глядя на ломающегося старика, прикрыла рот рукой, сдерживая смех.

— Ничего страшного, дедушка. Если тебе не нравится, не нужно себя заставлять.

— Ах ты, паршивец! Еще в дом не вошел, а уже за чужих горой стоишь! — старик, видя, что внук даже не пытается ему подыграть, замахнулся, чтобы слегка пристукнуть его. Янь Цзинь спрятался за спину бабушки, и разгневанный дед принялся ворчать, называя его не иначе как паршивцем.

Янь Цзинь прекрасно знал, что дед не ударит его по-настоящему, поэтому снова подбежал, схватил его за руку и принялся ластиться. Гнев старика тут же улетучился — что поделаешь, родной внук как-никак.

Бабушка Янь, наблюдая эту трогательную сцену, которую не видела уже давно, на мгновение прикрыла влажные глаза, чтобы справиться с эмоциями, а затем снова принялась защищать внука:

— Старый ты человек, а ведешь себя как ребенок. А Яньчэнь — замечательный мальчик, мне он очень нравится. И знайте: если кто его обидит, я этого так не оставлю! — она крепко взяла Фу Яньчэня за руку, не скрывая своего расположения.

Поняв, что глава союзников на его стороне, Фу Яньчэнь осмелел еще больше. Его язык стал еще слаще, он без умолку называл ее бабушкой, отчего та просто сияла от радости.

***

— Откуда столько шума? — вторая пара супругов только что вернулась и, услышав доносившийся из дома смех, порядком удивилась.

— Второй господин, младший молодой господин вернулся вместе с будущим зятем.

— О, это тот самый Фу Яньчэнь? — Янь Лицзюнь, будучи ректором академии, разумеется, был наслышан о недавних шумных событиях в учебном заведении. Этот Фу Яньчэнь ему приглянулся, поэтому, узнав о его приходе, он немедленно попросил жену везти его внутрь.

— Папа, мама, брат, невестка, мы вернулись! — Янь Лицзюнь с супругой вошли в комнату, поздоровались и перевели взгляд на Фу Яньчэня, который уже поднялся со своего места. Ректор приветливо кивнул ему.

— Дядюшка, тетушка, — Янь Цзинь потянул Фу Яньчэня за собой. — Дядюшка, тетушка, это Фу Яньчэнь, мой парень. Брат Янь, это мои дядюшка и тетушка.

— Дядюшка, тетушка, — Фу Яньчэнь, не теряясь, тут же сменил обращение.

Остальные, уже «повышенные» им в звании, лишь беспомощно переглянулись — наглости парня не было предела.

— Ха-ха, не стоит так спешить, вы ведь еще даже не женаты, — Янь Лицзюнь хоть и был доволен парнем, но, осознав, что этот кабанчик метит на их семейную капусту, решил не быть столь любезным.

— Это дело не за горами, скоро все будет. Я просто заранее привыкаю, мы ведь теперь свои люди, так что не буду с вами церемониться.

Остальные в недоумении подумали: неужели лучшие студенты их академии все такие бесстыжие?

— Ладно-ладно, собирайтесь, нам пора на банкет, как бы не опоздать, — бабушка Янь не позволила трем мужчинам продолжать препирательства. Кто знает, вдруг ее будущий внук испугается и сбежит? Где потом искать такого подходящего кандидата?

Янь Цзинь и Фу Яньчэнь переглянулись и крепче сжали руки друг друга. Получилось!

***

Отель Цзян Тин.

Фу Яньчэнь вел под руку бабушку Янь, Янь Цзинь — дедушку, а следом шли Янь Лихэн с супругой. Появление всей семьи сразу привлекло внимание гостей. Двое незнакомых юношей стали предметом обсуждения: все знали, что в семье Янь есть младший внук, но никто толком не видел его в лицо.

— Старина Янь, госпожа Янь, подождите! — пока гости гадали, кто есть кто, подоспела семья господина Гуаня, который с улыбкой поприветствовал главу семьи Янь.

Господин Гуань был еще в добром здравии. Сделав несколько широких шагов, он подошел вплотную, и, увидев Янь Цзиня, несказанно обрадовался.

— Это ведь Цзинь-Цзинь? Как же ты вырос! Помню, каким кротким был в детстве, все бегал хвостиком за Линькэ. Линькэ, иди сюда! — господин Гуань любил Янь Цзиня и дорожил дружбой с семьей Янь, искренне надеясь, что помолвка будет сохранена. Но его внук натворил дел, и теперь старику приходилось самому исправлять ситуацию.

— Брат Линькэ.

Услышав, что Янь Цзинь больше не называет его ласковым прозвищем, Гуань Линькэ почувствовал горечь.

Фу Яньчэнь закатил глаза. Боясь, что Янь Цзинь пожалеет Гуань Линькэ, он подошел и встал между ними, отрезая того от взгляда своего парня.

— Студент Гуань Линькэ, давно не виделись.

— Что ты здесь делаешь? — Гуань Линькэ напрягся и выпалил вопрос, едва увидев Фу Яньчэня.

— Ладно, не будем стоять, пойдемте внутрь, — старик Янь прервал разговор. Господин Гуань, который хотел было еще что-то сказать по поводу Фу Яньчэня, лишь вздохнул и последовал за остальными.

Фу Яньчэнь, чувствуя укол ревности, обнял Янь Цзиня за плечи и принялся нарочито нежно шептать ему на ухо нечто двусмысленное. Янь Цзинь в ответ больно ущипнул его за бок, но, увидев, как тот поморщился, сжалился и позволил себя обнять.

Гуань Линькэ, наблюдая за их взаимодействием, не смог скрыть печали в глазах.

***

Старик Янь, глядя издалека на Фу Яньчэня и Янь Цзиня, принимающих гостей вместе с Янь Лихэном, одобрительно кивнул: хоть этот паршивец и бывает невыносим, но ведет себя вполне достойно.

И пока старик Янь был доволен, господин Гуань места себе не находил. Он с досадой смотрел на угрюмого Гуань Линькэ и, решив не мозолить себе глаза, завел со стариком Янем пустой разговор.

— А тот юноша — это кто?

— ...

— Как думаешь, Цзинь-Цзинь сказал это сгоряча? Мне кажется, он все еще любит Линькэ, — господин Гуань вспомнил, каким привязчивым был Янь Цзинь в детстве, и не верил, что тот мог сам предложить разорвать помолвку.

— ...

— Почему ты молчишь?

— А что мне сказать? Что мой внук больше не смотрит на твоего? Пусть твой внук имеет хоть каплю самоуважения и перестанет докучать нам, — старик Янь, устав от болтовни собеседника, не выдержал и съязвил.

Господин Гуань обиделся, но только он хотел что-то возразить, как у входа поднялся шум.

— Папа, пришла Янь Юйнин, — поспешно подошел Янь Лихэн.

— У нее еще хватило совести явиться? — раздался гневный голос бабушки Янь.

Янь Юйнин, гордо подняв голову, подошла к ним вместе с Дун Синьэр. Она слегка поклонилась:

— Мама, что вы такое говорите? Почему же нет совести? Я пришла, чтобы проявить почтение к вам обоим.

— Хм, если хочешь проявить почтение, то держись от нас подальше — это продлит нам жизнь, — холодно ответил старик Янь.

— Папа, ну зачем же так? Вы меня обижаете, — кокетливо протянула Янь Юйнин.

— Тетушка, — Янь Цзинь, глядя на ее лицемерную гримасу, с трудом сдержал отвращение. Но из-за обилия гостей ему пришлось соблюсти приличия.

Янь Юйнин, услышав это обращение, радостно подозвала молодого человека, который следовал за ней:

— А-Кай, подойди, поздоровайся с двоюродным братом. Цзинь-Цзинь, это твой брат А-Кай. Вы одного возраста, подружитесь, сблизьтесь по-родственному.

— Янь Юйнин, что ты себе позволяешь? Следи за тем, где находишься! — бабушка Янь, уловив намек, возмущенно прервала ее.

— Мама, ну что вы! Я просто знакомлю Цзинь-Цзиня с хорошим человеком. Семья А-Кая хоть и не чета нашей, но тоже не из последних. Раз уж Цзинь-Цзинь разорвал помолвку с Линькэ, то пусть Синьэр выйдет за него — это одно и то же. А Цзинь-Цзиня я решила сосватать за А-Кая. Ну же, пообщайтесь, станете еще ближе! — Янь Юйнин не знала границ бесстыдства.

— Вон! Убирайся вон! Мы давно ничего тебе не должны! Забирай свою дочь и проваливай! — бабушка Янь задыхалась от гнева. Старик Янь тут же приказал Янь Лихэну выставить их за дверь.

— Синьэр, уведи мать, не позорься, — Гуань Линькэ попытался схватить Дун Синьэр за руку, но та с силой оттолкнула его.

— Гости? Гостями называют тех, кого пригласили. А такие, как вы, вломившиеся без приглашения, зовутся незваными гостями. Студентка Дун Синьэр, оценки в школе ты, видимо, списала? На уроках языка не учила слово «незваный гость»? Думаешь, раз пришла, значит, гостья? Впрочем, винить тебя не в чем: если уж элементарных понятий о стыде, совести и субординации нет, то куда тебе до таких сложных слов, — Фу Яньчэнь не мог позволить обижать своих, поэтому моментально включил режим «ядовитого языка». В зале воцарилась тишина.

Фу Яньчэнь взглянул на Янь Цзиня и, увидев в его глазах искреннее восхищение, воодушевился и переключился на Янь Юйнин:

— А вы, тетушка, если родители ребенка живы, с какой стати вы берете на себя право искать ему пару? Дочь свою воспитать не смогли, украли чужого жениха, а теперь решили распоряжаться судьбой другого? Спрошу напрямую: вы гадалка? Или что вы из себя представляете? Даже не буду спрашивать, кто вы такая. У нас во дворе пес по кличке Рыжий, и тот, видя свою мать, ведет себя приличнее, чем вы. Вы даже хуже собаки. Ни стыда, ни совести, устроили скандал, довели пожилых людей до обморока. Забыли о том, кто вас вырастил? Неужели вам не противно жить, будучи такой неблагодарной? Мне даже дышать с вами одним воздухом тошно.

Затем он перевел взгляд на молодого человека:

— Ну а ты, «герой». У тебя хватило наглости прийти сюда и нарываться на унижение? Не сравнивай себя со мной. Оглянись на того «красавчика» — да, на Гуань Линькэ! Ты даже ему в подметки не годишься, а пришел претендовать на сокровище нашей семьи? Иди домой, возьми зеркало и посмотри на свою рожу. Кто тебе дал право так себя вести? Три сапога — пара, вы втроем могли бы стать героями сборника нелепостей.

Высказавшись, Фу Яньчэнь почувствовал облегчение и подмигнул Янь Цзиню. Тот был в восторге, ему хотелось аплодировать, но, помня о своей роли, он сдержался.

Весь зал был ошеломлен. Гости, сплошь деловые люди, давно не встречали такой дерзости, и в их глазах читалось невольное уважение.

— Кхм, — Фу Яньчэнь, закончив свою тираду, вдруг смутился от пристальных взглядов и, сутулясь, спрятался за спину Янь Цзиня.

— Ну, вы еще об этом пожалеете! — Янь Юйнин, побагровев от ярости, бросила угрозу и поспешила прочь. Дун Синьэр, бросив взгляд на Янь Цзиня, потащила за собой покрасневшего от стыда А-Кая.

Янь Лихэн, глядя на Фу Яньчэня, который теперь послушно прятался за спиной племянника, закрыл отвисшую челюсть и засуетился:

— Продолжаем, продолжаем! Просто маленькое недоразумение, ха-ха, всего лишь недоразумение.

Бабушка Янь молча показала Фу Яньчэню большой палец и вернулась к беседе со своими подругами.

— Милый, ты видел? Бабушка одобрила мои слова! — Фу Яньчэнь, который боялся, что семья Янь возненавидит его за вмешательство, был счастлив как ребенок.

— Еще бы! Ты так внезапно это устроил, я даже растерялся. Но не переживай, они понимают, что ты заступился за нас. И посмотри на дедушку: видишь, как у него уголки губ дергаются? Он хочет улыбнуться, но держит лицо. Он совсем как ребенок, привыкнешь — поймешь, — Янь Цзинь успокоил его.

— Твоя семья такая же замечательная, как и ты сам. Идеальная.

***

— Цзинь-Цзинь, нам нужно поговорить?

— Хорошо.

Янь Цзинь услышал голос Гуань Линькэ и попытался отстраниться от Фу Яньчэня, но тот лишь крепче сжал его в объятиях.

— Я подожду тебя снаружи, — Гуань Линькэ, не желая видеть их нежности, первым покинул зал.

— Если не отпустишь, я разозлюсь, — Янь Цзинь ущипнул Фу Яньчэня, требуя свободы.

Тот недовольно фыркнул, но вынужден был разжать руки.

— Тогда я подожду тебя у бабушки. Не затягивай, а то я уже начал ревновать.

Янь Цзинь с досадой посмотрел на Фу Яньчэня, который обернулся трижды, прежде чем уйти, и направился к выходу.

— Ты даже обращение ко мне сменил?

— Раньше я был ребенком и не понимал, как нужно обращаться. Если я буду продолжать в том же духе, твоя девушка рассердится.

— Мы... Скажи, он хорошо к тебе относится?

— Да, очень хорошо. Мы уже познакомили друг друга с семьями.

— Вот и славно. Желаю вам счастья, — Гуань Линькэ, увидев нежность в глазах Янь Цзиня при упоминании Фу Яньчэня, так и не смог произнести того, что хотел. Сдерживая слезы, он развернулся и вышел из отеля.

— Извините, не могли бы вы мне помочь? — как раз когда Янь Цзинь смотрел вслед Гуань Линькэ, к нему подошла маленькая девочка.

— Что случилось?

— Не могли бы вы показать, как этим пользоваться? Я не понимаю иностранных слов. Слышала, вы учились за границей, поэтому решила попросить вас, — она стыдливо опустила голову.

— Конечно, давай посмотрю.

— Внимание, опасность! — прозвучал сигнал системы.

Янь Цзинь не успел отреагировать, как потерял сознание.

***

В банкетном зале Фу Яньчэнь, не дождавшись обоих, забеспокоился. Он обошел весь отель, расспросил людей, но никто их не видел. Тревога нарастала.

— Дядюшка, вы не видели Цзинь-Цзиня? — Фу Яньчэнь вернулся в зал к Янь Лихэну.

— Нет, а что?

— Он пропал. Гуань Линькэ звал его поговорить, и он ушел. Я искал их, но нигде не нашел.

В голове Фу Яньчэня пронеслись страшные картины: вдруг Гуань Линькэ решил похитить его возлюбленного, запер где-нибудь, мучает, не дает еды... От этих мыслей он едва не сошел с ума.

— Не паникуй. Я скажу отцу, а ты свяжись с охраной и проверь записи с камер.

— Хорошо! — Фу Яньчэнь, подавляя дрожь, бросился к охранникам.

Янь Лихэн доложил ситуацию отцу, и они начали прочесывать окрестности отеля.

Внезапно зазвонил телефон Янь Лихэна. Номер был скрыт.

— Твой сын у нас. У тебя 24 часа. Подготовь сто миллионов и доставь по адресу, который придет в СМС. Не вздумай звонить в полицию, иначе получишь его по частям. Гудки...

Телефон отключился. При попытке перезвонить номер оказался несуществующим.

— Папа, случилась беда, — голос Янь Лихэна дрожал.

Старик Янь, услышав это, стиснул зубы, чтобы не упасть:

— Лихэн, эвакуируй гостей.

Господин Гуань тоже подключил свои связи. Всю ночь в городе А кипела работа, но следов Янь Цзиня найти не удавалось.

А сам Янь Цзинь тем временем начал приходить в себя.

Он пошевелился и открыл глаза. Белый потолок, элегантная обстановка спальни. Янь Цзинь моргнул несколько раз, пытаясь осознать реальность.

— Я что, снова сменил мир?

— Хозяин, не обольщайтесь. Вы просто похищены, — отозвалась система.

«Что за похитители-гуманисты? Ни побоев, ни криков, еще и в спальню положили. Посмотрите на эту кровать, кто поверит, что это условия для заложника?» — Янь Цзинь сел на кровати, едва не прослезившись от «заботы».

— О, проснулся? — раздался знакомый голос.

Янь Цзинь обернулся и увидел Чэнь Цзэ с его фирменной ехидной ухмылкой.

— Это ты.

— Конечно. Рад встрече, мой спаситель, — Чэнь Цзэ потирал подбородок, обдумывая, как бы помучить того, из-за кого он так опозорился.

— Хозяин, я же говорил, что он злопамятный. Вы не видели, как он наблюдал за тем, как Дун Синьэр пытала вас, и только когда вы были на грани, вмешался, чтобы забрать вас себе.

Янь Цзинь все понял. Значит, Чэнь Цзэ просто хочет поиздеваться над ним в отместку за прошлое.

— Зачем ты меня похитил? — Янь Цзинь решил притвориться напуганным и съежился.

— Я? Я просто хочу отплатить своему спасителю добром.

Янь Цзинь не понял, что тот задумал, и уставился на него широко открытыми глазами. Чэнь Цзэ, видя его невинный вид, решил поиграть с ним в кошки-мышки.

http://bllate.org/book/24157/2789944