Готовый перевод The Gloomy Scholar's Young Husband / Угрюмый книжник и его маленький фулан 🌺: Глава 24. Готовка

— Вэньхэ, где ты обычно собираешь эти дикие плоды? К тому месту ведёт только эта дорога? — тихо спросил Чжао Цинхэ у младшего брата, обернувшись к нему. Он даже говорить боялся громко, словно одно неосторожное слово могло потревожить призраков в лесу.

Чжао Вэньхэ покачал головой:

— Туда можно пройти и другой дорогой, просто эта самая короткая. Если пробежать через этот лес, сразу попадём на место.

Только теперь Чжао Вэньхэ заметил, как страшно брату. Он взял его за руку и утешил:

— Брат, не бойся, я тебя защищу. Эти призраки смирные, они не станут выходить и пугать тебя.

От слов младшего брата Чжао Цинхэ невольно весь передёрнулся. Он ещё теснее прижался к стоявшему рядом Ци-гэру, и голос его заметно дрожал:

— Не говори больше.

Чем больше младший брат говорил, тем страшнее ему становилось.

Чжао Цинхэ предпочёл бы сделать большой крюк, лишь бы не идти через эти заросшие могилы.

Фан Ци обнял Цин-гэра за плечи и сказал Чжао Вэньхэ:

— Вэньхэ, веди нас другой дорогой. Сегодня времени у нас достаточно, незачем ради нескольких лишних шагов пробираться через это место.

— Ладно.

Они втроём свернули от дикого леса на другую дорогу и шли ещё примерно время, за которое сгорает одна ароматическая палочка, прежде чем наконец добрались до места, где Чжао Вэньхэ обычно собирал дикие плоды.

Только оказавшись там, Фан Ци и Чжао Цинхэ поняли, что речь шла об окраине леса возле самой реки. По краю росло множество самых разных плодовых деревьев: персики, абрикосы, финики-унаби, сливы, хурма и шелковица.

Поскольку деревья росли у воды, влаги им хватало и листва была густой и пышной. Но никто за ними не ухаживал, поэтому стволы оставались низкими, кривыми и перекрученными, а плоды вырастали мелкими и терпкими.

Глядя на эти дикие плоды, Фан Ци уже мог представить, как Вэньхэ каждый день прибегал сюда и долго искал среди ветвей самые крупные и красивые, чтобы не стыдно было принести их ему.

От этой мысли у Фан Ци защипало глаза. Растроганный, он протянул руку и потрепал Чжао Вэньхэ по щеке.

Чжао Вэньхэ понятия не имел, почему брат Фан Ци вдруг решил щипать его за щёки, но всё равно послушно поднял лицо и позволил ему делать что угодно.

Поначалу Чжао Цинхэ тоже был поражён количеством плодовых деревьев. Придя в себя, он повернулся к Ци-гэру и спросил:

— Ци-гэр, здесь столько деревьев. С какого начнём?

— Вот эти два персиковых дерева и вон те два абрикосовых выглядят лучше всего. Цин-гэр, вы с Вэньхэ собирайте здесь персики, а я пойду туда за абрикосами. Постараемся набить оба заплечных короба доверху.

— Хорошо. Только будь осторожен, ты там один. Тут совсем рядом река, оступишься — и свалишься в воду.

— Не волнуйся, буду осторожен.

Фан Ци подхватил свой заплечный короб, подошёл к двум самым высоким абрикосовым деревьям, ловко наступил на ствол и, цепляясь за ветви, забрался наверх.

Увидев, что Ци-гэр уже начал собирать абрикосы, Чжао Цинхэ тоже не захотел отставать. Он залез на дерево, а младшему брату велел подбирать персики, которые будет бросать вниз.

Работу они поделили чётко, и через два часа оба принесённых заплечных короба были доверху наполнены плодами.

— Ци-гэр, нам хватит? Может, ещё немного соберём?

— Хватит. Возможно, даже всё не используем.

Этих двух коробов с плодами было достаточно, чтобы заполнить вином оба больших чана.

— Возвращаемся. Дома ещё придётся всё это хорошенько вымыть. В ближайшие два дня работы у нас будет выше головы.

— Будем делать всё вместе, тогда быстро закончим.

— Угу!

***

Ещё не дойдя до дома, Фан Ци неожиданно заметил дым, поднимавшийся из трубы.

Он решил, что на кухне случился пожар, бросил Цин-гэра с братом и в панике помчался домой. Но, ворвавшись во двор, обнаружил Чжао Цзэ на кухне: тот стоял на двух костылях и готовил еду, а одежда и рукава были перепачканы мукой.

— Фан Ци, ты уже вернулся? — Чжао Цзэ явно не ожидал увидеть его так скоро и в следующее мгновение поспешно накрыл кастрюлю крышкой.

Фан Ци потянул носом и почувствовал запах гари.

— Угу. А что ты готовишь?

— Яичную кашу и тонкие блинчики.

— А-а.

Фан Ци кивнул и тут же потянулся за крышкой. Чжао Цзэ даже остановить его не успел.

В следующее мгновение перед глазами Фан Ци предстала полная кастрюля густой яичной каши с отчётливым запахом гари. На поверхности плавали комки непромешанного теста вперемешку с коричневыми подгоревшими кусками.

Чжао Цзэ смущённо прикрыл ладонью лоб:

— Я всё делал точно так же, как видел у тебя раньше, но не знаю, что пошло не так. Стоило на минуту отвлечься — и всё пригорело ко дну.

— А почему яичная каша такая густая?

Фан Ци взял ложку и попытался перемешать содержимое кастрюли. Ложка двигалась с заметным сопротивлением — мешать было очень трудно.

Чжао Цзэ стало ещё неловче:

— Я испугался, что тесто получилось слишком жидким, и добавил ещё муки. Потом, когда вылил его в кастрюлю, понял, что стало слишком густо, и налил воды. Воды случайно получилось слишком много, поэтому я снова добавил немного теста… А потом ещё что-то добавлял… и в итоге вышло вот это…

Фан Ци изо всех сил сдержался, чтобы не рассмеяться, и перевёл взгляд на другую кастрюлю:

— А здесь у тебя тонкие блинчики?

— Угу…

Фан Ци потянулся к крышке, но Чжао Цзэ прижал её рукой. Он притворно кашлянул и явно занервничал:

— Лучше всё-таки не открывай.

Фан Ци сразу всё понял:

— Блинчики у тебя тоже не получились?

— …Угу…

— Ничего страшного, что не получилось. Уже то, что ты решился попробовать, — молодец. У меня в первый раз тоже ничего не вышло.

Фан Ци отодвинул руку Чжао Цзэ от крышки.

— Дай посмотреть, что там с твоими блинчиками. Может, ещё можно что-нибудь спасти.

Чжао Цзэ уступил под нажимом его руки, и Фан Ци наконец увидел в кастрюле развалившиеся в кашу обрывки того, что когда-то должно было стать тонкими блинчиками.

— А тесто, которое ты замешивал, где? Дай посмотреть.

— Здесь.

Чжао Цзэ достал из стоявшего рядом кухонного шкафа небольшую миску.

Фан Ци заглянул внутрь.

Какое это тесто? Настоящий мучной суп.

— М-м… ничего страшного. Просто муки положил маловато. Добавим ещё — и всё будет хорошо.

Фан Ци вышел из кухни, вымыл руки и полностью взял готовку на себя, а Чжао Цзэ усадил у очага поддерживать огонь.

Сначала Фан Ци добавил в миску половину черпака муки, разбил туда яйцо, затем очистил стебель зелёного лука, вымыл, мелко нарезал и тоже высыпал в миску. Добавил соль, кунжутное масло и в конце тщательно размешал тесто до однородности.

Затем Фан Ци выскреб из кастрюли остатки испорченных блинчиков, зачерпнул из небольшой миски кусочек застывшего свиного жира и положил его на сковороду. Когда жир разогрелся, он набрал ложку теста и круговым движением вылил его на горячую поверхность. Растёкшееся тесто соединилось в ровный блин, и Фан Ци лопаткой аккуратно распределил его по всей сковороде.

Раньше Чжао Цзэ видел, как легко и привычно Фан Ци управляется на кухне, и потому думал, что готовить совсем несложно. Но сегодня он попробовал сам и обнаружил, что всё далеко не так просто, как казалось. Это невольно немного его удручило.

Чжао Цинхэ вошёл на кухню и, увидев, что один из них разжигает огонь, а другой готовит, сначала замер, а потом спросил:

— Ци-гэр, ты так поспешно побежал домой. Что случилось?

— Ничего, ничего. Я увидел дым из трубы и подумал, что дом загорелся. Прибежал — а оказалось, это Чжао Цзэ на кухне готовит.

Чжао Цинхэ удивлённо повернулся к сюцаю Чжао:

— Не думал, что сюцай Чжао ещё и готовить умеет.

В их деревне мужчины почти никогда не заходили на кухню. Да что там деревня — во всём мире мало какой мужчина добровольно станет готовить еду.

Чжао Цзэ неловко усмехнулся:

— Я не умею готовить. Первый же раз закончился провалом.

— Даже так ты намного лучше тех мужчин, которые только сидят и ждут, когда им еду прямо ко рту поднесут.

По правде говоря, Фан Ци и сам не ожидал, что сегодня Чжао Цзэ пойдёт готовить.

В конце концов, Чжао Цзэ было трудно передвигаться. Чтобы просто встать и пройти несколько шагов, ему приходилось опираться на костыли, а готовить в таком состоянии было ещё сложнее.

Чжао Цинхэ тоже поддержал его:

— Верно, Ци-гэр прав. Очень мало у кого всё получается с первого раза.

— Сюцай Чжао, побольше потренируешься — и потом обязательно будешь готовить всё лучше и лучше.

— Угу!

Чжао Цзэ и правда собирался научиться хорошо готовить.

Теперь чувствительность в его ногах понемногу возвращалась, и, опираясь на один костыль, он уже мог кое-как ходить. К тому же они с Фан Ци были супругами лишь формально. Фан Ци не был его настоящим фуланом, у него были и собственные дела. Чжао Цзэ не хотел, чтобы все домашние заботы один Фан Ци тащил на себе.

— Брат, раз уж даже сюцай Чжао начал готовить, научи и меня, когда домой вернёмся, — Чжао Вэньхэ повернулся к старшему брату.

— Хорошо, дома научу.

Чжао Цинхэ с улыбкой потрепал младшего брата по голове. Было бы неплохо, если бы тот научился готовить. Тогда, когда сам Цинхэ выйдет замуж или просто не сможет находиться рядом, младший брат сумеет приготовить себе еду и не останется голодным.

Пока все четверо болтали и смеялись, Фан Ци ловко израсходовал целую миску теста и напёк большую тарелку тонких блинчиков, усеянных зелёным луком. Они получились румяными, яркими и такими ароматными, что от одного вида разыгрывался аппетит.

А вот с уже безнадёжно испорченной кастрюлей яичной каши Фан Ци ничего сделать не мог.

Вчетвером они съели все блинчики, затем каждый выпил ещё по две миски каши, однако в кастрюле всё равно осталось почти половина.

Чжао Цинхэ с сожалением посмотрел на остатки:

— Жалко выливать столько яичной каши. Давайте пока оставим, в обед доедим.

Фан Ци кивнул:

— Угу. Сейчас ещё не слишком жарко, за утро она не испортится. Пусть пока стоит.

После еды все четверо немного посидели в главной комнате, а затем принялись мыть дикие плоды, которыми были доверху набиты два заплечных короба.

Когда людей много, и работа спорится. За целый день они вчетвером вымыли все плоды из обоих коробов, а затем разложили их на кухне и в главной комнате, чтобы те обсохли в тени.

На следующий день все четверо снова провозились с утра до вечера: аккуратно уложили подсохшие дикие абрикосы и персики в два больших чана, добавили закваску для брожения, а затем плотно закрыли их крышками.

— Ци-гэр, примерно сколько времени понадобится, чтобы эти два чана вина были готовы?

— Мы ещё даже не закончили подготовку. Остался один важный этап.

Не дожидаясь вопроса Цин-гэра, Фан Ци продолжил:

— Через два-три дня надо будет снять крышки с чанов, долить внутрь кипячёной охлаждённой воды, снова плотно закрыть и оставить бродить. После этого примерно через полмесяца оба чана вина будут готовы, и их можно будет открывать.

— А вино может не получиться? — с любопытством спросил Чжао Вэньхэ.

— Конечно, может. Нельзя рассчитывать, что каждая партия обязательно получится удачной. Нам остаётся только сделать всё как можно тщательнее и постараться свести вероятность неудачи к минимуму.

Ещё до того, как согласиться делать вино вместе с Ци-гэром, Чжао Цинхэ уже думал о том, что всё может закончиться неудачей.

— Я верю Ци-гэру. А даже если не получится — ничего страшного. В худшем случае попробуем ещё раз.

— Угу!

— Теперь остаётся только подождать полмесяца и открыть чаны. Тогда и узнаем, получилось ли у нас вино.

— Обязательно получится!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/24137/2790213