Готовый перевод HP: How Could the Savior Be a Slytherin / ГП: Избранный не может быть Слизеринцем: Глава 17

Выходные в Малфой-меноре пролетели незаметно, словно украденные мгновения, оказавшись до нереальности короткими.

В воскресенье во второй половине дня в купе Хогвартс-Экспресса атмосфера кардинально отличалась от той, что была по дороге сюда.

Драко лениво прислонился к окну, жалуясь на то, что «снова придется терпеть мозги этих троллей и шумного Пивза», но в его взгляде читалось расслабление. Гарри тоже не был так напряжен, по крайней мере, пока смотрел на проносящийся за окном пейзаж.

Пока в темноте не проявился знакомый силуэт Замка Хогвартс — холодные каменные стены и мерцающие окна приближались все ближе, и то привычное ощущение надетой маски медленно возвращалось.

Спрыгнув с повозки и ступив на холодные каменные ступени перед замком, Гарри ощутил, как на него пахнуло теплой и шумной атмосферой Хогвартса. Из стороны башни Гриффиндора доносились невнятные звуки веселья, в то время как лестница, ведавшая в подземелья, казалась куда более тихой.

Стоило им почти дойти до той влажной каменной стены, что служила входом в Гостиную Слизерина, как позади раздался знакомый зычный голос:

— Эй! Гарри!

Шаги Гарри споткнулись, и практически инстинктивно его глаза затянулись тонкой ледяной коркой.

Он медленно обернулся.

Рон Уизли бежал со стороны бокового коридора, и его рыжие волосы пылали в тусклом освещении коридора подобно язычкам пламени.

На его лице читалась радость от встречи со знакомым:

— Это правда ты! Я видел тебя еще у входа, а потом ты в мгновение ока исчез... Ну как? Слизерин? — эти слова он адресовал Гарри, но глаза то и дело невольно косились на стоявшего рядом Драко со враз оледеневшим лицом, отчего вид у него был несколько смущенный.

Драко издал ничем не прикрытый насмешливый смешок, скрестил руки на груди и окинул взглядом поношенный свитер Рона и потрепанные обшлага его школьной мантии. Он не произнес ни слова, но его надменный и брезгливый взгляд говорил сам за себя.

Гарри смотрел на Рона — этого «лучшего друга», который в прошлой жизни разделял с ним приключения, делил бесчисленные сладости и пожертвовал собой ради него на шахматной доске.

Сейчас он стоял перед ним, обращаясь к нему с самыми простыми, ни капли не затейливыми приветствиями.

Его желудок слегка скрутило.

В сознании мелькнули последние мгновения из прошлой жизни: холодные лица членов Ордена Феникса, преследовавших его.

Семья Уизли... знали ли они? Артур Уизли был ключевым членом Ордена Феникса. Моли Уизли так нежно любила его... Неужели они тоже молчаливо одобряли это или, по крайней мере, безучастно наблюдали за исполнением того самого «финального приказа»?

Какова была правда? Имела ли она еще значение?

Нет, больше не имела.

Важно было то, что он не мог знать наверняка.

А невозможность знать наверняка означала опасность, означала вероятность предательства.

— Угу, — отозвался Гарри бесцветным голосом, в котором не было ни единой нотки, а в изумрудных глазах не нашлось и следа тепла после долгой разлуки. — Нормально.

Рон, похоже, поперхнулся от его холодности, его улыбка слегка застыла, и он потрепал себя по голове:

— Ох... эм, нормально, я имею в виду... по крайней мере, Снегг не станет вечно снимать баллы со Слизерина, верно? — попытался пошутить он, но вышло неловко.

Драко снова издал короткую, сухую насмешку.

Гарри просто смотрел на Рона, ничего не отвечая. Воздух в коридоре, казалось, застыл.

Рон смутился еще сильнее: он перевел взгляд на бесстрастного Гарри, затем мельком глянул на Драко, застывшего рядом подобно ледяной статуе, и наконец сообразил, что атмосфера совсем не та.

— Эм... ну... тогда я пойду, Гермиона, наверное, опять зудит насчет домашней работы... — пробормотал он и немного отступил назад.

С этими словами он, чувствуя себя почти жалко, крутанулся на месте и быстрым шагом направился в сторону башни Гриффиндора.

Драко проводил взглядом рыжую макушку, скрывшуюся за следующим поворотом, и лишь после этого неторопливо заговорил, изобилуя насмешками в голосе:

— До встречи? У Уизли мозги как у тролля? Не видит, что с ним банально не хотят общаться? — он повернулся к Гарри, и в его серых глазах мелькнуло любопытство. — Зачем ты вообще обращал на него внимание? На эту марионетку Дамблдора...

— Не стоит того, — оборвал его Гарри прежним безэмоциональным голосом. Он повернулся к каменной стене и произнес пароль:

— Чистокровные.

Каменная стена со скольжением отворилась, открывая входу в Гостиную Слизерина.

Внутри вовсю полыхал камин, а абажуры с зеленоватым свечением придавали всему вокруг мрачный и холодный вид. Несколько студентов в зелено-серебряных мантиях сидели в резных креслах, тихо переговариваясь. При их появлении разговор затих, и взгляды — то мимолетные, то задержавшиеся — скользнули в их сторону.

Гарри прошел через гостиную, не глядя по сторонам, и направился прямиком к коридору, ведавшему в спальни. Драко последовал за ним, больше ничего не говоря.

Оказавшись в их единственной на двоих спальне, они захлопнули за собой дверь, отрезая внешние взгляды и звуки.

Драко швырнул сумку на стул и распустил галстук:

— Тц, кажется, к нам прилип этот нищенский душок семьи Уизли.

Гарри пропустил его жалобы мимо ушей, подойдя к окну и глядя на темную гладь озера. Время от времени мимо неторопливо проплывали огромные щупальца гигантского кальмара или какие-то светящиеся водные обитатели.

— Гарри, — голос Драко донесся сзади, потеряв прежнюю язвительность. — Ты только что... в порядке?

Гарри некоторое время молчал. Озерная вода отражала слабый зеленый свет, проникавший из гостиной, отбрасывая колеблющиеся тени на его лицо.

— Какая от него может быть польза? — внезапно заговорил Гарри. Голос его звучал глухо, словно он спрашивал то ли Драко, то ли самого себя. — Семья Уизли... если не считать кучи детей да того, что они вовремя встали на нужную сторону, на что они еще способны? — он методично перечислял, холодно и безжалостно, и каждое слово звучало словно лезвие ножа, рассекающее теплые воспоминания прошлой жизни.

Драко подошел к нему, прислонившись к стене у окна, и взглянул на его профиль:

— И что с того?

— А то, — Гарри повернул голову, и в его изумрудных глазах залегла непроницаемая пустота, до самого дна, — пустая трата времени.

Драко несколько секунд пристально смотрел на него, а затем пожал плечами:

— Тоже верно. В любом случае, у нас есть свой план.

Его тон вновь стал легким:

— Вместо того чтобы возиться с такими людьми, лучше подумать о том, как сделать так, чтобы на следующем уроке зельеварения крестный снова не пристал к нам из-за усовершенствованного рецепта — хотя мы изменили его куда лучше, чем написано в учебнике.

Гарри отвернулся и снова уставился на непроглядно-черную воду озера.

Да уж, план.

Использовать все, что поддается использованию, и смести любые преграды.

Гермиона Грейнджер... Она куда полезнее Рона Уизли: умная, въедливая, с мощной логикой и способностью к учебе. Возможно... стоит к ней присмотреться.

Что же до доверия? В глубине души всколыхнулась холодная насмешка. Этому больше не повториться.

Если не считать...

Его взгляд чуть сместился, упав на отражение Драко рядом.

Это отражение тоже смотрело на него.

— Кстати, — Драко, будто внезапно что-то вспомнив, выпрямился, — по поводу эссе по зельеварению, той части с порошком лунного камня... у меня тут появилась парочка новых идей, как сделать его стабильнее при нейтрализации сока сонных бобов... хочешь послушать?

Он никогда не задавал глупых вопросов вроде ты случайно не расстроился только что или ты все еще думаешь об Уизли. Он лишь использовал то, что, как они оба знали, было важнее всего — чтобы вернуть его обратно.

Гарри глубоко вздохнул, силой подавляя те образы из головы — рыжие волосы, шахматную доску, ледяной приказ — и запирая их в самом дальнем углу.

— Выкладывай, — он повернулся и направился к письменному столу, а его голос вновь обрел привычное спокойствие.

Уголки губ Драко изогнулись в улыбке, и он последовал за ним, принявшись увлеченно рассказывать о своем новом открытии. Он говорил быстро, с присущим Слизерину проницательным энтузиазмом.

Гарри слушал, изредка задавая вопрос-другой

или возражая какому-то из его доводов.

За окном безмолвно бурлили глубокие воды озера, темные и ледяные.

А внутри горел яркий свет, и два подростка склонились над пергаментом и теориями зельеварения: один говорил с упоением, другой слушал сосредоточенно.

Словно того короткого и ледяного столкновения в коридоре никогда и не было.

http://bllate.org/book/24132/2782985