Готовый перевод Rebirth of Obsession / Перерождение: Моя одержимость — это ты: Глава 3

На Пике Десяти Бедствий все четыре сезона царила весна. Подняв взгляд, Истинный Человек Тяньвэй сразу же увидел Чжун Даонаня, который, с зажатой в руке тряпкой, оттирал валун размером с человека.

— Это и есть та самая каменюка, которую ты искал несколько десятков лет? — спросил Истинный Человек Тяньвэй, остановившись у входа.

Чжун Даонань бросил на него мимолётный взгляд, прополоскал тряпку в стоявшем рядом ведре и, убедившись, что та чистая, снова принялся тереть валун.

Камень парил в полувоздухе, а вода, стекавшая с него, собиралась в канавки, опоясывавшие маленький дворик, и уходила прочь. Чжун Даонань тёр очень усердно, его взгляд был прикован к валуну с предельной сосредоточенностью, а когда он добирался до царапин на поверхности, то очищал их с особой тщательностью.

Заметив, что Чжун Даонань не обращает на него внимания, Истинный Человек Тяньвэй ничуть не рассердился и просто остался стоять неподалёку.

Если бы Чжун Даонань пожелал, он запросто мог бы использовать заклинание, чтобы очистить камень в мгновение ока. Однако он не прибегал к магии, делая всё своими руками и вычищая каждую мелочь. Валун-то он отмыл до блеска, а вот собственную одежду испачкал, но Чжун Даонаню было всё равно.

— Если кто-нибудь увидит тебя в таком виде, боюсь, у него глаза от удивления из орбит выпадут, — легко покачал головой Истинный Человек Тяньвэй.

Истинный Человек Тяньвэй приходился главой Секте Вопрошающей к Небесам. Название секты звучало громогласно, но на деле она являлась лишь заурядной обителью в Мире Культивации.

Тридцать лет назад Секту Вопрошающую к Небесам осадили полтора десятка объединений из-за внезапно обнаруженной Духовной жилы, и до полного уничтожения секты оставалось всего ничего. Но тут внезапно появился Чжун Даонань и одним единственным ударом меча заставил мастеров тех сект позорно бежать, не смея больше соваться сюда. С тех пор Чжун Даонань так и остался в Секте Вопрошающей к Небесам в качестве почётного гостя.

Никто не знал, откуда он родом и насколько высок его уровень культивации, но с приходом Чжун Даонаня Секта Вопрошающая к Небесам и впрямь обрела долгожданный мир и покой.

В знак благодарности Истинный Человек Тяньвэй выделил Чжун Даонаню под место практики лучшую вершину над Духовной жилой. Тот, впрочем, нарёк гору Пиком Десяти Бедствий, не принимал никаких учеников и ни с кем не поддерживал связей.

К счастью, Истинный Человек Тяньвэй отличался широтой взглядов и вовсе не страшился ледяного нрава Чжун Даонаня. Время от времени он наведывался на Пик Десяти Бедствий, а впоследствии они частенько засиживались за партией в го, перекидываясь парой простых фраз.

Именно двадцать лет назад, когда Чжун Даонань внезапно собрался покинуть Пик Десяти Бедствий, Истинный Человек Тяньвэй и узнал, что тот всё это время разыскивал какой-то камень.

Повелитель секты полагал, что это наверняка какое-то невероятно редкое сокровище, пригодное для создания артефактов или обладающее особыми свойствами. Кто же знал, что речь шла о заурядном булыжнике, который даже не успел обрести духовную плоть, а обладал лишь зачатками разума.

Хотя духовные камни и ценились редко, по сравнению с сокровищами, за которыми гонялись культиваторы, подобные создания не привлекли бы к себе и мимолётного взгляда.

Истинный Человек Тяньвэй долго стоял над душой, наблюдая, как Чжун Даонань драит камень, пока серый, запылённый булыжник не превратился в серый, запылённый булыжник, который на солнце казался едва ли не светящимся. Но даже после этого Чжун Даонань не собирался останавливаться. Поняв, что сегодня он здесь явно нежеланный гость, Истинный Человек Тяньвэй предложил:

— Не прислать ли тебе парадигму учеников, чтобы они взяли на себя всю эту рутинную работу?

Чжун Даонань наконец прервал своё занятие, перевёл взгляд на Истинного Человека Тяньвэя и ответил:

— Не нужно.

Кивнув, Истинный Человек Тяньвэй удалился.

Стоило ему переступить порог, как Чжун Даонань почувствовал, будто камень перед ним заметно расслабился. Ощущение было на редкость необычным, и если бы он не знал этот валун как свои пять пальцев, то наверняка ничего бы не заметил.

Уголки губ Чжун Даонаня невольно дрогнули в улыбке, а его обычно суровое лицо смягчилось. Сменив влажную тряпку на сухую, он понемногу стёр оставшиеся на камне капли воды и заговорил мягким голосом:

— Тот человек, что только что приходил — Истинный Человек Тяньвэй. Он добрый и весьма великодушный человек, тебе не нужно его бояться. Теперь ты останешься на Пике Десяти Бедствий и наверняка будешь часто его встречать.

— На Пике Десяти Бедствий очень много Духовной ци, она невероятно полезна для питания тела и совершенствования. Впредь старайся усердно постигать Путь и не ленись... — Чжун Даонань запнулся и тут же поправился: — Впрочем... можешь не спешить, всё хорошо в своё время.

— Отныне ты будешь жить здесь. Пока я рядом, никто не посмеет причинить тебе вред. Я не стану тебя раскалывать, так что можешь не переживать.

— Буду звать тебя Сяо Шиши. Я — Чжун Даонань, твой будущий спутник на Пути.

Чжун Даонань ещё долго беседовал с безмолвным камнем, пока наконец не закончил. Когда он только притащил его сюда, валун ничем не отличался от любой придорожной булыги, разве что размерами побольше. Теперь же он выглядел безупречно чистым.

Даже для обычного серого камня эта чистота была заметна невооруженным глазом.

Чжун Даонань не сводил с него глаз, сам не замечая, как пролетело время. В его голове вихрем проносились переплетённые обрывки воспоминаний: тёплые, сладкие, мучительные, горькие, разрывающие душу, пропитанные кровью...

Опустив ресницы, Чжун Даонань надёжно спрятал всё это на самом дне своей памяти.

Окинув взглядом внутренний двор, он легко взмахнул рукой, и всё вокруг мгновенно засияло чистотой и порядком. Взмахнув рукой во второй раз, он заставил камень взлететь и опуститься прямо в центре двора, ровно на нефритовый пьедестал, служивший основанием массива.

Из-за того, что валун заслонил собой свет, некогда белоснежный нефритовый лотос слегка потемнел.

Бросив камню: «Погрейся пока на солнышке, я переоденусь», — Чжун Даонань скрылся в доме. На этот двор были наложены защитные чары, и прорваться сюда без его соизволения или уровня культивации выше его собственного не смог бы никто.

Как только Чжун Даонань ворвался в помещение, гигантский валун на нефритовом пьедестале неловко поёжился. Услышав скрип, раздававшийся под ним, Сяо Шиши замерло.

С самого момента появления в этом дворе оно обратило внимание на стоявший в центре нефритовый постамент.

Сяо Шиши повидало немногое, но даже оно видело, насколько изысканным и прекрасным был этот пьедестал: сплошь белоснежный, источающий густую Духовную ци, от которой у камня просто захватывало дух. Кто бы мог подумать, что его водрузят на столь великолепное ложе... Это было так... от этого Сяо Шиши одновременно смущалось и радовалось.

С тех пор как у него появился разум, ему ещё не доводилось соприкасаться с таким чудесным нефритом.

Впрочем, порадовавшись немного, мысли камня неизбежно вернулись к Чжун Даонаню.

Чжун Даонань был невероятно силён — это Сяо Шиши поняло с самой первой встречи. Глаз у камня не было, и мир в его «восприятии» выглядел несколько иначе, чем у обычных смертных.

Оно умело видеть «ци».

В его глазах Чжун Даонань казался окутанным колоссальными потоками энергии. Эти вихри клубились вокруг всей горной вершины и простирались ещё дальше. Когда Чжун Даонань намеренно скрывал свою силу, эти потоки затихали, становились чистыми и едва уловимыми, но стоило ему приложить волю, как энергия начинала мчаться с бешеной скоростью, являя поистине потрясающее зрелище.

С тех пор как Чжун Даонань подобрал его, Сяо Шиши одновременно боялось издать хоть звука и не могло оторвать взгляд от ци, окружавшей мужчину.

И пусть эта энергия излучала подавляющую, грозную мощь, стоило ей каснуться самого камня, как она становилась невыразимо нежной. Точь-в-точь как ладони Чжун Даонаня, когда те касались его поверхности — такие лёгкие... дарившие ощущение, что им дорожат.

Никто и никогда раньше не дарил Сяо Шиши столь трепетного и нежного тепла. С самого зарождения разума оно лишь терпело удары стихии на горном склоне, а позже появились те люди, которые не только закидывали его камнями, но и пытались расколоть на множество осколков.

Сяо Шиши безумно боялось, но у него не было ног, и сбежать оно не могло при всём желании.

Однако Чжун Даонань спас его, отмыл до блеска, наговорил столько ласковых слов, а его поглаживания были такими тёплыми и нежными.

Правда... что такое этот будущий спутник на Пути?

Поразмыслив над этим немного, греясь на солнышке во дворе, Сяо Шиши быстро задремало. Для камня большую часть времени не существовало никаких забот, кроме как спать.

Очнувшись в следующий раз, оно обнаружило, что обстановка вокруг снова изменилась.

От этого Сяо Шиши на миг напряглось. Оглядевшись и заметив неподалёку сидящего Чжун Даонаня, оно наконец успокоилось.

Они находились в комнате. В отличие от улицы, где гулял ветер, пахло травой и стрекотали насекомые, здесь не было ни ветра, ни солнца, ни запаха зелени, ни жужжания у самого уха.

Огромное тело Сяо Шиши умостили на круглой табуретке, а прямо перед ним стоял стол с сияющим подсвечником. Чжун Даонань сидел рядом, углубившись в чтение книги, а вокруг него громоздarилась целая стопка похожих томов.

Сяо Шиши не умело читать и книги в руках мужчины его ни капли не занимали — всё его внимание целиком и полностью приковал к себе подсвечник.

Для травы и зверей в диком лесу огонь был страшнейшим кошмаром. Сяо Шиши уже не раз доводилось видеть, как после удара молнии с небес вспыхивали и выгорали дотла целые рощи. Буйная зелень превращалась в пепелище, а шустрые лесные зверьки гибли в пламени.

Оно и само однажды пострадало от пожара, и ощущения были скверными, но поскольку оно было камнем, то не сгорело до конца.

Временами Сяо Шиши доводилось замечать глубокой ночью людей, углублявшихся в чащу с факелами в руках. Однако со столь близким соседством «огня», который при этом его не опалял, оно столкнулось впервые.

Если пламя не уничтожает леса, смотреть на него на самом деле очень красиво.

Завороженно уставившись на пляшущий язычок пламени, Сяо Шиши пришло именно к такому выводу.

Заметив, что время уже поздно, Чжун Даонань отложил в сторону купленные у простолюдинов сборники рассказов и поднялся с табурета.

— Пора отдыхать, — произнёс он.

Сяо Шиши даже не поняло, что именно сделал мужчина, как лежавший на табурете валун вдруг плавно приподнялся в воздух.

Огромное туловище Сяо Шиши покрылось мысленными вопросительными знаками — оно понятия не имело, что задумал Чжун Даонань. А затем оно увидело, как мужчина аккуратно переносит его на стоящую неподалёку кровать.

Уложив камень, Чжун Даонань задумчиво оглядел его, затем вручную перевернул валун набок и чуть раздвинул края постели, чтобы хватило места. Наконец оставшись довольным, он скинул верхнюю одежда, лёг на постель рядом с лежащим на боку камнем, и комната погрузилась во тьму вместе с потухшим светильником.

http://bllate.org/book/24003/2750628