Готовый перевод Quick Transmigration: Pretending to be a White Lotus, I Conquered the World / Быстрое перемещение: Притворяясь белым лотосом, я свёл мир с ума: Глава 6

Всегда сдержанный мужчина не знал, что ответить. Опустив взгляд и храня молчание, он отвернулся и позволил Юй Цину уйти.

Когда Ли Ли вошел, он разминулся в дверях с Юй Цином, и в его глазах мелькнуло восхищение. Он мгновенно понял, что это «белый ягненок», недавно появившийся в компании.

Как обычно, он отчитался перед начальником о положении дел в компании, предстоящих совещаниях, приемах и тому подобном.

Мэн Шао тоже, как обычно, сдержанно кивнул.

Однако, когда Ли Ли уже собирался выйти, начальник, который никогда не обсуждал личные вопросы, остановил его и задал вопрос, на который Ли Ли не смог ответить.

— Помощник Ли, что такое... любовь?

Директор рекламного отдела, стоявший за дверью в ожидании доклада, широко раскрыл глаза и вытянул шею, готовый буквально припасть к двери, чтобы подслушать, но помощник директора всё еще был снаружи, так что ей оставалось лишь терпеть. Как же трудно не иметь возможности послушать сплетни изнутри!

В душе Ли Ли, должно быть, превратился в статую, но многолетний профессиональный опыт позволил ему сдержать все неуместные выражения лица. Подумав немного, он произвел расчеты и сказал:

— Господин Мэн, я еще ни с кем не встречался.

Мэн Шао несколько разочарованно махнул рукой:

— Забудь, можешь идти.

Ли Ли был тем человеком в компании, кому он доверял больше всего, но даже он не смог ответить на этот вопрос, так что на душе у Мэн Шао стало немного тоскливо.

В анонимном чате корпорации Мэн:

Этаж 1: «Вы знаете, что я только что слышала? Господин Мэн спросил помощника Ли, что такое любовь!!!»

Этаж 2: «???»

Этаж 3: «!!! Вы уверены, что это господин Мэн, а не господин Сяо?»

Этаж 4: «Вечное железное дерево собралось зацвести?»

Этаж 5: «Господина Мэна случайно не переселили в другое тело?»

Этаж 6: «Только мне жалко помощника Ли?»

……

Эта новость мгновенно взорвала чат. В этот момент Сяо Хэ, находившийся в кабинете вице-президента, тоже наслаждался сплетнями.

Будучи вторым по величине акционером Корпорации Мэн, Сяо Хэ носил прозвище «улыбчивый тигр». На вид он всегда улыбался, но на деле отличался решительностью и жесткостью в делах.

В деловых кругах он славился своими любовными похождениями — проходя через тысячи цветов, он не позволял ни одному лепестку пристать к своей одежде.

Он собирался пойти и посмеяться над Мэн Шао.

Запасной возлюбленный президента (часть 20)

Тук-тук-тук.

Сидевший за письменным столом Мэн Шао снял очки и погрузился в раздумья, но внезапный стук в дверь прервал его мысли.

— Войдите.

Сяо Хэ неспешно вошел в кабинет Мэн Шао, с лукавой усмешкой окинул его взглядом, вытянул свои длинные ноги и, прислонившись к рабочему столу Мэн Шао, спросил:

— Слышал, у господина Мэна появился любимый человек?

Мэн Шао скосил глаза на стоявшего рядом с ним Сяо Хэ.

— Откуда ты услышал?

Сяо Хэ с улыбкой достал телефон и помахал анонимным чатом перед носом Мэн Шао.

Затем он небрежно махнул рукой:

— Впрочем, всё это неважно. Скажи мне, правда это или нет? Мы столько лет дружим, как я могу спокойно смотреть, как хороший брат мается из-за сердечных дел, верно?

С этими словами он толкнул Мэн Шао локтем в лучших традициях закадычных друзей.

Сяо Хэ и Мэн Шао выросли в одном кругу и даже состояли в дальнем родстве. Их отношения можно было назвать хорошими, но не более того. Мэн Шао колебался, стоит ли вообще рассказывать об этом Сяо Хэ.

Однако, подумав о том, что этот парень — известный бродяга на любовном фронте, он решил, что расспросить его не помешает.

Поэтому, слегка замявшись, он вкратце пересказал историю с Сюй Хэ и Юй Цином.

Сяо Хэ со смеху чуть не лишился дыхания:

— Мэн Шао, о Мэн Шао! В деловых кругах ты решителен и властен, вершить судьбы — для тебя привычное дело, и я часто гадал, как устроен твой мозг. Теперь мне тоже хочется спросить: как у тебя вообще устроен мозг?

Была у Сяо Хэ еще одна черта — острый язык.

Мэн Шао закрыл лицо своими тонкими руками:

—…

Сяо Хэ терпеливо разложил всё по полочкам:

— Ты и Сюй Хэ — вы просто два одинаково выдающихся человека, оказавшиеся вместе, а не два любящих друг друга сердца.

Мэн Шао замолчал.

Когда-то он думал, что любит Сюй Хэ. Тот был достаточно хорош, чтобы стоять рядом с ним.

Такова была брачная философия семьи Мэн: найти равного по происхождению и достаточно выдающегося партнера, который станет надежным тылом. Если бы не разорение семьи Сюй и не попытка Сюй Хэ сорвать помолвку с помощью грязных трюков, семья Мэн, возможно, и приняла бы его.

Сяо Хэ продолжил:

— А ты хорошо знаешь Сюй Хэ?

Мэн Шао смог выдавить из себя лишь:

— Он очень способный, любит участвовать в конкурсах, очень умный человек.

— А Юй Цин?

— Он… немного робкий, легко краснеет, иногда витает в облаках, любит готовить, обожает сладкое, великолепно рисует, по характеру чистый и добрый…

И самое главное — он очень сильно меня любит.

Мэн Шао не успел договорить, как Сяо Хэ перебил его:

— Разве этого недостаточно?

Напоследок Сяо Хэ похлопал Мэн Шао по плечу и сказал с глубоким смыслом:

— Тебе пора отпустить эти ложные наваждения.

Перед тем как Сяо Хэ ушел, Мэн Шао окликнул его:

— Погоди, добавь меня в тот чат.

Когда душевный наставник удалился, Мэн Шао подошел к окну и окинул взглядом весь город А. Густые черные тучи давили на небо, скрывая городские высотки, и нависали так низко, будто собирались рухнуть вниз. Всё вокруг погрузилось в угнетающую тишину, и лишь холодный ветер свирепо проносился по улицам.

Вскоре закапал дождь. Весь город А окутало серой дымкой, в точности отражающей его нынешнее настроение.

На стекле отразилось суровое лицо мужчины, и в его памяти начали всплывать все воспоминания, связанные с Юй Цином.

Оказывается, он так сильно любил его! И эта привязанность была куда глубже, чем он думал.

Всё, что касалось Юй Цина, он помнил до мельчайших деталей.

Но он ведь когда-то воспринимал его лишь как замену! Если Юй Цин узнает об этом, у них, боюсь, не останется ни единого шанса на будущее.

Поэтому он должен прятать эту правду так глубоко, как только возможно. Даже если придется лгать, он пойдет на любые уловки, чтобы обманывать его всю жизнь.

Поразмыслив немного, мужчина подошел к рабочему столу, включил компьютер и, хмурясь от сомнений, набрал в поисковой строке: Как добиться любимого человека?

Подумав секунду, он добавил в конце еще несколько слов: У автора поста нет проблем с деньгами, нужны романтичные способы.

В анонимном чате корпорации Мэн:

Этаж 2: «???»

Этаж 3: «Неужели это сам господин Мэн пожаловал, ха-ха-ха~»

Этаж 4: «Кого же любит господин Мэн? Разве нам положено это знать?»

Этаж 5: «Подари розы, огромное бриллиантовое кольцо, спорткар и виллу».

Этаж 6: «Пошлость. Разве тот, кто приглянулся господину Мэну, из тех, кому нравится подобное?»

Этаж 7: «Верно, он такое не любит».

Юй Цин как раз просматривал чат и, увидев это, мысленно нарисовал вопросительные знаки над головой: «Ци-Ци, неужели у него какое-то искаженное представление обо мне? Кто сказал, что я не люблю? Я очень люблю! Я самый что ни на есть пошлый человек, ууу».

077 громко заржал: «Твой образ человека, для которого деньги — лишь пыль, уже глубоко запал людям в душу, ха-ха-ха~»

В чате один за другим стали появляться сотрудники, предлагающие Мэн Шао свои идеи. Мэн Шао почитал их и даже проникся кое-какими мыслями. Стоит признать, мышление у молодежи скачущее, а идеи самые причудливые.

Интересно, сидит ли он в этом чате и видит ли всё это? При этой мысли разгладившиеся брови Мэн Шао слегка приподнялись.

Хотя, учитывая его наивный характер, он, скорее всего, даже не подозревает о существовании этого чата.

Рассудив так, Мэн Шао поднялся с места и лично отправился в цветочный магазин. За столько лет он впервые самовольно покинул рабочее место в разгар рабочего дня.

Впрочем, он был генеральным директором, и никто не смел осуждать его поступки.

В цветочном магазине появился VIP-клиент. Мужчина был одет в явно дорогую одежду, а одни только часы на его запястье стоили семизначную сумму.

Продавец с улыбкой и энтузиазмом бросился навстречу:

— Здравствуйте, сэр, какие цветы вас интересуют?

Мэн Шао редко бывал в цветочных магазинах — раньше для отправки букетов клиентам он всегда посылал помощника. Войдя сюда впервые, он даже испытал некоторое любопытство.

Помещение было заполнено распустившимися цветами, но взгляд Мэн Шао сразу зацепился за бледно-голубые розы с мягким градиентом. Они очень напоминали глаза Юй Цина — чистые, без малейшей примеси, словно в них никогда не оседала ни единая пылинка.

Это была предельная, абсолютная чистота, похожая на легкую дымку над горными полями или лунный свет, отражающийся в ручье.

Мэн Шао безумно любил эти глаза.

— Этот сорт называется голубой лед Мичигана. Они получаются путем окрашивания белых роз, у вас прекрасный вкус, гость мой.

И это не было лестью. Крупные боссы редко заходили в цветочные магазины лично, они обычно даже не утруждали себя выбором, а просто заказывали красные розы. Этот же клиент явно подошел к делу с душой.

Продавец искренне улыбнулся:

— Ваша вторая половинка будет очень счастлива.

В уголке рта Мэн Шао промелькнула едва заметная улыбка:

— Тогда упакуйте все голубые розы, что есть в магазине.

Во второй половине дня на рабочем столе Юй Цина красовался целый океан голубых роз — зрелище было поистине потрясающим.

Юй Цин протянул руку и взял лежащую сверху карточку. На ней было написано: Жду тебя сегодня вечером на крыше ресторана Husk.

Весь отдел дизайна был в шоке.

Оказывается, объект обожания господина Мэна — это их скромный одинокий цветочек с одиннадцатого этажа!

Этаж 1145: «Кому хуже всех, так это одиннадцатому этажу».

Этаж 1146: «Вот это размах от господина Мэна! Husk — самый дорогой пятизвездочный ресторан в городе А, там можно любоваться звездным небом над головой и огнями города под ногами».

Этаж 1147: «Надо же, господин Мэн бывает таким романтичным».

Этаж 1148: «Выходит, в мире нет неромантичных мужчин, есть лишь те, кто не желает тратить на тебя душевные силы».

Этаж 1149: «Я пыталась забронировать там столик целый месяц, и всё безуспешно... Цин-Цин, можно вести стрим?»

Этаж 1150: «Если они сойдутся, пусть директор угостит весь одиннадцатый этаж ужином!»

Этаж 1151: «Господин Мэн, я побегу в отдел дизайна, пока не поздно?»

Этаж 1152: «Возьмите меня с собой!»

Этаж 1153: «Давайте сегодня и завтра объявим выходными».

Этаж 1154: «Господин Мэн велик~»

……В личном дизайнерском студии.

— Эту... не слишком ли преувеличенно, сестра Лань? — юноша с некоторым неудовольствием подергал себя за воротник.

Все сотрудники проектного отдела во все глаза уставились на него.

Заметив, что у юноши на вечер намечено свидание, все предложили помочь ему с созданием нового образа, но никто не ожидал, что привычно скромно одевающийся юноша в таком облачении покажется просто неземной красоты.

Кожа юноши перед зеркалом сияла белизной, черные волосы мягко ниспадали облачной дымкой, а длинные темные ресницы делали глаза еще более яркими и выразительными — пара глаз казалась чистой и прозрачной, словно погруженные в воду кристаллы.

Юноша был облачен в мягкий белый шелковый костюм-тройку, ткань которого напоминала по нежности облако, а тонкая работа сразу выдавала дорогую вещь.

Пиджак был с небольшим V-образным вырезом, открывающим изящные рельефные ключицы. Запястья и шею украшали тонкие аксессуары в тон наряду, отчего кожа, гладкая словно фарфор, казалась еще белее. В лучах мягкого света изящные хрустальные подвески переливались искрами, и в глазах юноши мерцал легкий, окутанный дымкой звездный свет.

Под всеобщими взглядами Юй Цин медленно опустил ресницы, приобретя еще более утонченный, хрупкий вид.

Он напоминал прекрасного юношу из древнегреческих мифов, что погиб, любуясь на цветок нарцисса.

Невероятно красивого.

Дизайнер и сам не ожидал, что кто-то сможет воплотить задуманный им образ с таким потрясающим эффектом. Он уже думал, что этому наряду суждено пылиться на витрине, но стоило ему увидеть юношу, как в голове сразу же возникла мысль предложить примерить именно его.

— Ты — дар самого Творца, дитя, — с легким иностранным акцентом похвалил французский кутюрье.

С легкой улыбкой на губах Юй Цин принял всеобщее восхищение.

День пролетел незаметно, и вот уже наступил вечер. Заметив, как сильно нервничает юноша, окружающие перестали над ним подшучивать и отпустили пораньше на встречу с Мэн Шао.

Впрочем, сам Мэн Шао волновался ничуть не меньше. Он сидел в ресторане французской кухни, и его ладони непрерывно потели, хотя внешне он сохранял абсолютное спокойствие.

Хоть он и знал, что Юй Цин непременно придет, мысль даже о ничтожном шансе на обратное заставляла его тревожиться. Мэн Шао и представить не мог, что и на его долю выпадет день, когда он будет так дрожать от неуверенности.

Когда юноша появился в поле зрения, в глазах Мэн Шао вспыхнул яркий свет.

Невозможно было скрыть потрясение, охватившее его целиком — он никогда прежде не видел Юй Цина таким. Мэн Шао не отрываясь смотрел на приближающегося юношу, чувствуя себя так, будто видит сон.

Лишь когда Юй Цин опустился на стул напротив, он наконец вернулся к реальности.

Придя, Юй Цин окинул ресторан беглым взглядом: судя по всему, Мэн Шао выкупил весь верхний этаж Husk, и кроме официантов, здесь не было ни души.

Звездное небо над головой — поистине идеальная обстановка для признания.

Взглянув на сидящего напротив Мэн Шао, можно было заметить его стройную, прямую как струна фигуру, узкие темные глаза, таящие в себе острый блеск, словно ночной сокол, и тонкие, тронутые легкой улыбкой губы. Однако стоило ему посмотреть на Юй Цина, как во взгляде теплилось мягкое тепло, а суровые черты лица заметно смягчались.

— Я...

— Я...

Они заговорили одновременно и тут же тихо рассмеялись.

Мэн Шао заботливо нарезал для Юй Цина стейк, налил бокал красного вина и подвинул к нему: — Уже поздно, ты, наверное, проголодался, давай сначала поужинаем.

Возможно, потому что видеть Мэн Шао столь нежным доводилось нечасто, Юй Цин с покрасневшими щеками кивнул.

В дрожащем свете свечей лицо юноши напоминало только что родившийся лунный серп, а сердце Мэн Шао билось так громко, пока он лихорадочно соображал, что именно сказать дальше.

Весь ужин прошел в тягучей, трепетной и полной скрытого подтекста атмосфере. Мэн Шао то и дело бросал взгляды на Юй Цина, и в его глазах читался такой хищный собственнический огонек, что не замечать его было невозможно, а Юй Цин лишь заливался краской и не смел поднять глаз.

Когда Юй Цин отложил нож и вилку, Мэн Шао тоже прекратил трапезу и, достав салфетку, с заметной неуклюжестью промокнул уголок губ юноши. Было очевидно, что подобные нежные жесть непривычны для него.

После ужина.

Мэн Шао нежно взял юношу за руку и подвел к ограждению. Легкий ветерок шевелил его пряди, и в лунном свете мужчина с бесконечной нежностью посмотрел на стоящего рядом: — Тебе нравятся сегодняшние розы?

Сдерживая накатывающий румянец, Юй Цин с сияющими глазами закусил губу и тихо ответил: — Очень нравятся. Всё, что дарит А-Шао, мне по душе.

Мэн Шао мягко притянул Юй Цина к себе, прижимая к груди, и Юй Цин услышал, как бешено бьется его сердце.

— Прости, раньше я не умел ценить тебя должным образом... Позволь мне всё исправить, дай мне еще один шанс.

Голос мужчины был хриплым и глухим, и вина в нем звучала более чем отчетливо.

Юй Цин не удержался от слез, уткнулся ему в грудь и обнял Мэн Шао в ответ.

— На самом деле, стоило тебе лишь повернуться, и ты сразу увидел бы меня. Я всегда был там.

Смысл этих слов был очевиден без лишних пояснений.

Мэн Шао переполнили чувства, и он сжал объятия еще крепче. Пожалуй, именно эта искренняя любовь помогла ему наконец разобраться в собственных желаниях.Под звездным небом высокий мужчина приподнял лицо юноши и нежно поцеловал его. В этом поцелуе уже не было прежней грубости и властности.

На этот раз он вложил в поцелуй всю свою любовь и безграничную нежность, обращаясь к юноше, что покоился в его объятиях.

До встречи с Юй Цином он не знал, что такое радость и откуда берется счастье, и лишь появление юноши дало ему точный ответ.

Он наконец понял: любить кого-то — значит чувствовать, как неустанно бьется сердце, и осознавать, что этот человек неповторим.

Если кто-то по-настоящему дорог твоему сердцу, ты никогда не станешь искать ему замену.

Потому что этот человек — единственный и неповторимый.

Закончив целовать Юй Цина, Мэн Шао почувствовал вкус этого блаженства, но, взглянув на его припухшие губы, лишь помрачнел взглядом и заставил себя остановиться. Впереди еще будет масса возможностей, не стоит спешить.

Успокоившись, оба постепенно зачарованно погрузились в ночную красоту. Любуясь усыпанным звездами небом, Юй Цин прижался к плечу Мэн Шао и восхищенно выдохнул:

— А-Шао, сегодня на небе такие красивые звезды.

Мэн Шао опустил взгляд на его глаза:

— Пусть звезд на небе мириады, но для меня звезда лишь одна — ты.

Юй Цина проняло до глубины души. Стоило этому мужчине открыться для чувств, как он стал просто невероятен — любые нежные слова слетали с его губ сами собой.

Вдруг Юй Цин почувствовал, как большие теплые ладони закрыли ему глаза.

— Пойдем со мной.

Ощупью ступая в темноте, Юй Цин держался за руку Мэн Шао, и спустя десяток шагов они поднялись на небольшую возвышенность.

На крыше была смотровая площадка с телескопом, но Мэн Шао привел его сюда вовсе не для того, чтобы любоваться звездами.

Внезапно Юй Цин услышал звук запускаемых фейерверков, и закрывавшие глаза ладони медленно опустились.

Ослепительные салюты взмыли ввысь, и в едином миге расцвели огненные цветы, озарив сиянием все небо. Подобные падающим звездам искры дождем сыпались сверху, сливаясь в гармоничный узор с ночной прохладой.

Юй Цин невольно почувствовал, как защипало глаза. Заветное желание, которое прежде казалось несбыточным, наконец-то исполнилось.

— В тот раз я не смог полюбоваться с тобой фейерверком, но отныне каждый салют мы будем встречать вместе.

Мэн Шао обнял Юй Цина со спины, и его низкий шепот звучал невероятно искренне.

В этот момент клятва под раскидистым куполом салюта оказалась романтичнее самих огней.

В соседнем здании толпа людей, вооружившись биноклями, следила за происходящим и то и дело разражалась возгласами изумления:

— Целуются, целуются!

— Обнимаются, обнимаются!

— Еще и шоу фейерверков! Кто вообще говорил, что генеральный директор Мэн — робот для работы? Да он безумно романтичен, только посмотрите!

— Теперь моя очередь, ты смотришь уже целых три минуты!

— Жалко, ничего не слышно, эх...

— Боже, как же они подходят друг другу, у-у-у...

Юйлань безмолвно вздохнул. За какие грехи ему досталось такое сборище подчиненных?

В тот вечер Юй Цин заснул прямо в объятиях Мэн Шао. Мэн Шао отнес его в спальню, и остаток ночи они провели, прижимаясь друг к другу.

Всю ночь юноша, словно котенок, с калачиком ютился у него на груди. Мэн Шао с трудом сдерживался, обнимая Юй Цина, и хотя спать толком не удавалось, одно лишь созерцание мирного сна юноши наполняло его душу полнейшим умиротворением.

Утром Мэн Шао проснулся первым. Глядя на спавшего в его объятиях Юй Цина, он то и дело испытывал некое иррациональное чувство нереальности происходящего. Такое счастье пришло слишком стремительно и было слишком прекрасным, заставляя невольно вспомнить о том, что вопрос с Сюй Хэ все еще не решен окончательно.

Это была угроза.

Проснувшись, они еще немного понежились в постели, после чего Мэн Шао отвез Юй Цина на машине к его апартаментам. Он сказал, что у него еще есть дела, которые нужно уладить, и Юй Цин, ничего не заподозрив, с улыбкой проводил его до двери.

В кафе.

Сюй Хэ мертвой хваткой вцепился в край чашки:

— Брат Сюй, что это значит? Ты так со мной поступаешь ради какого-то дублера?

С тех пор как Мэн Шао перестал оказывать покровительство клану Сюй, их дела начали стремительно катиться под откос. Под защитой Мэн Шао они в прошлом успели насолить многим, и теперь эти люди только и ждали удобного момента для ответного удара. Если они пока и выжидали, то лишь потому, что следили за позицией Мэн Шао.

Охваченный паникой, Сюй Хэ нанял частного детектива следить за Мэн Шао и получил фотографии Юй Цина вместе с ним.

Поразмыслив над увиденным, он сложил два и два и практически безошибочно угадал истинное положение дел.

— Он никому не замена. Не позволяй мне слышать подобные слова во второй раз. Учитывая, сколько лет мы знакомы, я могу помочь клану Сюй на этот раз, но больше ты не должен попадаться мне на глаза, а уж тем-более делать так, чтобы до него дошли слухи об этом.

Сюй Хэ, некогда привыкший быть всеобщим любимцем и баловником судьбы, не мог вынести такого тона со стороны Мэн Шао. Покрасневшими глазами он вскинулся на него:

— Как ты мог со мной так поступить! Нет... Мэн Шао... ты не имеешь права так со мной обращаться!

Мэн Шао насмешливо усмехнулся:

— В самом начале добиваться меня начал ты, уехать за границу и порвать со мной решил ты, а вернувшись в страну, разрушил мою помолвку тоже ты. За все эти годы у меня перед тобой и кланом Сюй чиста совесть.

http://bllate.org/book/23982/2749408