Готовый перевод The Pregnancy Chronicle / Записки о новой жизни: Месть и любовь: Глава 14

То просто Цы Ин переоделся в женское платье. Кроме Да Ин, все остальные у них мужчины. А так как в качестве стражников к императору близко не подступишься, пришлось сойти за дворцовых служанок. Впрочем, на обычную маленькую служанку никто и внимания не обратит, так что действовать оказалось даже удобнее. Стоило Бай Юйфэну представить Цы Ина в женском наряде, как он не удержался и расплылся в недоброй улыбке, но с таким злорадным выражением лица, что спрятавшийся в тени угрюмый Цы Ин аж зубами заскрежетал: нельзя же так издеваться над людьми...

К счастью, фигура у Цы Ина была довольно хрупкая, иначе попытка сойти за служанку обернулась бы... сущим посмешищем. Ло Цзиньнянь мысленно отступил на шаг в сторону — в конце концов, с этим парнем они были не так уж близки... Из-за этой суматохи лица окружающих заметно переменились. Выражение лиц отца и дочери из семьи Ван давным-давно почернело, растеряв всю прежнюю невозмутимость, зато члены семьи Ло выглядели куда лучше — и генерал с супругой мысленно подумали: поделом!

Наглядевшись на представление, Бай Юйхуан со многозначительным видом перевел взгляд на обоих, однако распространяться не стал. Сперва он утешил перепуганных отца и дочерей из семьи Ван, затем грозно приказал как следует допросить этого слугу, а напоследок, во имя личных и государственных интересов, решил устроить тому основательный допрос. Бай Юйхуан выпрямил лицо, сбросив с себя прежнее расслабленное выражение, и меж его бровей проступили едва заметные нотки гнева. Хлопнув ладонью по столу, он гневно вопросил поверженного на землю и проклинающего свою судьбу посланника Корё:

— И как это понимать?! Ваши люди из Корё до того потеряли страх, что позволяют разгуливать вокруг человека в помутнении рассудка! Уж не нарочно ли вы здесь безобразничаете?!

Посланник Корё торопливо принялся оправдываться:

— Ваше Величество, этот слуга в обычное время совершенно нормален и никогда прежде не страдал подобными припадками. Тут явно кроется какая-то случайность, умоляю Ваше Величество во всем разобраться!

Увидев, что послу оказано достаточно уважения, Бай Юйхуан смягчил тон:

— Ладно, вернемся к этому делу позже. Сегодня на редкость прекрасный день, и Портить настроение мне не хочется.

Посланник Корё тут же с облегчением выдохнул. Заметив, что выражение лица Бай Юйхуана стало куда благожелательнее, он поспешил вернуться к прерванной теме:

— Ваше Величество, эта трава найцзы не просто обладает целительными и спасительными свойствами — она еще и способна изменять цвет волос в зависимости от индивидуальной конституции человека. Ровно через месяц после приема они вернутся к своему прежнему оттенку, так что о проблемах с восстановлением беспокоиться не стоит.

— И впрямь столь диковинная вещь? Отоприте-ка ларец, дайте мне как следует разглядеть ее.

Посланник не стал больше томить загадками и, бережно передав шкатулку в руки другому послу, неторопливо открыл крышку. Тотчас же по комнате разнесся густой аромат, от которого все присутствующие почувствовали себя заметно бодрее. Бай Юйхуан дважды шумно втянул носом воздух, наполненный благоуханием травы найцзы, и, ощутив необыкновенную ясность в голове, не удержался от восхищения:

— А ведь эффект и правда неплох...

— Ха, да это же обычное мятное масло, которым обмазали ласточкину траву! Каждый день мажешь два раза, и через сорок девять дней эта ласточкина трава мутирует, станет еще ярче и красивее, а ее собственный запах смешается с мятным маслом, породив едва уловимый, самую малость резковатый аромат. Если растереть ее в порошок, ее даже можно добавлять в румяна — она обладает отбеливающим и подтягивающим действием.

Уловив этот бодрящий запах, Ло Цзиньнянь сперва опешил, но тут же вспомнил, как давным-давно на Горе Ханьцан тетушка Лянь, когда ей приходилось засиживаться ночами ради создания новых лекарств, всегда выставляла на подоконник два-три маленьких горшочка. Комната мгновенно наполнялась ароматом с мятными нотками, и Ло Цзиньнянь не раз улавливал этот запах, когда навещал Бай Ляньхуа или просто проходил мимо. Только... сегодняшний запах почему-то казался чуть иным, чем прежде...

Ло Цзиньнянь не пытался намеренно приглушить голос, так что его рассуждения услышали многие. Выражения лиц собравшихся сделались весьма неоднозначными, и в сторону посланника Корё люди посмотрели уже без прежнего одобрения. Что вообще творится в этом Государстве Корё? Сначала привезли слугу, который сошел с ума, а теперь подсовывают какую-то сомнительную травку — не вредительство ли это чистой воды? Лица у всех помрачнели: оскорбление государственного величия — дело серьезное!

Посланник Корё прекрасно видел, как меняется настроение окружающих, однако ничуть не растерялся — он лишь слегка опустил голову и замер в ожидании, пока Бай Юйхуан не утихомирит толпу. И действительно, Бай Юйхуан прервал трапезу и взмахнул рукавом драконовского халата, призывая всех к немедленной тишине. Властное давление было таково, что те, кто хотел подлить масла в огонь или поддержать праздное любопытство, мгновенно прикусили языки.

— Знаете ли вы, что за подобное неуважение к императорскому величию по законам нашей династии полагается смертная казнь? — Бай Юйхуан приподнял бровь и откинулся на спинку сиденья, являя во всей красе свирепую владычню ауру.

Только после этого посланник Корё сложил руки в поклоне и произнес:

— Если судить лишь по запаху и внешнему виду, она и впрямь ничем не отличается от ласточкиной травы с добавлением мятного масла. Но это не обычная ласточкина трава: ее запах очень похож, однако свойства отличаются как небо от земли. Впрочем, найцзы — это лишь ученое название, а в народе ее зовут кровавой травой. Второй молодой господин Ло наверняка знает, что это за вещь?

В его тоне проскользнула легкая вызывающая нотка. Сидевший рядом Бай Юйфэн чуть было не метнул палочки для еды прямо в этого посланника Корё — ишь губа не дура, посмел бросить вызов человеку самого Бай Юйфэна!

Ло Цзиньнянь с досадой сжал руку сидевшего рядом парня и покачал головой:

— Не ожидал, что ваше уважаемое государство сможет раздобыть столь редкую кровавую траву. Раз уж это и вправду кровавая трава, она вполне заслуживает звания бесценного сокровища.

На лице посланника Корё мгновенно стерлось неудачливое выражение, и он с довольным видом, притворно смиряясь, отозвался:

— Что вы, что вы...

— Эй, стража! Отнесите эту кровавую траву в Императорскую медицинскую академию, пусть там как следует о ней позаботятся. Если что-нибудь стрясется — пеняйте на собственные головы. (Прим.: лекари Императорской медицинской академии носили головные уборы в зависимости от ранга: обладатели высшей власти носили шапки глубокого фиолетового цвета, а чины пониже — темно-синие).

Стоявший неподалеку евнух принял приказ и бережно взял кровавую траву из рук посланника. В тот самый миг, когда он развернулся, Ло Цзиньнянь внезапно уловил знакомый резкий запах. Лицо юноши мгновенно изменилось, но, испугавшись, что это лишь игра его воображения, он притворился, что просто опустил голову к пиале с чаем, а сам погрузился в глубокие раздумья.

Вторая половина банкета прошла без происшествий. Едва пир подошел к концу, Ло Цзиньнянь под предлогом неотложных дел поспешно распрощался с Бай Юйфэном и тайком проскользнул на территорию Императорской медицинской академии... Откуда Ло Цзиньнянь знал, где она находится? Ну, в этом мире существовала такая профессия — осведомитель. Щедро отсыпав серебра и, на всякий случай, скормив информатору маленькую коричневую пилюлю, чье действие заставляло человека полностью забыть все события за последнюю половину палочки благовоний (производство Бай Ляньхуа, качество гарантировано!), он без труда добыл нужные сведения.

Ночная Императорская медицинская академия по-прежнему охранялась со всей строгостью. Патрулирующие туда-сюда стражники заставили Ло Цзиньняня поломать голову над тем, как пробраться внутрь без малейшего шума. В этот момент мимо его ног неторопливой вальяжной походкой просеменил паршивый кот. У Ло Цзиньняня тут же мелькнула искра догадки: он в мгновение ока подхватил несчастное животное и при помощи внутренней энергии швырнул его на добрый десяток метров вперед. Перепуганный кот завопил благим матом, решив, что на территорию пробрались чужаки, и стражники бросились на звук, оставив лишь редкие, рассеянные посты. Ло Цзиньнянь не упустил случая: применив легкие шаги и фирменное тайное искусство легких шагов Инь Вана под названием Шаг не оставляющий следа, он метнулся вперед быстрее ветра и растворился в темноте...

Проникнуть внутрь удалось на редкость легко: кроме лекарственных трав, никаких ценностей в медицинской академии не держали, а потому, при всей строгости караула, охрана здесь выглядела куда менее плотной, чем в прочих стратегически важных местах. Мастерство Ло Цзиньняня к этому моменту уже позволяло ему переступить порог первоклассных экспертов, так что успешное проникновение не было чем-то из ряда вон выходящим.

Затаив дыхание, Ло Цзиньнянь быстро нащупал помещение, где хранились лекарства. Поскольку кровавую траву доставили совсем недавно, упаковка оставалась прежней, разве что вокруг нее появился тончайший слой неприметного серебристо-серого порошка. Осторожно извлекши из-за пазухи перчатки и обвязав нос платком, Ло Цзиньнянь медленно приподнял крышку шкатулки...

Помимо знакомого мятного масла и аромата самой ласточкиной травы, теперь, при близком знакомстве, Ло Цзиньнянь отчетливо уловил тот самый резкий дух, что донесся от евнуха при повороте во время банкета, а вдобавок... слабый молочный привкус. Наклонившись еще ближе, чтобы принюхаться внимательнее, он почувствовал, как его сознание затуманивается. Внезапно, словно околдованный, он с жадностью продолжил втягивать этот молочный аромат, а его глаза постепенно наливались кроваво-багровой тьмой.

— Мяу! — кошачий вопль вырвал погружавшегося во всё больший морок Ло Цзиньняня из забытья. Вздрогнув всем телом, юноша яростно замотал головой и отпрянул от смертельно манящей кровавой травы. Когда он, наконец опомнившись, вновь взглянул на растение, то с изумлением обнаружил, что похожая на ласточкину траву кровавая трава в одно мгновение распустилась. Ее обманчивая, подобная дурману внешность таила в себе убийственное притяжение, и в темноте от нее исходило едва заметное кроваво-красное сияние. Потрясенный этим жутким зрелищем, Ло Цзиньнянь невольно отступил на шаг...

— Хруп! — звук упавшего предмета заставил сердце Ло Цзиньняня пропустить удар. За дверью немедленно послышался топот шагов. Сохраняя хладнокровие, Ло Цзиньнянь окинул взглядом комнату, и его глаза ярко вспыхнули — он вихрем метнулся в узкую щель между балкой крыши и массивным шкафом с лекарствами. Затаив дыхание, он чувствовал, как ладони покрываются холодным потом... К счастью, комплекцией он не вышел, и его десятилетнее тельце идеально спряталось за аптечным шкафом...

Мгновением позже стражники распахнули дверь, и в комнату хлынул отряд с дежурным досмотром. К счастью, выбранное Ло Цзиньнянем укрытие оказалось настолько надежным и тесным, что в тесной аптеке, где и спрятаться-то толком негде, обнаружить его было практически невозможно... Переждав еще половину палочки благовоний после того, как озадаченные стражники удалились, Ло Цзиньнянь бесшумно спрыгнул вниз. Бросив последний спокойный взгляд на кровавую траву, он больше не стал испытывать судьбу и с ловкостью кошки растворился в предрассветных сумерках.

Уходя, Ло Цзиньнянь думал про себя: а ведь, пожалуй, стоит расспросить тетушку Лянь — вдруг она подскажет что-то дельное?

А та самая бедная кошка, ставшая невольной жертвой Ло Цзиньняня, была с плачевным видом вышвырнута стражниками за периметр двора одним мощным пинком под зад. Кошачья душа пылала праведным гневом: ну за что?! Разве нельзя просто выйти прогуляться после плотного ужина! С чего вдруг на его голову свалилась такая напасть? Несправедливость судьбы просто невыносима!

http://bllate.org/book/23970/2746764