Готовый перевод Accept Me, Summon Me / Прими меня и призови: Глава 14

Чэн Чжиюй прислушалась: звук доносился с той стороны, где стоял большой деревянный ящик. Казалось, это был человек. Но почему же он прятался, пока здесь были супруги А-Чжэнь?

Она медленно двинулась вперед, стараясь не издавать ни звука, и направилась к источнику шума. Она не знала, что её там ждет.

Подойдя вплотную к краю ящика, Чэн Чжиюй поняла, что звук исходит именно отсюда. Она осторожно высунула голову.

Когда её глаза оказались на уровне края, она увидела мужчину в светло-сером деловом костюме. Он полулежал на земле, вытянув одну ногу и согнув другую. Запрокинув голову, он крепко прижимал руку к боку, словно пытаясь унять боль. В том месте уже проступала кровь.

Даже на глаз было видно, что ткань костюма невероятно дорогая: тяжелая шерсть, гладкая, без единого изъяна, казалось, что каждый стежок выполнен вручную с филигранной точностью.

На пиджаке красовался асимметричный крой — плавные линии напоминали росчерк каллиграфа на бумаге, который сложился в изящный узор. Двухуровневый подол выглядел необычайно стильно и дорого.

Чэн Чжиюй перевела взгляд на его лицо. Темно-каштановые длинные вьющиеся волосы, едва достигавшие плеч, идеально сочетались с кроем костюма. Густые брови того же оттенка, высокий прямой нос и четко очерченные губы — казалось, природа собрала все лучшие черты в одном человеке. Он выглядел элегантно и благородно.

Вдруг мужчина открыл глаза. Он увидел, что Чэн Чжиюй, склонив голову, выглядывает из-за ящика. Её длинные локоны свисали вниз, а большие глаза с любопытством рассматривали его, словно у ребенка.

Чэн Чжиюй в одно мгновение оказалась очарована его взглядом. У него были необычные серо-зеленые глаза. Она смотрела на них и думала: зеленые глаза — такая редкость. Красивые, как глубокое озеро, или как у эльфов из старых фильмов, от них невозможно было оторваться.

Но почему он ранен? Почему прячется здесь? Злодей он или жертва нападения? Множество вопросов вихрем пронеслись в голове девушки.

Мужчина наблюдал, как её глаза бегают из стороны в сторону, а взгляд то и дело меняет направление, словно она обдумывает что-то важное, но молчит. Вдруг он рассмеялся — его голос был глубоким, бархатистым и очень приятным:

— Ха-ха-ха... Я хорош собой?

Чэн Чжиюй очнулась, смутилась от такого вопроса и выпрямилась, выйдя из-за укрытия:

— Э-э... ты ранен?

Мужчина, увидев её, на мгновение замер. Пока он прятался, он наблюдал за её общением с той парой и решил, что она очень искренняя и добрая. А теперь, увидев её лицо, подумал, что эта девушка с кукольной внешностью — сущий ребенок. Огромные глаза на пухлых щеках, маленький носик, крохотный ротик, а выражение лица — смесь тревоги и подозрительности. Вылитая кукла.

Мужчина кивнул, не переставая улыбаться:

— Да, ранен. Не поможешь мне?

Чэн Чжиюй склонила голову набок и нахмурилась:

— Ты ведь не из хороших, верно?

Мужчину это позабавило. Почему эта девушка такая недоверчивая? Совсем не похожа на других, которые при виде раненого тут же бросаются на помощь, а не допрашивают полчаса. Куда делась её доброта? Неужели она такая противоречивая?

— Я хороший, малышка...

Чэн Чжиюй возмущенно перебила:

— Какая я тебе малышка! Мне уже двадцать один!

Мужчина удивленно округлил глаза, даже голос стал выше:

— Двадцать один?

Чэн Чжиюй приняла гордый вид, мол, не ожидала, да?

— Ага, а что такого?

Мужчина пробормотал себе под нос:

— Надо же, даже на год старше меня, а совсем не скажешь.

Чэн Чжиюй, обладавшая острым слухом, уловила это бормотание:

— Значит, ты младше меня... Кто тебя ранил?

Мужчина приподнял подбородок и с усмешкой ответил:

— Сначала назови свое имя, тогда скажу, как я получил ранение.

Чэн Чжиюй подумала, что этот человек какой-то назойливый:

— Что за манеры! Просишь о помощи, а сам еще и условия ставишь!

Но, подумав, что она ничего о нем не знает и лучше не злить незнакомца, она ответила тише:

— Меня зовут Чэн Чжиюй.

Мужчина кивнул:

— Я Гу Тин. Я помогал Второму научно-исследовательскому отделу в расследовании, меня выследили и ранили.

Услышав про Второй научно-исследовательский, Чэн Чжиюй подошла и осторожно помогла Гу Тину подняться:

— А почему ты без формы?

Когда она приблизилась, от него повеяло тонким, свежим ароматом грейпфрутовых духов.

Гу Тину было забавно наблюдать за её подозрительностью:

— Ты хоть раз видела, чтобы оперативники в штатском ходили в форме и открыто следили за кем-то? Их бы раскрыли через два шага.

Чэн Чжиюй кивнула, решив, что её интеллект сейчас немного подводит:

— О, логично. Значит, ты полицейский?

Гу Тин задумался:

— Можно и так сказать... Давай я провожу тебя до главной дороги. Девушке опасно блуждать здесь ночью, можно наткнуться на неприятности.

— Но ты же ранен, — Чэн Чжиюй посмотрела на окровавленный пиджак, должно быть, рана сильно болит.

— Пустяки, царапина. Бывало и хуже.

Хотя Гу Тин сказал это легко, он отлично помнил, через какие испытания прошел и как сильно болели прошлые раны. Но ему было всё равно: у него была великая цель, и ради неё он готов был терпеть любые мучения.

Когда они вышли из пещеры, Чэн Чжиюй посмотрела в непроглядную тьму, где, казалось, притаились тысячи монстров. Она невольно отступила:

— Может, подождем здесь рассвета? Впереди слишком темно, я шла по дороге, там совсем нет фонарей, и путь неблизкий.

Подул ветер. Чэн Чжиюй не знала, дрожит ли она от страха перед неизвестностью или от холодного ночного воздуха.

Гу Тин, заметив её дрожь, снял свой пиджак и накинул ей на плечи:

— Надень, в лесу по ночам холодно.

Тепло его тела окутало её, и Чэн Чжиюй смутилась:

— Ты же ранен, лучше надень сам.

Она попыталась снять пиджак, но Гу Тин перехватил его и снова накинул на неё:

— Если будешь отказываться, мне придется снова и снова надевать его на тебя, превозмогая боль. Скоро рука отвалится.

Видя его решимость, Чэн Чжиюй не посмела спорить, чтобы не причинить ему лишней боли, и молча приняла помощь.

Как только Гу Тин сделал шаг, он почувствовал, как что-то крепко удерживает его сзади. Обернувшись, он увидел Чэн Чжиюй: она пригнулась и, решительно нахмурившись, держала его за здоровую руку.

— Там слишком темно! Очень опасно!

Гу Тин опешил:

— Темно?

Он достал телефон, коснулся экрана, и вдруг лес впереди будто озарился — появилась светящаяся тропа.

Теперь опешила Чэн Чжиюй. Она поддерживала Гу Тина и с любопытством разглядывала стволы деревьев: казалось, на них были установлены невидимые лампы, освещавшие путь.

— Когда я шла сюда, этих фонарей не было! Они что, прозрачные?

— Это светоотражающее покрытие из специальных частиц, которое нанесли пару дней назад. Оно прозрачное и без запаха, поэтому его не видно ни днем, ни ночью. Оно работает на солнечной энергии, накапливая её днем. А когда нужно, активируешь программу в телефоне, и они включаются. Эффект как от обычных ламп.

Чэн Чжиюй кивнула:

— Вот это да, потрясающая штука!

Они шли вперед, и Чэн Чжиюй внимательно следила за дорогой. Всё было спокойно, пока они не приблизились к главной дороге. Она услышала странный звук слева, Гу Тин тоже замер.

— Ррр... — из темноты донеслось рычание, сопровождаемое шорохом веток. Казалось, кто-то наблюдает за ними и медленно приближается.

Чэн Чжиюй и Гу Тин вглядывались в темноту, пытаясь понять, кто там.

Раздался быстрый топот, и прямо перед ними выскочил зверь. Оба поняли, с кем имеют дело: перед ними стоял серый волк, весь в шрамах, с текущей с пасти слюной — он выглядел так, будто голодал уже очень давно.

Волк злобно скалился, обнажая острые, как бритва, клыки. Он не бросался сразу, а кружил на месте, не сводя с них глаз, словно оценивая, представляют ли они угрозу и можно ли ими поживиться.

Чэн Чжиюй поняла, что перед ними обезумевший от голода волк-одиночка. В его глазах читалось отчаяние — он готов был убить или умереть. Она уважала силу волков, но сейчас, столкнувшись с таким зверем, чувствовала, как внутри всё сжалось от ужаса.

Она вспомнила книги о волках, которые читала с бабушкой: волки — стайные животные. Есть ли здесь другие? Но откуда во Втором научно-исследовательском волки?

Бежать было бессмысленно — волк развивает скорость до 60 км/ч, в беге на длинные дистанции он обгонит даже гепарда.

— Откуда здесь волк? — прошептала она.

Гу Тин нахмурился:

— Должно быть, его что-то преследовало, и он случайно забрел сюда.

Чэн Чжиюй посмотрела на рану на руке Гу Тина: волк, скорее всего, пошел по запаху крови. Она не могла позволить раненому защищать её.

В ушах прозвучали слова Тан Чумо, сказанные ей однажды:

— Сопротивление и борьба — это не плохо, это проявление храбрости. Перед лицом трудностей смелость и доброта — самые ценные качества девушки. Твоя храбрость станет твоим внутренним солнцем, освещающим всё вокруг. А я всегда буду за твоей спиной, поддерживая тебя.

Смелость и доброта — самые ценные качества... Храбрость станет внутренним солнцем...

Чэн Чжиюй повторяла эти слова про себя. Она знала: в этой схватке выживет кто-то один. Но если не бороться, шансов не будет вовсе.

Она взглянула на Гу Тина: даже если она погибнет, хотя бы один из них спасется. А Гу Тин — хороший человек, ради такого стоит рискнуть.

Она огляделась в поисках оружия и заметила у ног сухую ветку толщиной с руку. Медленно присев, она схватила её. В тот же миг волк рванулся вперед, рыча на неё.

Чэн Чжиюй взмахнула веткой, преграждая ему путь. Она сделала шаг вперед, прикрывая собой Гу Тина.

Гу Тин, увидев, что она заслонила его, почувствовал, как по телу разливается странное тепло, а в голове будто что-то щелкнуло. Он замер. С тех пор как умерла его мать, он так давно не испытывал ничего подобного — чувства, которое называют трогательным.

— Ты...

Чэн Чжиюй была на пределе, она не хотела провоцировать зверя, поэтому, не дав ему договорить, рявкнула:

— Молчи!

Гу Тин, услышав её окрик, не разозлился. Он был поражен: его, лидера Южного альянса, защищает девушка?

Чэн Чжиюй пригнулась, стучала веткой по земле и кричала, пытаясь напугать волка. Другой зверь, возможно, отступил бы, но этот был готов идти до конца. Поняв, что у девушки нет серьезного оружия, волк припал к земле, готовясь к прыжку.

Чэн Чжиюй поняла: это конец. Но она не могла отступить. Теперь единственный шанс — вступить в бой.

С решительным взглядом она подняла ветку, не сводя глаз с несущегося на них зверя.

Когда волк был уже на полпути, Гу Тин сделал резкий шаг в сторону, заслоняя её собой.

В ту же секунду тишину ночи прорезал звук выстрела с глушителем...

http://bllate.org/book/23920/2728019