В машине Цзян Цзюнье велел принести еды, и, немного перекусив, Цзянь Жань почувствовал себя гораздо лучше.
Только он собрался поесть, как у Цзян Цзюнье зазвонил телефон. На экране высветилось имя Лю Цуня. Цзянь Жань не знал этого человека, но Цзян Цзюнье был прекрасно осведомлен о том, кто такой этот столичный «принц» с мощными семейными связями.
— Господин Лю. — Цзян Цзюнье ответил на звонок.
— Господин Цзян, Бай Минсяо у вас?
Вернувшись, Лю Цунь вместе с Юэ Цянем прошел полное обследование. Серьезных травм не обнаружили, но врачи настояли на наблюдении в стационаре. Лю Цунь был вне себя от ярости и жалости: человек, которого он добивался несколько лет и пальцем не смел тронуть (за исключением постели), попал в такую аварию. Он не мог этого так оставить. Он пытался связаться с Цзян Цзюнье, но тот был в самолете, поэтому Лю Цунь, опираясь на крупицы информации от Юэ Цяня, нанял людей для расследования. В итоге след привел к Бай Минсяо, но самого виновника найти не удалось. Узнав, что Цзинь Минхэн остался калекой, Лю Цунь догадался, чьих это рук дело, и решил позвонить Цзян Цзюнье напрямую.
— Его здесь нет. Он уже выведен из строя.
Хотя Цзянь Жань и не рассказывал Цзян Цзюнье о деталях отношений Лю Цуня и Юэ Цяня, Цзян Цзюнье, немного поразмыслив, все понял. Скрывать что-либо не было смысла.
— Кто стоит за ним? — спросил Лю Цунь.
— Ди Цзиншэн. Мои люди уже отправились в аэропорт. Если господину Лю интересно, можете приехать на верхний этаж здания LEA — будет на что посмотреть.
Цзян Цзюнье сделал прямое приглашение. У Ди Цзиншэна тоже были серьезные покровители, так что поддержка Лю Цуня была бы весьма кстати.
— Буду через минуту.
Цзян Цзюнье хорошо понимал сдавленный яростью голос Лю Цуня.
— За Юэ Цянем стоит Лю Цунь, столичный «принц» с военными связями. Видимо, приехал мстить за него, — прокомментировал Цзянь Жань.
Выслушав, он кивнул. Если цель — просто выпустить пар, то никакие связи не нужны. Но в случае с Ди Цзиншэном он преследовал иные цели.
Перекусив, Цзянь Жань потянул Цзян Цзюнье на диван и, устроившись у него на коленях, положил его руку себе на лицо. Цзян Цзюнье каждый раз чувствовал себя так, будто ему оказали великую честь, когда Цзянь Жань проявлял подобные знаки внимания. Казалось, будто Цзянь Жань очень его балует.
— Господин носитель, уровень благосклонности снова вырос! Уже 80 баллов, мяу! — Система 317 восхищалась своим подопечным. Изучая опыт других систем, она видела, как тяжело приходилось остальным, а с Вашим Высочеством Королем Призраков все шло как по маслу.
— Я согласился на съемки в новом клипе Юэ Цяня. Тема — радужная. Не будешь ревновать? — Цзянь Жань закрыл глаза, сжимая руку Цзян Цзюнье.
— А? Нет, конечно, нет. Я поддержу любое твое решение, — поспешно ответил Цзян Цзюнье. Врать, что он совсем не ревнует, было бы глупо, но раз Цзянь Жань счел нужным сказать ему об этом, значит, он занимает важное место в его сердце. Разве можно просить о большем?
— Ну, ревность — дело привычное, привыкнешь, — прокомментировала Система.
— Вот и хорошо. Я боялся, что ты рассердишься, — Цзянь Жань слегка улыбнулся и открыл глаза. Его серо-зеленые зрачки мягко сияли в свете ламп, с нежностью глядя на Цзян Цзюнье. — Я рад всему, что ты делаешь. Может, переедешь ко мне? Или, если тебе нравятся высотки, я перееду к тебе. Я хочу просыпаться и первым делом видеть тебя.
Цзян Цзюнье говорил так искренне, что Цзянь Жань на мгновение замер: хотя внешне этот человек отличался от Иханя, их манеры были до поразительного схожи.
— Начинается, начинается! Я спряталась, я ничего не вижу, мяу! — Система 317, заметив, что Цзянь Жань приподнялся, послушно закрыла глаза лапками, хотя ее ушки продолжали нервно подергиваться.
Цзянь Жань сел на колени к Цзян Цзюнье, обвил его шею руками и поцеловал. Слегка коснувшись губ, он отстранился и озорно посмотрел на него, в его взгляде читалось нескрываемое кокетство. Цзян Цзюнье подался вперед, но Цзянь Жань отпрянул, дразняще высунув кончик розового языка.
— Ты слишком озорной. — Большая рука Цзян Цзюнье потянулась к талии Цзянь Жаня.
Тот резко выпрямился:
— Щекотно!
— А так? — рука Цзян Цзюнье продолжала поглаживать его через ткань одежды.
Цзянь Жань заизвивался, не в силах сдержать смех, и, сдаваясь, прижался к его плечу:
— Сдаюсь, больше не буду.
Горячее дыхание, коснувшееся кожи за ухом, заставило Цзян Цзюнье напрячься. Цзянь Жань прильнул губами к его мочке, едва касаясь её при каждом слове:
— Дай-ка угадаю, где твоя чувствительная точка. Здесь? М?
— М-м... — Цзян Цзюнье судорожно вздохнул.
Когда мягкие губы обхватили мочку уха, он не сдержал стона, вырвавшегося из самой глубины груди. Цзянь Жань продолжил путь вниз, его горячие губы скользили по шее Цзян Цзюнье. Каждое прикосновение жгло, заставляя кровь Цзян Цзюнье закипать. Он стиснул зубы и прикрыл глаза, наслаждаясь лаской.
— Босс, господин Лю внизу.
Голос подчиненного, донесшийся из-за двери, заставил Цзян Цзюнье закатить глаза от досады.
— Проводи его сюда.
Цзянь Жань отстранился и тихо рассмеялся:
— Ты упустил свой шанс.
— Пришел же в самый неподходящий момент, — проворчал Цзян Цзюнье.
Цзянь Жань лишь загадочно улыбнулся. Он знал, что Юэ Цянь и Лю Цунь скоро будут здесь, и просто хотел немного подразнить Цзян Цзюнье. Цзян Цзюнье поднялся, подошел к барной стойке, налил себе виски, бросил кубик льда и залпом выпил, пытаясь унять охватившее его возбуждение.
Дверь открылась, вошли Лю Цунь и Юэ Цянь.
— Господин Лю. — Цзян Цзюнье подошел, пожал руку Лю Цуню и кивнул Юэ Цяню.
— Господин Цзян, прошу прощения за беспокойство.
Голос Лю Цуня был низким и властным, а сам он обладал статной, почти военной осанкой.
— О чем вы, присаживайтесь. Остальные уже в пути.
Цзян Цзюнье пригласил гостей к столу, официант принес напитки и закуски.
— Цзянь Жань. — Лю Цунь посмотрел на парня, сидевшего рядом с Цзян Цзюнье. Днем в больнице он был слишком взволнован состоянием Юэ Цяня, чтобы обращать внимание на окружающих. Теперь же он увидел, что Цзянь Жань полностью соответствует своему описанию: невозмутимый, с сильным внутренним стержнем.
Лю Цуню было тридцать шесть, он прошел через армию и стал влиятельной фигурой в столице; немногие молодые люди могли сохранять спокойствие в его присутствии. Но Цзянь Жань выглядел даже более расслабленным, чем сам Цзян Цзюнье. Это была не наивная дерзость, а уверенность человека, знающего себе цену.
— Здравствуйте, господин Лю. — Цзянь Жань улыбнулся и перевел взгляд на Юэ Цяня: — Как ты? Уже лучше? Считай, что половина мести свершилась.
Он чувствовал вину перед Юэ Цянем, но знал, что тот не станет таить обиду, поэтому решил хотя бы немного порадовать его новостями о возмездии.
— Я видел тренды. Это уже не просто светские сплетни, а социальный скандал. История разрослась до невероятных масштабов, — Юэ Цянь по дороге просматривал соцсети, которые пестрели заголовками о Бай Минсяо. Услышав от Лю Цуня, что тот уже «выведен из игры», он начал всерьез беспокоиться за Цзянь Жаня.
http://bllate.org/book/23826/2697632
Сказал спасибо 1 читатель