Готовый перевод The True / Разрыв с семьёй! Настоящий наследник взлетел, держась за миллиардера: Глава 19

Два дня спустя в съемочной группе действительно появился новичок. Режиссер Ли объявил всем, что Чэн Тинфэн покидает проект из-за травмы, а его роль переходит к новому актеру.

Услышав это, никто особо не удивился — напротив, все наперебой стали приветствовать новичка. Хотя замена актера означала, что многие сцены придется переснимать, атмосфера на площадке заметно улучшилась, ведь смутьян наконец исчез.

Рабочая нагрузка Жуань Тана возросла, но, к счастью, новичок оказался талантливым, и дублей почти не требовалось. Съемки шли строго по графику. Как исполнитель роли главного злодея, Чжоу Цзыана, он должен был играть множество сцен с героями первого плана. И Су Чэн, и Юань Ин — оба были опытными актерами, которые умели подстраиваться под партнеров, будь то ветераны сцены или новички.

Однако Су Чэн был особенным. Будучи обладателем премии Цзиньмин, он славился своей мощной актерской отдачей, с которой начинающие артисты зачастую просто не могли справиться. Поэтому режиссер Ли очень переживал за финальную сцену допроса, где Чжоу Цзыана арестовывают. Это была кульминация мини-сериала, требующая настоящей актерской дуэли один на один. С одной стороны, Ли хотел, чтобы Су Чэн полностью выложился, передав всю ярость по отношению к преступнику, но с другой — боялся, что Жуань Тан не выдержит такого напора.

Перед началом съемок режиссер отвел обоих в сторону и подробно разобрал сцену.

— Су Чэн, я знаю, что ты обычно сдерживаешься, работая с новичками, но в этот раз я прошу тебя выложиться на полную.

Су Чэн кивнул, но перевел взгляд на Жуань Тана. Он был готов работать в полную силу, но не знал, сможет ли партнер удержать планку. Несмотря на то, что в последнее время Жуань Тан показывал отличные результаты, он играл с ровесниками. Разница между новичком и признанным мастером была колоссальной.

Режиссер Ли понял, о чем думает Су Чэн, и посмотрел на Жуань Тана:

— Давай сначала попробуем прогнать сцену, присмотрись к ощущениям. Если возникнут трудности — обсудим, не бери в голову.

Жуань Тан с улыбкой кивнул:

— Хорошо, режиссер Ли, я понял.

Видя, что парень совершенно спокоен и не испытывает лишнего давления, Ли успокоился. Поскольку сцена была ключевой, многие актеры собрались вокруг, надеясь вблизи понаблюдать за игрой мастера. Услышав разговор режиссера, они начали переживать за Жуань Тана.

— Боже, режиссер Ли хочет, чтобы он устроил дуэль с Су Чэном? Это же какое давление!

— Жуань Тан, наверное, будет постоянно ошибаться. Надеюсь, он выдержит.

— Если не потянет, пускай просто «завалит» игру, в конце концов, режиссер Ли все равно пойдет на компромисс.

Несмотря на то, что за последние дни все убедились в неплохой игре Жуань Тана, Су Чэн был совсем другого уровня. Для самого молодого обладателя премии Цзиньмин участие в сериале было чем-то вроде игры в одни ворота, а если он пустит в ход весь свой арсенал, не сломается ли новичок? Все смотрели на Жуань Тана с сочувствием, надеясь, что он хотя бы не провалится с треском.

Юань Ин спросила свою помощницу:

— Как думаешь, Жуань Тан справится?

Та покачала головой:

— Вряд ли. Все-таки это Су Чэн.

Юань Ин слегка улыбнулась:

— А мне кажется, справится.

Она уже играла с ним, и хотя это были не самые важные сцены, она отчетливо почувствовала потенциал парня. В их совместных сценах Жуань Тан не проявлял ни капли робости, напротив — держался уверенно, совсем не напоминая новичка.

Помощница замерла, не ожидая такой высокой оценки от своего босса. Чжан Тин тоже верила в Жуань Тана. С того самого момента, как во время их первой совместной сцены он буквально «затащил» ее в игру, она поняла, насколько страшен его талант. Поэтому, даже когда все вокруг сомневались, она была в нем абсолютно уверена.

В полутемной комнате для допросов стоял лишь простой стол, на котором дымился одноразовый стаканчик с водой. Двое мужчин сидели друг напротив друга. Один был небрит, с тусклыми волосами и в помятой серой рубашке — выглядел он крайне неопрятно. Другой, с бледной кожей и тонкими чертами лица, слегка улыбался, напоминая чистого героя из молодежной драмы в своей безупречной белой рубашке.

После команды режиссера взгляд первого мужчины стал острым, как бритва.

— Чжоу Цзыан, ты думаешь, что сможешь избежать правосудия?

Сидящий напротив юноша лениво откинулся на спинку стула. Несмотря на наручники, в его глазах не было ни капли страха — лишь легкое презрение.

— Офицер Чжан, я не понимаю, о чем вы. Я законопослушный гражданин.

Мужчина усмехнулся:

— Думаешь, мы не знаем, что ты натворил? Ты всегда появляешься в радиусе ста метров от места преступления, совершаешь незначительные, казалось бы, действия — словно взмах крыльев бабочки, вызывающий ураган, — и заставляешь жертв безмолвно шагать прямо в твои смертельные ловушки.

Юноша едва заметно изогнул губы:

— Какие еще крылья бабочки? Я просто оказался там случайно.

Мужчина с грохотом ударил по столу. Звук был настолько резким, что стол зашатался — можно было представить, с какой силой он это сделал.

— Случайно? В мире не бывает столько совпадений! Наши эксперты восстановили ход каждого происшествия. На всех предметах, спровоцировавших аварии, остались твои отпечатки. Как ты это объяснишь?

Перед лицом его ярости юноша ничуть не испугался, а улыбка на его лице стала еще шире.

— Я же сказал, это случайность. Кто мог знать, что брошенная монета приведет к опрокидыванию грузовика? Или что случайно оставленное зеркало вызовет пожар? Вы согласны, это ведь так невероятно.

Мужчина был в бешенстве. Какие же это случайности? Это были тщательно выверенные расчеты! Обладая редким интеллектом, преступник словно держал в голове компьютер, высчитывающий траектории движения окружающих объектов и вероятность несчастных случаев. Как только вероятность достигала нужного значения, он без колебаний совершал убийство. Цели были случайными, без всякой причины, но одна за другой живые жизни угасали в этом мире.

У этого демона было лицо ангела. Когда кадры его задержания попали в сеть, он даже обзавелся армией поклонников. Кто-то восхищался его умом, кто-то — внешностью. Эти люди объединялись и давили на полицию, требуя отпустить его из-за отсутствия прямых улик. И, как и говорил юноша, доказательств действительно не хватало для вынесения приговора. Но отпустить такого монстра на свободу означало дать ему шанс совершить новые преступления.

Находясь в безвыходном положении, мужчина внезапно получил сообщение. Прочитав его, он просиял — безысходность сменилась уверенностью.

— Чжоу Цзыан, в детстве мать бросила тебя, когда тебе было пять лет, не выдержав побоев отца. Ты остался один на один с этим подонком. А отец после ухода матери стал еще свирепее, вымещая всю свою ненависть на тебе. Поэтому снаружи ты выглядишь безупречно, но внутри давно прогнил.

С этими словами он схватил Чжоу Цзыана за руку и резко задрал рукав, обнажая бледную, но покрытую шрамами кожу. Одни следы были от ожогов сигаретами, другие — от порезов острыми предметами, третьи — от ударов кнутом. Хотя раны были старыми, они выглядели пугающе. Даже мужчина, знавший о ситуации, не смог скрыть шока.

Лицо преступника дрогнуло, промелькнула тень борьбы, но при мысли о невинных жертвах жалость в его сердце мгновенно сменилась твердой решимостью.

http://bllate.org/book/23660/2604154