Готовый перевод Reborn in Modern Times The Almighty Boss Is Not to Be Trifled With / Возрождение в современности: Всемогущий босс идёт ва-банк: Глава 16

Су Цзинь не обратил на него никакого внимания, просто отстранил в сторону и спустился вниз.

Чу Хэн последовал за ним и попросил слуг подать оставленный завтрак. Пока Су Цзинь ел, он просматривал что-то на планшете, сидя напротив.

Сяо Цзинь — призраком он был, поэтому есть не мог, но его одолевало любопытство. Казалось, еда была очень вкусной, и ему хотелось хотя бы вдохнуть её аромат, но, не имея такой возможности, он лишь с тоской смотрел на Су Цзиня.

Су Цзинь несколько раз взглянул на него, немного подумал и, отложив палочки, заговорил:

— Не будешь против, если я поставлю в доме поминальную табличку?

Чу Хэн наконец поднял голову и спросил:

— Будешь ставить ему благовония?

— Призракам тоже нужно питаться.

— Я прикажу купить всё необходимое. Что именно нужно?

— Курильница и благовония.

Чу Хэн кивнул и тут же велел слугам отправиться за покупками.

Разговор не затянулся, и Чу Хэн отложил планшет:

— Дедушка упоминал при тебе в больнице, что, когда я родился, он приглашал мастера предсказать мою судьбу.

— И что же?

— Я хочу пригласить ученика того мастера, чтобы он взглянул на тебя и подтвердил, действительно ли ты — мой благодетель.

Су Цзинь приподнял бровь:

— Ты такой молодой, а веришь в подобное?

— Тот мастер был очень точен.

— Например?

— Когда я только родился, я постоянно болел, беспрерывно плакал, и никто не мог меня успокоить. Родители водили меня по многим больницам, но толку не было. Тогда кто-то сказал, что я столкнулся с нечистью, и дедушка отвел меня к тому мастеру. Оказалось, у меня врожденное Иньское Тело Злого Духа — я вижу призраков, поэтому и плакал.

Су Цзинь не поверил и указал на Сяо Цзиня, стоящего за спиной Чу Хэна:

— Ты же не видишь его.

Чу Хэн пояснил:

— Мастер дал мне талисман, который скрывает это.

— Невозможно. Обычный талисман не может скрывать Иньское Тело двадцать лет, их нужно постоянно менять.

— Это был Пурпурный Талисман.

— Тогда считай, что я ничего не говорил.

Чу Хэн помолчал некоторое время, глядя на него, а затем продолжил:

— После того как мастер дал Пурпурный Талисман, он нагадал мне, что мои родители умрут в один день, когда мне исполнится десять лет, и что причиной станет огонь.

Су Цзинь заинтересовался, подпер подбородок рукой и спросил:

— И они правда погибли? Сгорели заживо, и как раз когда тебе было десять?

— Да, в масштабной аварии с последующим взрывом.

— А ты не проверял, не тот ли мастер подстроил всё это чужими руками?

— Тот мастер умер еще несколько лет назад.

Су Цзинь наконец окончательно оживился и протянул руку:

— Покажи мне тот Пурпурный Талисман.

Чу Хэн заколебался:

— Не будет ли это иметь для тебя последствий?

— Если бы было, я бы не просил.

Только тогда Чу Хэн снял с шеи цепочку с овальным серебряным кулоном, внутри которого обычно носят фотографии.

Су Цзинь открыл его: с одной стороны была фотография его родителей, а с другой — сложенный вдвое Пурпурный Талисман, запечатанный в водонепроницаемую оболочку. Су Цзинь не стал касаться его, бегло осмотрел и захлопнул кулон.

Он поднял взгляд:

— Теперь ты его видишь?

Чу Хэн перевел взгляд на Сяо Цзиня, стоящего рядом с Су Цзинем:

— Можешь попросить его переместиться?

В этот раз Су Цзиню не пришлось ничего говорить — Сяо Цзинь сам забегал по гостиной, внимательно следя за реакцией Чу Хэна, и остановился лишь тогда, когда убедился, что тот не сводит с него глаз.

Чу Хэн был поражен:

— Ты действительно теперь видишь меня?

Он ответил утвердительно и вернул взгляд к Су Цзиню:

— Раньше я сомневался, но, увидев своими глазами несколько раз, поверил. Однако я не смог предотвратить смерть родителей.

— Твоим родителям было не суждено иметь детей, даже усыновленных. Ты родился вопреки всему, ты — тот, кто не должен был появиться на свет. Судьба уже была предрешена, ты не мог её изменить.

— Мастер говорил то же самое. — Чу Хэн опустил глаза, его рука под столом сжалась в кулак. — Мастер сказал, что я проживу лишь до двадцати четырех лет. Я не собирался никуда выходить, но дедушке внезапно стало плохо, и я был вынужден отвезти его в больницу.

— Раз уж ты благополучно добрался до больницы, зачем пошел один на проезжую часть?

Чу Хэн горько усмехнулся:

— Потому что тем утром со мной случилось два происшествия. Сначала мелкая авария по пути в больницу, а потом в самой больнице стекло рамы, висевшей в коридоре, внезапно треснуло и разлетелось прямо у меня перед глазами. Это было похоже на предупреждение. Если бы я остался, мог бы навлечь беду на дедушку.

— То есть ты пошел искать смерти сам?

Чу Хэн покачал головой:

— Нет. Тот мастер оставил мне шанс на выживание: велел идти на восток и найти благодетеля, который поможет избежать роковой гибели. Я шел от больницы на восток, пока не встретил тебя.

Теперь Су Цзинь наконец понял, почему у Чу Хэна и Чу Яньаня было такое отношение к нему, но у него остался один вопрос:

— Раз я спас тебя тогда, зачем было устраивать за мной слежку?

— Я не мог быть уверен. Если бы ты целенаправленно преследовал меня или подошел с умыслом, моя опасность только возросла бы. Поэтому я дождался окончания обеда, проверил записи с камер, изучил твою историю болезни и только тогда, убедившись в безопасности, привез тебя в больницу.

Су Цзинь кивнул, понимая его: на его месте он бы тоже сомневался, особенно когда речь идет о жизни и смерти.

Впрочем, Су Цзиня удивляло другое: после ухода из больницы он сам гадал и увидел, что путь в том направлении принесет ему удачу.

Его удачей оказался Чу Хэн, а благодетелем Чу Хэна стал он сам — слишком уж всё это выглядело как совпадение.

Су Цзинь выпрямился и стал внимательно разглядывать лицо Чу Хэна. Признаки смерти побледнели, но не исчезли окончательно, к тому же черты лица были очень странными.

Ребенок, рожденный у бесплодных родителей, — тот, кто не должен был появиться на свет.

Су Цзинь нахмурился:

— У тебя есть долг, который ты не вернул.

— Долг?

— Говорят, что посеешь в прошлой жизни, то пожнешь в этой. Ты не должен был родиться, но кто-то дал тебе этот шанс. Это твой долг. Если не вернешь его, всё равно умрешь.

— Но мастер сказал, что если я встречу благодетеля, то смогу...

— Получить шанс на выживание? — Су Цзинь усмехнулся. — Это лишь отсрочка твоей смерти. Хочешь жить — потихоньку возвращай свой долг.

Чу Хэн нахмурился:

— Но я даже не знаю, какой у меня долг и кому я задолжал. Как мне его отдать?

— Откуда мне знать? Я не мастер. — Су Цзинь закатил глаза; то, что он вообще дошел до этого, уже было немало.

Чу Хэн молча смотрел на него. Знал о Пурпурном Талисмане, предсказал судьбу родителей, сказал про долг — точно ли он не тот самый мастер?

Су Цзинь больше не давал ему шанса заговорить, поднялся и сказал:

— Подготовь серебряные иглы, можно приступать. Не забудь позвать кого-нибудь для контроля процесса.

— Всё уже готово, можно начинать в любой момент. — Чу Хэн уже определился с рецептом и был склонен верить, что Су Цзинь — действительно его судьбоносный благодетель, поэтому не стал искать никакого врача традиционной китайской медицины.

Су Цзиню было всё равно, он сразу направился наверх. Раз всё готово, после процедуры с Чу Яньанем он заодно проведет сеанс и себе.

Чу Яньань, который тренировался в каллиграфии в кабинете, сразу отложил кисть, как только узнал, что пора колоть иглы, и пошел ждать в комнату.

Су Цзинь велел ему лечь на кровать, разложил свиток с иглами, продезинфицировал их, расстегнул пуговицы на одежде Чу Яньаня и начал нащупывать точки для иглоукалывания.

Чу Хэн стоял рядом и молча наблюдал. Он все еще немного нервничал, но, увидев сосредоточенное лицо Су Цзиня, решил довериться ему.

Су Цзинь сначала ввел иглы в точки в области сердца, затем снова проверил пульс и, убедившись, что всё правильно, сказал Чу Хэну:

— Закатывай штанины, проколем сразу всё, чтобы не терять времени.

http://bllate.org/book/23623/2591227