Готовый перевод The Ghost King of Yiling's Immortal Path: A Family's Fate / Король призраков из Илина: Путь к бессмертию всей семьёй: Глава 16

1. Оставленное у пещеры

Когда сумерки окутали края Лунцзангана, силуэт Лань Ванцзи вновь возник перед входом в картофельный погреб.

За спиной он нёс гуцинь Ванцзи, в руках держал два сосуда с Тяньцзы Сяо. Его белые одежды слабо мерцали в сгущающихся тенях, резко контрастируя с окружающей пустошью.

С того самого дня, как он мельком увидел призрачный силуэт в красном, он приходил сюда почти ежедневно. Иногда он играл на гуцине, иногда просто сидел в тишине, надеясь уловить хоть крупицу духовного дыхания Вэй Ина.

Он обошел погреб по кругу, кончиками пальцев коснувшись очищающих талисманов на каменных стенах — их божественное сияние всё ещё было ярким, но привычного отклика он не ощутил.

Лань Ванцзи остановился и перевел взгляд на синий камень у входа, где до сих пор оставались следы от Тяньцзы Сяо, оставленных здесь несколько дней назад.

Помолчав, он достал из мешочка Цянькунь аккуратно сложенный листок бумаги.

Поставив сосуды с вином по обе стороны от камня, он бережно прижал бумагу между ними.

Это была особая бамбуковая бумага из Облачных Глубин с едва заметным узором по краям. От неё всё ещё исходил прохладный аромат духовной силы клана Лань — письмо, написанное им прошлой ночью при свете свечи в тихой комнате.

В нём не было длинных рассуждений, лишь несколько слов, вместивших в себя три года тоски и ожидания.

Он в последний раз взглянул на вход в пещеру, и в его черных, как смоль, глазах промелькнула едва уловимая нежность.

— Завтра я приду снова, — тихо произнес он.

Закончив, он развернулся и медленно пошел прочь, и его белая фигура постепенно растворилась в сумерках.

2. Прикосновение души

Вскоре после ухода Лань Ванцзи Вэй Усянь, находившийся внутри погреба, ощутил знакомый аромат духовной силы.

Он только что закончил успокаивать мятежные души с западной стороны и прислонился к стене, чтобы восстановить силы, как вдруг его Якорь Сердца слегка дрогнул.

Это чувство заставило его посмотреть на выход: на синем камне два сосуда с Тяньцзы Сяо поблескивали в знакомом свете.

А меж ними лежала записка, источающая чистую, прохладную энергию Лань Ванцзи.

Его духовное тело мгновенно стало невесомым, и он почти поплыл к выходу.

Вечерний ветер, принесший аромат вина и бамбуковой бумаги вперемешку с духовной силой клана Лань, окутал его призрачную форму.

Он замер перед камнем, не сводя глаз с записки, а его призрачные пальцы слегка дрожали.

Он осторожно потянулся к бумаге, боясь, что это лишь иллюзия и от одного прикосновения всё исчезнет.

В тот момент, когда призрачные кончики пальцев коснулись листка, мягкая волна духовной энергии хлынула в его тело. Словно теплый поток, она мгновенно уняла всю его тревогу.

Бумага была гладкой, сохранившей тепло пальцев Лань Ванцзи. Хотя это не было физическим контактом, это прикосновение взволновало его больше, чем что-либо другое.

Он глубоко вдохнул и с помощью духовной силы бережно поднял записку, медленно разворачивая её.

3. Слова, вошедшие в сердце

Когда записка раскрылась, четыре четких и уверенных иероглифа предстали перед духовным взором Вэй Усяня: Я всё ещё ищу тебя.

Ни обращения, ни подписи — всего четыре коротких слова, но они стали тем ключом, что в одно мгновение открыл шлюзы чувств, копившихся три года.

Духовное тело Вэй Усяня мелко задрожало, а в глазах (в его призрачном восприятии) застыла влага.

Он мог представить, как Лань Ванцзи выводил эти строки — возможно, при свете свечи в тихой комнате, а может, здесь, у скал Лунцзангана.

Когда перо касалось бумаги, в его движениях наверняка была твердая решимость и ожидание, которое он никогда не оставлял.

Я всё ещё ищу тебя. Эти слова были сильнее любых сладких речей.

В них не было упрека: Почему ты прячешься от меня? — не было жалоб на трудности этих трех лет, лишь простое утверждение.

Но оно выражало всю стойкость Лань Ванцзи за эти три года: где бы ты ни был, хочешь ли ты показаться или нет, я буду искать тебя вечно.

Вэй Усянь сжимал записку, и его душа долго не могла успокоиться. Он вспомнил, как в Облачных Глубинах Лань Ванцзи принял на себя удары дисциплинарного кнута, защищая его.

Вспомнил Неночную Обитель, где Лань Ванцзи держал его за руку; вспомнил, как все эти три года Лань Ванцзи приходил в Лунцзанган, оставляя вино и звуки гуциня...

Все воспоминания переплелись с этими четырьмя словами и вонзились прямо в сердце. Ему захотелось тотчас же явиться перед ним, броситься к нему навстречу.

4. Видение в иллюзии

В тот момент, когда Вэй Усянь погрузился в свои мысли, духовная сила на записке вдруг пришла в движение.

Белоснежное сияние поползло по иероглифам и начало сгущаться перед ним в призрачный образ — это была иллюзия!

В видении Лань Ванцзи сидел за столом в тихой комнате, пламя свечи дрожало, освещая его благородный профиль.

В руке он держал кисть, кончик которой завис над бумагой. Он долго молчал, прежде чем медленно вывести: Я всё ещё ищу тебя.

Как только иероглифы были написаны, он на мгновение замер, кончиками пальцев нежно коснувшись поверхности бумаги, и в его глазах промелькнула невыразимая нежность и тоска.

Картина сменилась: теперь это был край скалы в Лунцзангане.

Лань Ванцзи в белых одеждах стоял в одиночестве, глядя на далекое море облаков, сжимая в руке ту самую записку.

Ветер трепал его длинные волосы и полы одежд, его фигура казалась одинокой, но непоколебимой.

Он стоял так долго, пока не спустились сумерки, а затем повернулся и направился к картофельному погребу — туда, где Вэй Усянь впервые проявился пару дней назад.

Образы в иллюзии были четкими и реальными, каждое движение, каждый взгляд Лань Ванцзи были переданы безупречно.

Вэй Усянь стоял перед этим видением, словно находясь рядом с ним. Он ясно чувствовал его одиночество и стойкость, видел глубоко скрытую в его глазах неизменную привязанность.

5. Слёзы души

Одинокая фигура Лань Ванцзи на краю скалы в видении пронзила сердце Вэй Усяня, словно тонкая игла.

Он вспомнил кабачок в Илине, где Лань Ванцзи купил ему Тяньцзы Сяо.

Вспомнил, как в Лунцзангане Лань Ванцзи рисковал собой, приходя к нему и оставляя мешочек с клейким рисом.

Вспомнил, как все эти три года Лань Ванцзи в одиночку метался между Облачными Глубинами и Лунцзанганом, не прекращая поисков...

Все чувства вырвались наружу, духовное тело Вэй Усяня затряслось.

Он никогда не думал, что его исчезновение заставит Лань Ванцзи вынести столько одиночества и ожидания.

Метка Короля Призраков на его лбу слегка нагрелась, а свет Якоря Сердца стал мерцать, словно откликаясь на его эмоции.

Вдруг капля прозрачной влаги скатилась из уголка его глаз — это была слеза души!

Это была особая форма, которую принимала духовная сила, смешанная со Злобой, в момент предельного эмоционального напряжения. Хотя это не были настоящие слезы, в них было заключено самое искреннее чувство его души.

Слеза медленно упала на записку, смешиваясь с остатками духовной силы и расходясь по бумаге легкой рябью.

Вэй Усянь поднял руку, пытаясь поймать её, но схватил лишь воздух.

Глядя на след от слезы на листке, он чувствовал лишь вину и боль — он слишком многим был обязан Лань Ванцзи.

Он был должен ему объяснение, должен был встречу, должен был слова благодарности, которые так и не успел произнести.

6. Хранитель воспоминаний

Иллюзия постепенно рассеялась, и духовная сила на записке вновь успокоилась.

Вэй Усянь глубоко вздохнул, подавляя бурю в душе, и бережно сложил записку обратно.

Он знал, что сейчас не время показываться — хотя его духовное тело стало плотнее, оно всё ещё не было до конца стабильным.

Если он явится сейчас, это лишь встревожит Лань Ванцзи, а сам он из-за нехватки сил может снова рассеяться.

Держа записку, он вернулся в погреб и принялся ощупывать стены.

Найдя потайную нишу — ту самую, где он хранил сосуды из-под вина, оставленные Лань Ванцзи, — он осторожно положил туда записку.

Затем он призвал мягкую Злобу и обволок ею нишу. Защитная оболочка из энергии могла не только уберечь бумагу от пыли и сырости, но и сохранить на ней следы духовной силы и слезы души, словно изысканный футляр для самого дорогого сокровища.

Сделав это, он отступил на шаг, не сводя глаз с ниши, и на его губах заиграла нежная улыбка.

Это короткое письмо, эти четыре слова стали самым ценным воспоминанием в его душе, источником сил и надежды на будущую встречу.

Он знал, что Лань Ванцзи придет снова, будет искать его, а он сам будет стараться стать сильнее.

До тех пор, пока не сможет по-настоящему встать перед Лань Ванцзи и лично сказать ему: — Лань Чжань, я вернулся.

Вечерний ветер снаружи вновь пронесся мимо, принеся аромат Тяньцзы Сяо и лаская стены погреба.

Вэй Усянь прислонился к нише и закрыл глаза, кончиками пальцев проводя по воздуху, словно касаясь четырех изящных иероглифов на записке.

Свет Якоря Сердца стал ещё мягче, а метка Короля Призраков на лбу мерцала теплым красным светом — он знал, что день их встречи уже недалеко.

http://bllate.org/book/23448/2526606