Готовый перевод The Villainess's Red Veil / Злодей в красной вуали [Перерождение в книгу]: Глава 2

— А ты сам-то сейчас чем занимаешься? — Цю Мучжэ с невозмутимым видом посмотрел на него.

Юноша в синем одеянии лишился дара речи. Его лицо то бледнело, то краснело. Он перевел взгляд с Цю Мучжэ на Чу Синчэня, сердито сверкнув глазами, а затем взмахнул рукой:

— Уходим!

Он развернулся и зашагал прочь, а толпа прихлебателей тут же посеменила следом.

Пока, маленький господин, — мысленно помахал ему платочком Цю Мучжэ. — Я ведь о тебе забочусь. Этот слабак, которого ты сейчас пинаешь, в будущем станет верховным владыкой, подчинившим себе и мир бессмертных, и царство демонов. Тебе, как пушечному мясу, лучше не мозолить ему глаза, чтобы потом от тебя даже пепла не осталось.

Когда вокруг воцарилась тишина, Цю Мучжэ махнул Лю Е:

— Поехали.

Судя по всему, события разворачивались еще до того, как главный герой попал во дворец Цюмин. В оригинале об этом не упоминалось, поэтому Цю Мучжэ, не имея ни малейшего представления о дальнейшем сюжете, решил, что лучше держаться от главного героя как можно дальше.

Карета отъехала недалеко, как вдруг снаружи послышался голос Лю Е:

— Глава пика, тот паренек увязался за нами!

Цю Мучжэ высунулся из кареты и увидел, что Чу Синчэнь действительно бежит следом, отстав всего на десять метров. Поковыляв еще немного, мальчик споткнулся и упал.

— ... — Лицо у него и так было в ужасном состоянии, а если он еще и покалечится при падении, то...

Нет-нет, Цю Мучжэ тут же одернул себя. Это же главный герой! К чему такая жалость? Но ведь перед ним был живой человек, маленький ребенок, который и слова лишнего не проронит. Жалость возникла сама собой, подсознательно.

— Останови карету.

Когда карета остановилась, Чу Синчэнь тоже замер, не сводя с них пристального взгляда.

Цю Мучжэ вышел наружу, сделал шаг и наступил на собственный подол, едва не растянувшись на земле. К счастью, он успел восстановить свое благородное и холодное — в своем воображении — величие.

Почему у женских платьев такие длинные подолы? А еще куча нелепых лент, бантов и цветов — неужели нельзя было просто сшить кусок ткани? Накинул — и готово, снял — и свободен, быстро и удобно!

— Глава пика! — Лю Е спрыгнул с козел и протянул руку, чтобы поддержать Цю Мучжэ.

— Не нужно, не нужно, — отмахнулся тот. — Возвращайся в карету, я сейчас вернусь.

— Слушаюсь.

Цю Мучжэ подошел к Чу Синчэню, и мальчик попятился. В свои двенадцать-тринадцать лет Чу Синчэнь был худым и маленьким, ростом едва доходил Цю Мучжэ до груди.

— Зачем ты идешь за мной?

Чу Синчэнь молчал.

— Перестань следовать за мной, возвращайся назад. — Хотя Цю Мучжэ понимал: у мальчика никого нет, возвращаться ему некуда.

Чу Синчэнь продолжал молчать.

Сказать одно слово, когда можно промолчать, и не проронить ни звука, если это возможно — вот характер Чу Синчэня. Если встретишь такого персонажа в книге, решишь, что он невероятно крут и загадочен, но в реальности от такого человека захочется только одного — дать ему пинка. К тому же Цю Мучжэ подозревал, что автор романа сделал героя таким лишь для того, чтобы сэкономить мозговые ресурсы: кто чаще всего появляется в книге? Главный герой! Если он не любит болтать, сколько же мороки можно избежать!

Раз он молчит, остается только смотреть на выражение лица. Но сейчас физиономия Чу Синчэня так распухла, что он даже улыбнуться не мог, не говоря уже о том, чтобы прочесть во взгляде нечто вроде скрытой благодарности.

Братец, ну скажи хоть что-нибудь!

Не хочешь? Ладно, тогда я... ухожу.

Цю Мучжэ только развернулся, как почувствовал несильный рывок. Обернувшись, он увидел, что Чу Синчэнь ухватился за красную кисточку на его мече.

— Хочешь? — Цю Мучжэ сам удивился, что смог разглядеть ожидание в глазах-бусинках мальчика.

Чу Синчэнь помедлил и кивнул, не отрывая взгляда от меча.

Цю Мучжэ посмотрел на него сверху вниз с полуулыбкой:

— Если хочешь — добейся этого сам.

Глаза Чу Синчэня расширились от удивления и замешательства.

— Всего, чего желаешь — будь то достоинство, власть или положение — нужно добиваться собственными руками.

[Динь! Сложность образа злодея +50, глубина личности +50. Продолжайте в том же духе!]

Неужели так просто повысить уровень, просто изобразив крутого парня? Цю Мучжэ ликовал, но внешне оставался невозмутимым и молча направился к карете.

Чу Синчэнь завороженно смотрел ему вслед, не в силах оторвать взгляд. На его ушах проступил легкий румянец.

Красное пятно удалялось, и вместе с мечом в его глазах оно превратилось в ослепительный огонек, прорезавший серый мир.

— Добиться самому? — пробормотал Чу Синчэнь и сжал кулаки.

3. Испытание при входе во дворец

Цю Мучжэ с комфортом расположился в карете и обнаружил, что внутри полно косметики, украшений и золотых заколок. Похоже, оригинал специально спускался с горы, чтобы закупиться всей этой ерундой, неудивительно, что он не летал на мече, а ехал в карете.

Но зачем карета остановилась?

Только он об этом подумал, как кучер Лю Е натянул вожжи, и карета замерла.

Раздался женский голос, полный гнева:

— Ну конечно! Заставил меня ждать, а как надоело — решил уехать в одиночку?

— Глава пика Шу, там кучка мальчишек устроила беспорядки, вот я и перегнал карету сюда.

Шу Хунъин, глава Восточного пика дворца Цюмин? Та самая, которую вместе с Цю Мучжэ называли двумя красавицами дворца, но которая терпеть его не могла? Та самая Шу Хунъин, что станет наставницей главного героя?

Цю Мучжэ нетерпеливо распахнул занавеску и увидел перед каретой ослепительно красивую женщину.

Ого, только посмотрите на это лицо сердечком, на эти длинные ноги и тонкую талию — неудивительно, что именно она первой всколыхнула чувства главного героя. Хотя в романе их отношения описывались как учитель и ученица, между ними всегда сквозила двусмысленность. Позже Шу Хунъин погибла в Битве кленового леса, что нанесло Чу Синчэню сокрушительный удар — это было равносильно краху его веры.

Сейчас Шу Хунъин, неся огромный сверток, с грохотом ввалилась в карету. Она сорвала вуаль, смахнула в сторону покупки Цю Мучжэ и уселась напротив.

Цю Мучжэ заметил, что она прихрамывает — видимо, травмирована правая нога, вот почему она тоже ездит в карете. Он никак не ожидал, что во дворце Цюмин царит такой дух простоты и трудолюбия: главы пиков сами ходят по рынкам, пока ученики бездельничают.

— На что уставился? — Шу Хунъин заметила его взгляд, и ее гнев, который еще не успел утихнуть, вспыхнул с новой силой. У нее был скверный характер, и это знали все читатели. Даже несмотря на то, что для главного героя она была как лунный свет в ночи, многие ее не любили.

— Зачем ты схватил мой меч? Верни!

Хм? Почему это меч ее? А где же мой? Цю Мучжэ швырнул меч обратно, оглядываясь по сторонам в поисках собственного оружия, и вдруг вспомнил: оригинал вообще не пользовался мечом! Он не практиковал ни меч, ни саблю, ни музыку — он был демоническим практиком!

Вспомнив об этом, Цю Мучжэ ощутил досаду: минус один аксессуар для крутого образа.

Следующие несколько дней они провели на рынке. Цю Мучжэ, которому ничего не нужно было покупать, сопровождал Шу Хунъин, словно парень, гуляющий с девушкой — правда, эта девушка напоминала ожившую мумию.

Вернулись во дворец Цюмин они лишь через полмесяца. Цю Мучжэ сразу отправился на свой Южный пик. Поскольку он не знал дороги, то нашел предлог, чтобы Лю Е довел его прямо до дверей покоев. Лю Е был предан ему до мозга костей, поэтому не задавал лишних вопросов.

О таком подчиненном можно было только мечтать, но, к сожалению, на Южном пике было до того пустынно, что не нашлось даже служанки, чтобы подмести двор.

Цю Мучжэ стоял посреди двора, усыпанного опавшей листвой, словно одинокий старик.

Неужели у него только один Лю Е? Да быть того не может! Хотя в книге упоминался только он, это не значит, что других не было! Он — глава целого пика, один из главных злодеев, от которых у героя голова идет кругом, и у него нет никого, кто подал бы чаю или размял плечи? Ему отчаянно хотелось тишины и покоя.

Он осмотрел окрестности, но не успел даже присесть, как возникли новые дела.

— Глава пика!

Кто-то пришел с докладом — и снова Лю Е... Неужели других людей здесь нет?

— Что случилось?

— Глава пика, с Северного пика передали, что глава Чжоу уже отобрал новичков для испытания. Скоро начнется проверка, просят вас подготовиться.

Началось! Цю Мучжэ был взволнован, но неужели нельзя дать человеку хоть немного отдохнуть?

В начале романа описывалось, как Чу Синчэнь, будучи одним из кандидатов, участвовал в отборе, который проводился раз в три года, и занял первое место, став учеником Шу Хунъин. Судя по возрасту Чу Синчэня, это и было то самое испытание.

Черт, полмесяца гулял по рынкам, наконец-то сюжет пошел! Цю Мучжэ сжал кулаки.

Северный пик был местом обитания главы дворца Чжо Хуа. Глава Чжоу — это Чжоу Лань с Западного пика, один из трех главных пиков. В книге он описывался как уродливый громила с ноздрями, смотрящими в небо, и был важным злодеем.

Честно говоря, если не считать главного героя и нескольких праведников, все мужские персонажи в книге были как на подбор кривыми да косыми. Хорошо хоть Лю Е был симпатичным, иначе пришлось бы не только вуаль носить, но и повязку на глаза.

Цю Мучжэ последовал за Лю Е на Северный пик. В отличие от пустынного Южного, здесь повсюду встречались ученики в белых халатах с золотым узором хризантем.

Странно, неужели оригинал никогда не принимал учеников? Цю Мучжэ снова озадачился этим вопросом. В книге такие детали не описывались, но теперь, став персонажем, он получал опыт, которого не было при чтении.

На полпути к вершине показались величественные дворцы — куда роскошнее, чем на его Южном пике.

На круглой площади перед главным залом, где беломраморные колонны уходили в небо, уже собралась толпа. Ученики были возбуждены, и, увидев Цю Мучжэ, тут же почтительно расступились.

Слыша со всех сторон приветствия, Цю Мучжэ почувствовал себя небожителем. Ему так и хотелось ответить: Приветствую, товарищи! Ощущение всеобщего внимания было просто упоительным.

На другом конце площади стояли двое. Слева — Шу Хунъин, справа — невысокий мужчина с острым лицом, должно быть, глава дворца Чжо Хуа.

— Глава дворца, — Цю Мучжэ отвесил почтительный поклон.

Чжо Хуа улыбнулся:

— Хорошо, Мучжэ тоже здесь. Ждем только Чжоу Ланя.

Шу Хунъин кивнула в сторону Цю Мучжэ:

— А вот и Чжоу Лань.

Братья наконец встретятся? В книге Чжоу Лань и Цю Мучжэ были правой и левой рукой Чжо Хуа. Их дружба была трогательной, но в последнем обновлении романа одного из них Чу Синчэнь сбросил в кровавую бездну, а другой был вынужден бежать от всего мира бессмертных.

— Глава дворца, — раздалось за спиной Цю Мучжэ.

Хм? Цю Мучжэ встрепенулся. Внешность — так себе, зато голос приятный.

Он обернулся.

В глаза ударил ослепительный свет.

Перед ним стоял мужчина с прямой осанкой, мечевидными бровями и звездными глазами. Его красивое лицо сочетало в себе мужественность и мягкость, но от него исходила такая мощная аура, что Цю Мучжэ, стоявший в трех цунях от него, едва не ослеп.

И кто этот красавец?

Чжо Хуа ответил на его немой вопрос:

— Хорошо, раз Чжоу Лань на месте, начинаем.

Цю Мучжэ: ???

Это и есть тот самый Чжоу Лань, с которым он творил все свои злодеяния? А как же титул первого уродца дворца Цюмин?

[Системная подсказка: для исправления недостатков в описании, внешность важного злодея была улучшена.]

Цю Мучжэ: !!!

— Чего ты уставился? — вдруг рявкнул Чжоу Лань.

Ой, какой грозный братец. Цю Мучжэ молча отвел взгляд.

Четверо глав уселись по сторонам света, а ученики отошли за пределы площади.

Полусферический фиолетовый барьер накрыл их, отрезав от внешнего мира. Как только барьер сомкнулся, Цю Мучжэ почувствовал, будто оказался посреди бушующего фиолетового океана — дышать стало трудно.

Тело среагировало инстинктивно: Цю Мучжэ, обладавший всеми навыками оригинала, быстро настроил дыхание. Он почувствовал слабый запах демонической ци, но, к его удивлению, внутри него самого не было ни капли демонической энергии — по венам текла чистейшая духовная ци!

Размышлять было некогда: его сознание отделилось от тела и слилось с фиолетовым океаном.

Цю Мучжэ оказался на горном склоне, окруженном дикими скалами и густой растительностью.

Вдалеке послышался хруст веток и оживленные споры. Цю Мучжэ хотел было спрятаться, но мимо прошла группа юношей. Они даже не посмотрели в его сторону.

А, понял Цю Мучжэ, они меня не видят.

Это и был метод отбора учеников. Никаких проверок духовных корней — только битва с демоническими зверями, просто и жестоко! Как только их «убивали», сознание возвращалось в реальное тело. Но сами они не знали, что находятся в иллюзорном мире, поэтому сражались изо всех сил, раскрывая свой истинный потенциал.

Цю Мучжэ мог видеть их, а они его — нет. Главы пиков будут сопровождать их в этом мире и выбирать тех, кто им приглянется.

Цю Мучжэ искал глазами Чу Синчэня и заметил двоих, замыкающих колонну: мальчика и девочку. Девочка, несмотря на юный возраст, была настоящей красавицей, а мальчик справа...

Чу Синчэнь?

Кто же еще, если не главный герой?

Хотя Цю Мучжэ узнал его не по лицу, а по фигуре и той же самой рваной одежде, что и при первой встрече. Лицо Чу Синчэня уже не было таким опухшим, но все еще оставалось грязным, как уголь, так что черты лица разобрать было трудно.

— Здесь дорога труднее, чем там, — сказал шедший впереди юноша. — Держитесь вместе, не отставайте.

— А-Нань, мне страшно, — маленький мальчик рядом потянул его за край одежды.

— Не бойся, вместе мы со всем справимся, — подбодрил его А-Нань.

Цю Мучжэ сразу понял: этот А-Нань — лидер группы.

Неплохо, задатки лидера налицо. В отличие от Чу Синчэня, который шел последним и не проронил ни слова.

Паренек, ты что, спрятал свою ауру владыки в панцирь?

Видя это собственными глазами, Цю Мучжэ никак не мог сопоставить этого тихоню с будущим повелителем, перед которым склонится весь мир. Он потер переносицу и, когда толпа прошла мимо, поплелся в самом хвосте.

4. Демонический зверь и ходячий труп

А-Нань вел их вперед, но они не встретили ни одного зверя, даже зайца. Группа расслабилась, некоторые даже начали проявлять недовольство.

Неизвестно, сколько они шли, но небо начало темнеть, собирались тучи, обещая ливень.

— Всем ускориться! — скомандовал А-Нань. — Скоро дождь, нужно найти укрытие.

Прежде чем начался настоящий ливень, они нашли пещеру. Она была неширокой, но очень глубокой.

А-Нань достал из кармана что-то похожее на зажигалку — вспыхнул ослепительный белый свет, осветивший пещеру. Стены были ярко-красными, неровными, с них постоянно сочилась вода.

— А-Нань, что это у тебя? — полюбопытствовал кто-то, указывая на зажигалку.

— Обычный артефакт, — спокойно ответил А-Нань, хотя выражение его лица кричало: Наконец-то кто-то спросил!

Раздалось восхищенное: Ого! — и посыпались вопросы: А есть что-нибудь еще?

А-Нань не ответил, лишь указал на мешочек у пояса.

— Что это?

— Мешочек для хранения вещей. Все сокровища, что оставила мне мама, здесь!

Все начали просить показать содержимое, но А-Нань крепко прижимал мешочек к себе.

В разгар шума один из юношей вдруг подскочил на месте и с криком отпрянул в сторону.

— Что случилось? Что такое?

— Я... я... я коснулся чего-то... — мальчик рыдал, не в силах выговорить ни слова.

А-Нань подошел и оттолкнул его:

— Дай посмотреть.

Он поднял свет, и на темной земле отчетливо проступил череп!

Все в ужасе попятились.

Сердце А-Наня бешено колотилось, но он постарался сохранить невозмутимый вид:

— В таких дебрях найти череп — разве это странно?

Не успел он договорить, как череп вдруг шевельнулся. Стоявшие рядом мальчишки завизжали.

— Не паникуйте! — А-Нань пытался успокоить остальных, хотя сам дрожал от страха, но любопытство взяло верх. Он увидел, что движется не сам череп, а земля под ним, и невольно сглотнул, желая узнать, что же там скрывается.

Увидев его спокойствие, остальные тоже притихли и, поддавшись любопытству, окружили его.

Земля треснула, из нее посыпались комья, словно нечто пыталось прорваться наружу.

И вдруг из почвы показалась окровавленная, оторванная рука!

Точнее, земля не просто выпустила ее — она словно изрыгнула эту конечность!

http://bllate.org/book/23435/2524719