Готовый перевод Kissing the Egret / Украденный поцелуй цапли: Глава 5

В последующие несколько дней Юй Бо окончательно перешёл в режим улитки.

Он больше не писал Сун Хэмяню по собственной инициативе никаких сообщений, не связанных с работой, и даже стандартные рабочие письма стал составлять ещё более сухо и официально. Он с головой ушёл в раскадровку и прорисовку деталей анимации, заполняя всё своё время работой высокой интенсивности, словно это помогало заглушить крошечную стыдливость на дне сердца, порождённую собственным отступлением, а ещё… капельку разочарования, в котором он не хотел признаваться даже самому себе.

На стороне Сун Хэмяня тоже царила необычайная тишина. Никаких расспросов, никаких внезапных визитов и тем более никаких новых роз или пирожных. Казалось, то мимолётное сближение той ночью и последовавшее за ним отступление были всего лишь тихо перевёрнутой, ничего не значащей интерлюдией.

По идее, Юй Бо должен был вздохнуть с облегчением, но в груди почему-то остался пугающий, саднящий провал.

В пятницу вечером Юй Бо наконец завершил самую сложную часть первого этапа. На него одновременно обрушились жуткая усталость и чувство глубокого удовлетворения. Он выключил компьютер, размял затёкшую шею, и первой же промелькнувшей в голове мыслью стало — съесть горячий горшочек.

Не какую-нибудь изысканную японскую кухню, а кипящий, бурлящий, полный земной суеты хого, способный в одно мгновение исцелить любые невзгоды. Разумеется, ему были доступны только грибной бульон или томатный суп, об остроте не могло быть и речи.

В одиночестве он отправился в свою излюбленную сеть ресторанов хого, заказал томатный бульон, порцию говядины, несколько видов овощей и любимые рисовые лепёшки в коричневом сахаре. Глядя, как ярко-красный томатный суп весело булькает в котле и поднимается аромат пара, он почувствовал, как напряжённые за последние дни нервы наконец-то начинают понемногу отпускать.

Вот это был настоящий он. Он любил простую, сытную еду, любил рисовую лапшу и хотел после завершения тяжёлой работы вознаградить себя отменным хого. Изысканная японская кухня, которую полагалось тщательно пережёвывать, всегда заставляла его чувствовать себя скованно, словно он играл чужую, не принадлежащую ему роль.

Он подцепил палочками кусочек говядины, поболтал его в томатном бульоне и с наслаждением отправил в рот. Кисло-сладкий насыщенный сок брызнул во рту, рождая на свет чувство абсолютного счастья. От еды у него вспотел кончик носа, щёки слегка порозовели, и он полностью погрузился в собственный мир.

Поэтому, когда прямо над его ухом раздался знакомый низкий голос, он чуть не подавился лепёшкой.

— Юй Бо?

Юй Бо резко поднял голову. Во рту всё ещё оставалась еда, щёки раздулись, и он был похож на испуганного хомячка. Сквозь клубящийся пар он увидел человека, которого здесь быть точно не должно было, — Сун Хэмяня.

Тот по-прежнему был в костюме, поверх которого набросил роскошное тёмно-серое кашемировое пальто. Высокий и статный, он совершенно не вписывался в эту шумную, пропитанную ароматами простой жизни атмосферу ресторана. В руке он держал стаканчик с кофе из ближайшего круглосуточного магазина — похоже, он просто заглянул по пути с работы.

Взгляд Сун Хэмяня скользнул по стоявшему перед Юй Бо томатному бульону, по этому ярко-красному варёному месиву и по пустому блюдечку рядом, которое явно предназначалось для острого соуса. В его глазах мелькнуло мгновенное понимание.

Юй Бо в панике проглотил пищу, чувствуя, что щёки расплавились так, будто на них тоже можно было варить мясо.

— С-старший? Что вы здесь делаете?

— Проходил мимо, покупал кофе. — Сун Хэмянь качнул бумажный стаканчик в руке, вновь перевёл взгляд на лицо Юй Бо, и тон его остался совершенно ровным: — Похоже, ты не любишь рис с угрем.

Это был не вопрос — констатация факта.

Сердце Юй Бо тяжело рухнуло вниз, охваченное неловкостью от того, что его поймали с поличным. Он приоткрыл рот, собираясь по привычке всё отрицать или отшутиться, но под пронзительным взглядом Сун Хэмяня, казалось, видевшего его насквозь, любая ложь выглядела жалкой и беспомощной.

Он опустил голову и принялся тыкать палочками в лепёшку в пиале. Голос его звучал не громче комариного писка:

— Н-не то чтобы совсем не люблю. Просто… привык к такому.

Он помедлил и, словно наконец сбросив с плеч тяжёлую ношу, с безрассудной, обречённой честностью тихо добавил:

— На самом деле… я совсем не ем острое, люблю кисло-сладкое. А онигири на завтрак… ел только потому, что это быстро.

Сказав это, он не смел поднять глаза на Сун Хэмяня. Было ли в них разочарование? Или тот счёл его фальшивым? Ведь он явно не любил угощение, но всё равно принял его и даже втайне радовался этому.

Однако ожидаемых насмешек или холода не последовало.

Сун Хэмянь молча опустился на свободное место напротив и поставил кофе на стол. Это движение было настолько естественным, будто они заранее договорились пообедать вместе.

— Мм, понял, — голос Сун Хэмяня оставался прежним, но в нём послышалась едва уловимая мягкость: — Томатный бульон неплох.

Юй Бо изумлённо вскинул голову.

Сун Хэмянь смотрел на него из-за стёкол очков в серебряной оправе. Во взгляде его таилась глубокая задумчивость, но не было ни единой нотки упрёка — лишь нечто… почти всепрощающее. Он взял лежавшее рядом меню, бегло просмотрел его и взмахом руки подзвал официанта.

— Добавьте фирменную креветочную пасту, порцию жареного соевого тофу и бамбуковые грибы. — Он заказывал исключительно то, что идеально подходило для томатного бульона и тяготело к нежным, сладковатым вкусам. Сделав заказ, он перевёл взгляд на Юй Бо: — Хочешь ещё чего-нибудь?

Юй Бо остолбенело смотрел на него, соображая с трудом.

Он не сердился? Не чувствовал себя оскорблённым? Более того… сделал новый заказ?

— Я… я уже почти наелся… — машинально произнёс Юй Бо.

— Ты проработал допоздна, тебе нужны силы, — безапелляционно заявил Сун Хэмянь и вернул меню официанту: — И ещё порцию свежеобжаренного мяса, пожалуйста.

После ухода официанта за столом на мгновение повисло молчание. Только хого продолжал весело и беззаботно кипеть.

Юй Бо смотрел на сидевшего напротив невозмутимого Сун Хэмяня, который выглядел так, будто просто перенёс рабочее место в другое помещение, а на душе у него скребли кошки. Он перебрал в уме бесчисленные варианты реакции Сун Хэмяня, но среди них не было ни единого похожего на этот: спокойное принятие и естественное сближение.

— Скажите… старший, а вы не будете? — с сомнением спросил Юй Бо.

— Я уже поужинал, — Сун Хэмянь сделал глоток кофе. — Просто посмотрю, как ешь ты.

Эти слова звучали чуть двусмысленно, но произнесённые с таким абсолютно серьёзным выражением лица, они казались совершенно естественными.

Вскоре принесли добавку. Сун Хэмянь привычным движением сервировочных палочек опустил креветочную пасту в томатный бульон, а затем погрузил в кипящую жидкость кусочки тофу. Его длинные чистые пальцы двигались изящно и плавно, странным образом гармонируя с оживлённой обстановкой забегаловки.

Он переложил сварившуюся креветочную пасту и пропитавшийся бульоном тофу в пиалу Юй Бо.

— Попробуй.

Глядя на внезапно появившуюся в тарелке еду, Юй Бо почувствовал, как в носу подозрительно защекотало.

Он думал, что его нелюбовь сочтут за обман и жеманство, думал, что его настоящая сущность вызовет лишь разочарование и заставит человека отдалиться.

Но Сун Хэмянь поступил иначе.

Он просто принял эту правду без лишних слов, а затем проявил заботу ещё более прямым и участливым способом.

Этот мужчина, казалось, и впрямь пытался понять его, принять все те стороны его характера, которые самому Юй Бо казались хлопотными и несовершенными.

Юй Бо опустил голову и молча принялся за еду. Креветочная паста оказалась упругой, а соевый тофу впитал в себя весь кисло-сладкий томатный сок — блюдо казалось в сто раз вкуснее обычного.

Украдкой подняв ресницы, он взглянул на мужчину, чьи черты лица смягчались в поднимающемся от хого тумане.

Улитка в глубине его сердца снова робко и осторожно высунула наружу нежные усики.

Может быть… может быть, он всё-таки сможет стать чуть-чуть смелее?

http://bllate.org/book/23296/2503411