Готовый перевод After Marrying the Mad Prince, I Became the Beautiful Strong Tragic / Брак с безумцем: красота, сила и трагедия: Глава 20

Чжао Хэн подошел к краю теплого бассейна. Его расшитый узорами из журавлей темно-красный подол плавно колыхался при каждом шаге.

Сун Лин, прислонившись к бортику, поднял голову. В его взгляде не было ни тени подобострастия, положенного тому, кто находится в подчиненном положении.

— Ванъе не верит моим словам? — спросил Чжао Хэн.

Сун Лин насмешливо фыркнул. Верить ему — только время терять. Он бросил взгляд на свою одежду, висевшую неподалеку, и слегка отклонился назад, стараясь скрыть от глаз Чжао Хэна темные узоры на своей спине.

— Ванфэй сегодня перебрал с вином и забыл правила?

— Какие правила? О том, что в этот бассейн входить запрещено?

— О том, что нужно соблюдать дистанцию и не вмешиваться в дела друг друга.

Чжао Хэн понимающе кивнул. Значит, есть и такие правила. Однако он не остановился и продолжил движение, пока не подошел к самой воде. Слегка наклонившись, он перевел взгляд с раскрасневшегося лица Сун Лина и его бледного, жилистого торса на лечебные травы, плавающие в воде.

— Тот, кто тебя лечит, не говорил, что с таким подходом ты долго не протянешь?

Сун Лин сжал ладони в кулаки. Он и сам это прекрасно знал, иначе наставник не стал бы нарушать собственные принципы и рисковать жизнью, отправляясь в Наньчжао.

Чжао Хэн не ждал ответа и продолжил:

— А что, если я смогу тебя спасти?

Эти слова эхом отдавались в голове Сун Лина. Если он действительно может меня спасти…

— Твой младший соученик, Хо… Хо Сяоу? У него неплохие познания в медицине. Должно быть, он уже сказал тебе, что у меня есть кое-что, способное подавить твой гу.

Сун Лин молча смотрел на него холодным взглядом. Он не ожидал, что Чжао Хэн решит раскрыть карты так рано. Столкнувшись с неизвестностью, Сун Лин привык занимать выжидательную позицию.

От теплой воды поднимался густой пар, и щеки Сун Лина горели, словно от хмеля. Чжао Хэн вдруг вспомнил брачную ночь: тогда, за ширмой, лицо Сун Лина было таким же алым. Мягкие, утонченные черты лица в сочетании с высокомерным и дерзким нравом — это было именно то, что его привлекало.

Сун Лин нахмурился. Он терпеть не мог, когда Чжао Хэн смотрел на него подобным образом. Чжао Хэн оказался достаточно проницательным: он тут же отвел взгляд, выпрямился и больше не смотрел на Сун Лина. В бесконечном круговороте времен года и смене эпох терпение было главным мастерством Чжао Хэна.

— Одевайся и выходи. Сегодняшняя луна прекрасна, самое время для… любовных признаний.

Сун Лин подумал про себя: Скорее, самое время для убийства и сокрытия трупа.

Дождавшись окончания лечебной ванны, Сун Лин оделся и вышел. В глубине двора было пусто. Издалека прилетел маленький белый цветок и опустился Сун Линy на плечо. Смахнув его, он поднял голову.

Чжао Хэн стоял на крыше. Ночной ветер трепал его пышные одежды, а серебряные подвески на поясе мелодично позвякивали. Рядом с ним замерли двое тайных стражей, не сводящих с него глаз.

Сун Лин легко взлетел на крышу. Чжао Хэн поднялся навстречу с улыбкой. Но стоило Сун Линy сделать шаг, как Чжао Хэн издал странный звук, словно призывая кого-то. Мгновение спустя в воздухе мелькнули крылья — это был огромный черный кречет. Сун Лин схватился за рукоять меча, готовый в любую секунду сразить птицу, если та решит напасть.

Могучая птица зависла в паре метров от него, хлопая крыльями, но не приближаясь. В лунном свете Сун Лин разглядел, что в клюве кречет держит сухую ветку, и понял, что агрессии птица не проявляет. Он замер и протянул свободную руку. Кречет опустился на его предплечье, положил ветку в ладонь и, сделав еще пару кругов над головой, улетел.

— Ты ему приглянулся, — с усмешкой сказал Чжао Хэн, глядя на ветку в руках Сун Лина. — Это он для тебя на горе Цзяшань сорвал.

Специально сорвал сухую ветку? Сун Лин в недоумении поднес её ближе к глазам и лишь тогда заметил, что на ней есть небольшие бутоны. По срезу веточки сочился свежий сок, выдавая её скрытую жизненную силу. Это была вовсе не сухая ветка, а побег сливы, готовый вот-вот расцвести. В темноте бледно-зеленые бутоны были почти незаметны.

Сун Лин не знал, смеяться ему или плакать: первый в его жизни букет цветов ему принесла птица.

— Да? Что ж, у него неплохой вкус, — высокомерно ответил Сун Лин, провожая взглядом улетающего кречета.

Чжао Хэн приподнял бровь:

— У меня тоже.

Смысл этих слов был очевиден. Сун Лин не спешил спорить. Он посмотрел в сторону главного города Учжоу:

— Я всегда считал, что основа для сотрудничества — это искренность, а предел покорности — верность.

Парой фраз его бдительность не усыпить. Голос Сун Лина был тихим, словно растворяющимся в ветре, но Чжао Хэн расслышал всё до последнего слова.

— Чжао Хэн, что ты можешь дать мне в качестве залога своего доверия?

Весь путь, что он прошел, казался гладким, но на деле был полон опасностей. Людей, которым можно доверять, было немного.

— Твоя жизнь и моя жизнь. Как тебе такое? — улыбнулся Чжао Хэн.

Сун Лин изумленно посмотрел на него. Ставить на кон жизнь? Заметив беспечную улыбку на лице Чжао Хэна, он лишь покачал головой:

— Забудь. Скажешь, когда придумаешь что-то получше.

Чжао Хэн преградил ему путь, и улыбка постепенно сошла с его лица:

— Что такое? Моя жизнь не стоит того, чтобы быть твоей ставкой?

Сун Лин сжал рукоять меча и развернулся, собираясь уйти:

— У меня нет времени на твои игры.

Чжао Хэн схватил его за руку:

— Постой.

Сун Лин обернулся, и в то же мгновение его меч, покинув ножны, прижался к горлу Чжао Хэна. В темных, ледяных глазах сквозила явная жажда убийства.

— Не думай, что если тебя защищает Ванфэй, я не посмею тебя убить. Без тебя я проживу не хуже, а мертвецы секретов не выдают.

Чжао Хэн сделал шаг вперед, сжимая ладонью острое лезвие меча. По ладони тут же потекла кровь, капая на клинок. Тяжелый запах свежей крови окутал Сун Лина. Его тело качнулось, в ушах зашумело, а внутри все перевернулось, словно он одновременно оказался в огне и во льду. Более того, перед глазами всё начало двоиться.

Лицо Сун Лина стало мертвенно-бледным, руки задрожали. Меч, приставленный к горлу Чжао Хэна, опустился на его грудь и вошел в тело, но Чжао Хэн даже не шелохнулся. Еще одно движение — и Сун Лин мог бы покончить с ним. Но в таком состоянии, если бы Чжао Хэн захотел, он мог бы убить Сун Лина так же легко.

— Теперь моей искренности достаточно? Мы ведем переговоры, находясь на грани жизни и смерти, — спокойно произнес Чжао Хэн.

— Кто ты такой на самом деле?

— Я — молодой господин из Наньчжао, присланный для заключения брачного союза. Я — Чжао Хэн.

— Ты знаком с моей матерью? Это вы вместе решили, что я должен на тебе жениться?

Чжао Хэн покачал головой:

— Какой у меня статус — не так уж важно. Я слишком долго был заперт и не видел мира, и среди всех людей ты — единственный, кто мне по душе.

Сун Лин чувствовал, что тот что-то скрывает. Он покачал головой, пытаясь сохранить ясность рассудка:

— Неправда. Почему мать согласилась на этот брак и велела мне тебя защищать?

Чжао Хэн снял со своего запястья четки и надел их на руку Сун Лина. Бусины оказались ледяными, но Сун Лин почувствовал, как буря внутри его тела начинает утихать.

Чжао Хэн тихо вздохнул:

— Возможно, всё не так сложно, как ты думаешь. Женившись на мужчине, ты теряешь право претендовать на престол. Это единственный способ обеспечить тебе спокойную и долгую жизнь.

Спокойную и долгую жизнь… Сун Лин вспомнил, как наставник Сюэ тоже когда-то говорил, что желает ему, Ши Юю, прожить жизнь в мире и здравии.

http://bllate.org/book/23186/2484595