Готовый перевод Chang'an Xiaoxiang / Чанъань и Сяосян: Женское письмо: Глава 4

— Подожди, а мы точно справимся? — спутница девушки на мгновение замешкалась, придержав её за руку.

— Не знаю, но почему бы не попробовать?

Сказав это, девушка, не теряя ни секунды, потянула подругу прямо в квартал красных фонарей.

— Постойте! Две барышни, остановитесь! Вы хоть знаете, куда пришли? — распорядитель, заметив их благородный вид, сразу догадался, что к чему, и поспешил преградить им путь.

Девушка сперва замялась, но потом, словно решившись на отчаянный шаг, наклонилась к самому уху мужчины и прошептала несколько слов.

— В общем, если это неудобно, вам не обязательно нас выгонять, мы сами уйдём, — девушка обладала чувством собственного достоинства и пыталась сохранить лицо. — Мы только приехали в город Цзян и местных порядков не знаем, прошу, не сердитесь на нас!

Она притворно почесала щёку и переглянулась с подругой.

Распорядитель с минуту разглядывал их, а затем махнул рукой:

— Ступайте пока, я спрошу у девушек нашего дома, а там видно будет.

Сказав это, он развернулся и ушёл, не оглядываясь.

— Что делать? Похоже, она не собирается нам помогать, — разочарованно прошептала спутница.

Девушка быстро подумала и ответила:

— Идём за мной! Шанс обязательно представится!

Они расспрашивали всех подряд. Хотя многие не желали с ними разговаривать, девушки не сдавались, и, к счастью, нашлись добрые люди, которые указали им путь.

Следуя советам прохожих, они заглянули в лавки украшений и пудры, самые популярные среди дочерей богатых семей, и немного осмотрелись.

...

Женщина просидела здесь полдня. Хотя она не ушла с пустыми руками, многие малыши в корзинке всё ещё ждали своей участи.

— Что же теперь делать? Раз уж приютила, не могу же я снова выставить вас на улицу? — вздохнула она.

Как раз когда она, понурив голову, пребывала в отчаянии, перед ней возникла девушка из богатой семьи в роскошном наряде. А следом за ней появилась гостья, которой она никак не ожидала увидеть.

В два счёта они разобрали котят.

Внезапная тишина застала женщину врасплох, она даже не сразу поняла, что произошло. Она обвела взглядом людей и наконец остановила его на двух знакомых фигурах. Девушки шли впереди, о чём-то весело беседуя. Женщина заворожённо смотрела им вслед, чувствуя, как глаза увлажняются, и тихо прошептала:

— Спасибо вам!

Она наконец дождалась.

————

— Вот и хорошо, — улыбнулась Чжоу Ваньи. — Фэнци, давай больше не будем вспоминать прошлое. Будем чаще видеться, если что-то понадобится — приходи ко мне. Конечно, если мне самой понадобится помощь, надеюсь, ты мне не откажешь?

Чжоу Ваньи спросила это с лёгкой долей осторожности, хотя тон её звучал вполне искренне.

Этот вопрос застал Цзян Фэнци врасплох, но внутри заскребло неприятное чувство. Прошло шесть лет, и хотя за это время прежние обиды поблекли, вместе с ними исчезла и та искренняя, чистая дружба.

В её памяти Чжоу Ваньи никогда ни о чём не просила. Во-первых, у неё почти не было поводов для тревог: родители подготовили для неё всё необходимое и всегда оберегали её. Во-вторых, даже если у неё случались неприятности, её воспитание — по крайней мере, так казалось Цзян Фэнци — не позволило бы ей вот так открыто уступать и униженно искать расположения.

Пусть это была вежливая просьба, но в ней сквозило принуждение. Неизвестно, было ли это намеренно, но слушательница не хотела думать о худшем. Это было данью уважения прошлой дружбе и надеждой на то, что человек не изменился.

Увы, надежды не оправдались.

— Хорошо, я помогу, — ответила Цзян Фэнци.

Я помогу, а... как насчёт тебя? — эта фраза так и осталась невысказанной.

Раз вопрос не был задан, то и ответа на него не последовало.

— А как насчёт этих двух господ? — Чжоу Ваньи повернулась к Ин Хоцзян и Хуаян Хуайханю. Её тон стал мягким, извиняющиеся нотки исчезли, и она снова приняла вид благовоспитанной барышни. — Господин Хуаян, наслышана о вас.

Заметив, что Ин Хоцзян смотрит в сторону и явно избегает зрительного контакта, Чжоу Ваньи первой подняла кубок в сторону Хуаян Хуайханя.

— Наслышан, госпожа Чжоу. Вы и впрямь чисты и утончённы, обладаете редким обаянием, — ответил Хуаян Хуайхань, также подняв кубок.

— Давно слышала, что господин Хуаян — человек благородный и скромный. Увидев вас сегодня, убедилась, что вы ещё более учтивы, чем о вас говорят, — ответила Чжоу Ваньи.

— ...

Цзян Фэнци и Ин Хоцзян, наблюдая за этим обменом любезностями, лишь молча переглянулись. Неизвестно, что думала Ин Хоцзян, но Цзян Фэнци была уверена: Хуаян Хуайхань переигрывает. С виду — настоящий благородный муж, а на деле...

Они обменялись ещё парой пустых фраз. Цзян Фэнци больше не хотела слушать, да и не могла. Она взглянула на Ин Хоцзян и неожиданно встретилась с ней взглядом. Они обе смотрели друг на друга. Почему-то Цзян Фэнци захотелось рассмеяться, но она сдержалась, быстро отвела глаза и сделала вид, что пьёт чай.

Ин Хоцзян, заметив это, тоже, казалось, нашла ситуацию забавной. Она слегка улыбнулась, поднесла кубок к губам и, отвернувшись, уставилась на прохожих внизу, погрузившись в свои мысли.

Неизвестно, сколько ещё продолжалась их беседа, но через некоторое время они умолкли. Чжоу Ваньи воспользовалась моментом и спросила Ин Хоцзян:

— Этот господин не местный? Впрочем, судя по тому, как вы близки с Фэнци, вы здесь по делам... — она не договорила, но смысл был понятен.

— ...

Ин Хоцзян не ответила, продолжая смотреть на снующих внизу людей.

Чжоу Ваньи почувствовала неловкость, а в её голосе промелькнуло раздражение:

— Могу я узнать, господин...

— Ищу человека.

Ответ Ин Хоцзян был краток. Она перевела взгляд прямо на Чжоу Ваньи. Та слегка смутилась, но ради приличия вежливо ответила:

— О, понятно. И кого же вы ищете? Может, нужна помощь?

— Не нужно. Вы не сможете помочь, — отрезала Ин Хоцзян.

Наступила тишина.

— Этот господин весьма скуп на слова, — Чжоу Ваньи рассмеялась, чтобы разрядить обстановку, хотя было неясно, задело её это или нет. — Это была моя оплошность, прошу прощения, — она слегка поклонилась. — На этом закончим, у меня есть дела, так что не буду вас больше задерживать.

Сказав это, она проводила троицу до выхода из павильона.

Перед входом в клинику Чжоу Ваньи добавила:

— Буду рада видеть вас в моей клинике Чжоу Кана. Если вы окажете нам поддержку, многие в городе смогут получить помощь. У нас как раз появились важные гости, так что прошу прощения, вынуждена откланяться.

Она поклонилась и вошла внутрь.

— Скажите, зачем клинике нанимать нас, мастеров боевых искусств? — недоумённо спросил Хуаян Хуайхань.

— Клиника Чжоу Кана — самая известная в городе, там хранится множество ценных лекарств. Чтобы другие не воровали их по ночам, нужны люди, умеющие защищать. Во-вторых, между пациентами часто случаются конфликты, или кто-то недоволен лечением и начинает скандалить, мешая другим — таких тоже нужно усмирять. Это самый простой и грубый метод, зато потом, если что, виноват не ты, — пояснила Ин Хоцзян. — Ну и, конечно, если кто-то захочет навредить самой госпоже Чжоу, её тоже нужно охранять.

— О, вот оно что! — Хуаян Хуайхань ответил с явным равнодушием, глядя на Ин Хоцзян.

— Какой же ты глупый! — бросила Ин Хоцзян, даже не пытаясь скрыть презрения, и, повернувшись к Цзян Фэнци, жестом позвала её идти.

Хуаян Хуайхань, похоже, не обиделся. Он приподнял бровь и снова обратился к Цзян Фэнци:

— Ты тоже так думаешь?

— Да, — ответила та.

Хуаян Хуайхань было открыл рот, чтобы рассмеяться, но тут же получил отпор:

— Ты и правда глуп!

Цзян Фэнци отрезала это и, не оглядываясь, пошла вслед за Ин Хоцзян.

— Да я не... — Хуаян Хуайхань не успел договорить. Две девушки, словно сговорившись, оставили его одного в замешательстве.

— Я же не это имел в виду, — проворчал он себе под нос. — Сейчас в городе Цзян все знают, что Гун Вэй ищет мастеров боевых искусств, даёт им дома, золото и должности. Кто бы отказался от такого карьерного взлёта? Было бы странно, если бы никто не пытался подлизаться. — Сказав это, он бросил взгляд на клинику и поспешил за ними.

Пройдя некоторое время, Цзян Фэнци внезапно сказала:

— Всё, здесь мы расстаёмся. — Судя по тону и взгляду, это было адресовано Хуаян Хуайханю.

— Уже уходите? Неужели я вам так неприятен? Вчерашний случай — это случайность, я не хотел тебя ранить, — оправдывался он.

— Она уже всё сказала, уходи. Тебе здесь делать нечего, — холодно бросила Ин Хоцзян.

— Тогда встретимся через два дня в городской гостинице? — крикнул Хуаян Хуайхань вслед удаляющимся фигурам.

Обе промолчали.

Цзян Фэнци и Ин Хоцзян шли дальше.

— Ацзян, я скоро уеду из города, буду странствовать. Пока не знаю куда, но в городе Цзян больше не останусь. Ты собираешься и дальше искать её здесь? — спросила Цзян Фэнци.

— Нет. Больше нет нужды, — ответила Ин Хоцзян.

Её слова озадачили Цзян Фэнци, и она решила не расспрашивать больше, сменив тему:

— Тогда куда ты теперь? Я сегодня к вечеру вернусь домой, если ты... — она не успела договорить, Ин Хоцзян прервала её.

— Фэнци, ты не против, если я поживу у тебя? У меня достаточно денег, сколько скажешь — столько заплачу, хорошо? — Ин Хоцзян смотрела на неё с такой искренней просьбой, что казалась почти беззащитной.

Кому-то это прерывание могло показаться грубым, но в том, как она это произнесла, было что-то особенное.

— Конечно. Но деньги не нужны. Если тебе неудобно, лучше помоги нам по хозяйству, хорошо? — предложила Цзян Фэнци.

— Хорошо. Я сделаю всё, что скажешь, — ответила Ин Хоцзян, глядя ей прямо в глаза.

Если бы кто-то другой сказал такое, это показалось бы ненадёжным. Слова вроде «всё», «всегда» или «любое» — лишь сиюминутные эмоции. Но, глядя в искренние глаза Ин Хоцзян, Цзян Фэнци на мгновение действительно поверила.

— Тогда пойдём. До усадьбы ещё далеко, если поспешим, успеем вернуться к ужину, — улыбнулась Цзян Фэнци.

— Хорошо.

Ин Хоцзян всегда отвечала, словно не желая, чтобы разговор обрывался на Цзян Фэнци. По пути они болтали и любовались видами. Темы в основном задавала Ин Хоцзян — не потому, что была болтлива, а потому, что видела: Цзян Фэнци устала и не хочет много говорить, но неловкая пауза была ей неприятна.

Луна сияла, ветер был свеж. Фонарей Кунмина не было, но ночное небо выглядело так же красиво, как и вчера.

Наконец они добрались до усадьбы. Слуги у ворот, увидев их, поспешили с докладом, а заметив приближение, поклонились.

— Встаньте, встаньте, не нужно церемоний, — выпалила Цзян Фэнци и потянула Ин Хоцзян за собой.

— Постой... — Ин Хоцзян слегка замешкалась, но, видя напор подруги, послушно ускорила шаг.

Их прогулка по коридорам усадьбы выглядела довольно забавно. Вскоре они вышли к небольшой беседке у реки. Вода в свете луны казалась зеркальной и чистой.

Мать Цзян Фэнци, увидев растрёпанную дочь, спросила:

— Что ты так несёшься? Соскучилась по моей стряпне?

— Матушка, хоть я и не ела дома всего день, городские деликатесы мне не по вкусу, я люблю только вашу еду! — заулыбалась Цзян Фэнци.

Видя семейную сцену, Ин Хоцзян тактично отошла в сторону. Цзян Фэнци, заметив это, тут же потянула её за собой:

— Мам, это Ин Хоцзян, моя подруга. Мы познакомились в городе. Во время состязания случилась неприятность, и она спасла меня, когда я почти упала в воду. Можно она поживёт у нас?

Ин Хоцзян слегка смутилась, но держалась достойно. В конце концов, это был первый визит в усадьбу, и вести себя нужно было подобающе.

— Конечно. Но в усадьбе недавно набрали новых слуг, да и отец привёз много товаров из поездки, все комнаты заняты. Не знаю, эта... — мать Цзян Фэнци посмотрела на Ин Хоцзян и на мгновение замолчала.

— Госпожа, я могу остановиться где угодно, вы... — начала Ин Хоцзян, но её прервали.

— Она будет жить в моей комнате! — решительно заявила Цзян Фэнци.

Мать снова замялась, но, вздохнув, с любовью ответила:

— Хорошо, пусть будет по-твоему. С первого взгляда ты показалась мне родной, только вот...

Видя сомнения матери, Цзян Фэнци добавила:

— Мам, я ей доверяю. Она вчера спасла мне жизнь! Иначе сегодня я бы опозорилась перед всем городом, — она надула губы, делая вид, что обиделась.

Ин Хоцзян и мать Цзян Фэнци невольно улыбнулись.

— Хорошо-хорошо. Вы, должно быть, устали. Я приказала накрыть на стол, садитесь, — сказала мать и жестом подозвала слуг.

Вскоре ужин был готов. Мать уже поела, поэтому просто смотрела, как они едят. Ин Хоцзян ела сдержанно, что соответствовало её серьёзному характеру, на неё было приятно смотреть. Цзян Фэнци же, вернувшись домой, расслабилась и ела с таким аппетитом, что пару раз чуть не поперхнулась, чем вызвала добрые подшучивания матери.

Наверное, только рядом с теми, кому мы доверяем, можно сбросить маски и стать настоящими. Этот ужин прошёл в очень тёплой, почти семейной атмосфере.

— Поздно уже, идите отдыхать, — сказала мать, когда слуги убрали со стола, и они разошлись по комнатам.

Цзян Фэнци проводила гостью в свои покои. Зажгли свет. Она предложила Ин Хоцзян присесть, а сама пошла умываться. Ин Хоцзян оглядела комнату, привыкая к обстановке. Вскоре за ширмой показался силуэт Цзян Фэнци. Ин Хоцзян лишь мельком взглянула туда, убедившись, что всё в порядке.

В комнате стало душно, и она открыла окно. Хотя усадьба находилась не в самом центре, вид отсюда открывался прекрасный: вдалеке мерцали огни города. Убедившись, что в комнате всё в порядке, она присела у окна, погрузившись в свои мысли.

— Я закончила. Приготовила для тебя новые принадлежности для умывания, — Цзян Фэнци выглядела отдохнувшей и свежей. Она заметила открытое окно и добавила: — Спасибо, что открыла окно. У меня привычка спать с открытым, глядя на городские огни — так засыпаю спокойнее.

— Не за что, — Ин Хоцзян улыбнулась ей. — Ложись, я сейчас умоюсь и тоже лягу.

Цзян Фэнци кивнула и легла в постель. Снова, словно сговорившись, они не обсуждали, кто где будет спать. Цзян Фэнци была слишком утомлена, да и не видела смысла в лишних формальностях. Она знала, что Ин Хоцзян не позволит ей спать на полу, поэтому не стала поднимать этот вопрос.

http://bllate.org/book/23079/2468111