Готовый перевод You Didn't Say We're All in One World / Ты не говорил, что все миры связаны!: Глава 2

— Ты... веришь, что в этом мире существуют боги?

Старик слегка прикрыл глаза, словно погружаясь в далёкие воспоминания.

Маленький ребёнок, хлопая ясными глазами, спрятался за его спиной и с любопытством разглядывал статую божества, стоявшую на столе. Впрочем, правильнее было бы назвать её просто куском камня причудливой формы.

Старик с благоговением вставил зажжённые палочки благовоний в курильницу и склонился в поклоне. Перед ней медленно поднимались тонкие струйки белого дыма, будто ведя безмолвный разговор с божеством.

— Дедушка... значит, ты веришь, что боги существуют? — осторожно спросил мальчик.

Старик повернул голову, ласково погладил ребёнка по голове и улыбнулся:

— Конечно, малыш. Когда я был молодым, мне довелось встретиться с богом лично.

— А как выглядит божество? — с любопытством допытывался ребёнок.

— Я не видел его облика.

Мальчик замер. Он в недоумении посмотрел на деда, ожидая продолжения.

— Просто каждый раз, когда я рассказываю об этом, все вокруг думают, что я бредил. Спустя столько повторений это стало всех только утомлять.

Увидев пытливый взгляд внука, старик улыбнулся, поправил упавшую на лоб ребёнка прядь волос и начал неспешный рассказ:

— В молодости моя семья жила очень бедно. В наших краях ходила легенда о сокровищах, спрятанных в месте под названием Драконья жила, где якобы покоились богатства древнего императора. Говорили, если повезёт, можно было выкопать там что угодно и продать за огромные деньги.

Многие, жаждая наживы, отправились в тот опасный путь. Я, ослеплённый жадностью, примкнул к шайке расхитителей гробниц. Однако никаких сокровищ мы не нашли, зато попали в страшную снежную бурю, каких не видели сотню лет.

Припасы закончились, помощь не приходила, и я уже решил, что умру там. И вдруг передо мной возник сгусток белого света. Он был таким тёплым и ярким, что разогнал холод и страх, указав путь к лесной хижине. Там лежали оставленные добрыми людьми припасы и стояла эта статуя божества. Благодаря этим вещам я дождался спасателей.

С тех пор я всем сердцем ощутил защиту и наставление божества и навсегда оставил мысли о грабежах. Думаю, это был какой-то горный дух, что оберегал меня и вразумлял. С того дня я и поклоняюсь этому богу.

В этот момент дверь распахнулась, и вошла модно одетая женщина. Отряхнув с себя снег и повесив пальто на крючок, она подошла к старику и ребёнку.

— Пап, опять рассказываешь Сяо Яню свои небылицы? — с улыбкой спросила она.

Старик покачал головой и серьёзно ответил:

— Почему это небылицы? Это то, что я пережил на самом деле. Человек обязан относиться с почтением к тому, чего не понимает.

Женщина усмехнулась, легонько похлопала мальчика по голове и сказала:

— Не слушай дедушку, милый. Если бы в мире действительно существовали боги, зачем тогда были бы нужны человеческие усилия? Папа, вы повторяли это уже сотни раз, неужели вам не надоело?

То белое свечение, которое вы видели — скорее всего, просто блики от снега. В природе полно таких явлений. Если бы вы действительно встретили бога, почему он не остановил ту бурю?

— А вы сегодня чего пожаловали? Разве вы с Чжун Цзи не заняты обычно? — понимая, что спорить с невесткой-скептиком бесполезно, а может, просто устав от бесконечных разговоров на эту тему, старик не стал продолжать спор и с улыбкой перевёл беседу в другое русло.

— Мы... приехали забрать Сяо Яня в город, — лицо женщины выражало неловкость, словно она пыталась уйти от неприятного разговора.

— Мой сын тоже вернулся? Разве он не на задании?

— Он ушёл в отставку. И... он сейчас паркует машину. Мы хотели кое-что сказать, но лучше подождём, когда он сам всё объяснит.

— Что случилось? Ты разве не рада, что папа вернулся? — заметив странное поведение ребёнка, женщина склонилась и погладила его по голове.

— Всё равно он скоро снова уедет, — пробормотал мальчик, прижавшись к ней.

— В этот раз нет. Он подал рапорт о переводе из организации, сказал, что хочет больше времени проводить с семьёй. И ещё... он ранен, — рука женщины, гладившая ребёнка, замерла, но она натянуто улыбнулась.

— Папа... — дверь снова открылась, впуская порыв ледяного воздуха, и в комнате раздался уверенный мужской голос.

— Папа! — просиял мальчик, готовый броситься навстречу отцу, но внезапно остановился. Он увидел, что отец держит на руках другого мальчика, ровесника, но чуть крупнее его самого.

— Сяо Янь, мы привезли тебе братишку, теперь тебе будет с кем играть. Рад?

— Вы обманываете! Как вы могли внезапно завести брата моего возраста? — мальчик прикусил губу, крайне недовольный.

Он и так из-за работы родителей видел их редко, и теперь совсем не радовался, что кто-то ещё будет отнимать их внимание.

— Иди поиграй с братом, нам нужно поговорить с дедушкой, — мужчина отпустил мальчика, втолкнул обоих детей в дальнюю комнату и, закрыв дверь, начал беседу со стариком.

Двое чужих друг другу детей сидели в комнате в тишине. Мальчик не знал, что сказать. На самом деле он совершенно не умел общаться со сверстниками, поэтому лишь навострил уши, пытаясь подслушать разговор взрослых.

— ...Да, он погиб, спасая меня. Я буду в долгу перед ним всю жизнь...

— ...У этого ребёнка не осталось других родственников, я обязан взять его на попечение. Это последнее, что я могу сделать для него...

— Знаешь, мой папа умер, — внезапно нарушил тишину мальчик.

Мальчик вздрогнул и смущённо ответил:

— Правда? И что с того?

Он был ещё слишком мал, чтобы осознать понятие смерти. Смерть — это значит, что человек больше не вернётся? Но он и так редко видел папу, он привык к разлукам.

— Умереть — значит никогда больше не вернуться. Моя мама умерла очень давно, — сказал мальчик.

Мальчик не знал, что на это ответить.

— Он умер, спасая твоего папу, так что вся ваша семья теперь в долгу передо мной. Понял?

Мальчик промолчал.

— Эй, а у тебя неплохая цепочка на шее. Что это? Дай посмотреть, — мальчик вдруг ухмыльнулся и дёрнул за красную нить на его шее.

— Это Замок долголетия, подарок дедушки. Тебе нравится? Хочешь, я попрошу его подарить и тебе такой же? — он коснулся украшения, с опаской глядя на мальчика.

— Не надо! Отдай мне свой! Я хочу именно твой! — почти по-хозяйски заявил тот.

— Что? — на мгновение мальчик решил, что ослышался.

— Я сказал, отдай мне его! Ты по-человечески понимаешь? — мальчик внезапно набросился на него, прижал к стене и с силой сорвал Замок долголетия, оставив на шее глубокий красный след.

Внезапный плач прервал разговор взрослых. Дверь распахнулась, вбежала женщина, подхватила ребёнка с пола и с жалостью осмотрела след на шее.

— Чжун Цзи, приструни этого дикаря! Он обижает твоего родного сына!

Мужчина холодно перевёл взгляд, и в тот момент, когда мальчик ждал защиты, он уловил в глазах отца проблеск вины, но направленной вовсе не на него.

— Это всего лишь игрушка, мальчишки дерутся — это нормально. А-Чжэнь, не бери в голову. Теперь мы с Сяо Цзюнем одна семья. В семье нужно быть терпимее, — равнодушно бросил отец.

Этот инцидент быстро замяли, как досадную мелочь, а вскоре родители забрали его и того мальчика из дома дедушки. Но именно после тех слов ребёнок понял: его кошмар только начинается.

— Ваша семья теперь в долгу передо мной. Отныне всё твоё принадлежит мне, включая твоих родителей!

Десять лет спустя...

— Чжун Синъянь? Чжун Синъянь? — кто-то тряс его за плечо.

— А? — Чжун Синъянь, дремавший за партой, сонно открыл глаза, пригладил вихор на голове и с усталостью посмотрел на одноклассника. Он всю ночь учил уроки и теперь совсем не мог прийти в себя.

Какой милый! Одноклассник на мгновение залюбовался его сонной мордашкой.

У Чжун Синъяня были отличные оценки и приятная внешность. Девушки в классе считали его школьным красавчиком. Казалось бы, такой человек должен быть душой компании, но он был слишком замкнут, не любил говорить, а главное — у него был невыносимый «брат». Из-за этого друзей у него почти не было. Даже если кто-то пытался сблизиться, этот мерзавец отпугивал всех.

— Твой брат пришёл к школе, — быстро предупредил одноклассник с сожалением в голосе. Такой хороший парень, и как его угораздило получить такого брата?

— Что... — сердце Чжун Синъяня сжалось. Он резко обернулся к выходу из класса и увидел того самого демона, который стоял в дверях, ухмылялся и махал ему рукой.

— Зачем пришёл? Ты же учишься в другой школе? — не в силах игнорировать его, Чжун Синъянь поплёлся к выходу. Брат учился плохо, и они были в разных учебных заведениях — Синъянь надеялся, что наконец-то избавился от прошлого.

— Не будь таким холодным, брат. Мы же всё-таки одна семья, — Ян Цзюнь развязно держал руки в карманах брюк, пытаясь завести разговор.

— Кто тебе одна семья?! — в голосе Синъяня сквозило отвращение. — Ты до сих пор зовёшь моего отца просто дядей!

— Что, если я буду звать его папой, тебе станет легче? — Ян Цзюнь небрежно протянул правую руку. — Вижу, ты не рад меня видеть, так что перейду сразу к делу: у меня кончились деньги, дай мне своих.

— Мой отец ведь только что давал тебе деньги на расходы! — Чжун Синъянь старался подавить гнев.

— То, что он даёт, — копейки, мне этого мало! Кстати, когда мой отец погиб, государство выплатило компенсацию в сотни тысяч, он ведь всё их спрятал? Как думаешь, он хочет присвоить их себе?

— Ты прекрасно знаешь, что папа не станет так делать! — возмущённо возразил Синъянь.

— Знаю-знаю, он приберёг их до моей свадьбы, да? Какая глупость! — Ян Цзюнь презрительно усмехнулся. — Я уже совершеннолетний, он должен был отдать их мне! Ишь, возомнил себя моим отцом... — он склонился к самому уху Синъяня и прошептал: — Как бы я хотел, чтобы он сдох так же рано, как твоя мать, тогда я получил бы наследство гораздо быстрее.

— Пошёл вон! — не выдержав, Чжун Синъянь ударил его кулаком в лицо.

— Думал, сможешь меня побить, братец? — Ян Цзюнь легко перехватил его кулак. — Я называю тебя братом только из вежливости. Мало тебе доставалось в детстве? Совсем страх потерял!

С глухим стуком Ян Цзюнь прижал Синъяня к стене и начал шарить по карманам.

— Ты, мелкий гад, думаешь, ты кто такой? Без моего отца ваша семья давно бы развалилась! Вы все в долгу передо мной! Так тебе и надо!

— Я ничего не должен!

— И что ты сделаешь? Пойдёшь в полицию? Семейные дела не решают в суде. Расскажешь папе? Ой, папочка, братик меня обижает... Посмотришь, рискнёт ли он меня тронуть. Расскажешь маме? Ой, прости, я забыл, твоя мама давно сдохла...

— Ты... — Чжун Синъянь отчаянно сопротивлялся, но всё было тщетно.

— Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому! — Ян Цзюнь нанёс ему мощный удар, от которого Синъянь рухнул на пол.

— Вот, возьми на пластырь, а то твой отец опять решит, что ты связался с подозрительными типами. В этот раз прощаю, — Ян Цзюнь довольно усмехнулся, бросил купюру прямо на лицо Синъяню и ушёл.

Он уже сбился со счёта, какой это раз. Отец Ян Цзюня спас жизнь его отцу, и из чувства вины тот изливал всю свою родительскую любовь на «младшего брата». Это объяснение когда-то дала ему мать, и это был узел, который он не мог развязать всю жизнь.

В этой семье, где чувства были так несправедливо распределены, мать постепенно разочаровалась в отце. Она решила развестись и забрать сына с собой, но в день отъезда случилась катастрофа.

С самого детства он не чувствовал ни капли отцовской любви, а на все злодеяния «брата» отец закрывал глаза. Поначалу Синъянь пытался жаловаться, но стоило тому сказать: Брат меня ненавидит? Потому что я отнял его семью? Тогда я уйду, — как отец прощал ему любые выходки, а после Синъяня ждала двойная месть.

Скрипнула дверь. Чжун Синъянь на цыпочках вошёл в гостиную.

— Где ты шлялся? Школа должна была закончиться раньше, — свет в комнате вспыхнул, и отец с суровым видом, прожигая его взглядом, сидел в кресле.

Синъянь прикрыл ушибленное плечо и отрезал:

— Какое тебе дело?

— Почему лицо опухло? Опять связался с негодяями? — отец нахмурился.

— С ними связался он, а не я! Ты это прекрасно знаешь! — Синъянь взорвался, его гнев, словно подожжённый фитиль, вырвался наружу.

— Твой брат учится не в лучшей школе, среди его окружения грубость — дело обычное, — вздохнул отец.

Синъянь закусил губу и замолчал. Он знал, что отец всегда найдёт оправдание для Ян Цзюня. Это случалось не раз и не два. Раньше его защищала мать, но теперь он был одинок в этой борьбе.

— Я в свою комнату, — Синъянь развернулся, не желая больше видеть отца.

— Дедушка... — в комнате он достал из ящика стола Замок долголетия с вмятиной посередине, и в его глазах блеснула печаль.

Этот замок Ян Цзюнь отобрал у него в детстве, но быстро наигрался и бросил — так же, как и многие другие вещи, подаренные отцом. Синъянь тихо подобрал его из мусорного ведра. Возможно, после смерти матери дедушка стал единственным, кто к нему хорошо относился.

Точно, дедушка! Синъянь вдруг что-то вспомнил и начал собирать вещи. Он так давно не видел его.

Тук-тук-тук! Когда он паковал чемодан, раздался стук в дверь.

— Сяо Янь, ты там? — это был голос отца.

Неужели пришёл извиниться? Хотя вероятность была ничтожна, в душе теплилась слабая надежда, и он осторожно открыл дверь.

— Ты уже собираешь вещи? — отец посмотрел на чемодан и на мгновение замер. — Как раз вовремя, я как раз думал, как тебе сказать. Возьми в школе отгул, поедем со мной в родную деревню. Твой дедушка... он скончался.

Машина ехала в тяжёлой, гнетущей тишине.

— Как думаешь, сколько золота можно вытрясти из этого старика после смерти? — Ян Цзюнь, сидевший на заднем сиденье, наклонился к нему и прошептал.

— Пошёл вон! — охваченный горем Синъянь ударил его, но Ян Цзюнь легко перехватил кулак.

— Дядя, смотри, брат опять на меня злится, — Ян Цзюнь отпустил его руку, позволяя кулаку слегка коснуться себя, и сделал невинное лицо. — Я знал, что сколько бы времени ни прошло, брат меня не примет.

— Сяо Янь, ты можешь перестать цепляться к брату? Он тоже часть нашей семьи. Когда ты уже станешь добрее? — негромко сказал отец, сидевший за рулём.

Чжун Синъянь прикусил губу, сдерживая гнев. Он знал, что не справится с «братом» — даже если на минуту одержит верх, тот отомстит исподтишка. Отец хоть и предвзят, но под его присмотром Ян Цзюнь вёл себя приличнее.

Деревня, где жил дед, показалась быстро. Под руководством отца похороны прошли методично. Синъянь в оцепенении смотрел на гроб, и у него возникло безумное желание уйти вслед за дедом.

— Пошли, — после завершения всех процедур отец потянул его за собой.

— Слушай, а что это за статуя в том сарае?

— Похоже, божество. Старик всю жизнь верил в богов, жаль только, никто не знает, что это за бог. Даже приглашённый мастер не смог опознать, пришлось оставить её в сарае. Сейчас-то уже всё равно, думаю, божество не обидится.

— Бог не в обиде, божество не в обиде, простите, в доме места не нашлось, потеснитесь, — поклонился отец статуе.

— Зачем ты кланяешься? Мы даже не знаем, кто это. Нельзя просто так поклоняться неизвестно кому, вдруг это злой дух?

Слушая шёпот окружающих, Чжун Синъянь невольно посмотрел на стол в сарае. Там стояла бережно ухоженная статуя и кое-какие вещи. Теперь, когда дедушки не стало, ухаживать за ней будет некому.

— Похоже, мы с тобой оба здесь лишние, — после похорон, когда все ушли отдыхать, Синъянь принёс стул и сел перед статуей.

Странно, но у статуи не было никаких человеческих черт. Искажённое лицо и переплетённые конечности делали её похожей на идола злого бога. Может, как говорили в деревне, это и правда был злой дух.

Божество не имеет облика, — вспомнил он слова деда.

Я видел божество своими глазами, — вспомнил он историю деда.

— Если... — губы Синъяня дрогнули. Он смотрел на статую, и, как ни странно, несмотря на пугающий вид, она вызывала у него странное чувство близости.

— Если ты существуешь, почему не появишься? Забери меня отсюда! Я больше не хочу здесь оставаться! — его полный отчаяния крик утонул в оглушительном грохоте.

Раздался треск, крыша сарая провалилась, и что-то вместе с обломками рухнуло на стол. От поднявшейся пыли и щепок Синъянь отшатнулся и в шоке замер: статуя и мусор разлетелись в стороны, а на столе, кашляя и стряхивая пыль, сидел невероятно красивый юноша.

— Да пошло оно всё к чёрту! И это вы называете хорошими новостями?!

http://bllate.org/book/22890/2435311