Готовый перевод The Silly Pretty O Who Pretended to be Beta Crashed / Красавчик-омега, притворившийся бетой, попал впросак: Глава 21

Из-за этого инцидента съёмки на природе пришлось прервать, и все вернулись на виллу отдыхать.

Съёмочная группа официально объявила внешнему миру, что съёмки прервались из-за непредвиденного чрезвычайного происшествия. Однако конкретную суть происшествия раскрывать не стали, оставив зрителям простор для догадок.

Будь это какая-то другая пара, возможно, никто бы особо ничего не подумал. Но прервавшаяся пара — Тан Юй и Ли Сюмао — как раз недавно «официально объявила об отношениях», поэтому у различных СМИ нашлось на этот счёт множество версий.

Поначалу они писали вполне банальные вещи: мол, влюблённые поссорились, из-за чего съёмки и сорвались.

Но дальше ради хайпа слухи посыпались один безумнее другого.

Самый дикий из них гласил: сенсация! Причина сегодняшней остановки любовного шоу в том, что они на природе...

Ли Сюмао чуть не захлебнулся собственной слюной, когда увидел этот заголовок. Какая чушь! Написали так, будто они с Тан Юем творили на природе чтó-то непотребное!

Тан Юй тоже это увидел. Мало того что он ни капли не разозлился, так ещё и приказал своим людям продвинуть этот заголовок в топ, чтобы тот прочно обосновался на первом месте в трендах.

Ты прекрасно знал, что сегодня кто-то попытается на тебя напасть, и всё равно полез прямо в чужую ловушку. Ты и впрямь устал жить? — с мрачным выражением лица посмотрел на него Цюй Цзиншо. Иногда он действительно не понимал, о чём думает Тан Юй.

Тан Юй отложил телефон и небрежно бросил: — Я же не умер.

— Это был кто-то из его людей?

— Да.

Получив ответ, Цюй Цзиншо швырнул чашку, которую держал в руке, на пол и с перекошенным от гнева лицом выпалил: — Какого чёрта ты до сих пор держишь при себе эту неблагодарную тварь?!

Тан Юй усмехнулся: — Чего ты так кипятишься? Я оставляю его лишь для того, чтобы он понял: какими бы методами он ни пользовался, ему всё равно не вырваться из моих рук.

— По-твоему, держать рядом замедленную бомбу — это весело?

— Для меня — да. Иначе эта жизнь становится всё скучнее и скучнее. К тому же мучить его куда приятнее, чем просто убить.

Цюй Цзиншо и впрямь не понимал извращённых наклонностей Тан Юя. Немного успокоив свой гнев, он снова перевёл тему на Ли Сюмао: — А Ли Сюмао? Его-то ты зачем при себе держишь?

— Нравится. Разве тебе не кажется, что он тоже очень забавный?

— С твоим вкусом явно что-то не так.

Тан Юй улыбнулся: — Это точно, иначе я бы не подружился с тобой.

— …

Цюй Цзиншо понял, что разговаривать с ним бесполезно, и, скривившись, ушёл.

Стоило ему выйти за дверь, как режиссёр робко постучал.

— Господин Тан, я могу войти?

Лицо Тан Юя оставалось беспристрастным: — Что нужно?

Он не дал согласия, и режиссёр не смел самовольно заходить в комнату: — Как ваши ранения? Я пригласил врача из больницы высшей категории, нужно ли, чтобы он поднялся и осмотрел вас?

— Не нужно.

— Вы сможете завтра продолжить съёмки? Если нет, ничего страшного, хорошенько отдохните! Здоровье превыше всего! — режиссёр до смерти боялся сказать что-то не то и испортить настроение этой важной шишке.

— Посмотрю по настроению, я собираюсь отдыхать. — Тан Юй отродясь не отличался терпением к посторонним.

— Тогда не попросить ли мне Сюмао-гэ подняться к вам, чтобы составить компанию?

На равнодушном лице Тан Юя наконец промелькнуло какое-то движение: — Мм. И веди кого-нибудь убрать стекло с пола.

Ещё не хватало, чтобы Ли Сюмао поранил ногу.

— Хорошо-хорошо, я сию минуту. — Режиссёр поспешно побежал вниз искать людей.

Ли Сюмао сидел в комнате Ся Юймин и остальных, играя в видеоигру, и в самый ответственный момент его прервал ворвавшийся режиссёр.

— Чего тебе? Разве сегодня не выходной?

На лице режиссёра застыла угодливая улыбка: — Сюмао-гэ, господин Тан приглашает вас к себе.

— Не пойду. Ищите Дэн Цзяжуна, он, должно быть, с радостью согласится.

— Обросите шутки, господин Тан хочет видеть только вас одного.

Ли Сюмао скривил губы. Только его одного! Тот, кто не знает, ещё подумал бы, будто Тан Юй питает к нему глубочайшие чувства.

— Не пойду, я играю, — Ли Сюмао решил потянуть время: удастся хоть немного отсрочить неизбежное — и то хорошо.

Режиссёр скривился в растерянной гримасе: — Если вы будете упорствовать, мне придётся вернуться к господину Таню и сказать, что вы предпочли играть с Юймин.

Ли Сюмао глубоко вздохнул, поднялся и бросил: — Иду, иду, иду.

Если Тан Юй узнает, то ещё придумает какой-нибудь изощрённый способ трепать нервы Ся Юймин и Гао Лу. Лучше не впутывать их в это.

Увидев, что тот наконец сдвинулся с места, режиссёр с фальшивой улыбкой сделал приглашающий жест.

Ли Сюмао дошёл до лестницы и как раз столкнулся с спускающимся вниз Тан Юем.

Судя по виду, тот собирался уходить из дома, и в сердце Ли Сюмао блеснула радость: неужели всё обошлось и он ему больше не нужен?

Разумеется, Тан Юй не собирался потакать его желаниям. Он обнял его за талию и интимно произнёс: — Поедешь со мной на банкет.

— Я могу отказаться?

— Конечно. Тогда я останусь, чтобы хорошенько поразвлечься с тобой здесь, в комнате. — Тан Юй уставился на него нежным, но опасным взглядом.

Ли Сюмао почувствовал себя так, будто с него сдирают одежду, и торопливо выпалил: — Пожалуй, лучше поедем.

По крайней мере, на банкете будет много народу, и этот извращенец вряд ли станет распускать руки при всех.

— Но мне ведь нужно дать время переодеться? — Ли Сюмао надеялся потянуть время подольше: авось Тан Юй потеряет терпение и уедет без него.

Разве Тан Юй не видел насквозь его мелкие мыслишки? Он подошёл к дивану, уселся и небрежно закинул ногу на ногу: — Если через десять минут я тебя не увижу, я поднимусь и переодену тебя сам.

Ли Сюмао мысленно показал ему средний палец, вихрем вернулся в комнату, наспех натянул первые попавшиеся вещи и спустился.

Когда он сошёл вниз, Тан Юй как раз пил воду и чуть не поперхнулся, увидев его наряд.

Если бы Сан Цю не вышел в этот момент из комнаты со словами «почему ты вечно так одеваешься», он бы решил, что Ли Сюмао делает это нарочно.

Тот и правда не делал это нарочно, у него просто отсутствовал вкус.

Ли Сюмао похлопал ресницами, чувствуя себя глубоко оскорблённым: — А что не так? Разве на официальные мероприятия не так одеваются? Рубашка в сочетании с брюками.

— Но почему эти брюки выглядят так, будто они тебе малы? А верх, наоборот, такой огромный, смотрится совершенно нелепо.

— Потому что у меня это единственные брюки. Они сели после стирки, но Ли Сюмао было жалко их выкидывать, вот и носил кое-как.

Тан Юй подошёл к нему, взял за запястье и потащил к выходу.

Заметив, что тот ничего не сказал, Ли Сюмао даже слегка возгордился. Значит, всё-таки нашёлся человек, способный оценить его стиль! Человек с безупречным вкусом.

Однако едва они сели в машину, Тан Юй отдал приказ: — Едем в салон красоты Шэнь Линя.

Ли Сюмао знал Шэнь Линя — одного из лучших стилистов в индустрии.

— Разве мы не на банкет собирались?

— Если ты явишься в таком виде, окружающие решат, что у меня проблемы со вкусом.

— … — Тогда не брал бы меня с собой! Подумаешь, великая важность!

Ли Сюмао и без того злился всю дорогу, а по прибытии на место получил ещё один удар под дых.

Шэнь Линь взмахнул рукой с зажатыми пальцами и всплеснул руками: — И впрямь первая красавица шоу-бизнеса! Мало того что лицо прекрасное, так ещё и чувство стиля такое... прекрасное.

— … — Ему не показалось, что Шэнь Линь сейчас тонко его оскорбил?

Стилист обошёл вокруг него пару раз и сокрушённо цокнул языком: — Ошеломляюще, просто потрясающе! Я давненько не наряжал столь беспросветно безвкусных людей.

Ли Сюмао уже было открыл рот, чтобы возразить, в чём это он безвкусен, но Шэнь Линь добавил: — Ой, простите, оговорился. Дело вовсе не в безвкусице.

— Это просто ходячая иллюстрация к учебнику по истории и апокрифам.

http://bllate.org/book/22835/2424700