Готовый перевод Lucky System: The Young Master's Entanglement, Quick Transmigration to Find Love / Система удачи для одинокого господина: быстрые миры в поисках любви: Глава 16

После того как месячные тренировки с ножнами подошли к концу, Бо Цинъянь выделила Бай Мяню семь дней на отдых.

Если это и можно было назвать отдыхом, то лишь в том смысле, что ему вообще ничего не нужно было делать: каждый день он только ел да спал, словно его откармливали на убой, как маленького поросёнка.

Поначалу Бай Мянь чувствовал себя немного не в своей тарелке.

— Жена, неужели я действительно могу ничего не делать?

Бо Цинъянь сидела у окна и читала книгу. Услышав это, она подняла на него взгляд.

— Скучно без дела?

Бай Мянь торопливо затряс головой:

— Нет-нет, просто… просто…

Он никак не мог подобрать слова и, густо покраснев, опустил голову.

Посмотрев на него, Бо Цинъянь закрыла книгу, встала и подошла.

— Встань.

Бай Мянь на мгновение замер, но послушно поднялся.

Бо Цинъянь протянула руку и слегка пощупала его за талию.

Его живот на седьмом месяце уже заметно выступал вперед, так что одежда натягивалась на нем до предела. При этом талия оставалась такой же тонкой и мягкой, только налилась легкой округлостью, и к ней так и тянуло прикоснуться еще хоть разок.

— Поправился.

Лицо Бай Мяня залилось еще более ярким румянцем.

— Это… это жена меня так раскормила…

Бо Цинъянь посмотрела на него, и ее губы чуть заметно дрогнули в улыбке.

— Мм, я раскормила.

Она слегка помяла его бока еще пару раз и только потом убрала руку.

— Завтра возьму тебя с собой к подножию горы.

Бай Мянь остолбенел.

— К… к подножию?

— Угу.

— Куда… куда мы пойдем?

Бо Цинъянь уже вернулась к окну и снова взяла в руки книгу.

— На ярмарку фонарей.

Бай Мянь так и замер на месте, соображая только спустя несколько долгих ударов сердца.

Ярмарка фонарей!

Он отправится на ярмарку фонарей вместе с женой!

Он был так счастлив, что совершенно не знал, куда себя деть. Ему хотелось броситься к ней и крепко обнять, но он боялся помешать ей читать, поэтому мог лишь стоять на прежнем месте и глупо улыбаться.

— Жена…

— Мм?

— Ты такая хорошая!

Бо Цинъянь не подняла головы.

— Глупышка.

Бай Мянь заулыбался еще радостнее.

На следующий день ближе к вечеру Бай Мянь переоделся в новые одежды, которые приготовила для него Бо Цинъянь.

Это было одеяние из белой полупрозрачной ткани — легкое, мягкое, струящееся слоями, словно окутывающее его облаком. Платье было свободного кроя, но из-за выступающего живота натянулось, подчеркивая округлые и плавные линии. Ворот был слегка распахнут, открывая полоску нежно-белой шеи и изящные ключицы. На талии завязывался шелковый поясок в тон, образуя над животом аккуратный бантик и делая и без того тонкую талию еще более хрупкой.

Он встал перед бронзовым зеркалом и, глядя на отражение, почти не узнавал себя.

Неужели это он?

Тот самый человек в белых одеждах, с большим животом, разрумянившимися щеками и влажными от волнения глазами — неужели это и вправду он?

— Готов?

Голос Бо Цинъянь донесся из-за спины.

Бай Мянь обернулся и замер.

Бо Цинъянь переоделась в черный дорожный наряд, а ее темные волосы были высоко собраны, открывая изящный изгиб длинной шеи. Одежда подчеркивала ее гибкую, подтянутую талию и стройные ноги, придавая всему облику суровую воинскую стать и сочетая прохладную отрешенность с острым, пронзительным изяществом.

Она стояла в дверях, и лунный свет падал на нее сзади, делая похожей на сошедшую с небес богиню.

Бай Мянь онемел от восхищения.

— Ж… жена… ты такая красивая…

Бо Цинъянь смотрела на него.

Смотрела на то, как он стоит в этой белой полупрозрачной одежде, с выдающимся животом, разрумянившимися щеками и сияющими глазами — похожий на созревший плод, который так и ждет, пока его сорвут.

— Иди сюда.

Бай Мянь послушно сделал шаг навстречу.

Едва он переставил ноги, как тяжесть живота потянула его вперед, и он чуть не упал.

Бо Цинъянь протянула руку и поддержала его за талию.

— Тише.

Прижавшись к ее груди, Бай Мянь смущенно улыбнулся.

— Ох, животик уже такой большой, ходить немного… неудобно…

Бо Цинъянь протянула руки и прижала этого размяггченного капризного супруга к себе.

— Идем так.

Бай Мянь на секунду растерялся, а затем радостно улыбнулся:

— Мм! Так намного лучше!

Прильнув к Бо Цинъянь, он шаг за шагом направился к выходу.

Ярмарка проходила в небольшом городке у подножия горы Цинло, совсем недалеко от Секты Небесного Меча.

Оседлав меч, Бо Цинъянь долетела с Бай Мянем до места всего за четверть часа.

Приземлившись за пределами городка, они вошли внутрь пешком.

В городке уже вовсю кипела жизнь: улицы по обеим сторонам пестрели развешанными повсюду фонарями, заливая всю округу ярким светом. Торговцы наперебой зазывали прохожих, предлагая засахаренные фрукты на палочках, фигурки из карамели, праздничные фонари и маски — здесь было абсолютно всё. Толпы людей сновали туда-сюда, теснясь плечом к плечу, а вокруг не смолкали веселый смех и говор.

Бай Мянь никогда раньше не видел ничего подобного.

Прижавшись к Бо Цинъянь, он во все глаза смотрел по сторонам, напоминая маленького щенка, впервые выбравшегося из конуры и интересующегося буквально каждой мелочью.

— Жена, а это что такое?

— Таньхулу — засахаренные боярышник на палочке.

— А вон то?

— Карамельные фигурки.

— А то-то, то самое?

— Фонари.

Бай Мянь засыпал ее вопросами, и Бо Цинъянь терпеливо отвечала на каждый из них.

Спрашивая обо всем подряд, Бай Мянь вдруг тихонько рассмеялся.

— Чему ты улыбаешься?

Бай Мянь поднял на нее лицо, и его глаза превратились в лучистые полумесяцы:

— Жена столько всего знает.

Бо Цинъянь, глядя на его раскрасневшееся лицо и полный восхищения взгляд, думала об одном, а вслух произнесла:

— Малыш.

Бай Мянь смущенно опустил голову и тихо улыбнулся:

— Я… твой малыш.

Бо Цинъянь легко ущипнула Бай Мяня за щеку и повела его дальше.

Пройдя еще немного, Бай Мянь замер у небольшого прилавка.

Там было выставлено великое множество разнообразных масок: кролики, лисицы, котята и еще какие-то звери, названия которых он даже не знал.

Бай Мянь в упор уставился на маску кролика, не в силах отвести глаз.

— Хочешь?

Бай Мянь торопливо замотал головой:

— Н-нет, не нужно…

Видя, как он отчаянно хочет получить эту вещь, но не смеет попросить, Бо Цинъянь подошла ближе, взяла кроличью маску и расплатилась.

Вернувшись к нему, она тут же надела маску прямо на его лицо.

Бай Мянь на мгновение замер, а в следующую секунду его сердце забилось с бешеной скоростью. Он поднял руку, коснулся маски на лице и глуповато спросил:

— Жена, мне идет?

Бо Цинъянь посмотрела на него.

Белая маска кролика закрывала большую часть его лица, оставляя открытыми лишь глаза. И эти глаза, смотревшие прямо на нее, сияли чистой, переполнявшей его радостью.

— Очень красиво.

Бай Мянь заулыбался еще счастливее.

Взяв ее за руку, он продолжил путь.

Спустя какое-то время он снова остановился — на этот раз у лотка с праздничными фонарями.

Фонари поражали воображение разнообразием форм: в виде лотосов, кроликов, луны и самых причудливых силуэтов.

Осмотрев их все, Бай Мянь наконец указал пальцем на фонарик в виде кролика и робко произнес:

— Жена, смотри… разве он не похож на меня?

Бо Цинъянь перевела взгляд.

Фонарик-кролик был кругленьким, с выдающимся вперед животиком и выглядел невероятно забавно и мило.

Она перевела взгляд с фонаря на его собственный округлившийся живот.

— Похож.

Бай Мянь смущенно захихикал.

Бо Цинъянь подошла к прилавку, купила этого фонарика-кролика и вложила ему в руку.

Бай Мянь бережно обхватил фонарь обеими руками и улыбался так широко и наивно, что казалось совсем глупеньким.

— Жена лучше всех на свете!

http://bllate.org/book/22395/2350080