Готовый перевод My Friend / Сплетение судеб: История одной дружбы: Глава 16

Глава 16. Шум

Чжоу Тяньцзуй редко была многословна. Хэ Вэй знала её характер: немногословная, вечно занятая, и именно поэтому все её побаивались.

Но сегодня она сказала многое.

— Я могла бы промолчать, могла не подавать рапорт, — произнесла Чжоу Тяньцзуй. — Соглашение, которое вы заключили с Линь Ло — это ваше личное дело. Я могла бы даже остаться в стороне, пожинать плоды, благодаря тебе занять должность заместителя директора... И что тогда? Смотреть, как в следующий раз ты впадаешь в ступор при виде массивного кровотечения у роженицы, глядеть, как ты собственными руками отправляешь пациента к вратам ада?

Лицо Хэ Вэй побелело.

— Ты понимаешь, что такое твой хваленый успех? — продолжала Чжоу Тяньцзуй. — Это значит сделать меня палачом, заставить меня закрыть на всё глаза, позволить мне молча наблюдать, как ты проводишь эксперименты на людях?

— Я не делала этого, — прошептала Хэ Вэй. Она подняла взгляд на Чжоу Тяньцзуй: — Я уже научилась, я знаю, как оказывать экстренную помощь...

— Хэ Вэй, — вздохнула Чжоу Тяньцзуй, — почему ты такая непробиваемая?

Глаза Хэ Вэй покраснели. Она сжала кулаки и вымолвила:

— Я... я просто...

— Ты просто хотела присвоить себе маленькую заслугу, ждала аплодисментов и цветов, хотела совместного интервью с учителем Ю, которая тебе нравится, — отрезала Чжоу Тяньцзуй. — Хэ Вэй, ты, конечно, можешь делать всё это — тайно, чтобы никто не узнал. Даже если кто-то догадается, что он тебе сделает? Ты можешь позволить себе совершать ошибки, у тебя есть на это ресурсы. Но у твоих пациентов их нет. Если ты считаешь медицину лишь блестящей и красивой профессией, то я советую тебе поскорее снять этот халат.

Голос Чжоу Тяньцзуй звучал холодно:

— Не вреди ни другим, ни себе.

Хэ Вэй закусила губу.

Чжоу Тяньцзуй прошла мимо неё к выходу. Когда дверь открылась, она увидела сидевшую неподалёку Ю Жусюй. Их взгляды встретились. Ю Жусюй сжала края блокнота так, что жёсткий картон больно впился в подушечки пальцев. Она опомнилась, услышав вопрос Чжоу Тяньцзуй:

— Почему пришла?

— Собиралась спросить кое-что у Цзэн Цзин, — ответила Ю Жусюй. Она взглянула на Чжоу Тяньцзуй: — Сверхурочные?

— Нет, — ответила та.

Они направились к раздевалке. Ю Жусюй шла рядом. Навстречу им попались Фу Шушу и Линь Ло. Линь Ло хотела что-то сказать, но осеклась, мельком взглянула на Чжоу Тяньцзуй и, опустив голову, поспешила следом за Фу Шушу.

Чжоу Тяньцзуй на пару секунд замерла, опустив глаза, а затем вошла в раздевалку.

Ю Жусюй осталась ждать снаружи.

Когда-то она часто ждала Чжоу Тяньцзуй после смены. В те времена, когда они только познакомились, Чжоу Тяньцзуй использовала свободное время, чтобы показать ей больницу, рассказывала, как выстраивать отношения с пациентами, делилась случаями из практики. Это было начало весны, зима только отступила, всё вокруг оживало.

Ю Жусюй прекрасно помнила, как каждый раз видела Чжоу Тяньцзуй в белом халате: она либо наставляла новичков с серьёзным выражением лица, либо обсуждала диагнозы с коллегами, либо, заметив её, одаривала мягкой улыбкой.

Она стояла у дверей и слышала, как коллеги говорили: Доктор Чжоу, журналистка Ю пришла.

Чжоу Тяньцзуй быстрым шагом подходила к ней и спрашивала: Ещё полчаса, подождёшь меня?

Она кивала и садилась в кругу врачей. Все думали, что она собирает материал для медицинского репортажа, но на самом деле она просто смотрела на Чжоу Тяньцзуй.

Раздался щелчок дверной ручки. Чжоу Тяньцзуй вышла и спросила:

— Мне пойти с тобой к Цзэн Цзин?

— Не нужно, — ответила Ю Жусюй. — Пойдём.

Чжоу Тяньцзуй пошла рядом с ней по коридору отделения неотложной помощи. Было многолюдно, навстречу быстро везли каталку.

— Посторонитесь! — раздался громкий голос медсестры. — Пожалуйста, все в сторону!

Люди вокруг засуетились. Ю Жусюй почувствовала руку на своей талии — её потянули к стене. Повернув голову, она увидела Чжоу Тяньцзуй.

Когда они только познакомились, во время съёмок в приёмном покое случалось подобное. Чжоу Тяньцзуй прижимала её к краю и, когда каталка проезжала, спрашивала: Всё в порядке?

Сейчас она лишь сухо добавила:

— Будь осторожна.

— Угу, — кивнула Ю Жусюй и, опустив голову, улыбнулась.

Выйдя из больницы, Чжоу Тяньцзуй достала ключи от машины. Ю Жусюй предложила:

— Пойдём поедим.

Она посмотрела на улицу:

— Хочу говяжьего супа.

Чжоу Тяньцзуй взглянула на неё, убрала ключи и пошла следом.

Возле больницы было полно фруктовых лавок и закусочных. Ю Жусюй и Чжоу Тяньцзуй перепробовали еду почти в каждом заведении. Иногда, когда они были заняты, она составляла компанию Чжоу Тяньцзуй, перекусывая жареным рисом, а когда дел было меньше — они не спеша ели суп.

В этой лавке с говяжьим супом они не были уже очень давно. После возвращения к работе журналистом Ю Жусюй редко появлялась у больницы, тем более чтобы поесть. Внутри было немноголюдно — не обеденное время, лишь пара посетителей сидели с удручёнными лицами. В больнице такие выражения встречались чаще всего. Ю Жусюй и Чжоу Тяньцзуй сели в глубине зала, заказали две порции супа и лепёшки. Ю Жусюй любила разламывать лепёшку на кусочки и бросать их в суп, чтобы они пропитались. Иногда, если она отвлекалась на телефонные звонки, возвращаясь, она обнаруживала, что Чжоу Тяньцзуй уже всё подготовила для неё.

Как только лепёшки оказались на столе, Чжоу Тяньцзуй привычно взяла одну. Ю Жусюй, помешивая суп, спросила:

— Помнишь, на какое число у Цзэн Цзин назначены роды?

Чжоу Тяньцзуй подняла на неё взгляд:

— На двадцатое. А что?

Ю Жусюй вспомнила, как Чэнь Мо обвела двадцатое число в календаре, и подумала: Как и ожидалось.

Но до конца разгадать причину она ещё не успела, поэтому лишь пояснила:

— Из-за того случая на фабрике фейерверков.

Чжоу Тяньцзуй разломила лепёшку и опустила кусочки в её тарелку — маленькие, аккуратные. Кунжут прилип к её пальцам. Когда она закончила, Ю Жусюй протянула ей салфетку.

Чжоу Тяньцзуй на мгновение замерла. Раньше, когда Ю Жусюй была занята на канале и ела на ходу, разговаривая по телефону, у неё не было свободных рук, и всё делала Чжоу Тяньцзуй. Каждый раз после этого Ю Жусюй давала ей салфетку, а если разговор заканчивался, то даже помогала вытереть руки.

Чжоу Тяньцзуй не шелохнулась, просто протянула пальцы, и Ю Жусюй естественным движением вытерла их.

Чжоу Тяньцзуй опустила голову. Волосы Ю Жусюй были аккуратно собраны, причёска выглядела безупречно и строго. Чжоу Тяньцзуй сжала пальцы и произнесла:

— Всё.

Ю Жусюй отложила салфетку:

— Я подозреваю, что с этим взрывом фейерверков не всё чисто.

Чжоу Тяньцзуй склонилась над супом. На улице она порядком озябла, а от горячего бульона стало теплее.

— В чём именно? Разве не Чжан Сяоцзе всё устроил? — спросила она.

Ю Жусюй покачала головой:

— Не знаю.

Пока это было неясно. Конечно, она не собиралась верить всему, что пишут в интернете, и сразу назначать Чжан Сяоцзе виновным, но и исключать эту вероятность нельзя. До тех пор, пока полиция не вынесет окончательный вердикт, можно было только строить смелые предположения и осторожно их проверять.

Чжоу Тяньцзуй посмотрела на неё:

— Почему не спросишь у того капитана Чжоу?

Ю Жусюй ещё не успела ответить, как Чжоу Тяньцзуй добавила:

— Разве ты не любишь обсуждать с ней дела?

— Да что я... — начала Ю Жусюй, но в этот момент экран телефона загорелся, высветив имя Капитан Чжоу. Она поджала губы, взглянула на Чжоу Тяньцзуй и, опустив голову, приняла звонок.

Чжоу Тяньцзуй сохраняла спокойствие. Она поменялась своей тарелкой с тарелкой Ю Жусюй, в которой уже плавали кусочки лепёшки, и сделала глоток. Ю Жусюй любила добавлять уксус, и в говяжий суп тоже. Чжоу Тяньцзуй скривилась — сплошная кислота. Она нахмурилась, хотела поменяться обратно, но передумала, решив, что это лишнее, и просто меланхолично размешала содержимое.

Лепёшка размокла и превратилась в кашицу, плавающую на поверхности. Закончив разговор, Ю Жусюй увидела это. Она отпила из тарелки Чжоу Тяньцзуй — безвкусно, пресно.

Они доели без всякого удовольствия. Чжоу Тяньцзуй пошла расплачиваться, а Ю Жусюй позвонила Чэнь Сян, чтобы та подготовила материалы для завтрашнего интервью в полиции. Чэнь Сян удивилась:

— Интервью? С кем?

— С директором Чжао, — сказала Ю Жусюй. — Полиция дала добро, директор Чжао согласен на интервью.

— Хорошо, поняла, — ответила Чэнь Сян. Перед тем как положить трубку, она добавила: — Учитель Ю, шеф просила, чтобы вы завтра пришли на канал пораньше. Нужно сделать тот спецрепортаж, который мы готовили совместно с Центральным телевидением.

— Поняла, — ответила Ю Жусюй.

— А интервью со стажёрами из больницы отложим? — спросила Чэнь Сян. — Если не взять его сейчас, вдруг другие каналы перехватят?

Ю Жусюй вспомнила то, что услышала в больнице, и предположила, что вокруг Чжоу Тяньцзуй тоже назревает какая-то игра.

— Посмотрим, — сказала она. — Отложи пока больницу.

Чэнь Сян согласилась, и Ю Жусюй добавила:

— Проверь ещё раз, были ли знакомы Чэнь Мо, Цзэн Цзин и Чжан Сяоцзе раньше.

Она уточнила, чтобы Чэнь Сян точно поняла:

— До того, как они попали на фабрику.

Чэнь Сян удивилась, но расспрашивать не стала и лишь ответила:

— Хорошо, я поняла.

Когда Ю Жусюй закончила разговор, Чжоу Тяньцзуй подошла к ней, и они вместе направились к больнице. Машина стояла на подземном этаже. Они не стали ждать лифта и спустились по лестнице. Парковка была служебной, пустой и холодной. Рядом с машиной Чжоу Тяньцзуй стоял красный спорткар. Ю Жусюй вспомнила, что Хэ Вэй выходила именно из него.

Мысли о Хэ Вэй невольно вернули её к тому, что Чжоу Тяньцзуй сказала в больнице.

Тогда, три года назад, когда она вела дело о пропаже младенца, всё выяснилось. В отместку на неё напали в тёмном переулке, нанесли несколько ножевых ранений. К счастью, по той дороге часто ходили люди, её быстро обнаружили и спасли жизнь. На канале побоялись снова выпускать её в эфир, используя результаты психологического тестирования как повод, и перевели на два года в редакторы.

В те времена она и Чжоу Тяньцзуй были в состоянии неопределённости. Из-за работы они то сближались, то отдалялись, никто из них так и не решился переступить черту. Словно обе понимали, какая новая реальность наступит, если это случится.

Позже, когда она заболела и лежала в больнице, они стали общаться больше. После выписки, как раз на её день рождения, она пригласила Чжоу Тяньцзуй в ресторан для влюблённых, а потом они вместе поехали к ней домой.

События трёхлетней давности казались далёкими, но при этом были пугающе чёткими. Она до сих пор помнила, во что была одета Чжоу Тяньцзуй, как она держала плюшевого мишку и, глядя на неё прекрасными глазами, произнесла: С днём рождения.

Ночной ветер унёс прохладный тон Чжоу Тяньцзуй, а она взяла мишку и с тех пор крепко его обнимала.

— Не поедешь? — раздался холодный голос. Ю Жусюй опомнилась и посмотрела на Чжоу Тяньцзуй.

— Веди ты, — сказала она.

Она села на пассажирское сиденье и потёрла виски. Чжоу Тяньцзуй устроилась рядом. В машине было темно, свет не горел. Ю Жусюй только успела откинуться на спинку кресла, как зазвонил телефон — это была Ши Ци. Она ещё не успела ответить, как с соседнего сиденья раздался язвительный голос:

— Учитель Ю сегодня просто...

Ю Жусюй повернула голову, оперлась рукой о край сиденья, подалась вперёд и поцеловала Чжоу Тяньцзуй в щеку.

В машине внезапно стало тихо. Слышно было только, как продолжает настойчиво звонить телефон Ю Жусюй.

И биение сердца Чжоу Тяньцзуй.

http://bllate.org/book/22090/2297200