Готовый перевод Honkai Star Rail: Merged Runs After Entering the Game / Honkai: Star Rail — Когда все прохождения слились в одно: Глава 20

Стоило ей приблизиться, как кролик убежал без следа, оставив на месте лишь одинокое яйцо.

— Не пойдёт, — уставившись на экран, протянула она. — Надо как-то выбираться.

И тогда она предприняла новую попытку: расколоть эту скорлупу.

Отыскала камень, покатила его на таран — ни малейшей трещины.

Нашла ствол дерева, покатила яйцо — дерево сломалось, а скорлупа осталась целой и невредимой.

Отыскала край обрыва… Ладно, это покалечиопасное, пропустим.

Она победила.

Никакие твердыми орешками её не победить.

Но она и проиграла.

Потому что не могла выбраться.

Эта бледно-фиолетовая скорлупа сияла и переливалась, точно хрусталь, но оказалась тверже алмаза. Она билась три дня (игровых три дня) — и, кроме головокружения от непрерывных ударов, не добилась ровным счётом ничего.

На четвёртый день она сдалась.

Она оставила яйцо лежать на траве, развернула камеру к небу и бессильно откинулась на спинку кресла.

— Ладно, — вздохнула она. — Раз выпускать не хочешь, я буду… ждать.

Она применила Великую технику времени.

Время в игре помчалось с бешеной скоростью. День, ночь, день, ночь, солнце, луна, солнце, луна. Наблюдая, как смена рассветов и закатов мелькает перед глазами, она смертельно скучая принялась ждать.

Несколько дней спустя на мини-карте появились силуэты людей.

Ци У тут же встрепенулась.

Она выпрямилась, уставившись на пометки на внутриигровой карте.

Эти люди приближались к её укрытию. Над головой шедшего во главе значилось:

Тао Жань (Драконий наставник видхарадха)

Соплеменник.

Ци У принялась управлять яйцом, направляясь прямиком к ним.

Го-го-го, доставка на дом подъехала.

Никаких опасений она не испытывала. Игра же: неизвестность всегда таит сюрпризы.

Если эти люди окажутся злодеями, она как раз испытает на себе сюжетку с похищением; если же они добряки, возможно, ей удастся благополучно запустить основную сюжетную линию (к слову, есть ли в этой игре вообще что-то подобное?).

В любом случае она в выигрыше.

Так Тао Жань неожиданно обзавелся диким яйцом видхарадха.

Ци У уставилась на лицо, приблизившиеся к самому экрану: темно-синие волосы, бирюзовые глаза, с виду совсем молодой мужчина.

В тот миг, когда он увидел её, удивление в его глазах мгновенно сменилось диким восторгом, из которого тут же проклюнулся куда более глубокий, полный амбиций блеск.

Ци У было всё равно.

Психологические заморочки неигровых персонажей её обычно не волновали. Её интересовало лишь одно: удастся ли сменить локацию?

Конечно, дружище, конечно.

Тао Жань бережно подобрал яйцо ростом в полчеловека и погрузил его на звездный челнок.

Спустя несколько дней показался Сяньчжоу «Луофу».

Тао Жань словно только и ждал её приказаний, выполняя любые прихоти.

Правда, все эти «желания» ему приходилось угадывать в одиночку.

Он угадал, что она хочет съесть это, угадал, что она хочет выпить то, угадал, что ей нравится эта комната, и что ей необходим вон тот предмет интерьера.

Ци У оставалось лишь сидеть внутри яйца и изредка покачиваться, выражая то ли «довольство», то ли «недовольство», наслаждаясь полным спектром услуг.

Но вскоре она обнаружила одну проблему.

Этот человек ограничивал её свободу.

Комната была огромной, но выйти за порог ей не разрешалось. У двери дежурили стражники, окна оплетали запретные печати стоило ей попытаться докатиться до порога, как кто-нибудь подходил и аккуратно выкатывал её обратно.

— Не спешите, госпожа, — неизменно улыбаясь, приговаривал Тао Жань. — Когда вылупитесь, сможете отправиться куда угодно.

Ци У ему не верила.

В его взгляде чётко читалось: как только вылупишься, ты мне ещё как пригодишься.

К тому же она урывками слышала, как он о чём-то переговаривается с другими, и в речи постоянно мелькали слова вроде «Драконий Владыка», «противостояние», «великие перспективы» и прочее в том же духе.

Как он смеет так обращаться с благородным игроком?!

Яйцо видхарадха яростно подпрыгнуло на полу, выражая глубочайшее негодование.

После этого она начала планировать побег.

В тот день Тао Жань куда-то отлучился.

Выждав подобающее время и убедившись, что он не вернётся внезапно, Ци У перешла к действиям.

Она покатила яйцо из угла комнаты к выходу. Стражников не было — она подметила, что смена караула происходит каждые полчаса, оставляя промежуток в несколько десятков дыханий.

Она проехалась через порог, пересекла коридор и выкатилась за ворота внутреннего двора.

Никто её не заметил.

Она катилась дальше, всё быстрее и быстрее.

Перед ней раскинулась широкая дорога. Ни единой живой души — только её яйцо напролом неслось вперед, прущая как танк.

Чем дальше катилась Ци У, тем больше веселилась.

Вот оно, воплощение свободы! Это же…

— Бах!

Она во что-то врезалась.

Точнее говоря, она врезалась в человека.

Реакция незнакомца оказалась молниеносной. В ту секунду, когда она в него влетела, он рефлекторно вскинул руку для защиты.

— Хрусь.

Раздался тихий звук.

Ци У замерла.

Её угол обзора внезапно изменился. Больше никакого внутреннего убранства яйца — теперь она видела всё извне.

Воздух, солнечный свет и лицо, склонившееся, чтобы рассмотреть её.

Чёрные волосы, бирюзовые глаза, пряди спадают на плечи. На голове красуются драконьи рога, а на одеяниях вышиты изящные узоры из лотосов.

Он смотрел на неё сверху вниз, слегка нахмурив брови.

А она…

Она наконец-то вылупилась.

Самым неожиданным из всех возможных способов.

Ци У опустила взгляд на себя: руки, ноги, тело — всё было на месте. Она обрела свободу.

Она…

Она столько дней подряд безуспешно билась об эту скорлупу!

Гнев и обида нахлынули одновременно, и Ци У, не говоря ни слова, бросилась вперёд и вцепилась мёртвой хваткой в ногу незнакомца.

— Моя скорлупа треснула! — задрав голову, с абсолютно праведным возмущением заявила она. — Это твоих рук дело! С тебя компенсация!

Мужчина молча смотрел на неё сверху вниз, и выражение его лица сменялось от удивления к недоумению, а затем — к тонкой растерянности.

Однако его рука уже машинально поднялась, словно он собирался её поддержать.

Это был Дань Фэн.

Драконий Владыка видхарадха, Повелитель Дождя.

А заодно и её самое первое, самое настоящее «предопределение» в этом мире.

Интересно, засчитают ли игроку такую грубую подставу?

Впрочем, неважно.

Её всё равно подняли и унесли в охапке.

Разумеется, не то чтобы у неё не было возможности сопротивляться.

Хотя в её нынешнем облике противостоять кому-либо действительно не представлялось возможным, это не имело никакого значения.

Главное — она и не собиралась сопротивляться.

Из чистого любопытства же.

Этот тип по имени Дань Фэн был как раз тем самым персонажем, чьё имя Тао Жань поминутно поминал со скрежетом в зубах. Вся эта болтовня про «узурпацию власти Драконьим Владыкой», «своеволие» и то, что «скоро он узнает всю силу Общества драконьих наставников»… от подобных речей у неё уже уши вяли.

Человек, способный вызвать столь лютую ненависть у этого старого лиса, явно не мог оказаться простым пешеходом.

Тем более… тем более!

Ци У краем глаза принялась изучать прорисовку стоявшего перед ней персонажа.

Чёрные волосы, бирюзовые глаза, драконьи рога, одежды с узором из лотосов. Черты лица такие тонкие, будто сошли с картины, а в отстранённом холодном темпераменте сквозила лёгкая холодность, однако нёс он её на удивление бережно, не доставляя ни малейшего дискомфорта.

Такая детализация модели заслуживает наивысшей похвалы.

Она с чистой совестью позволила нести себя через арку за аркой, по бесконечным галереям и коридорам.

А затем перед ней предстал тот самый сад.

Каждый шаг открывал новый пейзаж: резные балки и расписные стропила, крошечные мостики и журчащие ручейки. Изысканные беседки и павильоны гармонично вписывались в окружающий ландшафт, дополненный искусственными насыпями из камней и прозрачными прудиками, в которых лениво плавали несколько цветных карпов. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, расстилая по земле узорчатые тени.

Глаза Ци У (если бы она могла их открыть) ярко вспыхнули.

Жилище.

Огромное жилище.

Просто гигантский дом!

— Это обитель Драконьего Владыки, — голос Дань Фэна донёсся сверху, всё такой же ровно-спортивный, лишённый всяких эмоций. — Если пожелаешь, можешь пока пожить здесь.

Пожить?

Ци У мысленно усмехнулась.

Пожить? Что значит пожить? Об этом и речи быть не может!

Чего игрок хочет, то игрок и получает — всё здесь принадлежит исключительно игроку.

Она уже вовсю строила планы в уме. Персонажи такого калибра, явно относящиеся к ключевым фигурам, непременно таят в себе скрытые ветки сюжета. Стоит только закрепиться здесь, постепенно прокачать отношения, глядишь, и разблокируешь какое-нибудь особое задание. А если повезёт, удастся выбить себе постоянную кормушку…

— Насколько мне известно, на Луофу нет других представителей видхарадха твоего возраста, — голос Дань Фэна прервал ход её мыслей.

Опомнившись, Ци У заметила, что он уже опустил её на мягкую тахту. Прямо перед ней находилось то самое преступно-идеальное лицо, вдумчиво и изучающе разглядывавшее её.

— Так кто же ты по происхождению?

Ци У моргнула. Хотя глазки её персонажа пока оставались закрытыми, в мыслях она усиленно хлопала ресницами.

А вот и он, классический допрос с пристрастием о происхождении!

Глубоко вздохнув, она приготовилась к представлению.

— Ты только посмотри на моё лицо, — проговорила она, стараясь придать голосу максимум искренности. — Неужели совсем ничего не узнаёшь?

Дань Фэн слегка опешил.

Он действительно вновь внимательно всмотрелся в неё, переводя взгляд с её бровей и глаз на всё ещё плотно сомкнутые веки.

После чего покачал головой.

— Нет.

Ци У мысленно ликовала.

Тем проще для неё.

В следующую секунду она испустила истошный вопль:

— Ваша светлость Драконий Владыка!

В её голосе зазвучали такие горькие нотки, а мастерство лицедейства оказалось настолько безупречным, что она почти сама поверила в разыгрываемую драму.

— Ведь я — твоё никому не известное дитя!

Дань Фэн замер.

Воздух вокруг словно сгустился на мгновение.

Через экран Ци У следила за ним, в предвкушении ожидая шока, растерянности и полной растерянности.

Дань Фэн медленно поднял руку и закрыл лицо ладонью.

Движение было долгим и плавным, словно в замедленной съёмке. Но Ци У отчётливо заметила, как у него слегка подрагивают плечи.

— Ребёнок? — раздался его приглушённый сквозь пальцы голос, низкий, словно протискивающийся сквозь зубы. — Ты хочешь сказать… что ты моё дитя?

Неужели это начало… сработало?

— Конечно! — продолжила она причитать. — Моя матушка, когда уходила от тебя тогда, уже носила меня под сердцем. Она в одиночку скиталась по звёздному морю, с таким трудом произвела меня на свет, но от тяжелейших ран… о-о-у-у…

Она отчаянно пыталась припомнить все те мыльные оперы, что доводилось смотреть напролёт, вплетая в монолог самые трагичные и жалостливые детали.

— Она наказывала мне во что бы то ни стало отыскать тебя и поведать, что у тебя остался ребёнок…

Дань Фэн по-прежнему закрывал лицо рукой.

Но Ци У заметила, что плечи его затряслись ещё сильнее.

Неужели правда?

Неужели у этого парня и впрямь имелось какое-то тёмное прошлое?

Неужели она ткнула пальцем в небо и попала в точку?

Изумлённая и обрадованная одновременно, она решила подлить масла в огонь.

— Драконий Владыка, ты ведь не откажешься от меня? Я понимаю, что появилась столь внезапно, но я действительно…

— Хватит, хватит, хватит. — Дань Фэн наконец опустил руку.

Ци У уставилась на него, остолбенев.

На его лице играла улыбка.

Никакого шока, никакой паники, никакого чувства вины… просто улыбка. Мягкая, беспомощная и слегка забавная.

— Твоя матушка, — осведомился он, и в голосе всё ещё слышались остатки сдерживаемого смеха, — принадлежала к народу видхарадха?

— Естественно! — с абсолютной уверенностью выпалила Ци У. — Разумеется, она тоже была видхарадха!

Дань Фэн кивнул.

После чего произнёс с такой убийственной невозмутимостью, будто констатировал банальнейшую истину:

— Однако народ видхарадха лишён способности к деторождению.

Ци У: «…»

— И поэтому, — глядя на неё всё с той же улыбкой, продолжил Дань Фэн, — ты?..

Мозг Ци У в этот момент совершил сложнейшую вычислительную операцию.

Лишены способности к деторождению?

Что за раса такая, у которой проблемы с бесплодием на роду написаны?

Как они вообще до сих пор не вымерли?!

Она приоткрыла рот, силясь что-нибудь вымолвить, но слова застряли в горле.

Увидев её физиономию, Дань Фэн улыбнулся ещё шире. И, судя по всему, из чистой доброты решил пояснить:

— Когда срок жизни представителя видхарадха подходит к концу или он получает смертельные раны, он способен обратиться в «яйцо» для перерождения, обменивая воспоминания и силу на новую жизнь. Но это не рождение потомства, а цикл индивидуального перевоплощения.

Он сделал небольшую паузу, и в его тоне прорезалась неуловимая издёвка:

— Так что, теоретически, ты действительно можешь оказаться «потомком» кого-то из видхарадха, но вовсе не тем способом, о котором ты только что тут распиналась.

Ци У: «…»

Да ладно!

Раньше сказать не мог?!

Перед экраном Ци У медленно превращалась в клоуна.

Все те слова про «нелепую случайность» и «побег с ребёнком подмышкой», стоило вспомнить их теперь, казались верхом идиотизма.

Дань Фэн продолжал смотреть на неё, всё так же улыбаясь.

В этой улыбке не было насмешки — лишь мягкое, всё понимающее знание.

Он знал.

Он прекрасно понимал, что она несёт чушь, но не стал её разоблачать, просто выжидая, когда она сама угодит в ловушку.

Ци У глубоко вздохнула.

Что ж, ладно. Отлично.

Этот раунд остался за ним.

Но она не из тех, кто так легко сдаётся.

Не сработал один план — созреет другой. Опустив голову, она принялась настраиваться на нужный лад.

На сей раз сочинять ничего не требовалось, ведь аккурат после вылупления она обнаружила в панели состояния персонажа новую строчку:

Текущий статус: Слепота (заблокировано).

Слепота.

Она ничего не видит.

Сперва она растерялась, а затем придирчиво осмотрела внешность своего аватара.

Глаза и впрямь были закрыты, но не напряжённо, а совершенно естественно, будто так с самого начала и задумывалось. Внешние уголки глаз слегка приподняты, длинные ресницы, выглядело это…

Несколько забавно.

И чертовски мило.

Переключившись на выражение «открытых глаз», она придала бледно-бирюзовым зрачкам вид подёрнутой туманной дымкой печали, что делало её невероятно жалким и трогательным существом.

Впрочем, для игрока подобный статус практически ни на что не влиял. Обзор оставался прежним, управление — плавным, просто в интерфейсе висело соответствующее примечание.

Зато теперь его можно было выгодно использовать.

— Эх… — протянула она, вложив в голос нужную долю горечи.

— Я всего лишь бедная, ничейная, дикая видхарадха, скитающаяся на чужбине…

Опустив голову, она спрятала «невидящие» глаза в тени:

— Можешь не обращать на меня внимания, пускай меня постигнет естественный отход в мир иной. Всё равно я родилась с изъяном, и жить дальше нет никакого смысла…

Исподтишка через экран она следила за реакцией Дань Фэна.

А он всё ещё улыбался.

У этого человека вообще есть хоть капля сочувствия? Как можно относиться к людям с таким ледяным равнодушием?!

Мысленно скрежеща зубами, Ци У решила надавить посильнее.

— Я прекрасно понимаю, что для такого уважаемого Драконьего Владыки существо вроде меня — сплошная обуза. Я не стану доставлять тебе хлопот, я уйду прямо сейчас, уйду как можно дальше и навсегда растворюсь в просторах звёздного моря…

— Будет тебе.

Дань Фэн наконец соизволил прервать её проникновенное выступление.

Ци У вскинула голову, глядя на него.

Бирюзовые глаза смотрели на неё с ноткой беспомощности, лёгкого веселья и безграничного попустительства.

— Разве может Драконий Владыка оставить без присмотра новорождённую беспомощную представительницу видхарадха? — выделив голосом слово «беспомощную», произнёс он.

Ци У опешила.

— С этих пор, — продолжил Дань Фэн, — можешь считать это место своим домом.

Дом?

Он сказал… дом?

Это что же, цель достигнута?

Не успела Ци У переварить услышанное, как он добавил:

— Что же до дел Тао Жана…

Тон остался ровным, но Ци У почему-то показалось, что температура в комнате упала на пару градусов.

— Я во всём разберусь.

Зрачки Ци У резко сузились.

Тао Жань?

Он в курсе насчёт Тао Жана?

И насколько много он знает?

Знает ли он, что Тао Жань пытался использовать её в своих целях?

Знает ли, что именно Тао Жань притащил её сюда?

Да неужели он вообще в курсе всего?!

— На Луофу мало что происходит мимо моего внимания.

— Вы с ним, — глядя на неё всё с той же проницательной улыбкой в бирюзовых глазах, произнёс Дань Фэн, — повстречались где-то на задворках?

Ци У: «…»

— Какое совпадение, — продолжил он. — Сегодня я как раз проезжал по той дороге по делам, случайно наткнулся на тебя и совершенно случайно прикрыл, когда ты в меня врезалась.

Он сделал паузу, и улыбка стала ещё шире:

— Не правда ли, удивительное совпадение?

Глядя на него, Ци У думала лишь об одном:

Этот тип…

Слишком много знает!

Неужели поэтому, когда он увидел катящееся по дороге яйцо, он ни капельки не удивился!

И молчал до последнего! Просто наблюдал за тем, как она позорится!

Глубоко вздохнув, Ци У внесла в свой мысленный блокнотик обид ещё одну жирную запись:

Дань Фэн: личный счет пополнен на 1 очко обиды.

Словно угадав её мысли по выражению лица, Дань Фэн лишь тихо улыбнулся.

— Как тебя зовут? — поинтересовался он.

Поколебавшись секунду, Ци У всё же назвала то самое случайное имя:

— Цин Тан.

— Цин Тан, — повторил Дань Фэн, кивнув. — Хорошее имя.

Он поднялся на ноги и направился к выходу. У самой двери он замер и бросил на неё прощальный взгляд.

— Хорошенько отдохни. Завтра я отведу тебя в Чешуйчатое ущелье.

Дверь мягко затворилась.

В комнате она осталась абсолютно одна.

Цин Тан уставилась на закрытую дверь, погрузившись в молчание на добрые несколько минут.

Затем она кубарем скатилась на мягкую тахту, уткнулась лицом в подушку и глухо взвыла:

— Проклятый Дань Фэн…

А за дверью шаги Дань Фэна слегка замедлились.

Опустив взгляд, он посмотрел на собственную руку — ту самую, за которую она только что цеплялась.

Уголки его губ тронула едва заметная, невесомая улыбка.

— Забавный малыш, — негромко обронил он.

После чего продолжил свой путь, растворившись в глубине коридоров.

Дань Фэн устроил её на ночлег, обронил дежурное «хорошенько отдохни» и удалился.

Дверь тихо затворилась, звуки шагов постепенно стихли.

Цин Тан уселась на край кровати, уставилась на створки и прождала ровно тридцать секунд.

После чего решительно ткнула в интерактивную кнопку…

[Нет].

— Отдыхать? — пробормотала она себе под нос. — Исследовать новую карту не стану, я что, дура?

Спрыгнув с кровати, она принялась шарить по комнате.

Книжная полка? Проверить. Хм, сплошные непонятные древние трактаты, шанс выпадения — ноль.

Стол? Обшарить. Пара кисточек, листы бумаги и чернильница изысканной формы; она подняла её, взвесила на руке — тяжёлая.

Ваза? Потрясти. Ничего не выпало, незачёт.

Перевернув комнату вверх дном и убедившись, что, помимо отменного вкуса Драконьего Владыки, поживиться здесь абсолютно нечем, она изрекла:

— Нищеброд.

И с этой жалобой на пустой инвентарь толкнула дверь, направляясь навстречу неизведанным просторам.

Внутренний двор оказался куда больше, чем она предполагала.

Заливной лунный свет серебрил каменные дорожки. По обеим сторонам аккуратными рядами росли деревья и возвышались альпийские горки, а вдали угадывались очертания другого двора.

Цин Тан двинулась вперёд вдоль тропинки, бормоча под нос:

— Слева — деревья, справа — горки, впереди — ворота… Двор просто огромный, неужели Дань Фэн не боится жить тут один, среди призраков?..

Толкнув створки, она вошла во второй двор.

Этот казался ещё больше предыдущего, и в центральном помещении ярко горел свет.

Интересненько.

Цин Тан ступала на цыпочках, стараясь не шуметь, и осторожно приблизилась.

*Скрип…*

Дверь оказалась не заперта.

Просунув внутрь половину головы, она осмотрела переднюю комнату — никого.

Книжные полки, рабочий стол, несколько свитков с каллиграфией на стенах.

Проскользнув внутрь, она приступила к новому этапу исследований.

Свитки? Пощупать. Пейзажная живопись, ни черта не понятно, но подпись «Дань Фэн» имеется — значит, проверено.

Книжная полка? Порыться. На этот раз улов: трактат «Древние ритуалы видхарадха». Раскрыв наугад, она пробежала глазами страницы — сплошной классический китайский, бросить к чертям.

Чернильница? В этот раз не сухая, с тушью. Обмакнув палец, она накарябала на столе человечка.

Инспекция завершена.

Она перевела взгляд на дверь, ведущую во внутренние покои.

Из щели пробивался свет.

Определенно, там что-то есть.

В спальне Дань Фэн сидел на ложе.

На нём была лишь домашняя одежда, распущенные иссиня-чёрные пряди ниспадали на плечи, спать он вовсе не собирался. По правде говоря, с самого возвращения в комнату он застыл в этой позе, предаваясь раздумьям.

Думал о том самом мелком вредителе по имени Цин Тан.

О том, как она вцепилась ему в ногу с криком «компенсация». О её героических попытках сохранить мину при плохой игре после разоблачения. О её слепых глазах и не замолкающем ни на секунду языке, полном самоуверенности.

О…

Хотя думать дальше ему уже не дали.

Шум снаружи стоял вполне отчётливый.

Шаги. Шелест страниц. Звуки передвигаемых предметов. Бормотание себе под нос: «Картина вроде ничего, а ценная ли?», «Книга не читается, незачёт», «Тушь в чернильнице? Нарисую-ка человечка…»

А в довершение всего — хихиканье во время художеств прямо на его столе.

Дань Фэн прикрыл глаза и легко вздохнул.

Он предпочитал тишину. В этой части обители почти никто не появлялся, а прислуга строго соблюдала график, не смея показываться на глаза в часы его отдыха.

Так что личность нарушителя спокойствия, устроившего здесь форменный кавардак, не вызывала никаких сомнений.

Скорее уж, встретить столь безбашенную и эксцентричную особу в этих краях — само по себе чудо из чудес.

http://bllate.org/book/21827/2260740