Готовый перевод The Male Lead of a Son-in-Law Novel Made a Move on Me / Герой романа про зятя взялся за меня: Глава 22

Пристроиться к такому качественному богачу, да еще и добавить в друзья, чтобы похвастаться получением свидетельства о браке?!

Хозяин квартиры прищурился, глядя на стоящего перед ним юношу, и понял, что еще никогда не встречал столь бессовестного наглеца!

Он уже было хотел хорошенько отчитать парня за подобные выкрутасы, как вдруг стоявший в дверях мужчина холодно поднял взгляд и окликнул:

— Сяо Чу.

Чу Цзюньле, который собирался похвастаться еще немного, тут же развернулся и быстро зашагал вперед. Он неотступно следовал за мужчиной, не сводя с него влюбленного взгляда, с улыбкой на губах и даже не оборачиваясь.

У хозяйки квартиры застряла во рту целая буря невысказанных слов. Выглянув в окно, она увидела, как оба сели в автомобиль, в котором даже имелся личный водитель.

Хозяйку от зависти уже перекосило так, что она не могла говорить, оставалось лишь вздыхать: мол, такова уж чертова судьба.

Кто бы мог подумать, что простой деревенский паренек всего за три-четыре месяца совершит прыжок от черты бедности к богатству — это же куда удивительнее выигрыша в лотерейный билет!

Усевшись в машину, Чу Цзюньле бессознательно придвинулся чуть-чуть ближе к Сы Юньи. Заметив, что господин Сы ничего не имеет против, он осторожно подвинулся еще немного.

Стоило чуть приблизиться, как до него донесся приятный аромат Сы Юньи — точно такой же прохладный и утонченный запах, какой он чувствовал в тот день, когда с завязанными глазами ощупью пробирался сквозь ледяную темноту.

Сы Юньи перевел деньги с WeChat-баланса Чу Цзюньле, а по дороге велел водителю притормозить у зоомагазина, чтобы купить всё необходимое для Лефэна.

Крупная собака ест много, обладает неиссякаемой энергией, подстилка ей нужна просторная, да и расходы на нее немалые.

Зажав подмышкой собачий коврик и неся два больших пакета с зоотоварами, Чу Цзюньле шагал следом за Сы Юньи и мысленно подсчитывал траты на Лефэн. Он с удивлением понял, что деньги, потраченные господином Сы, уже намного превосходят сумму, которую он только что перевел тому в WeChat.

Он снова заставил господина Сы потратиться.

Чу Цзюньле опустил уголки губ, заглянул в пакет с несколькими собачьими игрушками и вспомнил, как господин Сы, глядя на витрину, взял одну из них и повертел ее тонкими пальцами. От этих воспоминаний на его лице вновь невольно заиграла улыбка.

В тот же вечер Чу Цзюньле перевез все свои вещи в спальню и разложил для Лефэн ее подстилку. Человек и собака переглянулись, Чу Цзюньле погладил пса по голове и не смог сдержать счастливой улыбки.

У нас теперь есть свой дом.

При мысле о том, что завтра они с господином Сы пойдут получать свидетельство о браке, Чу Цзюньле засыпал и то и дело невольно расплывался в улыбке, пару раз перевернулся на кровати, а спустя мгновение снова проснулся от собственного смеха.

Лефэн сонно прищурилась, посмотрела на своего хозяина, поднялась, подхватила зубами собственную подстилку, утащила ее в ванную, захлопнула дверь и продолжила спать.

Чу Цзюньле никак не мог толком уснуть, поэтому встал спозаранку. Он тщательно перебрал гардероб, облачился в строгий черный костюм, вертелся перед зеркалом во весь рост, но счел этого недостаточным — отправился в ванную, разбудил Лефэн и попросил собаку оценить его внешний вид еще раз.

Закончив с выбором, Чу Цзюньле аккуратно повесил костюм, переоделся в майку, глянул на время и радостно отправился на кухню готовить завтрак.

Выйдя из спальни, Сы Юньи увидел, как Чу Цзюньле под нос себе напевает какую-то мелодию, расставляя на столе тарелки. На нем снова красовался миниатюрный фартук почасовой помощницы по хозяйству, совершенно не предназначенный для подобных судеб.

— Доброе утро, господин Сы. — Увидев Сы Юньи, Чу Цзюньле расцвел в лучезарной улыбке. Он был похож на преданного пса, который вовсю виляет хвостом, источая неиссякаемое тепло.

— Доброе. — Сы Юньи сел за стол, глядя на свежий кукурузный сок и стоявшую рядом тарелку с утренними блинчиками из моркови, вырезанными в форме сердечек.

Надев термостойкие перчатки, Чу Цзюньле достал из духовки блюдо с рулетами из ветчины и поставил на стол. Сырная стружка на рулетиках уже расплавилась, источая аппетитный аромат, и подрумянилась до красивого золотистого цвета.

— Господин Сы, я этому научился только сегодня. — Сняв перчатки, Чу Цзюньле посмотрел на Сы Юньи, а на его лице читалось такое яркое ожидание.

Сы Юньи сделал глоток кукурузного сока и под взглядом Чу Цзюньле отломил кусочек рулета с ветчиной, откусив сразу треть.

Прожарка была идеальной: рулетики отдавали легким ароматом дымка в сочетании с насыщенным молочным вкусом сыра. И хотя никаких дополнительных специй не добавлялось, сам вкус ингредиентов оказался достаточно ярким.

— Очень неплохо, — вынес объективную оценку Сы Юньи.

— Спасибо, господин Сы! — Похвалы от хозяина привели большую собаку в неописуемый восторг. Чу Цзюньле счастливый уселся на свое место, допил оставшуюся у него овсяную кашу и принялся за уплетание морковок-сердечек.

Закончив завтрак, Сы Юньи переоделся и повел Чу Цзюньле на выход.

Стоило им сесть в машину, как Чу Цзюньле от избытка чувств уже не мог усидеть на месте. Он украдкой бросал взгляды на сидевшего рядом человека, потом с покрасневшим лицом отворачивался к окну. Ощущая, как тело охватывает жар, он приоткрывал стекло и, прильнув к проему, обмахивал лицо рукой, глубоко вдыхая прохладный воздух.

Сы Юньи невозмутимо сидел рядом, сохраняя привычное выражение лица.

Водитель не удержался и бросил взгляд в зеркало заднего вида: судя по всему, состояние молодого господина Сы ничем не отличалось от обычных будней, когда тот собирался на работу.

Телефон Чу Цзюньле дважды звякнул. Достав гаджет, он увидел сообщение от управляющего рестораном: сегодня во второй половине дня состоится последнее занятие, после которого можно официально выходить на смену.

Просто двойная радость!

Чу Цзюньле бросил взгляд на экран, затем на сидящего рядом господина Сы и, плотно сжав губы, осторожно протянул телефон Сы Юньи.

— Господин Сы, ту работу в ресторане я почти получил.

Сы Юньи опустил взгляд на экран смартфона:

— Поздравляю.

— Во время обучения у нас было два экзамена. — Не в силах сдержать эмоции, Чу Цзюньле пролистал историю переписки в рабочем чате ресторана и открыл фотографию. — Оба раза я занял первое место.

В голосе Чу Цзюньле звучала легкая гордость, а его глаза неотрывно смотрели на Сы Юньи, словно он отчаянно пытался вычитать что-то на лице мужчины.

Сы Юньи помолчал немного, а затем повернулся к нему лицом, встретившись взглядом с темными глазами парня.

— Отлично.

Сы Юньи заметил, как эти глаза мгновенно засияли. Чу Цзюньле выглядел таким счастливым, будто пес, получивший похвалу от хозяина, готовый подпрыгнуть от радости и закрутить хвост пропеллером.

Машина плавно затормозила у входа в ЗАГС. Водитель молча проводил взглядом молодого господина Сы и старшего господина из семьи Янь, переступивших порог учреждения.

Людей в зале регистрации было немного, ждать почти не пришлось. После того как они сдали паспорта, справки о прописке и различные копии, сотрудник сообщил, что им также потребуется совместная фотография.

В ЗАГСе была предусмотрена такая услуга, сфотографироваться можно было на месте. Чу Цзюньле сидел рядом с Сы Юньи, чинно сложив руки на коленях, и изо всех сил старался сдерживать радость, глядя на фотографа.

— Молодожены, придвиньтесь ближе, — махнул рукой фотограф, давая указание.

Чу Цзюньле повернулся к Сы Юньи, с алыми от смущения ушами, и слегка прижался к его боку. Убедившись, что господин Сы не против, он подался корпусом вперед и прижался еще плотнее.

Сердце Чу Цзюньле бешено колотилось. Ощущая соприкосновение тел сквозь несколько слоев одежды, он понимал, что они с господином Сы впервые находятся так близко.

Даже не наклоняясь, Чу Цзюньле чувствовал любимый аромат, исходивший от Сы Юньи — прохладный и чистый запах с легким шлейфом недосказанности, который так и манил продолжить ласку. Это напоминало изысканный десерт под тонкой ледяной коркой, которую хотелось растопить губами и языком, а затем проглотить лакомство целиком, не оставляя ни единой крошки.

Ощущая, как Чу Цзюньле неуклонно придвигается всё ближе, Сы Юньи чуть повернул голову и заметил раскрасневшиеся уши парня и легкий румянец на щеках. Его выступающий кадык нервно дергался вверх-вниз, а во взгляде читалась влажная, неискушенная робость.

— Молодожены, смотрим в объектив, — замахал руками фотограф, привлекая их внимание.

Сы Юньи посмотрел в камеру и заметил, что фотограф выглядит несколько недовольным, а его брови постепенно сдвигаются к переносице.

— Парень слева, — выражение лица фотографа стало непередаваемым. — Я же просил вас улыбаться, но не так широко! У вас аж до ушей рот разъехался, сбавьте обороты.

Сы Юньи повернулся к Чу Цзюньле.

И понял, что замечания фотографа были абсолютно справедливы.

— Д-простите, — Чу Цзюньле приложил ладонь к лицу и принялся усердно растирать щеки, пытаясь хоть немного унять улыбку. — Просто я слишком счастлив.

— Да кто сюда приходит несчастным, но чтобы так скабиться — я впервые вижу, — нахмурившись, озадаченно пробормотал фотограф.

Увидев, что под его взглядом Чу Цзюньле немного взял себя в руки, Сы Юньи снова посмотрел в объектив, но заметил, что брови фотографа нахмурились еще сильнее.

Обернувшись, Сы Юньи увидел, что уголки губ Чу Цзюньле снова ползут вверх, а во взгляде читается детская невинность.

— Давайте так, парень, — подумав, предложил фотограф. — Я дам вам немного времени, вспомните-ка всё самое печальное, что было в вашей жизни.

Чу Цзюньле послушно принялся вспоминать свои горести: растерянность после пробуждения в больнице, предательство семьи Янь, собственное похищение, из-за которого он чуть не опоздал на помолвку, насмешки гостей и их взгляды, полные злорадства.

Улыбка Чу Цзюньле понемногу меркла, на душе становилось тяжело, но стоило ему встретиться взглядом с господином Сы рядом и вспомнить, что теперь они будут вместе всю жизнь, как эта тяжесть тут же испарилась, сменившись сияющей улыбкой.

У фотографа окончательно сдали нервы, и он робко предложил:

— Может, отойдете в сторонку, чтобы прийти в себя?

— Не нужно. — Сы Юньи посмотрел на Чу Цзюньле, его взгляд стал чуть глубже, и он тихо, едва слышно шепнул прямо на ухо:

— Твою справку о прописке скоро объявят в розыск.

Чу Цзюньле мгновенно стер улыбку с лица, прижался к Сы Юньи и посмотрел в объектив.

Фотограф аж вздрогнул от такой резкой смены выражения лица, и, опасаясь, что клиент передумает, поспешил запечатлеть ту самую официально-сдержанную улыбку, которой так добивался.

Как только снимок был готов, Чу Цзюньле почти бегом бросился к рабочему окну. Получив бланк заявления на регистрацию, он молниеносно заполнил его, а затем принялся за декларацию об отсутствии кровного родства. Под надзором сотрудника он закончил заполнение и тут же оставил на бумаге свой отпечаток пальца.

Сы Юньи расписался с присущей ему невозмутимостью, обмакнул подушечку пальца в штемпельную краску и оставил отпечаток на документе.

В тот же миг Чу Цзюньле подскочил с салфеткой в руке, осторожно взял Сы Юньи за руку и принялся стирать красную краску с его пальцев.

Руки господина Сы были самыми красивыми из всех, что ему доводилось видеть: точеные суставы, длинные, белые пальцы, аккуратно подстриженные ногти с едва заметным розоватым оттенком — к чему бы он ни прикасался, отвести взгляд было невозможно.

— Кхе-кхе. — Сотрудник, проверявший документы, кашлянул, привлекая внимание зазевавшегося мужчины.

Чу Цзюньле с явным сожалением стер последние следы красной краски с пальцев Сы Юньи и неохотно выпустил его руку.

— Проверка документов завершена, вы полностью соответствуете условиям для регистрации брака. — Работник подсунул красные книжечки под тиснитель. — Поздравляю вас, с сегодняшнего дня вы — законные супруги!

Раздался сухой щелчок: сотрудник нажал на рукоятку тиснителя, оставив четкие рельефные печати на обеих красных корочках, после чего вручил их новобрачным.

http://bllate.org/book/21725/2244775