Готовый перевод Thirty Lifetimes of Fate / Тридцать перерождений: Связанные судьбой: Глава 22

Первый день они ходили на утреннюю церемонию открытия, а остальное время тренировались в отеле. Тренер Линь, дождавшись окончания матчей других команд, раздобыл видеозаписи игр победителей для детального разбора, устроив для всей команды совместный просмотр. Следующий этап — тридцать две команды — снова будет проходить по жребию, и любой из победителей мог стать их соперником.

Время пролетело быстро, наступила среда, и участники команды заранее пришли в комнату отдыха на арене.

Сяо Юй не мог усидеть на месте: перед каждым матчем он пребывал в состоянии одновременного возбуждения и напряжения, то и дело расхаживая по комнате, чтобы хоть как-то успокоиться.

А Фэн же держался невозмутимо: едва зайдя в комнату отдыха, он сразу сел на место, надел наушники и прикрыл глаза, погружаясь в полудрему.

А Юнь подпер голову рукой, провожая взглядом метавшегося туда-сюда Сяо Юй — это помогало ему переключить внимание и расслабиться.

Лянь Цинъян и Е Цзичэнь сбились в кучку, о чем-то болтая и смеясь — в них не чувствовалось и тени предматчевого напряжения. Спустя мгновение они и вовсе заиграли в «победи землевладельца», и по всей комнате то и дело разносились возгласы: «Стрит!», «Крою!», «Не бьется!».

Раньше они всегда проводили время точно так же: в те времена противников было мало, и перед матчами оба неизменно расслаблялись. Позже, когда они оказались врозь, они всегда молча сидели в телефонах, но теперь, воссоединившись, снова жались друг к другу за разговорами.

Сяо Юй подсел ближе и с удивлением уставился на них:

— Перед прошлыми матчами наш капитан был самым молчаливым из всех, эй! Почему это ты в этот раз совсем не нервничаешь?

— Я изначально не нервничал, а молчал раньше вовсе не из-за страха, — бросив карту, Е Цзичэнь ответил Сяо Юй, а затем снова перевел взгляд на игру: — Не ходи этой, ходи вон той. Я крою, и мы победим.

Лянь Цинъян закатил глаза, пропуская мимо ушей все его слова:

— Вообще-то землевладелец здесь я. Зачем мне подстраиваться под твои карты? Я собираюсь выиграть, ясно?

Поиграв еще немного, они засобирались на выход. Тренер Линь проводил их к краю сцены, отбив на прощание «пять» каждому выходящему игроку.

Поскольку разница в силе команд оказалась слишком заметной, одержав три победы подряд, FT завершили встречу досрочно — продолжать матч больше не требовалось. Все собрали свое оборудование и вернулись в комнату отдыха, ожидая официального оглашения результатов. По регламенту соревнований командам запрещалось покидать арену до конца текущего дня и объявления итогов.

Вернувшись вечером в отель, все ужинали в номере тренера Линя и одновременно разбирали прошедшие матчи. По окончании разбора игроки разошлись по своим комнатам. Лянь Цинъян лежал на кровати и никак не мог уснуть: последние несколько дней Е Цзичэнь запрещал им спать вместе, опасаясь, что это помешает подготовке к матчам. Из-за этого Лянь Цинъян в последнее время засыпал ужасно поздно, но упорно молчал об этом — в конце концов, это была привычка, выработанная еще в прошлой жизни.

Проворочавшись с открытыми глазами добрую половину ночи, Лянь Цинъян все же подхватил подушку и на цыпочках направился к двери комнаты Е Цзичэня. Он тихонько постучал. Спустя мгновение дверь приоткрылась на щелочку, и Е Цзичэнь выглянул наружу одним глазом. Узнав гостя, он распахнул дверь шире и удивленно произнес:

— Цин-Цин? Чего это ты пришел? Заходи, в коридоре прохладно.

— Что-то мне не спится, Цэнь-гэ, давай я с тобой посплю, а? — едва переступив порог, Лянь Цинъян направился прямиком к широкой кровати, швырнул на нее подушку и, завалившись следом, принялся тесно прижиматься к ней.

— Разве ты не спал у себя последние дни? И чего это сегодня не спится? — Е Цзичэнь хоть и вздохнул с легкой досадой, выгонять его не стал: он лег рядом с Лянь Цинъяном и натянул одеяло.

— Когда я сплю с Цэнь-гэ, мне спокойно и уютно, а за границей я по ночам вообще нормально отдохнуть не могу.

Лянь Цинъян уже мастерски владел искусством притворяться несчастным, а закончив жаловаться, зарылся в одеяло и затих.

Е Цзичэнь к тому моменту уже почти заснул и все еще клевал носом. Выключив прикроватную лампу, он прилег, обнял Лянь Цинъяна и закрыл глаза, успев перед самым сном подумать: «И правда, спать вот так — надежно и быстро засыпаешь».

Перед следующим матчем Е Цзичэнь снова отказался делить с Лянь Цинъяном одну комнату. На этот раз FT крупно повезло — им достался малоизвестный противник, однако игру назначили на самый последний день стадии топ-32, из-за чего вплоть до окончания матчей на родине они оба были лишены возможности спать вместе.

У Лянь Цинъяна и в обычное время нрав был довольно вспыльчивым, а тут ему еще и нормально высыпаться не давали. Его скрытое раздражение стало настолько явным, что даже тренер Линь заметил неладное:

— Как вы играете последние матчи? Что за бешеные выпады? Ты же мидлейнер! С чего вдруг сам бросаешься вперед один против четверых? Даже если вы победите, найдутся те, кто ухватится за это, чтобы потом при удобном случае вытащить все наружу, когда вы оступитесь.

Лянь Цинъяну было плевать на выговоры. Все последние дни он ходил злой и выплескивал ярость исключительно в игре, так что все попавшиеся на пути их команды соперники жестоко поплатились. Кое-кто даже написал Е Цзичэню в личку. Сам Е Цзичэнь никак не ожидал, что запрет спать вместе повлечет за собой столь серьезные последствия: порознь спать вредно для Лянь Цинъяна, а вместе — не слишком полезно для него самого. Выбор предстоял поистине непростой.

Завтра предстоял полуфинал из четырех команд. С таким состоянием Лянь Цинъяна трудно было поручиться, что завтра не случится какой-нибудь оказии. Сам он за Лянь Цинъяна не боялся — провала тот не допустит, но вот его страсть щеголять рискованными маневрами вызывала опасения. В прошлом матче против именитой команды ZRE из-за излишнего риска команда едва успевала за ним, и хотя они победили, победа досталась с огромным трудом.

Из оставшихся четырех команд, помимо них, было еще два грозных, прославленных коллектива и одна темная лошадка этого года, причем все обладали немалой силой. Если бы из-за выходок Лянь Цинъяна вся команда потеряла темп и проиграла, все его прошлые блестящие манеры тотчас припомнили бы, растравливая старые раны.

— Цин-Цин? — поразмыслив, Е Цзичэнь все же направился к комнате Лянь Цинъяна: оставить все как есть было нельзя, требовалось хотя бы предупредить его.

— Цэнь-гэ? Ты чего тут? — открыв дверь и увидев Е Цзичэня, Лянь Цинъян даже удивился. Он никак не ожидал, что накануне финала Е Цзичэнь придет укладывать его спать, и решил, что у того появились какие-то срочные дела.

Войдя в комнату, Е Цзичэнь опустился на диван и проследил, как Лянь Цинъян подходит и садится рядом:

— Все еще не отдыхаешь? Хотя матч завтра во второй половине дня, лечь нужно пораньше — завтра утром нам уже выдвигаться.

Будучи единственной командой на турнире, не потерпевшей ни единого поражения, FT предстояло сразиться с победителем финальной схватки за право представлять страну на международном первенстве.

Лянь Цинъян прижался лбом к плечу Е Цзичэня, впитывая его родной запах, и отчаянно захотел вот так просто провалиться в сон.

Подождав немного и не дождавшись ответа от сидящего рядом — до его слуха доходило лишь ровное дыхание со стороны плеча, — Е Цзичэнь с легким вздохом повернулся, бережно опустил голову Лянь Цинъяна себе на плечо, подхватил его на руки и перенес к кровати.

Не успел он выпрямиться, как его пальцы перехватили, а из темноты донеслось полусонное бормотание:

— Цэнь-гэ…

— Я здесь, спи.

Получив ответ, Лянь Цинъян спокойно заснул. Е Цзичэнь изначально и приходил ради того, чтобы побыть с ним, поэтому, зажав его ладонь в своей, он лег рядом и закрыл глаза.

Мягкая, умиротворяющая атмосфера не оставляла места для лишних мыслей, и на следующее утро оба — и Е Цзичэнь, и Лянь Цинъян — проснулись бодрыми и полными сил. Шагая впереди команды, они приветственно махали зрителям по обе стороны зала.

В дневных матчах они играли уверенно и расчетливо. Единственная оплошность случилась на верхней линии: А Фэн не успел вовремя прикрыть союзников, из-за чего одна карта была проиграна, однако в дальнейшем все пошло как по маслу, и они предсказуемо завоевали чемпионский титул.

В тот момент, когда они стояли на пьедестале плечом к плечу, их взгляды невольно встретились. В глазах друг друга они увидели радость и волнение, а еще — те самые чувства, о которых так и не было сказано вслух.

— Цэнь-гэ, мы победили.

Произнесший эти слова юноша выглядел точь-в-точь как тогда, в самый первый раз, когда они одержали победу. Рядом с ним стоял точно такой же парень с сияющими глазами, чья радость была способна заразить абсолютно каждого.

— Да, Цин-Цин, мы победили.

— Цэнь-гэ, мне безумно нравится этот момент, и я безумно люблю тебя!

Лянь Цинъян склонился к самому уху Е Цзичэня, и его едва различимый шепот прозвучал для того громом среди ясного неба. Е Цзичэнь на секунду замер от потрясения, а придя в себя, расплылся в еще более счастливой улыбке.

— Я тоже очень люблю Цин-Цин.

— Давайте поздравим наших чемпионов — FT, FleetingTime, «Бегущие годы»!!

Годы текут подобно воде, неизменен лишь ты один.

http://bllate.org/book/21564/2220164