Готовый перевод My Academy Can't Function Without Me / Академия суперспособностей погибнет без меня: Глава 23

Янь Хуасин протянул руку и помахал перед глазами обоих — никакой реакции.

— М-м...

Янь Хуасин на цыпочках обошел всех и протиснулся в самый центр, высунув голову между Чжоу Минсюанем и Гу Хэюэ.

— Что же вы молчите? Мне будет обидно, если меня станут игнорировать.

Гу Хэюэ посмотрел на внезапно появившееся прямо перед самым его лицом выражение, поджал губы и произнес:

— Пойдем.

Какая-то рука опустилась на макушку Янь Хуасина и надавила сверху. Янь Хуасин взвизгнул, у него подогнулись колени, и он чуть не присел на корточки.

Гу Хэюэ с молниеносной быстротой подхватил Янь Хуасина за талию и, вложив в руки силу, крепко прижал к себе.

Янь Хуасин совершенно не ожидал подвоха, как вдруг в одно мгновение оказался заключен в объятия Гу Хэюэ, который силой заставил его выпрямиться.

Его подбородок уперся в плечо Гу Хэюэ, и костлявая ключица собеседника причинила ему резкую боль.

— ...

Янь Хуасин потерял дар речи.

Не из-за чего-то еще, просто Гу Хэюэ применил слишком много силы.

— Ты болен?

Ледяной голос прозвучал прямо над ухом Янь Хуасина, отчего по рукам побежали мурашки.

Воспользовавшийся чужой уязвимостью Чжоу Минсюань вовсе не собирался извиняться перед Янь Хуасином. Вместо этого он холодно усмехнулся:

— Такой взгляд — совсем другое дело. Только он и достоин носить имя «Стремящегося к облакам скакуна».

Янь Хуасин: «?»

Откуда на этот раз взялось новое прозвище? И это ведь даже не название способности Гу Хэюэ.

К тому же такое подростковое...

В момент крайнего напряжения Янь Хуасин не видел выражения лица Чжоу Минсюаня, но его взгляд словно обрел физическую плоть, и спину защипало от острых лучей.

Янь Хуасин задрал голову, чтобы не касаться подбородком плеча Гу Хэюэ.

Ощущать себя зажатым посредине было поистине неприятно. Янь Хуасин мог не обращать внимания на выходки Чжоу Минсюаня, но ему совсем не улыбалось сохранять столь неловкую позу между ними обоими.

Любой случайный прохожий наверняка подумал бы, что эти двое делят Янь Хуасина, не так ли?

Хотя самому Янь Хуасину было на это наплевать, он вовсе не желал ставить себя в положение рыбы на разделочной доске.

Как ни посмотри, в текущей ситуации слабым звеном выглядел именно он.

Рука, сжимавшая его талию, давила слишком сильно. Янь Хуасин подался корпусом вперед, прижимаясь животом к бедрам Гу Хэюэ, и похлопал того по руке.

— Гу Хэюэ, больно, отпусти.

Янь Хуасин не видел лица Гу Хэюэ, но зато почувствовал, как тело того на секунду напряглось, после чего хватка ослабла, и парень глухо отозвался:

— М-м.

Голос Чжоу Минсюаня прозвучал еще мрачнее обычного, когда он презрительно бросил:

— Чего это ты вдруг превратился в послушную собачку?

Гу Хэюэ оставил насмешки Чжоу Минсюаня без внимания.

Едва Янь Хуасин высвободился из тисков и успел собраться сказать пару слов Гу Хэюэ, как на него градом посыпались новые колкости от Чжоу Минсюаня.

Лицо Янь Хуасина похолодело, брови сошлись на переносице:

— Чжоу Минсюань, хватит.

Чжоу Минсюань явно не желал затевать драку с Янь Хуасином. Он умолк и отвел взгляд в сторону:

— Янь Хуасин, не говори потом, что я тебя не предупреждал. Этот парень рядом с тобой — сплошная помойная яма в прошлом.

— О, буду знать. — Янь Хуасин с бесстрастным лицом кивнул.

Чжоу Минсюань нахмурился:

— Неблагодарный.

Уголки губ Янь Хуасина изогнулись:

— Но, по моему мнению, мусор здесь — это ты, раз уж нападаешь на меня.

Столшись лбами, они смотрели друг на друга, храня молчание.

Янь Хуасин не отступал ни на шаг, и от этого напора Чжоу Минсюаню показалось, будто его сердце перемалывают жернова.

— ...Проехали.

Бросив это, Чжоу Минсюань развернулся и ушел.

Казалось, он чувствовал полное бессилие перед привычкой Янь Хуасина идти прямо в пасть тигру, зная об опасности, и, не желая больше тратить слова, просто ретировался.

Гу Хэюэ было собрался броситься в погоню, но Янь Хуасин тут же удержал его за рукав.

Янь Хуасин:

— Ты куда?

Гу Хэюэ:

— Заставлю его извиниться.

— Не нужно. — Янь Хуасин с улыбкой покачал головой.

— Он напал на тебя исподтишка.

Янь Хуасин:

— Мы же не дети, да и не на поле боя сражаемся, какая еще скрытая атака?

Гу Хэюэ не хотел сдавался:

— Он тебя оскорбил.

Янь Хуасин чуть не рассмеялся от злости:

— Что за глупости, какое еще оскорбление?

С этими словами он огляделся по сторонам.

Ученики давно разошлись, у всех, кто занимался в кружках, были свои клубы, и в коридорах почти никто не ходил.

Вокруг не было ни души, и Янь Хуасин наконец смог вздохнуть с облегчением.

Он с самым серьезным видом предостерег:

— У тебя очень опасный лексикон, в следующий раз так не выражайся.

Раз уж занятия закончились, а портфель Янь Хуасина по-прежнему висел за спиной у Гу Хэюэ, Янь Хуасин без колебаний зашагал к школьным воротам.

У Гу Хэюэ хотя бы было время на самостоятельной работе, чтобы сделать уроки, а вот у него — нет.

Его домашнее задание так и лежало в сумке, дожидаясь своего часа.

Янь Хуасин двинулся в путь, и Гу Хэюэ, заметив это, ускорил шаг, настигая его.

Пройдя всего пару шагов, Гу Хэюэ спросил:

— В актовом зале кто-то передавал тебе любовное письмо?

— Ничего подобного.

— Так говорили ученики, выходившие из зала, — продолжал настаивать Гу Хэюэ.

Янь Хуасин легко усмехнулся, повернувшись к нему:

— Ты мне не веришь?

Гу Хэюэ промолчал.

Янь Хуасин:

— Неверие с твоей стороны вполне естественно, ведь я так невероятно хорош собой, что получать любовные письма — это норма. Ты ведь так думаешь?

В ответ Янь Хуасину снова досталось молчание.

Впрочем, в этой тишине Янь Хуасин уже нашел свой ответ.

— Сплетням не верить, слухи не разносить, но... — Янь Хуасин лукаво улыбнулся. — Гу Хэюэ, я сочту это за комплимент.

Гу Хэюэ:

— Возле зала было слишком шумно, я ничего не расслышал.

— Так я и знал, иначе ты бы не стал меня спрашивать, — отозвался Янь Хуасин. — То было вовсе не любовное письмо.

— М-м.

Гу Хэюэ ответил коротко, но на душе у него стало легко и чисто, словно омытое дождем бескрайнее небо.

— Гу Хэюэ, и это всё? Просто «м-м»? Не хочешь спросить, что там было написано?

Гу Хэюэ:

— Не нужно.

Этого уже достаточно.

— ... — Янь Хуасин склонил голову набок, разглядывая лицо Гу Хэюэ. Помолчав немного, он улыбнулся уголкаи губ: — Гу Хэюэ, кажется, ты повеселел.

В какой-то момент губы Гу Хэюэ тронула легкая улыбка.

Повернувшись к Янь Хуасину, он посмотрел на него взглядом, полным небывалой мягкости:

— М-м.

— С чего бы это?

— Просто так. — Гу Хэюэ едва заметно улыбнулся и незаметно качнулся на полшага ближе.

Остатки заката отразились в его глазах осколками разбитого стекла, вспыхнув на мгновение ярким светом.

Под ногами расстилались бесконечно удлиненные закатным солнцем тени, их плечи соприкасались, а на ладонях еще хранилось тепло друг друга.

Его объятия были заполнены до отказа, словно раскаленная лава перед извержением вулкана — ослепительное пламя слепило глаза, и вырваться из этого плена уже не было сил.

-

Выйдя за школьные ворота, Янь Хуасин тут же свернул направо, что совершенно не совпадало с дорогой в общежитие.

Гу Хэюэ осведомился:

— Куда мы?

— Есть, Ши Ицюань и остальные ждут в той жаровне с мясом, — ответил Янь Хуасин.

Гу Хэюэ слегка нахмурился:

— Я тоже иду?

— Ну да, дружеские посиделки, неужто не пойдешь?

— Я почти не разговаривал с ними.

— После ужина станете друзьями, пошли давай.

Не терпя возражений, Янь Хуасин схватил Гу Хэюэ за запястье и потянул за собой.

За стеклами очков в глазах Гу Хэюэ мелькнуло что-то неуловимое:

— Разве я твой друг?

— Конечно, — удивился Янь Хуасин. — С чего вдруг такие вопросы?

— Ты хочешь узнать мое прошлое?

Чтобы Янь Хуасин не разглядел его выражение лица, Гу Хэюэ опустил голову.

Не раздумывая ни секунды, Янь Хуасин легко рассмеялся:

— Не хочу.

Не хочет?

Гу Хэюэ в изумлении поднял голову.

Янь Хуасин:

— Я же говорил тебе вчера вечером, знать не хочу.

Гу Хэюэ высвободил запястье из хватки Янь Хуасина, и голос его упал:

— Всё, что сказал Чжоу Минсюань, — правда.

— Какое мне дело до того, откуда он всё это знает, я не хочу вникать, — произнес Янь Хуасин. — К тому же, когда он открывает рот, степень мерзости его слов можно смело делить пополам.

Гу Хэюэ:

— Он был прав.

Янь Хуасин:

— И я тоже прав.

Из школьной музыкальной комнаты донеслись звуки струнных инструментов. Мелодия лилась чистым родником, переплетаясь с мягким пением деревянных духовых.

Легкий ветерок донес мелодию духового оркестра.

Скрытая под нотами любовь пустила побеги и дала первые всходы.

Сердце Гу Хэюэ забилось с удвоенной силой, и он сделал шаг вперед.

— Янь Хуасин, только не ненавидь меня.

Янь Хуасин с улыбкой поджал губы:

— И в мыслях не было.

Они продолжили путь. Звуки классической музыки плыли вокруг, делая шаг каждого чуть более легким и пружинистым.

Сохраняя отрешенно-спокойное выражение лица, Гу Хэюэ тихо спросил:

— Тебя совсем не злит то, что сделал Чжоу Минсюань?

Янь Хуасин скосил на него глаза и, заметив, что тот смотрит в землю, тоже перевел взгляд на дорогу впереди:

— Нет.

— Почему? — спокойно поинтересовался Гу Хэюэ.

За целый год Гу Хэюэ почти никогда не видел Янь Хуасина злым.

У Янь Хуасина от природы был прекрасный характер, он мог найти общий язык с кем угодно, и лишь Чжоу Минсюань оставался досадным исключением.

Стоило им в прошлый раз поговорить как ни в чем не бывало, как при новой встрече Чжоу Минсюань снова встречал его ледяными уколами.

Пройдя через подобное несколько раз, Янь Хуасин перестал злиться, просто решив, что у Чжоу Минсюаня такой уж капризный и переменчивый нрав.

http://bllate.org/book/21500/2203197