Готовый перевод Tempting the Cold Beauty, The Spoiled Psycho Is Addicted to Her / Холодная красавица: как я стала её одержимостью: Глава 16

Он всегда считал, что его младшая сестра, выросшая в тех гиблых краях, — это ограниченная, лишенная воспитания и ума девица, привыкшая решать проблемы лишь грубой силой.

Поэтому он всегда питал к ней отвращение и не имел ни малейшего желания узнавать её ближе.

Но сейчас...

В нём проснулось некое подобие уважения к её словам.

Он даже начал думать, что в данной ситуации именно Сун Хэи ведет себя неразумно.

Сун Хэи дернула Сун Чи за рукав, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля.

Эта Сун Цзюяо оказалась слишком острой на язык и коварной! Она всерьез опасалась, что её старший брат поддастся на эти манипуляции.

Сун Хэи поняла: если она продолжит следовать темпу, который задает Сун Цзюяо, то в конечном итоге останется в проигрыше.

В следующую секунду Сун Хэи, не раздумывая, опустилась перед Сун Цзюяо на колени.

— Сестра, я знаю, что ты не отпускаешь моего друга только из-за того, что хочешь насолить мне. Я не хочу, чтобы он сел в тюрьму из-за меня. Если ты меня ненавидишь, бей меня, ругай, я обещаю, что не пророню ни слова жалобы! Но, пожалуйста, не трогай моего друга, хорошо?

Увидев, что Сун Хэи встала на колени, Сун Чи поспешил поднять её.

— Сяо И, я знаю, что ты добрая, но твой друг действительно поступил неправильно...

На самом деле он не хотел сегодня приходить, но Сун Хэи была так убита горем и так умоляла его о помощи...

В конце концов, это его сестра, он не мог остаться в стороне.

Однако слова Сун Цзюяо заставили его прозреть.

Распускать слухи — это действительно низко, он не должен слепо помогать кому попало.

Сун Хэи оттолкнула Сун Чи:

— Брат, не вмешивайся. Сегодня я во что бы то ни стало должна спасти своего друга.

Сказав это, она снова опустилась на колени и упрямо посмотрела на Сун Цзюяо:

— Если ты не отпустишь моего друга, я буду стоять здесь на коленях до конца. Ты ведь не хочешь, чтобы господин Фу посчитал, что ты доставляешь его дому лишние хлопоты?

Сун Цзюяо:

— ...

Она поняла: эта особа пришла сюда намеренно, чтобы действовать ей на нервы!

Сун Цзюяо усмехнулась:

— Ну тогда и стой. У меня нет времени смотреть, как ты здесь разыгрываешь спектакль в надежде на жалость.

Она обошла Сун Хэи и направилась прочь.

Сун Чи не смог стерпеть и преградил ей путь:

— Сун Цзюяо... ты...

Сун Цзюяо прищурилась, глядя на него, и в её глазах мелькнула холодная тень:

— Вы оба отняли у меня кучу времени. Знаете ли вы, что время — деньги? Сколько вы собираетесь мне заплатить в качестве компенсации?

Сун Чи:

— Я...

Сун Цзюяо с силой оттолкнула его.

Сун Чи пошатнулся и отступил на несколько шагов назад.

Он с недоверием смотрел на Сун Цзюяо.

Откуда у неё такая силища?!

Сун Цзюяо ушла с ледяным выражением лица, и Сун Чи больше не мог её остановить.

Он перевел взгляд на сестру и беспомощно произнес:

— Сяо И, вставай скорее. Стоять здесь на коленях — это не выход.

За все годы жизни разве его сестра когда-нибудь терпела такое унижение?

Сердце Сун Чи сжималось от жалости. Когда он увидел, как Сун Хэи опустилась на колени, в голове промелькнуло: нужно помогать своим, не разбираясь, кто прав.

Но тут же он осекся.

Пусть он и симпатизирует Сун Хэи, но ведь Сун Цзюяо тоже из семьи Сун! Он не мог быть настолько жестоким.

Сун Хэи всхлипнула:

— Брат, поверь мне, Сун Цзюяо делает это специально! Только потому, что Хань Цян — моя подруга, она не хочет её отпускать.

Сун Чи:

— ...

Он чувствовал, что причина вовсе не в этом.

Но чтобы успокоить сестру, он лишь кивнул:

— Да-да, ты права. Вставай, поедем домой. Дома я придумаю, как спасти твоего друга, не надо её больше умолять.

Сун Хэи покачала головой:

— Брат, я знаю, что ты тоже ничего не сможешь сделать. Раз уж я пришла, то не отступлюсь так просто.

Сун Чи понял, что переубедить её не удастся, и замолчал.

Сун Хэи, притворяясь послушной и понимающей, сказала брату:

— Брат, я так долго отнимала у тебя время, а у тебя ведь столько дел на работе. Ступай в офис.

— Что ты такое говоришь, со мной всё в порядке, — Сун Чи протянул руку и погладил её по голове. — Вставай, негоже тебе здесь стоять.

Сун Хэи:

— Нет, я хочу, чтобы Сун Цзюяо увидела мою искренность в стремлении спасти друга!

Сун Чи:

— ...Проблема в том, что она уже ушла.

Он вздохнул:

— Ладно...

Неподалеку Тетушка Чэнь, наблюдая за этой сценой, достала кнопочный телефон и позвонила Фу Цзинмо.

...

Переулок Байлин был удивительно живописным местом.

Всюду росли кипарисы и цветы.

У входа в переулок стояли дома, в которых жили люди, но их было немного.

Стоило войти внутрь, как возникало ощущение, будто ты попал в мир из комиксов.

И земля, и окружающие дома были в основном сделаны из изысканного дерева.

В воздухе витал тонкий аромат сандала.

Сун Цзюяо подошла к выбранному участку.

Снаружи дом выглядел немного обветшалым, на дверных панелях виднелись трещины.

Два этажа.

На самом деле, всё было не так уж плохо.

Сун Цзюяо постучала, и хозяйка открыла дверь.

Перед ней предстала женщина средних лет, чье лицо было покрыто глубокими морщинами.

Когда она улыбалась, складки становились еще заметнее.

— Ты та самая девушка, которая хочет купить дом? — хозяйка, похоже, не ожидала, что покупательница окажется такой молодой и красивой.

Взволнованная, она потащила её внутрь.

Сун Цзюяо:

— ...

Первое впечатление Сун Цзюяо: очень просторно и очень винтажно. Два миллиона — для города Б. это было действительно выгодное предложение.

Первый этаж был уже полностью пуст.

Остались только диван и стол.

Хозяйка рассказала, что раньше они с мужем держали здесь цветочный магазин и жили очень счастливо.

К сожалению, недавно муж скончался от болезни, и теперь, оставаясь здесь, она каждый раз видела напоминания о нём, что причиняло ей нестерпимую боль.

Поэтому сын настоял на том, чтобы она переехала в центр города к нему, а этот дом продала.

Хозяйка также добавила, что первый этаж отлично подходит под магазин, а на втором можно жить, но она не советовала бы — безопасность низкая, а для молодой девушки здесь может быть опасно.

Затем они поболтали о том о сём.

Вскоре пришел адвокат хозяйки с подготовленным контрактом...

Весь процесс прошел гладко.

Хозяйка передала ключи Сун Цзюяо.

Сун Цзюяо выплатила два миллиона единым платежом.

Хотя переоформление документов на недвижимость займет некоторое время, дом уже фактически принадлежал ей.

Перед уходом хозяйка долго рассматривала Сун Цзюяо — та ей очень приглянулась.

Она даже спросила, есть ли у неё парень, и начала нахваливать своего сына.

Говорила, что ему тридцать, он занимает высокую должность в крупной компании в городе Б., годовой доход от десяти миллионов, да и ростом метр восемьдесят, очень красив.

В глазах любой матери её сын всегда самый лучший.

Но Сун Цзюяо не верила, что вокруг мужчины с таким доходом и внешностью не вьются толпы поклонниц. Если он в тридцать с лишним не женат, возможно, он просто еще не нагулялся и не готов остепениться.

И не надо говорить про карьеру: имея квартиру в центре и доход в десять миллионов, он уже достиг вершины.

Сун Цзюяо вежливо отказалась, упомянув, что у неё уже есть молодой человек.

Хозяйка была разочарована, но не стала настаивать, лишь попросила поддерживать связь.

Это были лишь пустые слова. Контракт подписан, дом куплен, и с чего бы ей поддерживать связь с этой женщиной?

Просто случайные прохожие, чьи пути пересеклись на мгновение.

—

Закончив дела, Сун Цзюяо вернулась домой.

Однако, не дойдя до ворот усадьбы, она увидела, что Сун Чи держат двое людей в черном.

Сун Хэи стояла на коленях под деревом неподалеку, прижатая к земле другими двумя охранниками. Под её коленями были рассыпаны гвозди.

Она громко рыдала от боли.

Пыталась встать, но её крепко удерживали.

Кровь окрашивала цветы и траву в красный цвет.

Ослепительное зрелище.

Какое прекрасное пиршество, безжалостно подумала Сун Цзюяо.

Увидев, что Сун Цзюяо вернулась, Сун Чи отчаянно попытался вырваться и закричал:

— Сун Цзюяо! Стой! Заставь Фу Цзинмо отпустить мою сестру!

Сун Цзюяо замерла, моргнула и остановилась. Оказывается, это дело рук Фу Цзинмо...

Она много слышала о том, насколько страшен Фу Цзинмо, но никогда не видела этого в деле. Теперь же... довелось.

Но почему она чувствует такое странное удовлетворение?

Сун Цзюяо приподняла бровь, не обращая внимания на Сун Чи, и небрежной походкой направилась в усадьбу.

Не успела она войти в гостиную, как увидела Фу Цзинмо у входа.

Он стоял, скрестив руки на груди, прислонившись к дверному проему, с глубоким взглядом и выражением человека, наблюдающего интересное представление.

Сун Цзюяо:

— ...

Она подошла к нему.

Их взгляды встретились.

Увидев, что она вернулась, Фу Цзинмо выпрямился и усмехнулся:

— Сун Цзюяо, ты действительно умеешь доставлять проблемы.

— Привела такую уродливую дрянь к моим дверям, даже не побрезговала испачкать мою территорию.

Уродливая дрянь...?

Это он про Сун Хэи?

Сун Цзюяо сделала невинное лицо:

— А может, она пришла к тебе? Потому что любит тебя и жалеет, что отдала мне шанс стать твоей невестой~

Глава 40: У кого ты этому научилась?

Эти слова Сун Цзюяо сказала не просто так, и не чтобы специально позлить Фу Цзинмо.

Такая вероятность действительно существовала.

Иначе, почему Сун Хэи осталась стоять на коленях, даже когда Сун Цзюяо уже ушла?

Если бы она хотела лишь демонстративно молить о пощаде, то могла бы уйти, поняв, что объект её мольбы скрылся.

Но она осталась.

Разве не затем, чтобы привлечь внимание Фу Цзинмо?

Может, у Сун Хэи и не было таких мыслей, но Сун Цзюяо привыкла видеть людей насквозь.

От слов Сун Цзюяо брови Фу Цзинмо едва заметно нахмурились:

— Можешь перестать меня тошнить?

— Почему же тошнить? По-моему, Сун Хэи не так уж плоха. Если она тебе приглянулась, можешь сменить невесту с меня на неё.

Раньше Сун Цзюяо постоянно притворялась, что любит Фу Цзинмо и навязывается ему, и он явно презирал её, даже испытывал отвращение.

Сейчас же ей лучше казаться рассудительной и равнодушной.

Фу Цзинмо окинул её холодным взглядом.

Сун Цзюяо вздрогнула.

Фу Цзинмо, не меняясь в лице, развернулся и вошел в дом.

Сун Цзюяо пожала плечами и оглянулась.

Ворота усадьбы были недалеко, и при хорошем зрении всё еще можно было разглядеть силуэты связанных Сун Хэи и Сун Чи.

Она тоже вошла в дом.

Фу Цзинмо сидел на диване, с интересом просматривая что-то по телевизору.

Сун Цзюяо думала, что такие генеральные директора не любят смотреть телевизор, а если и смотрят, то новости или финансовые каналы.

Но Фу Цзинмо делал всё наоборот: он закинул ноги на стол и смотрел какой-то иностранный фильм про зомби.

Кровь, ужас — всё это наполняло гостиную.

Сун Цзюяо приподняла бровь и подошла к нему.

Она совершенно естественно села рядом.

Выражение лица Фу Цзинмо не изменилось.

— Как долго ты собираешься их держать?

Сун Цзюяо взяла со столика яблоко и неспешно начала чистить его ножом.

Фу Цзинмо усмехнулся:

— Что? Хочешь попросить за них?

— С чего бы мне просить?

Сун Цзюяо рассмеялась, будто услышала шутку:

— Я только за то, чтобы она стояла на коленях подольше.

— Просто Сун Хэи — зеница ока для семьи Сун. Ты так с ней обходишься, не боишься, что семья Сун потом отомстит?

Семья Сун была влиятельной в городе Б. и обладала обширными связями.

Если они действительно станут врагами, это не пойдет на пользу бизнесу Фу Цзинмо.

Фу Цзинмо лишь холодно заметил:

— Ты думаешь, у семьи Сун есть на это силы?

Семья Сун сильна только в городе Б.

Но семья Фу — это мировой уровень и колоссальное влияние.

К тому же, за те годы, что Фу Цзинмо управляет корпорацией Фу, он развил еще больше проектов.

Сейчас никто в его глазах не представлял угрозы.

Иначе, если бы он боялся каждого обиженного им босса, разве он не остался бы без работы давным-давно?

Сун Цзюяо:

— О, ты крут.

Бросила она равнодушно.

Затем она отправила кусочек яблока в рот и откусила.

М-м, фрукты в богатых домах и правда вкуснее — такие сладкие и хрустящие.

Фу Цзинмо, наблюдая за тем, как Сун Цзюяо ест яблоко, невольно нахмурился.

Раньше она бы обязательно поднесла кусочек к его губам и сладко спросила: Милый, хочешь?

А сейчас —

Хм, ну конечно, маска сорвана, больше притворяться нет смысла?

На экране внезапно появился зомби с оскаленной пастью.

Сун Цзюяо отложила яблоко, спокойно взяла пульт и приготовилась выбрать другой фильм.

Телевизор Фу Цзинмо был не только размером с проектор, но и имел огромный выбор фильмов.

Некоторые картины нельзя было найти даже на большинстве платформ, а у него они были.

Даже те, что были запрещены из-за чрезмерной жестокости, имелись в его коллекции.

У Сун Цзюяо внезапно проснулся дурной азарт.

Она выбрала зарубежный любовный фильм с очень откровенными сценами.

Сюжет был пикантным и двусмысленным.

Главный герой — влиятельный бандит, влюбляется в девушку, у которой уже есть парень, берет её силой и запирает в своем доме, приковывая цепями, и день за днем делает с ней то самое.

У героини развивается стокгольмский синдром, и после физических и душевных страданий она влюбляется в героя...

Фильм дошел до сцены, где они целуются, едва прикрытые одеждой.

Сун Цзюяо изогнула губы и посмотрела на Фу Цзинмо.

Его выражение лица уже изменилось.

Его глаза, казалось, погрузились в глубокую бездну, как густая тушь.

Сун Цзюяо с улыбкой наклонилась к его уху и прошептала:

— Разве ты не находишь, что главный герой отлично целуется?

Фу Цзинмо остался невозмутим:

— Паршиво.

— Еще бы тебе судить, ты сам целоваться не умеешь!

Сун Цзюяо закатила глаза.

В следующую секунду раздалось прерывистое дыхание героини, отчего лицо само собой залилось краской.

Тут Фу Цзинмо ухватился за возможность и насмешливо бросил:

— Твое дыхание, наверное, звучит не так приятно.

— ...

Дух соперничества — странная штука.

Услышав это, Сун Цзюяо подняла руки, обхватила лицо Фу Цзинмо и развернула его к себе.

Мир в глазах Фу Цзинмо сменился с экрана на прекрасное лицо Сун Цзюяо.

Её лисьи глаза были слегка прищурены, на губах играла улыбка, она была настолько красива, что могла обезоружить кого угодно.

Затем —

Её губы медленно приблизились к его уху.

Подражая героине фильма, она несколько раз легко и прерывисто вздохнула.

Голос Сун Цзюяо и без того был необычайно красивым.

Когда она хотела быть милой, её голос звучал сладко, не вызывая приторности, а в холодном состоянии он звучал чисто и мелодично.

Дразня Фу Цзинмо, Сун Цзюяо подумала: она не пробовала свинину, но разве не видела, как бегают свиньи?

Просто подышать — разве это сложно?

Тело Фу Цзинмо неестественно напряглось.

Его лицо стало темным и тяжелым, словно пропитанным тушью.

Его пальцы инстинктивно сжали талию Сун Цзюяо.

Дыхание сбилось.

Сун Цзюяо видела в его глазах жгучее желание.

Такой взгляд бывает, когда человек отчаянно хочет чем-то овладеть.

Сун Цзюяо умолкла.

Чувствуя, как ладони на её талии становятся всё горячее, а хватка — всё сильнее, она сама почувствовала, как забилось сердце.

Сун Цзюяо нервно спросила:

— Тебе... нравится? Это звучит лучше, чем у героини в фильме?

Ай, к черту, что за вопрос, лучше бы она молчала.

Фу Цзинмо смотрел на неё с такой страстью, словно горел в огне.

Его сексуальный кадык нервно дернулся, и он неспешно, низким хриплым голосом произнес:

— У кого ты этому научилась?

Сун Цзюяо:

— У героини этого фильма, конечно.

Взгляд Фу Цзинмо потемнел, став мрачным и злым:

— Ужасно.

Лицо Сун Цзюяо мгновенно остыло, она дернулась:

— Хорошо, ужасно. Можешь убрать руки?

Фу Цзинмо замер.

Наконец, он разжал пальцы.

Его взгляд снова вернулся к экрану.

И зачем он только согласился смотреть с ней эту дрянь?

Когда фильм закончился, уже наступила ночь.

Только тогда Фу Цзинмо приказал отпустить Сун Хэи и остальных.

Сун Цзюяо, прислонившись к дверному косяку усадьбы, наблюдала за тем, как Сун Хэи и Сун Чи уходят.

Ноги Сун Хэи были в крови, выглядело это очень серьезно, она едва могла идти, и Сун Чи, жалея её, подхватил её на руки и усадил в машину.

Когда Сун Чи усаживал Сун Хэи, он, казалось, почувствовал чей-то взгляд.

Он инстинктивно посмотрел в сторону Сун Цзюяо...

Глава 41: Глупость

Их взгляды встретились.

В глазах Сун Чи отразились ненависть и отвращение.

Словно то, что Сун Хэи превратили в такое жалкое зрелище, было делом рук самой Сун Цзюяо.

Сун Цзюяо не осталась в долгу и ответила таким же взглядом.

Две позорные личности, проваливайте поскорее.

Сун Чи скривил губы, не желая продолжать перепалку, сел на водительское место и завел мотор.

Только когда машина уехала, Сун Цзюяо отвела взгляд.

Сказать, что она не завидует Сун Хэи, было бы ложью.

У Сун Хэи есть любовь родителей, опека брата...

А у неё нет ничего.

Да еще и вся семья её презирает.

Сун Цзюяо погрустнела на несколько секунд, но быстро пришла в себя, зевнула и повернулась, чтобы уйти.

Она собиралась подняться в свою комнату отдохнуть, день выдался утомительным.

Как только она поднялась, увидела Тетушку Чэнь, стоявшую у её двери. Она спросила, будет ли Сун Цзюяо ужинать, но та была не в настроении и ответила, что нет.

Тетушка Чэнь кивнула и добавила, что Фу Цзинмо ждет её в кабинете.

Сун Цзюяо недоумевала.

Только что посмотрели не самый приятный фильм.

Что ему от неё нужно?

Сун Цзюяо вздохнула и, подавив нежелание, дошла до двери кабинета Фу Цзинмо.

Сдерживая раздражение, она постучала.

— Войди.

Из-за двери донесся его низкий голос.

Сун Цзюяо повернула ручку и вошла.

Кабинет был чистым и элегантным, в современном стиле.

Фу Цзинмо сидел за столом, за его спиной стояли стеллажи, заполненные книгами самых разных жанров.

На столе стоял компьютер, свет от экрана отражался на его четких чертах лица, он выглядел до неприличия красиво.

Сун Цзюяо придвинула стул, села перед ним.

Подперев подбородок рукой, она посмотрела на него с равнодушным видом, без лишних эмоций:

— Что-то случилось?

Фу Цзинмо:

— Я спрашивал господина Ю, который продал остров, зачем тебе понадобилось его покупать. Он сказал мне...

http://bllate.org/book/21473/2197205