Готовый перевод Reborn Villain: Immortal Demon Lord / Возрождение злодея: Магистр бессмертного пути: Глава 20

Ши Цянь не сомневался в словах Хэ Хуаня. Этот браслет действительно был способен обеспечить приток обильной духовной силы, однако больше всего его интересовал материал, из которого было изготовлено украшение. Ши Цянь не видел и не слышал ни о чем подобном в искусстве создания магических артефактов. Браслет имел мягкий серебристый оттенок, напоминал нефрит, но таковым не являлся, и был настолько легок, что казался невесомым. Внутри него духовная сила циркулировала по замкнутому кругу, никогда не иссякая. Это навело его на мысли о другой, весьма примечательной вещи.

— Разве ты не хочешь вознестись вместе со своим наставником? Он уже на стадии Великого Достижения, максимум через двести лет его ждет вознесение. По-моему, у вас двоих весьма теплые чувства друг к другу... — Видя, что Ши Цянь колеблется, Хэ Хуань поспешно подался вперед, продолжая без умолку болтать.

Цзин Су? Теплые чувства? Ши Цянь прищурился, глядя на Хэ Хуаня с неким двусмысленным выражением лица.

Хэ Хуань словно подавился воздухом и резко замолчал. Его красивое лицо насупилось, превратившись в подобие пышки. В глазах застыли недоумение и обида: неужели он сказал что-то не то? Почему на него так смотрят?

— Если это награда, то... — Ши Цянь покрутил на запястье браслет и посмотрел на внезапно напрягшегося юношу, слегка приподняв уголки губ. — Я согласен.

Юноша, который уже подготовил план, как принудить гостя к сделке, не поверил своим ушам:

— Правда?

— Разумеется. — Тон Ши Цяня был спокойным. Он никогда не заключал сделок, которые не приносили бы ему выгоды, но эта награда явно пришлась ему по душе. Он внимательно изучил браслет. — Ты знаешь, из какого материала он сделан?

Хэ Хуань, пребывавший в эйфории от того, что Ши Цянь согласился, растерялся:

— Не знаю, а что, в нем есть что-то особенное?

— Ничего. — Ши Цянь убрал браслет и кивнул Хэ Хуаню. — Награда получена. После того как я вознесусь, я непременно вернусь и исполню обещание. Могу я теперь идти?

Раз Хэ Хуань ничего не знает, Ши Цянь не собирался его просвещать — он не любил искать себе лишних проблем. Хотя Хэ Хуань и утверждал, что с Цзин Су ничего не случилось, Ши Цяню его поведение казалось странным.

Хэ Хуань с тоской окинул взглядом комнату, полную картин, и произнес:

— Конечно, пойдем.

Как и прежде, Хэ Хуань шел впереди. Его походка была нетвердой, а ярко-красные одежды казались поблекшими. В коридоре стояла такая тишина, что не было слышно даже дыхания.

— Я думал, что наконец-то дождался его. Хотя разум твердил, что это невозможно, в тот миг, когда ты появился, я правда поверил, что он вернулся. — Хэ Хуань говорил ровным голосом, в котором, однако, чувствовалось сдерживаемое напряжение. — От тебя исходит его аура, у тебя такая же теплая улыбка, и вы оба любите носить белое.

Ши Цянь молча следовал за юношей, глядя на его подрагивающую спину, и не отвечал.

— Когда он улыбался, в глубине его глаз сияла такая чистота, что хотелось утонуть, не задумываясь. Даже зная, что за этим скрывается бездна, все равно хотелось утонуть. У тебя точно такая же улыбка. — Хэ Хуань вскинул голову, изо всех сил стараясь сохранить ровную походку, и его голос дрогнул: — Почему ты не он? Вы так похожи, почему ты не он? Было бы так хорошо, если бы ты был им...

Ши Цянь услышал звук падающих капель. Они впитывались в пол и исчезали без следа, подобно тихому вздоху юноши, растворившемуся в коридоре.

Весь остаток пути они прошли молча.

— Тогда я буду ждать тебя здесь, — Хэ Хуань успокоился, когда они подошли к выходу. Он обернулся и улыбнулся Ши Цяню, и от этой улыбки, несмотря на покрасневшие глаза, его лицо стало выглядеть еще прекраснее.

— Ты не выйдешь? — Ши Цянь приостановился, но ничуть не удивился.

— Нет. Он здесь, и я здесь. — Хэ Хуань не боялся, что Ши Цянь нарушит слово: хоть десять тысяч лет назад, хоть сейчас, культиваторы придавали огромное значение причинно-следственным связям. Если кармический долг не закрыт, он превратится в бедствие, от которого не скрыться, даже став бессмертным.

Они вышли во внутренний зал один за другим. Проходя мимо шахматной доски, Хэ Хуань помедлил. Он помнил, что это была последняя партия, которую те двое играли под деревом. Тогда он ничего не понимал, но теперь видел, что их отношения вовсе не были такими гармоничными, как казалось со стороны.

— Пойдем. — Ши Цянь понимал, что юноша просто предается печальным воспоминаниям, но не горел желанием составлять ему компанию.

— А!

— Наставник!

Едва они вышли за дверь, Ши Цянь увидел мелькнувшую тень и обнаружил, что меч Цзин Су приставлен к горлу побледневшего Хэ Хуаня.

В глазах Хэ Хуаня был ужас. Если бы он не отклонил голову в последний момент, то уже мог лишиться головы. Хотя это его бы не убило, он отлично помнил тот меч, которым этот человек проткнул его раньше — живот до сих пор ныл от боли. К тому же, он был уверен, что заблокировал доступ в этот двор для всех посторонних, но этот мужчина проник сюда незаметно и чуть было не отрубил ему голову!

— Э-э, господин, давайте поговорим спокойно, хорошо? Не нужно горячиться, — Хэ Хуань застыл, боясь пошевелиться, чтобы не лишиться головы.

— Кто ты? — Голос Цзин Су был холодным и жестким. Он не стал наносить удар, но и меч не убрал.

— Вы... вы не могли бы убрать меч? — Хэ Хуань нервно косил глазом на лезвие у своего горла. Лицо его было лишено крови, голос дрожал. Дело было не в трусости — он не любил боли, но вряд ли стал бы так пугаться, если бы не обнаружил, что его внутренние силы полностью подавлены этим мужчиной.

Он точно не просто культиватор ранней ступени Великого Достижения, по крайней мере, такой мощи у них быть не может. Хэ Хуань был готов разрыдаться: знал бы он заранее, ни за что не стал бы заманивать сюда этого страшного человека. Лучше бы тихо привел Ши Цяня. Зачем он связался с этим демоном? Он сердито посмотрел на Ши Цяня, который стоял рядом с безмятежным видом. Во всем виноват этот тип!

Ши Цянь лишь приподнял бровь, не собираясь заступаться за юношу. Он прекрасно помнил, как Хэ Хуань притворялся Цзин Су, чтобы обмануть его, а потом подавлял его духовную силу.

Под пристальным взглядом Цзин Су Хэ Хуань, всхлипывая, выложил всё как на духу, время от времени пытаясь испепелить Ши Цяня яростным взглядом, но всякий раз осекался, чувствуя холод металла у самого горла.

Как только меч Цзин Су отстранился, выражение лица Хэ Хуаня мгновенно сменилось, и он с улыбкой бросился к Ши Цяню!

— А!

Не успел он коснуться одежды Ши Цяня, как обнаружил, что меч Цзин Су снова у его горла, а прямо к кончику носа приставлен еще один, не менее холодный клинок.

Выражение лица Хэ Хуаня застыло, он был готов завыть.

— Где те двое? — Проигнорировав скорбный взгляд Хэ Хуаня, Ши Цянь убрал свой меч и отошел на пару шагов, вставая рядом с Цзин Су.

— Они уже покинули город. — Хэ Хуань поспешно принял серьезный вид, хотя глазами продолжал следить за мечом, который Цзин Су все еще не убрал.

Как быстро. В оригинальной истории главный герой и его наложница провели в этом городе еще целый день, а прошло всего пять-шесть часов, и они уже ушли. Ши Цянь слегка опустил веки, пряча усмешку.

— Где здесь можно найти камень черного золота?

— Камень черного золота? — Хэ Хуань повернул голову, но тут же вздрогнул от холодного лезвия и выпрямился. — Я знаю, где он есть. Я отведу вас.

Этот город вполне оправдывал свою славу Древнего Города Демонов. Здесь действительно хранилось множество сокровищ, включая немало материалов для создания артефактов, давно считавшихся утерянными. То, что забрал герой книги, составляло лишь малую часть.

Путь из города был спокойным, словно они шли по настоящему заброшенному месту. У Ши Цяня наконец появилось время осмотреться.

Пустые улицы дышали древней пустотой. Город, скрытый под пылью истории, излучал свое особое одиночество. Трое шли в тишине. Хэ Хуань пытался завязать разговор, но Ши Цянь отвечал лишь изредка, и вскоре юноша замолчал.

Даже самая длинная дорога имеет конец.

— Дальше вы сами. — У высоких городских ворот фигура Хэ Хуаня казалась совсем крошечной. Он поправил растрепанные ветром волосы, улыбнулся Ши Цяню и Цзин Су, а затем перевел взгляд на Цзин Су, и в его глазах блеснула искра веселья: — Можно мне сказать тебе пару слов наедине? Конечно, было бы лучше, если бы ты не приставлял меч к моему горлу.

Ши Цянь не стал вслушиваться в их разговор, а просто смотрел на три иероглифа на городских воротах. Как только он вышел за пределы города, беспокойство меча Чжуюнь исчезло без следа.

Вскоре они вернулись. Ши Цянь заметил на поясе Цзин Су белый нефритовый кулон, аура которого была чем-то похожа на ауру подвески Чжуюнь.

— Вот и всё, идите. Не забудьте покинуть границы этого места до заката, — сказал Хэ Хуань с лукавой улыбкой, поглядывая на Ши Цяня: — Малыш Ши Цянь, когда найдешь спутника для парной культивации, не забудь сообщить мне.

Неизвестно, показалось ли это ему, но Ши Цянь почувствовал, как от слов Хэ Хуаня аура Цзин Су мгновенно стала ледяной. Жажда убийства была почти осязаемой, но по какой-то причине он сдержался, позволив Хэ Хуаню дождаться ответа.

— Сейчас уровень моей культивации еще слишком низок, лучше сосредоточиться на самосовершенствовании, — ответил Ши Цянь, испытывая легкое недоумение, ведь он не знал, о чем они только что говорили. На самом деле Ши Цянь никогда не задумывался о поиске спутника жизни — найти человека, с которым можно было бы идти рука об руку и чьи взгляды совпадали бы с твоими, было слишком сложно. Да и в одиночестве ему было гораздо комфортнее.

Непонятно почему, но после его ответа улыбка на лице Хэ Хуаня стала еще шире, а его яркое лицо — ослепительнее, в то время как холод, исходящий от Цзин Су, лишь усилился.

— Ха-ха-ха-ха! Идите, ха-ха-ха... Я буду ждать вашего возвращения, ха-ха-ха-ха! — Глядя на то, как учитель и ученик стоят с озадаченным и разъяренным видом, Хэ Хуань не выдержал и, схватившись за живот, разразился смехом. Он начал подталкивать их в спины, словно нетерпеливо прощаясь.

Когда от учителя и ученика остался лишь неясный силуэт, смех Хэ Хуаня резко оборвался. Он выпрямился, и по его лицу текли слезы. Он стоял у ворот, и ветер развевал его ярко-красные одежды, не издавая ни звука.

Это был его мир. Мир, в котором он был один.

Ши Цянь, уже отошедший на порядочное расстояние, вдруг обернулся и посмотрел на одинокую яркую фигуру, все еще стоявшую у ворот, а затем снова догнал Цзин Су. Он прекрасно понимал, почему Хэ Хуань всю дорогу пытался завести с ними разговор, но это был путь, который тот выбрал сам.

— Если когда-нибудь возникнет нужда, приходите ко мне. Я всегда буду здесь.

В момент пересечения границы Ши Цянь услышал тихий голос у самого уха. Он приподнял бровь, но не оглянулся.

Несмотря на присутствие Цзин Су, путь Ши Цяня через пустыню не стал быстрее — даже спустя полмесяца они все еще находились в центре.

Ши Цянь в очередной раз вогнал меч в сердце ядовитой ящерицы размером с теленка. Алая кровь забрызгала его с ног до головы, но он не обращал на это внимания. В его глазах мелькнула ярость, и он резким движением ударил мечом назад!

— Рр-р! — Вторая ящерица, пытавшаяся совершить скрытную атаку, в муках тряхнула головой, взвыла и отступила, а на запах крови уже сбегались новые твари.

Ши Цянь стоял в окружении ящериц. Каждая из них была не меньше теленка, а уровень культивации большинства достигал пика Закладывания Основы или ранней ступени Формирования Ядра. Король ящериц был на средней ступени Формирования Ядра.

Тело Ши Цяня было полностью преобразовано лекарствами, поэтому он не боялся их яда, но ощущения от липкой слизи были неприятными — нужно будет как следует отмыться, как только они выберутся. Ши Цянь с молниеносной скоростью двигался среди ящериц: удар, рывок, выпад — и под звуки воя он снова менял позицию.

— Суть совершенствования меча — в бою; суть боя — в истинном сердце; закаляй сердце мечом, и ты станешь несокрушимым.

Ледяной голос Цзин Су прозвучал прямо у уха. Ши Цянь впитал каждое слово, его движения на мгновение замерли, в глазах мелькнула задумчивость. Он не стал искать учителя глазами, лишь посмотрел на свой клинок Чухань, приподнял губы и убрал его.

С этого момента он сам стал мечом, а меч стал им.

Духовная сила внутри Ши Цяня заструилась до предела, и все его тело словно излучало мягкий белый свет. В руках у него больше не было меча, но там, где он проходил, всё вокруг словно прорезало лезвие — смертельные раны ящериц мгновенно покрывались инеем, и кровь не проливалась.

Это была бойня без единой капли крови.

Цзин Су стоял неподалеку. Увидев, как быстро Ши Цянь постиг сердце меча, он ничуть не удивился — его ученик всегда был талантлив. Но затем он вспомнил слова того древесного духа, и его лицо помрачнело. Глядя на юношу, который, несмотря на обилие крови, становился лишь притягательнее, он почувствовал, как внутри все смешалось.

Поначалу, беря Ши Цяня в ученики, он действительно преследовал другие цели. Цзин Су никогда не говорил об этом, но его ученик был слишком умен — пусть они не обсуждали это вслух, но в душе всё понимали. Однако со временем он осознал, что его ученик смышленый, почтительный и знает меру, а его скрытая сторона была удивительно похожа на него самого. Тогда он решил: пусть так и будет, он станет для него настоящим наставником, передаст ему знания и поможет на пути бессмертия. Но он и подумать не мог, что из-за одной лишней чаши лекарства они окажутся связаны еще сильнее.

То лекарство называлось "Наставление духовной близости" — именно то, что было указано на утерянном нефритовом свитке, который когда-то давно потерял Цзин Су. Как следует из названия, оно использовало кровь как проводник, связывая души. В древности оно было популярным способом проверить, суждено ли двоим стать спутниками жизни. Если судьбы нет — ничего не произойдет, но если есть — оно будет постепенно связывать их духовную энергию, души и истинную ци, достигая полного единения. На первых порах это было особенно заметно тому, кто принимал снадобье.

"Если хочешь разорвать эту связь, один из вас должен погибнуть, иначе это невозможно развязать во веки веков. К тому же, вы изначально предназначены друг другу, зачем это прерывать?" — так сказал Хэ Хуань.

Подавив гнев, Цзин Су вернул лицу спокойствие и поднял нефрит, который ему отдал Хэ Хуань. В чистом белом камне, казалось, проступила едва заметная кроваво-красная нить.

Последняя ящерица с тоскливым воем испустила дух в песках. Ши Цянь вышел из своего состояния. Благодаря браслету, постоянно пополнявшему его силы, он не чувствовал усталости. Очистившись от крови, он обернулся и пошел к Цзин Су, заметив, что тот рассматривает нефрит.

Этот камень был очень похож на подвеску Чжуюнь, даже названием — его звали "Подвеска уходящих облаков". Ши Цянь не знал, для чего она нужна, но сомневался, что подарок Хэ Хуаня может быть чем-то простым. Но почему Цзин Су так внимателен к ней? Он не думал, что у Цзин Су и Хэ Хуаня есть какая-то связь, просто почувствовал странность.

— Наставник?

— Пойдем. — Цзин Су убрал подвеску обратно на пояс и пошел первым.

Ши Цянь нахмурился: на мгновение ему показалось, что внутри подвески что-то блеснуло красным.

Благодаря обильной духовной силе браслета и тренировкам Цзин Су, всего за полмесяца Ши Цянь не только постиг сердце меча, но и прорвался на среднюю ступень Формирования Ядра. С момента начала его совершенствования прошло чуть больше года, и это было невероятным достижением.

Если так пойдет и дальше, может, он действительно вознесется в течение трехсот лет? Ши Цянь погладил браслет, задумчиво прищурившись. Перед тем как надеть его, он показал браслет Цзин Су, и тот, неизвестно что с ним сделав, вернул его обратно с сухим наказом использовать с умом. Ши Цянь заметил, что браслет после этого стал "чище".

"Кость бессмертного" — так обычно называли кости древних небожителей. По легенде, у каждого бессмертного была лишь одна такая кость, содержащая всю его жизненную силу, и из нее можно было создать божественный артефакт. Однако мало кто знал, что оружие из такой кости проклято. На таких существ, как Хэ Хуань, проклятие не действовало, но для культиваторов оно было смертельным. К счастью, Ши Цянь дал браслет Цзин Су, прежде чем тот признал его своим хозяином.

Благодаря присутствию Цзин Су они не боялись монстров и за два дня пересекли Пустыню Демонических Следов.

Неизвестно, казалось ли это ему, но Ши Цянь чувствовал, что отношение Цзин Су в последнее время стало странным: хотя тот не был холоден, между ними будто выросла невидимая стена, которую никак не удавалось преодолеть.

— У меня есть еще дела, так что ты возвращайся в секту первым, — сказал Цзин Су, стоя спиной к Ши Цяню. Голос его был спокоен. — Хотя ты и постиг сердце меча, ты еще не до конца его осознал. Вернувшись на Пик Тяньчэн, иди в духовный пруд для медитации.

— Слушаюсь. — Ши Цянь ответил с привычной почтительной улыбкой.

Цзин Су замялся, не оборачиваясь, и мгновенно исчез, словно пытаясь сбежать.

Лениво развалившись в кресле, Ши Цянь поглаживал кольцо на пальце с закрытыми глазами, размышляя о чем-то своем. Солнечный свет проникал сквозь окно, окрашивая его белые одежды в золотистый цвет и наполняя комнату теплом.

Раздался легкий стук в дверь, и голос Чжан Цюаня донесся снаружи:

— Младший дядя, те двое, о которых вы говорили, прибыли. Вы желаете их видеть?

Ши Цянь молчал, глядя на закрытую дверь. В глазах Чжан Цюаня мелькнуло беспокойство. Как раз когда он решил, что ответа не последует, из комнаты донеслось:

— Да, я спущусь позже.

— Слушаюсь, младший дядя. — Чжан Цюань с облегчением выдохнул. Десять дней назад возвращение Ши Цяня в ресторан Цзюйлинь привело его в восторг, но самым первым приказом Ши Цяня было не беспокоить его, пока те двое не появятся.

— О, управляющий, чего это вы сегодня такой радостный? — шутливо спросил официант, выходя с подносом из номера на третьем этаже и видя своего начальника, который десять дней ходил как на иголках, а теперь сиял от счастья.

— Иди-иди! Не твое дело, — отмахнулся Чжан Цюань, уже предвкушая, чем бы вкусненьким угостить младшего дядю.

Сейчас был полдень, и ресторан был полон. У окна сидели красивый юноша в синем и девушка в желтом платье. Прохожие не могли не восхититься этой парой, напоминавшей героев легенд.

Они заказали много еды, ели из одной тарелки и то и дело переглядывались с улыбками. Между ними царила атмосфера, в которую невозможно было вмешаться.

Ши Цянь медленно спускался вниз и, увидев эту картину, почувствовал укол в сердце, хотя внешне ничем себя не выдал. Он ждал здесь десять дней совсем не для того, чтобы смотреть на их нежности.

В тот момент, когда Ши Цянь появился, взгляды всех присутствующих устремились к нему. Белые одежды, благородная осанка — он выглядел настолько безупречно, что окружающие не могли не выразить восхищения.

Не обращая внимания на внимание толпы, Ши Цянь подошел к их столику. Улыбка на его губах была знакомой, но не слишком навязчивой:

— Какая неожиданная встреча.

— Младший дядя-наставник?! — Услышав голос Ши Цяня, Лань Тянь вздрогнул, и палочки чуть не выпали из его рук. Но он быстро взял себя в руки, встал, и в его глазах мелькнула глубина при воспоминании о внезапном исчезновении Ши Цяня. Тон его, однако, оставался почтительным: — Не знал, что младший дядя-наставник вернулся.

— В тот день в пустыне я случайно попал в лабиринт и провел там два дня, прежде чем выбрался. Впрочем, мне удалось достать там небольшой кусочек камня черного золота.

http://bllate.org/book/21128/2143792