Готовый перевод Reborn Second Marriage: The Undying Abandoned Consort / Возрождение второй брак: Бессмертная отвергнутая жена: Глава 36

Чу Ли действительно сдержал обещание, не позволив ни одному гостю нарушить их уединение. В Уголке Ив они сидели вокруг жаровни, попивая теплое вино и время от времени рассуждая о стихах. Время летело так быстро, казалось, они вернулись в прошлое.

Однако столь приятное время продлилось недолго — неожиданно прибыли посланники из императорского дворца. Чу Ли слегка нахмурился, все же вышел принять императорский указ и больше не вернулся.

— Ваша светлость княгиня-супруга, у вана срочные дела, он просит вас оставаться в покоях и не выходить.

— Что происходит?

Цин Ло долго ждала возвращения Чу Ли, но он так и не появился, а вошедшая служанка объявила, что ван уже уехал. Это наконец вывело ее из себя. Не обращая внимания на попытки слуг ее остановить, она вышла в главный зал и спросила управляющего резиденцией. Тот нахмурился и нерешительно произнес:

— Из дворца пришел указ велеть вану явиться во дворец. Ван уехал совсем недавно.

— В канун Нового года — велеть вану во двор? С какой стати?

— Кажется, Благородная супруга Гуйфэй хворает…

— Какое ей дело до вана, если она хворает? Просто смешно! — Цин Ло от злости даже смешок издала. — И что, ван покорился указу и поехал во дворец?

— Да. Уезжая, ван велел княгине-супруге вернуться в свои покои и не принимать посторонних.

— Посторонних? — с недоумением переспросила Цин Ло.

— Словом, прошу вас, княгиня, пока вернитесь к себе, — встревоженно произнес управляющий.

— Ты от меня что-то скрываешь?

— Ни смею, ни смей, матушка.

— Ха-ха, так кто же приказал Чу Ли явиться во дворец: Император или ее высочество Благородная супруга Гуйфэй? — саркастически усмехнулась Цин Ло. — Верно, ночь накануне Нового года подобает проводить в кругу семьи. А кем тогда прихожусь вам я?

— Княгиня…

— Ладно, я не стану тебя затруднять. Раз ван не велел мне выходить, я и не выйду. Я возвращаюсь в комнату.

Цин Ло уже собралась уходить, как вдруг кто-то ворвался внутрь. Ошеломленная, она увидела богато одетого евнуха с ярко-желтым свитком в руках. Бесстрастным голосом он объявил:

— Жене князя Наньчжао принять указ.

— Наложница… принимает указ.

Цин Ло быстро опустилась на колени, не понимая, что здесь происходит! Внезапно накатила дурная предчувствие, голос евнуха звучал глухо и невнятно, казалось, все вокруг было лишь наваждением.

— Евнух, я случайно не расслышала? Императрица приглашает меня во дворец?

— Именно так. Императрица-то ведь тоже вышла из вашей Резиденции князя Наньчжао, а в канун Нового года положено воссоединяться всей семьей, поэтому Император лично даровал княгине-супруге милость войти во дворец. Княгиня, прошу следовать за нашим слугой.

Заключение.

Императрица вызывает меня во двор? Та самая самозванка? Она же человек Чу Ли, зачем ей понадобилось со мной видеться? Или все это по воле Му Цинханя?

Пока Цин Ло пребывала в сомнениях, управляющий вышел вперед, чтобы вызволить ее. Низко склонив голову перед евнухом, он заговорил ровным, исполненным собственного достоинства голосом:

— Евнух, умерьте гнев, но княгиня-супруга нездорова, являться во дворец вот так, сгоряча, боюсь…

— Императрица знает, что у княгини слабое здоровье, и специально приказала нашему слуге привести с собой лекаря, чтобы он осмотрел ее. Имперский лекарь Чэнь, ступай, проверь пульс княгини.

— Не нужно! — покрывшись холодным потом, через силу усмехнулась Цин Ло, останавливая его. — У меня всего лишь легкая простуда, ничего страшного.

Видно, все и правда было спланировано до мелочей! Больна я или нет — каждый и так всё понимает, а если меня и вправду осмотрит имперский лекарь, разве мне не предъявят обвинение в обмане Сына Неба? Такого преступления мне не снести!

— Тогда, княгиня-супруга…

— Я поеду с вами во дворец.

— Княгиня! — в панике попытался остановить ее управляющий. — Уходя, ван приказал…

— Но евнух привел с собой и имперского лекаря, и столько стражников, как же я могу не поехать? Скажите, евнух, я права?

— Прошу вас, княгиня, пожалуйте в паланкин.

Столкнувшись с насмешками Цин Ло, евнух остался бесстрастным — судя по всему, он прошел отличную подготовку. Лекарь, окружившие резиденцию стражники — всё, абсолютно всё заставляло ее отправиться во дворец.

Она направилась в спальню переодеться, и евнух послушно и терпеливо ждал ее. Поколебавшись немного, она все же открыла дно шкатулки для драгоценностей и спрятала в рукаве кинжал — казалось, только так она могла обрести хоть какое-то подобие безопасности.

— Прошу княгиню в паланкин.

Дворцовый паланкин с скрипом двинулся вглубь императорской резиденции. Цин Ло доставили во дворец, где жила императрица, и оставили ожидать высочайшего вызова.

Ожидая аудиенции, она оглядывала сияющие золотом и переливающиеся драгоценностями покои императрицы, чувствуя, как от этого слепящего золота слезятся глаза.

Шло время, сколько именно — было неизвестно, пока в просторном зале дворца наконец не послышались шаги. Она покорно опустилась на колени, но вошедший долго не разрешал ей подняться.

— Наложница приветствует императрицу.

Голос Цин Ло эхом отразился от стен дворца, а вошедший по-прежнему хранил молчание. Почувствовав неладное, Цин Ло осмелилась поднять голову, и в тот же миг ее дыхание замерло.

— Откуда у тебя такое выражение лица? — с улыбкой глядя на Цин Ло, произнес Му Цинхань. — Неужели встреча со мной так тебя пугает?

— Император…

— Я думал, ты мертва. — Му Цинхань говорил так спокойно, будто рассуждал о чем-то самом обыденном. — Ни тела, ни следов — ты словно растворилась в этом мире. Когда мои тайные стражники наконец выяснили, что ты в Хуэйхэ, ты уже вернулась в резиденцию вместе с князем Наньчжао. Он вечно на шаг впереди меня.

— Император, я заслуживаю десяти тысяч смертей.

— Десяти тысяч смертей? Все любят говорить: «Пощади, Император» или «Этот грешный слуга заслуживает смерти», но никто из тех, кто произносит эти слова, умирать не хочет. По-твоему, меня так легко обмануть?

— Я не смею.

— Хэ-э... Я помню, ты говорила, что питаешь к князю Наньчжао смертельную ненависть, но теперь гляжу — тебе уже всё равно. Мне и вправду любопытно, как тебе удалось так искусно притвориться и завоевать мое доверие? Ты и впрямь отличная пешка в руках князя Наньчжао! Стоила ли такая пешка того, чтобы князь Наньчжао так дорожил ею и даже пошел на подмену людей? Вы оба считаете меня глупцом, да?

— Нет! Раньше Цин Ло… и впрямь ненавидела вана, а из дворца бежала потому, что меня подставили! Но потом Цин Ло поняла, что между нами были недомолвки, и поэтому… Я знаю, что Император, возможно, не поверит моим словам, но я не предавала Императора.

— Не предавала меня — как красиво звучит. Думаешь, я поверю тебе? Цин Ло, раз уж ты вошла во дворец, тебе отсюда не уйти. Я уже говорил: твой единственный господин — это я, и за предательство я сделаю твою жизнь хуже смерти.

— Император? — в ужасе Цин Ло широко раскрыла глаза.

— Цин Ло, твое тело так прекрасно. Интересно, под заботой в Резиденции князя Наньчжао оно стало еще краше?

— Что Император задумал?! Император обещал, что не тронет меня!

— Обещания даны для того, чтобы их нарушать, ты сама меня этому научила. К тому же, разве между нами уже ничего не было?.. Хэ-э…

Цин Ло отчаянно сопротивлялась, но разве могла она тягаться с полным сил мужчиной? Ее роскошные одежды княгини-супруги были разорваны в мгновение ока, Му Цинхань тяжело прижал ее к постели, а в голове у нее сделалось совершенно пусто!

Она механически кусала Му Цинханя, но тот оставался непреклонен. Когда мучения наконец закончились, Му Цинхань прошептал ей на ухо:

— В ту ночь ты точно так же кусала меня… Не говори же, что ты не догадывалась, кто был тем мужчиной в ту ночь. Наверное, князю Наньчжао было очень интересно узнать об этом.

— Что ты говоришь! — вся содрогнувшись, Цин Ло с неверием уставилась на Му Цинханя.

— Хэ-э, к чему такое лицо? Только не говори, что ты до сих пор не знала, кто…

— Этого не может быть!

— Тебе так мучительно оставаться рядом со мной? Но раз уж боль помогает тебе помнить мои слова, я не против причинить тебе еще больше боли!

—————————————— Линия разделения ——————————————

Цин Ло оставили взаперти в покоях императрицы.

Она провела там три дня, не сделав ни глотка воды, потому что это было ее единственным средством сопротивления.

С той ночи Му Цинхань больше не принуждал ее — возможно, разглядел в ее глазах мертвенную пустоту и решимость. Единственным, что поддерживало в ней жизнь, была мысль, что придет Чу Ли и спасет ее. Но почему прошло столько времени, а никто так и не ворвался сюда с оружием?

Ха-ха… неужели она и вправду переслушала историй уличных сказителей? Неужели в этом мире и впрямь бывают благородные герои, спасающие красавиц?

Тайные тревоги Роуцзя

— Матушка, умоляю, съешьте хоть ложку рисового отвара! Император приказал: если вы откажетесь есть, головы полетят с плеч у всех нас!

— Прошу вас, сделайте глоток воды!

Комната была заполнена дрожащими от страха евнухами и служанками, они почтительно молили Цин Ло съесть хоть что-нибудь и выпить воды, ведь если с Цин Ло что-то случится, Император их не пощадит!

Видя их жалкие лица, Цин Ло лишь закрыла глаза и холодно усмехнулась. Му Цинхань должен был знать: она никогда не была доброй или мягкосердечной, какое ей дело до чужих жизней! Она ведь даже не знает этих людей!

И все же — неужели снова прольется кровь?

Почему этот мужчина настолько безумен?

— Убирайтесь все.

Женский голос внезапно прозвучал в тишине дворца. Заставив себя открыть глаза, Цин Ло сквозь пелену увидела неясно вырисовывающийся лиловый силуэт, медленно приближавшийся к ней. Фигура остановилась у постели, помедлила мгновение и презрительно усмехнулась:

— Цин Ло, подумать только, что и у тебя настанет такой день.

Цин Ло не удостоила ее ответом.

— Три дня без еды и питья, у тебя и правда железная воля… Что, жить надоело? Раз уж хочешь умереть, проще было покончить с собой одним ударом, к чему устраивать этот спектакль перед всеми? Больше всего на свете я презираю твое показное благородство! Ты же презреннейшая из женщин, к чему эти фальшивые манеры? Неужели тебе так нравилось балансировать между двумя мужчинами?

— По крайней мере, это лучше, чем остаться ни с чем, Роуцзя, — слегка улыбнувшись, тихо ответила Цин Ло.

Разум Роуцзя в один миг разлетелся вдребезги.

Изначально она пришла лишь посмеяться над унижением Цин Ло, но никак не ожидала, что даже оказавшись в столь жалком положении, эта женщина сохранит прежнее спокойствие и сможет так легко распалить ярость в ее сердце! Ей нестерпимо хотелось размахнуться и дать Цин Ло пощечину, но она все же сдержалась и процедила сквозь зубы:

— Роуцзя забыла поздравить сестрицу — как только твое здоровье поправится, ты станешь самой почтенной императрицей, и тогда младшей сестре волей-неволей придется выражать тебе почтение.

— Императрица? — наконец заговорила Цин Ло. — Я — княгиня-супруга князя Наньчжао, как я могу…

В тот же миг ее лицо исказилось от ужаса.

— Вижу, ты догадалась, — лучезарно улыбнулась Роуцзя. — Вы подменили людей, и Император, разумеется, может поступить так же. Мой старший брат, судя по всему, не узнал ту Нуаньюй и привез ее в резиденцию — ну а даже если и узнал, что с того? Неужели ты думаешь, что ради тебя старший брат разрушит свои планы и пойдет против Императора? Ты для него всего лишь женщина!

Чу Ли… Выходит, он знал, что я здесь…

Улыбка вышла горькой.

Цин Ло медленно приподнялась на кровати: от слабости кружилась голова, но разум оставался кристально ясным. Прищурившись, она посмотрела на упивающуюся своим торжеством, возвышающуюся над ней Благородную супругу Гуйфэй и тихо произнесла:

— Даже если ван не придет спасти меня — что с того? Даже если я умру, он будет помнить меня, а если не будет меня — найдется другая женщина. Но даже если все женщины Подходнебесной окажутся во внутренних покоях вана, среди них никогда не окажешься ты.

— Тварь! Как ты смеешь так со мной разговаривать!

Щеку обожгло саднящей болью.

Стерев кровь с уголка губ, Цин Ло с улыбкой смотрела на изменившееся лицо Роуцзя, но на душе было пусто и холодно. Догадка, что давно крутилась в ее мыслях, наконец подтвердилась, и она нащупала самое уязвимое место Роуцзя!

Но почему же так больно?

Почему?

— Благородная супруга питает чувства к вану. Вы же кровные брат и сестра, но испытываете друг к другу запретную страсть — какая бесстыдная низость. И что толку в том, что вы путем интриг довели до смерти законную жену вана? Ван взял в жены другую женщину. Любая может находиться рядом с ваном, но только не ты. Кто же здесь на самом деле мерзкий и ничтожный человек?

— Замолчи! — со злобной дрожью в голосе закричала Роуцзя. — Что ты понимаешь, грязная бабенка?! Кто тебе сказал, будто это я свела в могилу ту Юй Сыин? Уж не Чу Ли ли?

— Что, боишься, что ван узнает? — насмешливо улыбнулась Цин Ло. — Ты и впрямь считаешь вана дураком? Как ты правильно заметила, я всего лишь пешка, но разве ты не такая же? Зачем тратить столько сил ради мужчины, которого никогда не получишь, кто же из нас глупец?

— Ты… да что ты понимаешь! Да, я люблю Чу Ли, с самого первого дня, как я оказалась здесь, я люблю его! Я сидела на постели, заливаясь слезами от страха, и тут появился он. Он коснулся моего лба, посмотрел на меня с такой нежностью, я впервые в жизни видела такого прекрасного мужчину… Но почему, почему он мой брат?! Неужели Небеса вот так играют со мной?

— О чем ты говоришь? — нахмурилась Цин Ло. — Опять несешь чушь, которую никто не понимает?

— Тебе не понять, сколько ни объясняй! Никто не понимает моей боли, никто!

— Мне и не нужно тебя понимать, твоя боль меня не касается! Роуцзя, неужели ты надеешься заполучить Чу Ли? Думаешь, Юй Сыин и впрямь мертва? Ха-ха, Роуцзя, ты просчиталась!

— Кто ты? Кто ты такая?! — отступая назад, испуганно спросила Роуцзя.

— Младшая сестрица Роуцзя, неужели ты не узнаешь меня под этой личиной? Помнишь, что я подарила тебе в первый же день моего появления в резиденции? Мое приданое — заколку для волос в виде цветка магнолии. Ты говорила, что она тебе очень нравится, но уже через несколько дней служанка нашла ее под деревом сломанной! А ведь это был подарок от моей матушки, моя самая любимая заколка! Раз она тебе не нравилась, зачем ты ее приняла? Неужели мое сердце было создано для того, чтобы ты о него вытирала ноги?

— Княгиня… это действительно ты… Нет, ты врешь! Юй Сыин уже мертва!

— Она умерла, но возродилась вновь! И вернулась к твоему обожаемому старшему братцу! Что, ненавидишь меня? Хочешь моей смерти? Сможешь ли ты убить меня во второй раз?

— Юй Сыин, ты, неприкаянный злой дух! Чудовище! Сдохни же!

Убийство

— Юй Сыин, ты, неприкаянный злой дух! Сдохни же!

Яростно глядя на Цин Ло, Роуцзя была готова разорвать ее на куски и выпить ее кровь; она окончательно потеряла самообладание. Она никак не ожидала, что тайна, так глубоко спрятанная на самом дне ее сердца, вскроется при таких обстоятельствах, да еще и перед этой…

Какое еще воскрешение из мертвых, возомнила она о себе?! Главная героиня в этом мире — это я! Только у меня есть передовые мысли, только я — истинная героиня этой истории, а все остальные — лишь пушечное мясо, готовое умереть в любой момент! Как сильно ни любил бы Чу Ли ту женщину, разве она не умерла?

Тот, кто контролирует развитие сюжета и держит в руках весь мир — это я! Чего стоят эти отсталые древние люди!

Ха-ха…

Думая об этом, Роуцзя невольно уронила слезу. Казалось бы, она должна быть полна уверенности, победа уже близко, но почему на сердце так тоскливо?

Словно настал конец света…

Она не могла забыть сцену собственной смерти в прошлой жизни.

Она была сиротой и умерла в одиночестве в больнице, никто не плакал по ней, и под конец перед глазами было лишь собственное безразлично зажмуренное лицо, а затем ее завернули в белую простыню. Она думала, что ее душа так и будет блуждать, а потом исчезнет, но никак не ожидала переродиться в теле какой-то девчонки!

У этой девчонки были невообразимая красота, высокое положение и всё то, о чем она всегда мечтала! Было ли это наградой небес? Неужели она действительно попаданка и впрямь стала главной героиней этой эпохи?

Раз так, она обязана прожить совсем другую жизнь!

И в ее жизни появился невиданной красоты мужчина — Чу Ли, какого она прежде не встречала. Впервые мужчина так нежно обнимал её, так заботливо кормил лекарством, и она не верила ни своим глазам, ни своей удаче. Столько прочитанных романов о попаданках не пропали даром, у нее были все шансы завоевать всю любовь этого мужчины!

Если нужно было слагать стихи — хватит и Триста стихотворений Тан; если требовалось вести торговые дела — она училась экономике; а если заходила речь о создании косметических средств — тут ей и вовсе не было равных!

Небеса позволили ей совершить переход в другой мир именно для того, чтобы она вкусила недоступную в прошлой жизни любовь и покорила этот мир! Попаданки, будь они красивы или дурнушки, всегда добиваются успеха в этом мире, и она, конечно же, не станет исключением! К тому же небеса подарили ей столь потрясающего красавца!

Но почему он оказался ее братом?

Почему?!

Как бы сильно она ни любила, ей оставалось лишь беспомощно смотреть, как этот мужчина приводит в дом скромную женщину, смотреть на их свидания под луной, чувствуя, как сердце сжимается от невыносимой боли! Неужели, в каком бы мире она ни оказалась, ей суждено не обрести любимого и остаться в одиночестве?

Но раз так, зачем небеса так шутят над ней? Зачем столь жестоки?

Нет, этого нельзя допустить!

Воспользовавшись удобным моментом, когда Чу Ли заточил Сыин, она расправилась со своей ненавистной снохой и добровольно пошла во дворец шпионить за Императором! Она помнила, как перед ее уходом старший брат долго смотрел на нее и спросил:

— Ты все обдумала? Если не хочешь ехать, я не стану винить тебя.

— Старший брат, я согласна.

Лишь бы помочь тебе добиться успеха, я готова на всё.

Ты… ведь тоже переживаешь за меня, правда?

Я не умру, все мои замыслы воплотятся в жизнь! Ведь я попаданка!

Однако она никак не ожидала, что Чу Ли будет так убиваться по смерти Юй Сыин и проявит столь сильный интерес к появившейся новой женщине! Как такое возможно, ведь главной героиней являюсь я, разве нет? К тому же даже тот слабохарактерный император выделил эту Цин Ло!

Надо сказать, что даже ей не удавалось оставаться на ночь в покоях императора… С чего вдруг такая честь этой девке?

К тому же она заявила, что она и есть Юй Сыин? Если она надеялась ее запугать, то выбрала неверный способ! Если она и вправду та женщина, я не позволю ей прожить в этом мире и дня!

И что с того, если Юй Сыин действительно воскресла? Раз я смогла отправить ее на тот свет один раз, смогу и во второй! Я знаю, что Чу Ли в какой-то мере держит на меня обиду, но он не сможет решиться убить меня! Ведь я — та самая женщина, которой суждено помочь ему завоевать Поднебесную!

Цин Ло, кем бы ты ни была, ты перешла мои границы! Даже если Чу Ли неоднократно предостерегал меня не трогать тебя, мне уже всё равно! Ты существуешь лишь как коварная соперница или пушечное мясо, и даже если ты умрешь, старший брат не посмеет убить меня, свою родную сестру!

Сестру…

Хотя я так ненавижу это звание…

Думая об этом, Роуцзя почувствовала, как в ней поднимается жажда убийства. Чтобы Цин Ло не наложила на себя руки, у нее отобрали не только принесенный во дворец кинжал, но и всю посуду, имевшую острые грани. Стиснув зубы, Роуцзя набросила на голову Цин Ло одеяло и изо всех сил придавила его! Она знала лишь одно: эта женщина должна умереть, все женщины, о которых помнит Чу Ли, должны умереть!

Значит, она все же решилась…

Что ж, так даже лучше.

Пока сознание постепенно угасало, Цин Ло улыбалась.

http://bllate.org/book/21099/2142195