Готовый перевод Reborn, I'll Chase the Sweet and Clueless Girl First / Вторая попытка: покорить сердце милашки: Глава 21

По дороге к дому Айси Чэнь Жо то и дело поддразнивал девушку.

— Я вообще-то за рулем, перестань трогать меня за задницу, щекотно же.

— Я… я ничего не трогала.

Айси на заднем сиденье выглядела совершенно невинной.

— Да наверняка трогала, а теперь в кусты? Плохая девчонка, лапаешься, а отвечать не хочешь?

Айси изо всех сил отпиралась, говоря, что Чэнь Жо, наверное, сам слишком разогнался и случайно обо что-то заделся, а она с самого начала и пальцем его не трогала.

Чэнь Жо, крутивший педали, слегка приподнял уголки губ и с усмешкой бросил:

— Хочешь потрогать — так трогай, я же не жадничаю. Ну как, моя попа мягкая?

— …

Чэнь Жо бросил взгляд на Айси: её личико было сплошь залито обидой.

К счастью для Чэнь Жо, этот его беспредел сошел с рук именно с Айси — попадись ему другая девчонка, она бы или приняла его за психопата, или отвесила пару смачных оплеух.

Не стоит думать, что девочки такие уж безответные: домашняя кошка порой способна превратиться в тигра.

— Да шучу я, шучу. Крепко обними меня за талию, я ускоряюсь.

Чэнь Жо перешел с ровной скорости на быструю, и на лице Айси сменилось выражение: от обиды не осталось и следа, сменившись напряжением.

Поскольку со следующего дня вечерние занятия продлевали, школа решила заранее подготовить учеников к нагрузкам и завтра после уроков устроить баскетбольный матч, чтобы дети немного расслабились.

Пока они покупали продукты и ехали, на окраине деревни уже начал сгущаться вечерний мрак.

Впрочем, обычно в этот час бабушка Айси как раз готовила внучке ужин. Она прекрасно знала, что та в школе питается в основном одними паровыми булочками, поэтому всегда заранее стряпала что-нибудь попитательнее, ожидая возвращения девочки.

Из дворовой трубы поднимался белый дымок, наружу плыл аппетитный аромат — его учуял даже Чэнь Жо, находившийся еще на небольшом расстоянии.

— Бабушка, неужели прямо сейчас готовит?

— Угу.

Айси подозрительно покосилась на Чэнь Жо:

— Откуда ты знаешь?

— Шутишь? У меня нюх как у собаки, знаешь ли. Честно говоря, так вкусно пахнет, у меня аж в животе заурчало.

Когда дело касается еды, любые сомнения отступают на второй план: принюхиваясь к ароматам, Чэнь Жо с каждым шагом чувствовал всё больший прилив сил.

Истинно говорят: еда — это источник жизненной энергии.

Доведя Айси до калитки, Чэнь Жо попросил ее зайти первой, пообещав присоединиться чуть позже. Когда девушка скрылась во дворе, он зачерпнул из бочки воды, немного смочил волосы и прополоскал рот, чтобы избавиться от посторонних запахов.

Этот первый в жизни визит к родителям — точнее, к бабушке — почему-то вызывал легкое, необъяснимое волнение.

Ополоснув лицо, Чэнь Жо подхватил пакеты и вошел во двор. Оставив ношу на столике, он направился на кухню поздороваться с бабушкой.

Бабушка о чем-то беседовала с внучкой, ловко шинкуя овощи. Утерев со лба пот и увидев вошедшего Чэнь Жо, она расплылась в лучезарной улыбке:

— Ой, Сяо Чэнь пришел! Здесь же жарко донельзя, ужин почти готов, ступай подожди на улице.

— Ничего страшного, бабушка, давайте я вам помогу.

Айси сидела у печки и подкладывала дрова, её лицо раскраснелось от жара и было горячим на ощупь. Подошедший Чэнь Жо велел ей идти помогать бабушке резать овощи, а с огнем он справится сам.

Взяв кочергу, Чэнь Жо подбросил дров в печь, и в этот момент его живот громко заурчал — судя по всему, парень знатно проголодался. Впрочем, винить его за это было нельзя: виной всему невероятно аппетитный запах еды. Услышав урчание, бабушка с улыбкой вынесла из дома несколько клубней батата и бросила их в печь, решив сначала накормить голодных детей:

— Сяо Чэнь, пробовал когда-нибудь такое?

— Конечно пробовал! Когда я был совсем маленьким, моя бабушка точно так же запекала его для меня. Я сто лет этого не ел, аж слюнки текут при одной мысли.

Чэнь Жо смотрел на батат загоревшимися глазами.

Когда клубни пропеклись, Чэнь Жо вытащил их из печи и выложил на столешницу. Снаружи они покрылись слоем золы, а один батат лежал слишком близко к огню и слегка обуглился.

Не в силах дольше сдерживать разыгравшийся аппетит, Чэнь Жо прямо так разломил надвое обугленный клубень и, не обращая внимания на жоркий жар, сунул кусок в рот.

Ай, горячо, горячо, горячо!

М-м-м, именно тот самый вкус.

Фух-фух, как же вкусно!

Вкусно-то вкусно, но со временем подобные вещи станут настоящей роскошью. По мере роста уровня жизни людей, в ходе строительства урбанизированных сельских территорий и реконструкции деревень, глубинка будет неуклонно приближаться к городам. Природный газ и индукционные плиты бесцеремонно вторгнутся в жизнь людей, и традиционные глиняные очаги почти исчезнут; даже если у кого-то они и останутся, то лишь как пережиток прошлого вперемежку с газовыми плитами и электроприборами.

Наблюдавшая за мальчишкой бабушка проникалась к нему всё большей симпатией.

Чэнь Жо ел так, что губы блестели от жира. Бабушка воспринимала его совсем как родного внука и вытащила из печи еще один печеный батат специально для него.

— Хватит, бабушка, мне нужно оставить место для вашего ужина, от одного запаха уже слюнки текут.

— Правда? Ну тогда, считай, всё готово, можно садиться за стол!

Старушка радостно улыбнулась.

— Отлично.

Чэнь Жо потушил огонь, Айси собрала палочки и чашки, а бабушка вынесла блюда — каждый занялся своим делом.

Стол ломился от угощений: тут была и рыба, и мясо, и зелень, выращенная собственными руками бабушки.

Старушка налила Чэнь Жо пиалу куриного супа — изначально его не планировалось, но, увидев гостя, она специально ради такого случая зарезала птицу.

— Спасибо, бабушка, пахнет просто восхитительно.

Чэнь Жо взял пиалу и сделал глоток.

Бульон из домашней курицы не мог не быть вкусным. В деревне угостить гостя старой курицей считалось высшей степенью гостеприимства. Сразу было видно, что бабушка искренне полюбила этого паренька со стороны.

Чэнь Жо уплетал еду за обе щеки и нахваливал кулинарный талант хозяйки, заявляя, что стряпня его собственной мамы и рядом не стояла, и что бабушке прямой путь работать шеф-поваром в ресторане! От таких комплиментов старушка даже смутилась.

Айси тем временем тихонько дула на горячий суп, отпивая маленькими глотками и внимательно слушая паренька.

Её глаза смотрели на Чэнь Жо с нежностью, в которой читалась целая река чувств.

Отправив в рот очередной кусок мяса, Чэнь Жо неожиданно поинтересовался:

— Бабушка, а где родители Айси? Они уехали на заработки в другой город?

Большинство деревенских детей росли сиротами при живых родителях: пока те пахали в чужих краях ради куска хлеба, малышей оставляли на попечение дедушек и бабушек. Ситуация была безвыходной — кто же не хочет, чтобы ребенок был рядом? Поистине бесконечна родительская любовь.

— Отец Хи-хи несколько лет назад влип в историю с азартными играми и угодил за решетку… Что же до ее матери, то в тот год, когда девочке исполнилось шесть, ей приходилось хвататься за любую подработку, чтобы содержать семью, и она буквально надрвалась до смерти. Я вырастила внучку с малых лет, нелегко пришлось бедняжке все эти годы.

Рассказав это, пожилая женщина сбилась на хрип, а уголки ее глаз наполнились слезами. Старушка редко делилась подобным с посторонними, да и никто особо не расспрашивал.

Услышав бабушкины слова, Айси не смогла сдержать слез и, бросившись вперед, крепко обняла ее:

— Бабушка…

Старушка мозолистой рукой смахнула слезинки с глаз:

— Простите, что распустила нюни перед Сяо Чэнем. У меня не было возможности обеспечить ей сытую жизнь, я лишь молюсь, чтобы она поступила в университет и увидела большой мир — большего мне и не надо.

Чэнь Жо сам не понял, почему вдруг взял старушку за руку:

— Нет, бабушка, вы невероятная! В одиночку вырастить Айси — это огромный труд. И можете не сомневаться: Айси обязательно поступит в университет! К тому же, разве я не помощник? Мы с Айси одноклассники, и если возникнут трудности, я всегда приду на выручку.

Слышать такое от парня, которого видела всего во второй раз в жизни, было до того приятно, что бабушка не знала, куда деть радость:

— Ох, ну тогда я со спокойным сердцем доверяю тебе заботу о Хи-хи! У меня нет ценных подарков, но ты почаще заглядывай в гости, бабушка всегда наготовит чего-нибудь вкусненького.

— Ой, да это лучший подарок на свете, я просто обожаю вашу стряпню. Слышала, Айси? Будут проблемы — обращайся ко мне, да и без проблем тоже заглядывай, буду у вас харчеваться.

Айси сидела за столом, прикрывая лицо пиалой, вся алая от смущения, а уши горели огнем.

Наевшись досыта, Чэнь Жо велел бабушке идти отдыхать, предоставив уборку ему и Айси.

Айси мыла посуду в горячей воде из котла, а Чэнь Жо убирал со стола остатки еды и передавал девушке грязные тарелки.

Не уходя далеко, он прислонился к стене рядом с Айси и тихо спросил:

— Маленькая соседка, ты как?

— Всё хорошо.

Айси, не поднимая головы, продолжала мыть посуду, но на ее щеках отчетливо блестели еще не высохшие дорожки слез.

Достав бумажную салфетку, Чэнь Жо бережно утер слезы с ее лица:

— Прости меня. Знал бы я, что так выйдет, прикусил бы язык. Сам себя ударю.

С этими словами он шутливо шлепнул себя по щекам. Айси, вытерев мокрые руки о фартук, перехватила его руку:

— Ты не виноват.

— Но у меня на душе скребут кошки. Хочешь, побей меня? Мне так хоть легче станет.

Чэнь Жо вел себя как последний глупец, настойчиво выпрашивая тумаков.

Не совладав с ним, Айси ущипнула его за кожу на втором суставе большого и безымянного пальцев, да так крепко, что Чэнь Жо взвыл от боли.

Это было совсем не понарошку — резкий укол пронзил пальцы в ту же секунду, сменившись неприятным онемением.

— Ай, мать моя, Айси, чего так больно-то? Кто тебя научил?

— Мама.

Чэнь Жо почувствовал себя полным неудачником: что ни спроси — вечно попадает впросак. Лучше пока замолчать, а то добром это не кончится. Потирая руку, он вышел из кухни.

Айси бросила взгляд на бусины браслета на запястье — кажется, она впервые применила их на практике.

Был уже почти март, и на деревьях во дворе начали завязываться первые кислые финики. Чэнь Жо собственноручно сорвал с бабушкиного дерева несколько плодов.

Попадались и кислые, и сладкие, и те, в которых смешивалось то и другое — точь-в-точь человеческая жизнь.

Сплёвывая косточки и устраиваясь поудобнее на деревянном стуле, он думал о том, как же всё-таки прекрасна и безмятежна такая жизнь.

Калитка во дворе не запиралась. Вскоре вдалеке показалась возвращающаяся бабушка с двумя тяжелыми ведрами воды на коромысле. Бросив финики, Чэнь Жо выплюнул косточку и бросился ей наперерез.

В деревнях образца 2006 года мыться приходилось исключительно водою, которую люди сами таскали из колодцев. Узнав, что парень останется ночевать, бабушка наполнила ведра до краев, и ее согбенная спина заметно согнулась под тяжестью ноши.

Простота и искренность деревенских жителей проявлялись именно так: они не умели красиво говорить о теплых чувствах, зато доказывали всё делами.

Сняв с плеч старушки коромысло, Чэнь Жо взвалил его на свои плечи и с напускным недовольным ворчанием произнес:

— Бабушка, впредь такую работу буду делать я. Разве можно одной таскать такие тяжести, это же опасно! Если с вами что-то случится, что делать Айси? Вы ее единственный близкий человек на свете. Если еще раз такое увижу — ноги моей здесь больше не будет.

— Хорошо, хорошо, сынок.

Старушка постепенно распрямила спину. Когда-то она тоже была молодой, но тяжесть прожитых лет раз за разом наваливалась на ее плечи, с годами согнув некогда прямую осанку. Несмотря на суровые удары судьбы, она продолжала встречать каждый день с мягкой улыбкой.

Вечером, приняв ледяной душ, Чэнь Жо обнаружил неприятную вещь: фена в доме не оказалось. Для парня это сущий пустяк, но вот девушкам ложиться спать с мокрой головой — верный путь подхватить простуду. Неудивительно, что здоровье у Айси такое слабое. В следующий раз обязательно нужно купить сюда фен.

Опустилась ночь, и небо поразило своей ослепительной, романтической красотой. Старушка благоразумно ушла спать, оставив во дворе только Чэнь Жо и Айси, которые сидели под звездным куполом и болтали обо всем на свете.

Чэнь Жо с серьезным видом нес полную околесицу, а Айси, не отрываясь от тетрадки с домашним заданием, прислушивалась к каждому его слову.

Время приближалось к полночи, пора было забираться под теплое одеяло.

Во дворе имелось всего две комнаты: одна бабушкина, вторая — Айси.

Расстелив постель для Чэнь Жо, Айси уже собиралась уходить, но парень резко перехватил ее за руку:

— Ты куда это собралась? К бабушке спать?

Айси покачала головой.

— Тогда где ты будешь спать?

Девушка указала на старую, продавленную кровать в углу комнаты.

— С какой стати тебе спать там? Это твоя комната, к тому же сколько там пыли, как на ней вообще можно отдыхать?

— Я могу ее почистиь.

— Ой, всё. Если ляжешь там, к утру точно занеможешь, да и шуметь сейчас уборкой — только бабушку будить. Будем спать вместе, места хватит.

Айси закусила губу, явно не оставляя внутренних сомнений.

Чтобы развеять ее страхи, Чэнь Жо сделал вид, что сердится:

— Если упрешься и решишь спать там, я просто уйду домой.

Он демонстративно шагнул к выходу, и Айси тут же запаниковала:

— Нет, не уходи, на улице сейчас опасно…

Ночные деревенские улицы погружались в непроглядную тьму, не было ни единого фонаря, и в темноте таилось немало угроз.

Чэнь Жо указал на старую, покрытую пылью кровать:

— Ну так что, всё еще хочешь там лечь?

— Больше не хочу.

— То-то же. Чего застыла, гаси свет и ложись.

Одним движением нырнув под одеяло, Чэнь Жо похлопал ладонью по матрасу слева, приглашая девочку поскорее забраться в постель.

Айси стянула с волос резинку, распустив темные пряди, и смущенно, словно ломаясь, прилегла на краешек.

Стоило погасить свет, как в комнате повисла странная атмосфера. Воздух казался наэлектризованным от неловкости, оба молчали, и лишь волны тепла исходили из-под общего одеяла.

Очевидно, нервничали оба. Айси, будучи тихоней, боялась придвинуться ближе, да и одеяло оказалось слишком узким — впору укрываться только одному.

Постепенно Чэнь Жо перестал контролировать себя: подтянув одеяло ближе к Айси, он обнял ее и прошептал прямо на ухо:

— Одеяло какое-то маленькое. Я просто обниму тебя, ничего такого делать не буду.

Айси не стала вырываться или отвечать, ее тело лишь мелко и судорожно дрожало.

В процессе этих объятий в голове Чэнь Жо помимо воли начали проноситься самые разные картины с участием Айси.

Так нельзя. Нельзя об этом думать.

Эта ночка явно обещала выдаться не из спокойных…

http://bllate.org/book/21023/2136973