Готовый перевод Human Shelter / Приют смертного мира: Глава 30

Не раздумывая ни секунды, Бай Цзяньсяо вскинул Клинок Ласточки, целясь прямо в жуткую рожу. Однако двойник Лу Чжицюня выставил ладонь и с поразительной легкостью перехватил смертоносное лезвие.

Бай Цзяньсяо впервые видел, чтобы Клинок Ласточки встретил непреодолимую преграду. Объятое багровым сиянием лезвие даже не коснулось кожи — оно зависло в паре миллиметров от ладони лже-Лу Чжицюня. Какая-то невидимая, колоссальная сила отталкивала оружие, не давая ему продвинуться дальше.

Он помнил, что способность «Расщепление» создавала мощную силу отталкивания. Неужели этот монстр умудрился не просто принять облик Лу Чжицюня, но и скопировать его дар?

Пользуясь тем, что удар отвлек чудовище, Цзяньсяо попытался высвободить левую руку. Хватка монстра не казалась крепкой, но при первой же попытке дернуться парня пронзила такая дикая боль, словно кожу с ладони сдирали живьем. Он замер, осознав страшную правду: тварь намертво срастила их кожу.

— Хватит! — рявкнул фальшивый Лу Чжицюн. — Задействуй ментальную силу и посмотри нормально!

Какая, к черту, ментальная сила! Сзади уже набегали безумные ученики. Человек перед ним или нечисть — сейчас было плевать. Бай Цзяньсяо стиснул зубы и, рванув приросшего к нему «Лу Чжицюня» за собой, бросился бежать. Главное — оторваться от погони, а с этой тварью он разберется в безопасном месте.

Тот покачнулся от резкого рывка, но тут же перехватил инициативу. Резким движением он впечатал Цзяньсяо в дверь, навалившись всем телом и лишая возможности дергаться. Раздался оглушительный металлический скрежет. Цзяньсяо скосил глаза: замок стальной двери на глазах рассыпался на тысячи мельчайших деталей. Они парили в воздухе, аккуратно отделенные друг от друга. Этот безумец разобрал механизм за долю секунды!

Дверь со стоном распахнулась, и они вместе повалились навзничь. Лу Чжицюн успел сгруппироваться и смягчить падение: одной рукой он прижал Цзяньсяо к себе, а ладонь второй подставил под его затылок, уберегая от удара о жесткий пол.

Бай Цзяньсяо сидел на полу, дезориентированный и ошеломленный. Тяжелая створка с грохотом захлопнулась прямо перед носом разъяренной толпы учеников. Рой парящих деталей устремился обратно в скважину, шестеренки и штифты мгновенно встали на свои места, и замок глухо щелкнул, запирая проход.

С той стороны тут же раздались яростные удары — преследователи ломились внутрь. Но стальное полотно держалось крепко. На какое-то время они оказались в безопасности.

Только теперь Бай Цзяньсяо смог сконцентрировать ментальную энергию в глазах и внимательно всмотреться в напарника. Никакой вывернутой на сто восемьдесят градусов шеи, никакой жуткой рожи, проступающей сквозь волосы. Перед ним стоял настоящий, живой Лу Чжицюн. Все, что он видел до этого, было лишь зловещим мороком.

— Слушай... — пробормотал Бай Цзяньсяо, чувствуя, как к щекам приливает жар. — Кажется, я обознался.

— Наконец-то дошло? — хмыкнул Лу Чжицюн. — Судя по тому, с какой силой ты меня рубил, в прошлой жизни я знатно тебе насолил. Запомни: пока наши ладони соединены, мы не потеряем друг друга. Что бы ты ни увидел, какие бы кошмары ни рисовало воображение — руку не отпускать. Уяснил?

— Ладно, — Бай Цзяньсяо отвел взгляд. — И... прости за это.

— Извинения мне не нужны, — посерьезнел Лу Чжицюн. — Важно другое: то, как ты повел себя сейчас, не выдерживает никакой критики. Твое истинное оружие — ментальная сила. Если в критический момент ты будешь полагаться исключительно на грубую силу и размахивать клинком, далеко ты не уедешь. Учись задействовать разум.

Лу Чжицюн привык контролировать всё и вся, но сейчас он ошибался. Бай Цзяньсяо просто не знал, как объяснить напарнику, что в момент удара его телом управляла иная, неведомая и пугающая сила.

— Понимаешь... — Бай Цзяньсяо все еще сидел на полу, подбирая слова. — Дело не в том, что я проигнорировал ментальную энергию. Подумай сам: я никогда не учился боевым искусствам. Сам по себе я бы физически не смог нанести такой молниеносный и точный удар. Но в тот миг, когда навалилась паника, я ощутил, как моим телом завладела чужая воля. Она скоординировала движения и заставила атаковать.

— В твоих словах есть смысл, — Лу Чжицюн опустился на пол рядом с ним, по-прежнему крепко сжимая его ладонь. — Удар был нанесен профессионально: быстро, мощно, под невероятно коварным углом. Так дерется тот, у кого за плечами огромный боевой опыт. Это тот самый шаман, Усюань?

— Нет, не он, — Бай Цзяньсяо выдавил бледную улыбку. — И самое паршивое — я понятия не имею, кто это. Если честно, когда я замахнулся... мной овладело дикое желание.

— Какое именно? — спросил Лу Чжицюн.

— Порубить на куски, — выдохнул Бай Цзяньсяо.

Ему действительно хотелось искромсать врага, расчленить его на мелкие части. Точно так же, как в первой игре, когда он препарировал трупы. Точно так же, как та странная, темная жажда, поднявшаяся со дна души после убийства Чжоу Синчи. Откуда в нем эта жестокость? Каким образом он умудрялся сохранять ледяное, пугающее хладнокровие, разделывая плоть?

Лу Чжицюн негромко цокнул языком:

— Думаешь, проснулась другая имитация души?

— Если пораскинуть мозгами, Усюань вовсе не был первым. Эта личность пробудилась гораздо раньше, еще в самой первой комнате первой игры, — Бай Цзяньсяо потерянно уставился в потолок. — Но я не знаю, кто он такой.

Он не знал, в какой момент эта сущность вновь заявит о себе и превратит его в безжалостного монстра.

Лу Чжицюн заглянул ему прямо в глаза, в его взгляде читалось неприкрытое испытание:

— Серьезно не знаешь?

В глазах Цзяньсяо промелькнуло мимолетное смятение, которое тут же подметил напарник.

— Если ты не наберешься смелости признаться самому себе, собственная сила рано или поздно предаст тебя. Назови его имя.

Бай Цзяньсяо отвел глаза.

— У меня есть лишь смутная догадка, но я ни за что не поверил бы, что способен скопировать его душу... Дай мне время прийти в себя, Лу Чжицюн. Мои мысли сейчас путаются.

— Хорошо. Подумай и расскажи, когда созреешь, — Лу Чжицюн ласково взъерошил его волосы. В его голосе зазвучала удивительная, непривычная мягкость. — Помни, сейчас я твой наставник. Ты можешь мне доверять.

От этой неожиданной нежности Бай Цзяньсяо инстинктивно отпрянул — точно ночная тень, бегущая от первых лучей солнца.

Прокатился резкий звонок на урок. Яростные удары в дверь наконец прекратились — школьники послушно побрели обратно в кабинеты. Бай Цзяньсяо шумно выдохнул, чувствуя, как уходит напряжение. Эта короткая перемена едва не лишила его рассудка.

Прежде чем выйти наружу, они поднялись на ноги и осмотрели заброшенный кабинет. Помещение было крошечным: пара сломанных парт, груда хлама в углу — обойти его можно было за несколько секунд. Но стоило им сделать шаг к углу, как у входа раздался странный шорох и металлический скрежет.

Они резко обернулись. Из замочной скважины медленно выползал тонкий зеленый стебелек. На его конце дрожал крошечный бутон, который прямо у них на глазах стремительно распустился, превратившись в пышную алую розу.

Замок щелкнул и отворился.

В комнату вальяжно вошел щеголь Хэ Хуатин, увлекая за собой своего молчаливого спутника.

— Надо же, Сяо Чэн, кто-то оказался шустрее нас.

Бай Цзяньсяо, все еще удерживающий ментальный фокус на зрении, сразу же столкнулся взглядом с призрачной фигурой за спиной Инь Чэна. На этот раз он не стал испуганно отводить глаза, а принялся внимательно изучать фантом.

Двухметровый силуэт, окутанный клубами черного тумана, не имел четких очертаний лица. Лишь два багровых провала вместо глаз горели яростным, кровожадным огнем. Стоило встретиться с ним взглядом, как на душу обрушивалась волна первобытного гнева и жестокости. Тень неотступно следовала за юношей — не нападая, но и не отдаляясь, словно верный, жуткий хранитель.

Какое-то время обе группы настороженно созерцали друг друга. Напряжение росло, но Лу Чжицюн вдруг приветливо улыбнулся и небрежно смахнул пыль с полуразвалившегося офисного кресла.

— Какая разница, кто первый? Гостям мы всегда рады, присаживайтесь.

Бай Цзяньсяо покосился на напарника. Будь здесь хоть завалявшийся чайник с заваркой, Лу Чжицюн наверняка на правах хозяина уже разливал бы гостям чай.

Хэ Хуатин вошел глубже, увлекая Инь Чэна за руку, и окинул взглядом скудную обстановку.

— Судя по всему, вы уже обшарили каждый угол. Нам тут ловить нечего.

Бай Цзяньсяо мысленно встрепенулся.

«Зацепки! У них есть зацепки?»

— У вас есть полезные сведения? — спросил он. — Мы тоже кое-что разузнали. Может, обменяемся?

— Почему бы и нет, — улыбнулся Хэ Хуатин. — Только не торчать же здесь? Пока идет урок и коридоры чисты от тварей, нужно спешить. Если другие доберутся до третьего этажа раньше нас, все важные ниточки уйдут к ним...

— Стой! — перебил его Бай Цзяньсяо.

— На каком, ты говоришь, мы этаже? — одновременно с ним спросил Лу Чжицюн.

Хэ Хуатин от неожиданности даже растерялся:

— На втором, конечно. А где же еще?

— Мы ни разу не поднимались по лестнице, — покачал головой Бай Цзяньсяо. — Это первый этаж.

— Да быть не может! — Хэ Хуатин не на шутку встревожился и слегка потянул Инь Чэна за рукав. — Сяо Чэн, мы ведь только что поднимались, верно?

Инь Чэн даже ухом не повел. Он лишь лениво прикрыл глаза и сладко зевнул.

Похоже, безумие в этом месте принимало самые разные формы. Если Лу Вэньхао страдал от буйных припадков, то этот парень явно относился к категории тихих, отрешенных от мира чудаков.

Чтобы разрешить спор, они вышли в коридор и проверили таблички на дверях. Хэ Хуатин ошибался. На дверях кабинетов красовались надписи: от «Выпускной класс 1» до «Выпускной класс 8». Самый что ни на есть первый этаж.

— Но я клянусь, мы шли вверх! — Хэ Хуатин театрально вскинул руку, а второй заставил сделать то же самое безучастного Инь Чэна.

— Никто и не обвиняет тебя во лжи, — отозвался Лу Чжицюн. — Слышал когда-нибудь про пространственные петли? Обычный морок.

— Нам в любом случае нужно проверить лестницу, — предложил Бай Цзяньсяо.

Они направились к лестничному пролету. Он состоял из двух маршей, зажатых между глухими бетонными стенами. Ни единого окна — лишь тусклая лампочка под потолком едва разгоняла мрак. Стоило миновать разворотную площадку и ступить на второй марш, как пройденный путь полностью скрывался из виду.

Подъем прошел буднично, без каких-либо аномалий. Однако, ступив на площадку сверху, они вновь уперлись взглядом в вывеску первого выпускного класса.

— Ну, что я говорил? — на лице Хэ Хуатина отразилось такое облегчение, словно с него только что сняли ложное обвинение в тяжком грехе.

Если это действительно первый этаж... Бай Цзяньсяо опасливо заглянул в зияющий пролет за спиной. Куда же тогда ведет эта бесконечная бетонная пасть? В преисподнюю?

— Давайте спустимся обратно, — несмотря на внутреннее сопротивление, Бай Цзяньсяо понимал, что стоять на месте бессмысленно. — Проверим, куда мы попадем, если пойдем назад.

— Погодите, — перебил Хэ Хуатин. — Вместе идти не стоит. Мы с Инь Чэном спустимся первыми, а вы, Бай Цзяньсяо, подождите здесь. Если петля все еще активна, мы просто выйдем к вам сверху, с условного второго этажа. Если же не появимся — значит, ловушка пройдена, хотя и неизвестно, где мы окажемся.

— Договорились, ждем вас тут, — кивнул Бай Цзяньсяо.

Хэ Хуатин повел отрешенного Инь Чэна вниз. Через каждые несколько ступеней он подавал голос:

— Слышно меня?

Получив утвердительный ответ, он делал еще несколько шагов. По пути он бросал под ноги розы. Стоило бутонам коснуться холодного каменного пола, как они тут же пускали корни прямо в трещины плит и расцветали ярким пламенем.

Добравшись до межэтажной площадки, Хэ Хуатин помедлил.

— Снизу все выглядит как обычный коридор, но расслабляться нельзя, Сяо Чэн.

Инь Чэн лишь слегка наклонил голову набок и снова зевнул. Происходящее вокруг его совершенно не заботило.

Хэ Хуатин лишь снисходительно улыбнулся. Он присел, подхватил юношу под колени и легко поднял на руки вместе с тяжелым двуручным мечом. Прижав его к себе, словно величайшую драгоценность, он нежно запечатлел поцелуй на его лбу:

— Идем, маленький мой. Я сберегу тебя.

Призрак за спиной Инь Чэна вскипел от ярости. Клубы черного дыма повалили с новой силой — казалось, монстр готов разорвать наглого щеголя на куски. Наблюдавший за этим сверху Бай Цзяньсяо решил, что, когда те вернутся, обязательно нужно предупредить их о невидимом попутчике. Даже если неизвестно, защищает этот дух Инь Чэна или вредит ему, доброе дело лишним не будет.

Бай Цзяньсяо легонько сжал ладонь Лу Чжицюня:

— Посмотри на них...

Он имел в виду зловещую тень, но Лу Чжицюн тут же истолковал его слова по-своему. На его губах заиграла лукавая усмешка, и он придвинулся вплотную:

— Что, тоже хочешь ко мне на ручки?

— Отвали, а.

Близость напарника невольно заставила Цзяньсяо вспомнить ту искаженную, жуткую физиономию из кошмара. Поежившись от неприятного дежавю, он поспешил отступить на полшага и спросил:

— Кстати... Тот морок видел только я? На тебя иллюзии вообще не подействовали?

— С чего ты взял? — хмыкнул Лу Чжицюн. — Я тоже кое-что лицезрел. Мой спутник вдруг обернулся гигантским мерзким инсектоидом с огромными, как у богомола, серпами вместо рук. Я еще подумал: какая дешевая и безвкусная провокация — превратить моего прекрасного Байбая в такое убожество... Ну а тебе что привиделось?

Бай Цзяньсяо застыл, не в силах вымолвить ни слова. Даже чужие кошмары с пугающей точностью указывали на то, чего он боялся сильнее всего на свете.

— Вы меня слышите? — глухо донеслось из глубины пролета.

Голос Хэ Хуатина эхом взлетел по ступеням, хотя самого его уже не было видно. Радуясь предлогу прервать тяжелый разговор, Бай Цзяньсяо поспешно крикнул:

— Слышим! — и отвел глаза, избегая пытливого взора напарника.

Лу Чжицюн не стал настаивать. Он лишь молча привлек его руку к себе и коснулся губами тыльной стороны ладони.

— Не хочешь — не говори. Насильно душу из тебя вытягивать не буду.

— А минуту назад сам советовал мне не бежать от себя, — Бай Цзяньсяо вымученно улыбнулся.

— То были дежурные мудрые речи, чтобы растопить лед в сердце моего Байбая, — беззастенчиво соврал Лу Чжицюн, притираясь к нему плечом к плечу и переплетая пальцы. — На самом же деле моя личная система ценностей невероятно гибка и лояльна к слабостям. Так что, если приспичит спрятать голову в песок, лучшего убежища, чем мое плечо, тебе во всей вселенной не сыскать.

Шутка достигла цели: Бай Цзяньсяо невольно хмыкнул, чувствуя, как отпускает давящая тревога. Слова сами собой сошли с языка:

— Та имитация души... Кажется, его зовут «Пробуждение насекомых». Это персонаж из моего старого фильма... Погоди, смотри! Цветы!

Они одновременно опустили взгляды. Оставленные на ступенях алые розы стремительно чернели и вяли. Очередной интервал времени давно истек, но из темноты внизу больше не доносилось ни звука.

Никто так и не появился на верхней площадке. Осыпавшиеся лепестки увядших роз рассыпались серой пылью, стирая последние следы пребывания ушедших. Парни бесследно растворились в пространстве.

— Хэ Хуатин! — крикнул во мрак Бай Цзяньсяо.

Ответом ему был лишь глухой гул пустоты.

— Идем за ними? — в голосе Цзяньсяо прорезалось беспокойство.

Раз их не выбросило назад на первый этаж, значит, они провалились в какую-то другую реальность. Вопрос лишь в том, насколько там безопасно.

— Идем, — Лу Чжицюн уверенно потянул его за собой вниз по ступеням. — На самом деле бояться нечего. Мы-то с тобой вернемся на первый.

Бай Цзяньсяо открыл было рот, чтобы спросить «почему», но вовремя прикусил язык. Нужно приучать себя думать самостоятельно. Он заставил себя успокоиться и сопоставить факты, и в голове начали складываться первые фрагменты головоломки.

— Все дело в количестве людей, так? — озвучил он свою догадку. — С самого начала коридоры казались вымершими. Сперва я подумал, что все попрятались по кабинетам, но это нелогично. Раз лестница зациклена, большинство игроков должно блуждать где-то на первом этаже. Не могли же мы за все время встретить только двоих. Где остальные? Может, мы находимся в одном месте, но в разных фазах пространства? Словно разделены невидимыми барьерами?

— Отличный ход мыслей, — одобрительно кивнул Лу Чжицюн. — Пожалуй, поделюсь с тобой еще одним наблюдением. Я способен чувствовать чужое присутствие. Особо неприятных личностей я ощущаю даже сквозь барьеры игровых зон. Но Хэ Хуатина и его спутника я заметил лишь тогда, когда они буквально открыли дверь кабинета. А стоило им скрыться за поворотом лестницы, как их ауры мгновенно стерлись из моего восприятия. Как и ауры всех остальных участников. Сейчас в моем радиусе находишься только ты.

Бай Цзяньсяо досадливо подумал:

«Значит, этот тип все-таки утаил часть своих способностей».

Отогнав неуместное раздражение, он спросил:

— Получается, велика вероятность, что почти все игроки — включая Хэ Хуатина и Инь Чэна — по-прежнему бродят по первому этажу, просто мы заперты в параллельных слоях и не пересекаемся?

— Вполне возможно, — согласился Лу Чжицюн.

Пока они переговаривались, ноги вывели их на нижнюю площадку. Чудо подтвердилось: они действительно снова оказались на первом этаже. Вот только обстановка в коридоре разительно переменилась.

Посреди безлюдного холла, замерев как изваяние, стояла немолодая женщина в строгом деловом костюме. Ее тяжелый, немигающий взгляд был устремлен прямо на прибывших, словно она караулила их здесь целую вечность.

— Экзамен давно начался, а вы все еще шатаетесь без дела! — грозно прикрикнула она. — Живо в класс!

Бай Цзяньсяо скосил глаза на классную комнату. На сей раз школьники сидели смирно, уткнувшись в парты и лихорадочно строча в экзаменационных листах. На настенных часах оставалось всего двадцать минут до звонка.

В самом центре кабинета сиротливо пустовала одна двойная парта. На ней лежали нетронутые бланки тестов, словно дожидаясь своих учеников. Бай Цзяньсяо точно помнил, что при первом осмотре класса этой лишней мебели здесь не было.

Стоит ли соглашаться? Судя по всему, во время занятий монстры связаны правилами и не нападают. Это ловушка или единственный шанс продвинуться дальше?

Лу Чжицюн молча перевел взгляд на него, предоставляя право выбора.

— Идем, — решился Бай Цзяньсяо, мысленно приготовившись к худшему.

— Как скажешь, — Лу Чжицюн заговорщически подмигнул.

Услышав эту короткую фразу, Бай Цзяньсяо ощутил, как остатки страха улетучиваются. В нем даже проснулось желание съязвить:

— Ты хоть одну задачу решить сможешь? Смотри не опозорься перед местными отличниками.

— Конечно не смогу, — совершенно серьезно отозвался Лу Чжицюн, легонько сжав его пальцы. — Вся надежда на то, что ты поделишься шпаргалкой.

— Разбежался, — фыркнул Бай Цзяньсяо, изобразив на лице фирменное презрение круглого отличника.

Они уже переступали порог, когда из-за спины раздался визгливый окрик завуча:

— Эй, вы двое! Вы и на экзамене за ручки держаться собираетесь?!

В ту же секунду все ученики как один оторвали головы от парт и уставились на вошедших. Сгорая от неловкости, Бай Цзяньсяо спешно выдернул ладонь и засунул руки в карманы. Строгая женщина удовлетворенно хмыкнула и удалилась.

Кое-как добравшись до заветных мест, парни плюхнулись на стулья. Лу Чжицюн тут же уткнулся лицом в сложенные на столе руки. Его плечи мелко подрагивали — он из последних сил сдерживал рвущийся наружу хохот.

Бай Цзяньсяо от души наступил ему на ногу под столом. В этот миг ему искренне хотелось, чтобы этот придурок расшибся еще при падении со второго этажа.

А дело было в том, что в секунду, когда завуч заставила их разомкнуть руки, Бай Цзяньсяо среагировал мгновенно: он плотно прижал свою стопу к ноге Лу Чжицюня. И до самой парты они ковыляли боком, словно пьяные крабы, едва не переломав себе конечности в этой нелепой связке.

Тесное пространство под партой явно не было рассчитано на двоих парней с ростом выше среднего, так что их длинные ноги оказались переплетены самым тесным образом. Лу Чжицюн наконец поднял голову. Губы его были плотно сжаты, а на щеках играли желваки от титанических усилий не рассмеяться в голос.

Впрочем, стоило ему опустить взгляд на экзаменационный лист, как вся веселость мигом испарилась.

В графе «Имя» на его бланке аккуратным почерком было выведено: «Ян Цзаоцзао».

Бай Цзяньсяо тоже нахмурился, разглядывая свой лист.

Его тест принадлежал Ся Ю.

http://bllate.org/book/20726/4717545