Готовый перевод Human Shelter / Приют смертного мира: Глава 29

Вскоре игроки обнаружили ещё одну странность: помимо отсутствия новичков, все двадцать прибывших участников зашли в игру парами.

Было ли дело в особых артефактах вроде того, что использовал Лу Чжицюн, или в каких-то уникальных способностях, но зайти сюда можно было только вдвоём. Это и объясняло отсутствие новобранцев — ведь своё первое испытание новички всегда проходят в одиночку.

Вот и выходило совпадение: на весь этот заброшенный, вымерший школьный двор девочек, спрыгнувших с крыши, тоже оказалось ровно две. Двойка. Что за сакральный смысл скрывается в этой цифре?

Как только все собрались, распростёртое на асфальте тело вдруг зашевелилось. Изувеченная школьница медленно подняла залитое кровью лицо и с бешеной, ядовитой злобой уставилась на крышу, где застыла другая фигура.

— Мы договорились прыгнуть вместе, — прохрипел труп. — Но в самый последний миг она отпустила мою руку. Её зовут Ян Цзаоцзао.

Сломанный палец мертвеца указал вверх. Игроки послушно задрали головы. Там, на самом краю крыши, за перилами ограждения, и впрямь нерешительно топталась школьница. Подол её форменной юбки широко раздувался от порывов ветра.

— Поднимитесь наверх, — прошелестела покойница. — И столкните её.

«Ого, а девчонки нынче пошли суровые», — мысленно хмыкнул Бай Цзяньсяо, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— То есть для прохождения нам нужно просто подняться на крышу и сбросить эту Ян Цзаоцзао вниз? — подал голос кто-то из толпы.

Труп не обратил на вопрос никакого внимания, продолжая бормотать в бреду:

— Мы обещали... держаться за руки на самом пороге преисподней. Обещали никогда не отпускать друг друга.

— Понимаю, бедняжка, — отозвался тот же игрок. — Тебе просто хочется снова взять её за руку.

Все невольно обернулись к говорившему. Мужчина выделялся на редкость пижонским видом: долговязый, в шёлковой рубашке глубокого фиолетового цвета, из нагрудного кармана которой кокетливо торчала алая роза. Причёску в стиле панк дополняли несколько небрежных дред у виска, а глаза скрывали массивные солнцезащитные очки. Франт, да и только.

— Меня зовут Хэ Хуатин, — павлиньим жестом представился он, явно наслаждаясь всеобщим вниманием, и по-хозяйски приобнял стоявшего рядом юношу за плечи. — А это мой парень, Инь Чэн. Сейчас он не в лучшей форме, разум совсем затуманился. Я притащил его сюда, чтобы подправить ему душевное здоровье и вернуть рассудок.

Щуплый Инь Чэн почти полностью зарылся лицом в плотный шарф, из-под которого виднелись лишь пустые, остекленевшие глаза. За спиной у него висел огромный двуручный меч, по длине едва ли уступавший росту своего владельца.

Бай Цзяньсяо нахмурился: фигура Инь Чэна казалась неестественно тёмной, словно скрадывающей свет вокруг себя, будто парня обволакивало какое-то зыбкое, размытое марево. Не удержавшись, Бай Цзяньсяо слегка сконцентрировал ментальную энергию в глазах и тут же замер от ужаса. Это была вовсе не тень.

На спине юноши плотным клубком уселась жуткая, копошащаяся фигура призрака!

Почувствовав посторонний взгляд, тварь медленно повернула голову. Из двух сочащихся кровью глазных впадин на Бай Цзяньсяо уставился мертвенный, леденящий взор.

— Ах!.. — Бай Цзяньсяо резко отшатнулся, не сдержав тихого испуганного вскрика.

Лу Чжицюн мгновенно отреагировал на его движение:

— Что случилось?

— За спиной у этого Инь Чэна... — прошептал Бай Цзяньсяо, чувствуя, как мелко дрожат губы, — за ним плетётся какой-то чёрный призрак...

Лу Чжицюн скользнул взглядом по фигуре подростка.

— Я ничего не вижу.

— Я его тоже больше не вижу, — признался Бай Цзяньсяо, пытаясь унять бешеный стук сердца. — Только если направить ментальную силу в глаза, удаётся разглядеть очертания.

— Так соберись и рассмотри его как следует, — деловито предложил Лу Чжицюн.

— И не подумаю, — отрезал Бай Цзяньсяо. — Я до смерти боюсь призраков.

Лу Чжицюн сочувственно похлопал его по плечу и покачал головой:

— Ну тогда ты попал. Кажется, эта игра будет с огоньком. В смысле, с жутким потусторонним огоньком.

Лицо Бай Цзяньсяо сделалось ещё бледнее. Терять лицо перед спутником не хотелось, поэтому он упрямо буркнул:

— Побудь на моем месте убеждённым атеистом все двадцать три года жизни, я бы посмотрел, как ты заговорил при встрече с чертовщиной!

— А кто тебе сказал, что я её не боюсь? — Лу Чжицюн покосился на него со странным выражением лица.

— Подумаешь, не боится... Стоп, что? — Бай Цзяньсяо изумлённо округлил глаза. — Погоди, ты серьёзно?

— Так что пропал не ты один, — озабоченно поскрёб подбородок Лу Чжицюн. — Нам обоим крышка.

«Интересно, а расторгнуть наш союз прямо сейчас ещё не поздно?!»

Перед тем как согласиться на партнёрство, он и помыслить не мог, что хвалёный Лу Чжицюн окажется таким бесполезным слабаком! Взрослый мужик, а боится призраков — стыдоба-то какая! И куда только делся весь его пафос непревзойдённого мастера? У него вообще есть хоть какие-то достоинства, кроме туго набитого кошелька?!

В голове Бай Цзяньсяо пронеслась лавина возмущённых мыслей, и будущее их дуэта представилось ему в исключительно мрачных тонах.

Пока они препирались шёпотом, мертвец успел закончить объяснение правил. Бай Цзяньсяо, способный без труда удерживать во внимании несколько вещей сразу, уяснил и запомнил все детали до последнего слова.

Задача казалась предельно ясной: добраться до шестого этажа, разыскать там Ян Цзаоцзао и столкнуть её с крыши, чтобы подружки наконец воссоединились в загробном мире.

Однако во время восхождения следовало соблюдать одно непреложное условие — непрерывный телесный контакт с живым человеком. Стоило разорвать его хоть на мгновение, как игрок полностью терял волю, безвольно шёл к ближайшему окну и шагал вниз.

Теперь становилось понятно, почему на входе требовали идти парами. Для выживания в этой школе требовалось слаженное сотрудничество как минимум двоих. Бай Цзяньсяо прикинул расклад: им с Лу Чжицюнем придётся намертво вцепиться друг в друга с самого порога. Разожмутся пальцы — и оба послушно сиганут из окон. Высота, конечно, не смертельная для игроков их уровня, но возвращаться на исходную точку и начинать подъём заново — сомнительное удовольствие.

Двое в связке — идеальный вариант. Толпой легче держать контакт, но манёвренность упадёт до нуля. Вся беда в том, что его напарником стал трусоватый Лу Чжицюн. Стоит им столкнуться с настоящим привидением, и этот паникёр ещё, чего доброго, удерёт вперёд него...

«Хоть бы он не бросил меня при первом же шорохе...»

— Ты что, сомневаешься во мне? — Лу Чжицюн вдруг крепко сжал его ладонь. — На самом деле наши способности идеально подходят под здешние условия. Моё «Слияние» гарантирует, что мы не потеряем контакт, как бы нас ни пытались разлучить. Твоя ментальная сила позволяет видеть то, что скрыто от обычных глаз — да это же просто читерство в хорроре! Если не мы заберём первое место, то кто тогда?

— Твоя правда, — согласился Бай Цзяньсяо, чувствуя его пальцы. — Но почему твоя рука так дрожит?

—... — Лу Чжицюн на секунду запнулся. — Это благородный трепет уверенности в собственных силах.

— И ладонь у тебя вспотела.

— Это от предвкушения, — огрызнулся разоблачённый Лу Чжицюн и тут же перешёл в наступление: — У самого-то колени ходуном ходят!

Бай Цзяньсяо лишь вздохнул и покорно повёл напарника к дверям учебного корпуса. Лу Чжицюн послушно шёл следом, продолжая тихо ворчать под нос:

— Да я ведь раньше вообще никакой чертовщины не боялся... Это всё из-за Амора...

«Амор? Кто это ещё такой?» — Бай Цзяньсяо тактично навострил уши, но его спутник резко замолчал, явно не собираясь развивать тему.

Здание оказалось огромным. На каждом этаже располагалось по восемь просторных классов, а по обоим концам коридоров тянулись лестничные пролёты и двери туалетов. Было видно, что школа знавала лучшие времена: облупившаяся краска свисала со стен грязными лоскутами, потолок покрывали серые разводы застарелой плесени, а от ветхой мебели веяло сыростью и упадком. Сейчас шёл урок, поэтому коридоры тонули в гулкой тишине, нарушаемой лишь монотонным бубнежом учителей из-за закрытых дверей.

— Глянь сюда, — не успели они сделать и десятка шагов, как Бай Цзяньсяо зацепился взглядом за деталь на стене. — Эта девчонка... Тебе не кажется, что она копия той, разбившейся на асфальте?

Он указывал на вывешенную доску почёта с результатами пробного экзамена выпускных классов. Возглавляла список лучших учеников некая Ся Ю. Портреты всех отличников были стандартно приветливыми, но улыбка этой девушки выглядела пугающе: губы растянулись чуть ли не до ушей, а остекленевший, абсолютно холодный взгляд уставился прямиком в пространство. Жуткая, фальшивая гримаса вызывала инстинктивное отторжение.

Ся Ю была весьма симпатичной — точёный подбородок, аккуратная родинка у губы. Именно по этим приметам Бай Цзяньсяо и опознал её.

— Точно она. Надо же, круглая отличница, — Лу Чжицюн без лишних раздумий рванул бумагу со стены, содрав портрет вместе с ведомостью оценок, и невозмутимо спрятал в карман. — Монополизируем улики.

— Не слишком ли это жестоко по отношению к остальным? — засомневался Бай Цзяньсяо. Ему казалось, что если действовать сообща, как на первом этапе, шансов выжить у всех было бы куда больше.

— Какая наивность, — Лу Чжицюн выразительно постучал пальцем по стене чуть левее. На штукатурке остался грязный след от наспех содранного скотча.

Те, кто шёл впереди них, уже успели утащить какую-то информацию. И на той пропавшей бумаге наверняка содержалась важная зацепка!

— Кто успел проскочить раньше нас? — напрягся Бай Цзяньсяо. — Если мы нагоним их, можно попробовать договориться об обмене сведениями.

— Без паники, — Лу Чжицюн потянул его за собой по коридору. — Улики, которые лежат на самом видном месте, обычно мало чего стоят. Идём дальше.

Несмотря на все свои признания в трусости, он упрямо шагал первым, закрывая напарника спиной.

Ветер за окнами завывал всё яростнее, гоняя по небу тяжёлые свинцовые тучи. Коридоры стремительно погружались во мрак. Единственным источником света оставались тусклые люминесцентные лампы в классах — их мертвенно-белое сияние выхватывало из полутьмы ряды сосредоточенных детских лиц в очках.

За стеклом первого же кабинета — это был выпускной класс 3-1 — теснились ученики. Обычные школьные будни: кто-то усердно строчил в тетради, кто-то слушал учителя с умным видом, на задних партах тайком жевали печенье и перебрасывались записками. Всё выглядело до боли знакомо, лица ребят казались самыми заурядными, и ничто не предвещало беды.

Но внутреннее чутьё Бай Цзяньсяо буквально вопило об опасности. Какая-то неуловимая деталь в этой идиллии казалась глубоко неправильной, чужеродной... Постойте. Почему он видит лица всех учеников так отчётливо? Если смотреть на класс через мутное стекло коридорного окна под углом, большая часть лиц должна была быть скрыта или повёрнута в профиль к доске.

— Лу Чжицюн... Тебе не кажется, что они как-то странно сидят?.. — Бай Цзяньсяо нервно сжал его ладонь.

— Наконец-то заметил? — Лу Чжицюн прильнул лицом к холодному стеклу. — Если приглядеться, их головы повёрнуты не к учителю, а чуть-чуть в сторону коридора.

И впрямь: усердно пишут они или смотрят на доску, головы всех тридцати учеников были синхронно повёрнуты вправо ровно на пятнадцать градусов. Эта жуткая, неестественная симметрия не сразу бросалась в глаза лишь потому, что разум отчаянно пытался сгладить углы и выдать безумие за норму.

— И знаешь, что самое весёлое? — Лу Чжицюн выдавил блёклую, натянутую улыбку. — Они медленно продолжают поворачиваться к нам.

Пока он говорил, Бай Цзяньсяо с замиранием сердца увидел, как шеи школьников плавно провернулись ещё на несколько градусов в их сторону.

— Ну а как иначе? Перед самым звонком у всех мысли только о коридоре, — раздался внезапный голос.

Учитель у доски повернулся к ним и приветливо улыбнулся через стекло.

— Видно, мало я им на дом задаю.

Бай Цзяньсяо обдало ледяной волной ужаса. Педагог стоял спиной к двери, продолжая выводить мелом формулы, но его голова провернулась назад на честные сто восемьдесят градусов!

Казалось, её просто криво насадили на плечи, словно сломанную куклу.

— Скоро звонок, до конца урока от силы пять минут, — лихорадочно зашептал Бай Цзяньсяо, увлекая напарника прочь. — Пока идёт урок, они заперты внутри. Но когда прозвенит звонок, вся эта орда хлынет наружу! Нам срочно нужно укрытие!

Головы учеников в классе сместились уже на сорок пять градусов. На их бледных лицах расплывались одинаковые, бессмысленные оскалы.

— И куда мы спрячемся? — спросил Лу Чжицюн.

— В туалетные кабинки, на чердак, да хоть в подсобку! Должен же быть здесь какой-нибудь пустой кабинет! — Бай Цзяньсяо уже едва сдерживал панику. — Давай, думай тоже!..

Лишь выкрикнув это, он вспомнил предупреждение Лу Чжицюня: тот обещал не вмешиваться без крайней нужды, заставив Бая выкручиваться самостоятельно. Хватит искать опору в других, пора надеяться только на себя.

Он решительно потянул Лу Чжицюня вперёд по длинному коридору и вскоре заметил в самом конце тускло освещённую дверь с табличкой «Учительская». Внутри не горел свет.

— Отлично, там никого нет, и на двери есть задвижка! — с облегчением выдохнул Бай Цзяньсяо.

Но не успели они сделать и шага, как школьную тишину с оглушительным, дребезжащим скрежетом разорвал звонок.

В то же мгновение все головы в классах разом довернулись до упора. Уставившись в коридор остекленевшими глазами, мёртвые лица исказились в диком восторге. С грохотом задвигались парты, послышался сухой, дробный перестук десятков ног. Те ученики, что сидели у окон, намертво прижались лицами к стёклам, расплющивая носы и жадно, голодно следя за каждым движением живых.

«Проклятье!»

Учитель резко хлопнул указкой по столу, призывая класс к порядку:

— А ну тихо! Посидите ещё пять минут, мне нужно закончить тему!

Невероятное везение! Бай Цзяньсяо совсем забыл про извечную привычку учителей затягивать уроки. Сердце, замершее было в груди, забилось вновь. Он изо всех сил рванулся вперёд, увлекая за собой Лу Чжицюня, но тот отчего-то стал невыносимо тяжёлым, словно налился свинцом. Каждое движение давалось с огромным трудом.

— Шевелись, Лу Чжицюн! — не выдержал Бай Цзяньсяо, оборачиваясь. — Мы не на прогулке!

— Мне кажется... позади кто-то есть, — голос Лу Чжицюня звучал на редкость глухо и странно.

Бай Цзяньсяо быстро глянул назад: коридор был абсолютно пуст. Ни души.

Дрожь усилилась, ладони взмокли от холодного пота. В приступе паники Бай Цзяньсяо едва не разжал пальцы, позабыв о главном правиле игры, но мёртвая хватка напарника не позволила им разделиться.

— Там ничего нет, — процедил сквозь зубы Бай Цзяньсяо. — Не смей оборачиваться.

Главное — не смотреть назад. Пока ты не видишь бездну, она не может причинить тебе вред. Нужно лишь сделать ещё несколько шагов, коснуться ручки двери...

Последние метры показались вечностью. Спутник позади него окончательно потерял человеческую лёгкость, волочась следом как неподъёмный труп. Отбросив лишние мысли, Бай Цзяньсяо прыгнул к двери учительской, вцепился в металлическую ручку и нажал вниз.

Металл не поддался. Заперто. Всё внутри него оборвалось.

— На этом всё, свободны! — донёсся из-за дверей победный клич преподавателя.

— Ура-а-а! — оглушительный рёв сотен голосов прокатился по этажу.

И коридор мгновенно заполнила живая волна. Дети не просто вышли — они хлынули нескончаемым, безумным потоком, забивая дверные проёмы до отказа. Тех, кто упал первыми, безжалостно топтали, подминая под себя; идущие следом лезли прямо по спинам и головам товарищей. Некоторые ученики с тихим шорохом карабкались по стенам и потолку, извиваясь всем телом. В считанные секунды весь коридор, стены и окна превратились в сплошное месиво из бледных лиц и цепких рук.

Мысли в голове Бай Цзяньсяо замерли. Бежать было некуда. Стиснув зубы, он покрепче перехватил чужую ладонь, а правой рукой выхватил Клинок Ласточки. Если суждено погибнуть, он дорого продаст свою жизнь!

Но сквозь панику пробился слабый, леденящий душу вопрос:

«А чью руку я держу на самом деле?..»

— Ну вот, а ты говорил — никого нет, — тихо раздалось со стороны напарника.

Повернулась только его голова. Тело по-прежнему стояло лицом к Бай Цзяньсяо, но шея совершила жуткий, неестественный оборот на сто восемьдесят градусов.

И там, где должен был находиться затылок, среди пепельно-серебристых прядей, проступило искажённое судорогой лицо Лу Чжицюня.

— Дерьмо, держись крепче! — яростно взвыло оно.

http://bllate.org/book/20726/4709316