Готовый перевод Human Shelter / Приют смертного мира: Глава 12

Глава 12

Оставалось уже не сорок минут, а всего тридцать пять.

Мэн Сян сквозь слезы прильнула к смотровому окну, силясь разглядеть Бай Цзяньсяо. Ей пришлось несколько раз утереть лицо, прежде чем картинка наконец прояснилась. Сейчас ей было не до его безупречной внешности. Бай Цзяньсяо, уставший от чтения документов, безмятежно парил в невесомости, потягивая кофе через трубочку из пакета с космическим пайком.

«Не отдыхай! Сделай же что-нибудь! Спаси меня! — беззвучно кричала Мэн Сян. — Пожалуйста, спаси меня еще раз, умоляю!»

Но мысленно связаться с ним она не могла. Она смотрела на далекого Бай Цзяньсяо, а тот созерцал еще более далекий Млечный Путь. Пространство между ними, измеряемое световыми годами, казалось бесконечным, а время сжималось в плотный комок, отсчитывая последние мгновения ее жизни.

От Лань Шань долго не было ни звука, как вдруг она выпалила:

— У меня выпала Комната наблюдения!

Мэн Сян широко распахнула глаза. Жизнь состоит из череды нескончаемых бедствий, изредка разбавляемых крошечными проблесками удачи, и сейчас она просто не знала, плакать ей или смеяться.

Все тут же принялись перебивать друг друга, выкрикивая советы. У Лань Шань и самой идей было хоть отбавляй, она едва не рассорилась со всеми в пух и прах. Но последнее слово оставалось за главным — все ждали решения Лу Чжицюна.

— Лань Шань, попробуй передать Бай Цзяньсяо сообщение, — произнес Лу Чжицюн. — Но если нет уверенности, что он его получит, не смей впустую тратить эту возможность.

— Поняла, я попробую, — отозвалась та.

Хоть Мэн Сян и не была никому из них близким человеком, сейчас все сердца бились в унисон с ее собственным. Игроки забросили свои дела. Ее беда не была чьей-то злой шуткой — над ней изощренно глумился сам рок. И именно в этой борьбе против фатума они сплотились, желая доказать, на что способны ничтожные люди перед лицом неотвратимого.

— В одиночку я не справлюсь, — раздался через три минуты голос Лань Шань. — Записать сообщение и отправить его слишком сложно. Это вам не дверь открыть или гайку закрутить. Тут нужна слаженная работа как минимум троих. Мой план таков: я активирую системную запись, второй наговаривает текст, третий запускает трансляцию. И это в лучшем случае. Мы не знаем архитектуру бортового компьютера корабля, так что при малейшем сбое могут понадобиться дополнительные руки.

Но даже если бы схема сработала, троим из них нужно было сначала открыть Комнату наблюдения. К тому времени Мэн Сян уже успела бы остыть.

— Это я во всем виноват, спустил драгоценную попытку впустую, — сокрушался Сун Фэй.

— Должен быть другой путь! — сквозь зубы процедила Лань Шань. — Если я устрою какую-нибудь пакость, чтобы Бай Цзяньсяо понял, что медлить нельзя... Главное — не угробить его по дороге...

— Бесполезно, — Мэн Сян почти смирилась с неизбежным. Ее голос едва слышно дрожал. — Бай Цзяньсяо еще нужно починить охлаждающий контур, иначе корабль не сдвинется с места. Мы просто не успеем...

Она совсем забыла про систему охлаждения! Лань Шань со злостью стиснула зубы. На ремонт требовался еще один человек. Выходило, что открыть Комнату наблюдения должны были четверо. Разве такое возможно за какие-то сорок минут?

Надежды не осталось. Никто не решался озвучить это вслух, но в душе каждый уже вынес Мэн Сян смертный приговор.

— Дайте мне пять минут на прохождение уровня, и я открою Комнату наблюдения, — раздался спокойный голос Лу Чжицюна. — Лань Шань, займись системой охлаждения на корабле.

— И толку с этого ремонта? Он, кажется, вознамерился встретить на этой жестянке старость! — Лань Шань готова была лично пробраться на корабль и хорошенько встряхнуть Бай Цзяньсяо. — И с чего ты взял, что тебе обязательно выпадет Комната наблюдения? А если нет? Что тогда делать будем?

— Делай что велят, — Лу Чжицюн явно не собирался пускаться в долгие объяснения.

Спустя секунду, сообразив, что Лань Шань так просто не успокоится, он все же снизошел до объяснений:

— Комната наблюдения выпадает не случайным образом. Если ты раз за разом сознательно игнорируешь ее и не входишь внутрь, система гарантирует ее появление в каждом следующем раунде.

Эти слова перевернули их представления об игре. Кому в здравом уме придет мысль отказываться от Комнаты наблюдения, когда она сама идет в руки?

— Но зачем намеренно обходить ее стороной? — не удержалась от вопроса снедаемая любопытством Ли Ии.

— Как раз на случай подобной чертовщины, — даже сквозь динамик связи чувствовалось, как Лу Чжицюн разводит руками. — Если ситуация выйдет из-под контроля, я обязан иметь гарантированный доступ к панели управления.

«Неужели он и впрямь способен на такое благородство?!» — пронеслось в головах игроков.

— Ну вот, готово. Выпала, — лениво бросил Лу Чжицюн, без труда завершив очередной этап, и перешагнул порог Комнаты наблюдения. — Посмотрим, как тут поживает наша побитая собака.

Кого именно он назвал «побитой собакой», никто уточнять не рискнул.

Лань Шань молча активировала пульт. Ржавый вентиль с натугой поддался, и охлаждающая жидкость ровной струей потекла по трубам — контур был восстановлен. Из Комнаты наблюдения ремонт выполнялся парой нажатий, тогда как самому Бай Цзяньсяо внутри корабля пришлось бы изрядно повозиться в поисках поломки.

И все же она ума не могла приложить, как Лу Чжицюн собирается передать весточку Бай Цзяньсяо всего за одно действие. Каким бы всесильным он ни был, правила игры оставались едины для всех: один человек не мог заменить троих.

До истечения срока оставалось всего двадцать минут, но Лу Чжицюн не спешил, методично изучая приборную панель. Мэн Сян уже не могла даже плакать — она лишь хрипела, словно прохудившийся кузнечный мех:

— Лу Чжицюн... мне нечем дышать...

— Дыши ровно, делай маленькие вдохи, — отозвался Лу Чжицюн.

— Так я сэкономлю кислород? — спросила Мэн Сян, шмыгнув покрасневшим носом, точно напуганный зверек.

— Так ты перестанешь выть мне в уши, — вздохнул Лу Чжицюн.

Мэн Сян лишь жалобно пискнула в ответ.

Даже суровая Лань Шань сжалилась над ней:

— Если у тебя есть план, соображай быстрее. Время уходит.

— Тут нельзя промахнуться, так что не торопи меня, — с абсолютным спокойствием парировал Лу Чжицюн. — Взорвать Землю — задачка не из простых.

— Взорвать Землю?!

— Именно, — подтвердил Лу Чжицюн. — Не знаю, заметили ли вы... Впрочем, ладно, наверняка не заметили. Даже если система позволяет совершить лишь одно действие, глубина этого вмешательства может быть разной. Проще говоря: чем дальше находится объект, тем шире твои возможности по его изменению.

Его рассуждения звучали все безумнее, но, когда говорил Лу Чжицюн, любая дичь обретала пугающую логику.

— В прошлые разы, когда я заходил в Комнату наблюдения, я провел пару экспериментов. Юлань, помнишь замок, в котором ты была заперта? Я разогнал над ним облака и устроил настоящую бурю.

— Да, когда я находилась в «Замке вампиров», там действительно внезапно хлынул ливень, — подтвердила Юлань.

— А для тебя, Ли Ии, я срезал верхушку горы в десяти километрах от твоей карусели, — продолжил Лу Чжицюн. — Ты, конечно, ничего не заметила, поскольку тебя слишком сильно тошнило от бешеной скачки... Проведя несколько тестов, я выявил закономерность: чем ближе ты к цели, тем непосредственнее твое влияние на нее, но тем примитивнее доступное действие. Я как-то попытался пережать сонную артерию одному типу, но ничего не вышло.

При этих словах все невольно схватились за шеи.

— Артерия оказалась слишком «близко», и силы смотрового окна не хватило на столь тонкое вмешательство. Но стоит увеличить дистанцию, и тебе становится подвластно практически все. Вызвать ливень, спровоцировать землетрясение, стереть с лица земли мегаполис... Чем дальше цель, тем безграничнее твоя власть над ней.

Так вот почему он раньше не вмешивался в их испытания! Он тратил попытки на изучение скрытых механик игры.

— Но даже если на огромном расстоянии можно творить безумные вещи, какой в этом толк, если мы не можем напрямую связаться с Бай Цзяньсяо? — возразила Юлань.

Мэн Сян из последних сил подползла к третьему окуляру, чтобы взглянуть на себя, и содрогнулась: ее лицо уже приобрело землисто-серый оттенок.

— Осталось десять минут... но я, кажется, не протяну и половины, — пробормотала она сквозь пелену забытья. — К чему все эти разговоры... как это поможет мне?..

— А теперь представьте, что будет, если раздуть это расстояние до космических масштабов? — Лу Чжицюн сощурился, глядя в темноту. — Прямо сейчас я чувствую, как мириады звезд вращаются у меня на ладони.

Бай Цзяньсяо откровенно скучал, лениво покусывая пластиковую трубочку. Он привык действовать строго по плану и уже собирался натянуть скафандр, чтобы выйти в открытый космос и закрутить разболтавшиеся болты на шлюзе, как вдруг какой-то неведомый благодетель починил все за него. Цзяньсяо не стал противиться судьбе и с удовольствием улегся обратно.

Спустя какое-то время он все же заставил себя подняться, намереваясь заняться контуром охлаждения, но не успел сделать и шага, как бортовой компьютер пискнул, оповещая об устранении неполадки. Очередное чудо избавило его и от второй проблемы.

«Должно быть, потеряв связь, ребята не шутя перепугались за меня», — подумал Бай Цзяньсяо. На душе потеплело. Он со спокойной совестью развалился на ложе и вскрыл упаковку с космической едой.

«Надо же, до чего дошел прогресс в этом мире. Сублимированная еда оказалась на удивление сносной».

Оба системных сбоя были устранены, теперь оставалось лишь совершить гиперпространственный прыжок. Он уже полностью изучил техническую документацию и настроил навигационный компьютер. Как только закончит с перекусом, можно будет стартовать.

За толстым стеклом иллюминатора замигал далекий огонек.

Бай Цзяньсяо мазнул по нему равнодушным взглядом. Подбросив в воздух шоколадное драже, он ловко поймал его губами. Но уже через три секунды он резко выпрямился, едва не поперхнувшись.

Погодите-ка... Эта пульсирующая точка... Это же Земля?!

Ему не показалось. Белая пелена облаков, окутывавшая колыбель человечества, вдруг брызнула в стороны. По лазурной поверхности планеты побежали миллионы огненных трещин, сквозь которые наружу хлынула кипящая магма. Мгновение — и все начало разваливаться на куски, словно невидимая титаническая длань сжала планету в кулаке. Земля с глухим безмолвным грохотом разлетелась на куски, породив колоссальный фейерверк из раскаленных обломков и метеоритов!

Грандиозный, величественный салют. Планета, существовавшая четыре с половиной миллиарда лет, прекратила свое бытие в одно ослепительное мгновение. Огненная вспышка больно резанула по глазам Бай Цзяньсяо. Он находился в семидесяти миллионах километров от эпицентра. Свет, преодолев космическую тьму за четыре минуты, ворвался в его зрачки. Но звук угас в безвоздушном пространстве. Эта чудовищная катастрофа разворачивалась в абсолютной, зловещей тишине. Галактика продолжала свое неторопливое движение, безмолвно взирая на гибель целого мира.

Взрывная волна еще не улеглась, когда обломки Земли под воздействием неведомой силы начали выстраиваться в исполинские буквы, заполнившие собой весь обзор:

RUN

Бай Цзяньсяо оцепенел. Происходящее было настолько абсурдным, что ему безумно захотелось рассмеяться. Гибель Земли... Нет, кто-то взорвал целую планету исключительно ради того, чтобы прокричать ему: «Беги!»

«Беги! Скорее! — Мэн Сян приникла к смотровому окну, неотрывно глядя на Бай Цзяньсяо. — Я не хочу умирать!»

— Уже поздно, — пропел детский голосок Яньянь прямо над ее ухом. — Слишком уж длинный ему предстоит путь.

Мэн Сян вздрогнула и в ярости закричала:

— Это все твоих рук дело!

— Твое пламя угасает, совсем как у светляка на исходе лета. Ты когда-нибудь ловила светлячков? — с легкой ностальгией прошептала Яньянь. — Горящий огонь прекрасен, как прекрасен и умирающий светлячок. Но нет ничего краше слез человеческого раскаяния.

Мэн Сян не понимала ее безумных речей. Мечась, точно загнанный в клетку зверь, она безуспешно пыталась зажать уши, но дьявольский шепот продолжал проникать в самое сознание.

— О, как я голодна... Стоит представить, что Бай Цзяньсяо, который так печется о своих товарищах, скоро осознает, что сам погубил девчонку, которую пытался защитить... — Яньянь облизнулась. — Слезы страдания — восхитительное лакомство. Куда вкуснее этой пресной, безвкусной пищи.

«Если я погибну, моя смерть хотя бы укажет ему дорогу, — Мэн Сян прикрыла глаза. Перед ее внутренним взором раскинулась бесконечная холодная тропа, лишенная света и дуновения ветра. — Это лучше, чем сдохнуть ни за что».

— Верно. Ведь среди всех дорог лишь смерть ведет прямиком ко мне, — вкрадчиво прошептала Яньянь, обдав ее шею ледяным дыханием. — Не хочешь взглянуть на финал, который я для вас приготовила?

Из каждого смотрового окна хлынул потусторонний свет, превращая их в мириады злобных, следящих глаз.

Мэн Сян невольно заглянула в окуляры, и перед ней предстали кошмары, заботливо взращенные Яньянь. Вот Лу Чжицюн, которого бесчисленные мертвые руки утаскивают под землю, прямо в разрытую могилу с его именем на надгробии. Вот Сун Фэй, чью грудь насквозь пробивает стальная арматура. Вот Юлань, затянутая в крутящиеся ножи комбайна и превращенная в кровавое месиво. А вот Лань Шань, заживо разрываемая на части толпой мертвецов.

И, наконец, корабль Бай Цзяньсяо. Прогремел взрыв, но спасательная капсула успела отделиться за секунду до детонации. Игрок остался один на один с бездной. Он дрейфовал в ледяном космосе тридцать лет в полном сознании, не способный пошевелиться, запертый в тесной скорлупе без единого шанса на спасение или легкую смерть, пока генераторы капсулы не выработали последний ресурс. Без сомнения, Яньянь смаковала эту картину: великолепный Бай Цзяньсяо за долгие годы одиночества превратился в иссохший, обтянутый кожей скелет.

«Неужели таков наш конец?..»

Голова невыносимо раскалывалась, сердце испуганно и слабо трепетало в груди. Яньянь была права: кислород, поддерживавший пламя ее жизни, подошел к концу. Она угасала.

Собрав последние силы, Мэн Сян взглянула на собственную судьбу.

Юная девушка покоилась в белоснежном гробу. Лицо ее было безмятежным, словно она просто спала.

Бай Цзяньсяо понятия не имел, что происходит, но не сомневался: случилось нечто экстраординарное. Медлить было нельзя. Пора действовать!

Взглянув на список доступных координат, он обнаружил, что вместо сектора «В дождь из дома ни шагу» на экране высветилась Комната наблюдения. Бай Цзяньсяо без колебаний выбрал эту цель и скользнул в капсулу безопасности. Корабль натужно загудел, вибрируя так, словно каждый его болт готов был сорваться с резьбы.

«Чаньань, не подведи!»

За считанные мгновения корабль развил предельную скорость и устремился к точке перехода. В следующую секунду Бай Цзяньсяо ощутил, как искаженная метрика пространства рвет его плоть на куски. Казалось, каждый атом его тела сначала расщепился, а затем собрался заново.

«Разве может смертное тело вынести подобное?» — он был уверен, что погибает. Глаза заволокло бешено вращающимся вихрем неоновых огней. Это походило на безумный бал, где ослепительные лучи прожекторов сливались с диким ритмом пляски, а какофония красок и звуков перегружала органы чувств до предела.

Его раз за разом погружали в хаос цветных бликов, пока он наконец не пришел в себя. Он чувствовал себя утопленником, которого только что вытащили на берег, — вся одежда промокла от холодного пота. Время и пространство утратили смысл; каждая клетка тела ныла, и он не мог понять, вернулся ли в мир живых или окончательно рассеялся космической пылью.

— Тебе понравился мой скромный салют? — с улыбкой поинтересовался Лу Чжицюн.

Это были первые слова, которые расслышал Бай Цзяньсяо. Из его глаз, все еще горевших после недавней вспышки, покатились горячие слезы, но на губах заиграла слабая улыбка.

«Ну конечно. Кто еще, кроме Лу Чжицюна, мог додуматься взорвать планету? Понравилось? Да чертовски понравилось! Настолько, что хочется прямо сейчас сгрести этого безумца в охапку и расцеловать».

На его грудь повалилось чье-то хрупкое тело. Девочка судорожно глотала ртом воздух, напоминая выброшенную на берег рыбу.

Даже не открывая глаз, Бай Цзяньсяо безошибочно определил, кто это:

— Мэн Сян.

— Я жива, братец, я жива! — навзрыд разрыдалась Мэн Сян. — Ты действительно спас меня! А-а-а-а!

В этих слезах не было горечи раскаяния — только чистая, звенящая радость спасения. Наверняка для Яньянь они оказались бы невыносимо горькими.

Бай Цзяньсяо крепко обнял ее:

— Да. Мы все живы.

Сознание медленно возвращалось в норму. Он разомкнул веки и ужаснулся: лицо Мэн Сян все еще оставалось синюшным. Она действительно побывала на самом краю могилы.

Он уже догадывался о причинах, но лишь выслушав ее сбивчивый, прерывающийся рыданиями рассказ, смог восстановить хронологию событий. С каждым ее словом Бай Цзяньсяо все сильнее пробирала холодная дрожь, будто он сам только что пережил эту удушающую агонию.

Мысль о том, что он мог невольно стать причиной чьей-то гибели, пугала его куда сильнее собственной смерти. Как в одном существе могло крыться столько изощренной жестокости? Мало было истязать их тела — эта тварь вознамерилась растоптать их разум.

— И ты даже не скажешь мне «спасибо»? — самодовольно прищурился Лу Чжицюн.

— Премного благодарен, — тихо ответил он.

Словами было не передать то, что он испытывал сейчас к Лу Чжицюну. Это чувство напоминало восторг, охвативший его в самой первой комнате, когда он размозжил челюсть Ли Ии и увидел выпавший латунный ключ. Тот самый ключ, способный положить конец кошмару и отворить любые двери. Ему хотелось опуститься на колени и благоговейно коснуться его губами, как безумный поэт целует лунный свет в непроглядной ночи.

Лу Чжицюн и был этим ключом.

Все красноречие мира испарилось, оставив лишь сухое, бессильное признание.

— Всегда пожалуйста, — отмахнулся Лу Чжицюн. — Мы и так знатно задержались. Пора двигаться дальше.

Спасение девчонки действительно было лишь попутным делом. Из всех присутствующих только он в полной мере осознавал истинную суть игры, в которую их затянуло. Здесь разница между новичками и ветеранами стиралась: выжить можно было лишь полагаясь на собственные силы. Испытание оказалось чертовски сложным. Кровавый след, оставленный телом Юй Цзяньды, полностью иссяк, но разгадка так и не приблизилась. Впрочем, Лу Чжицюн не собирался пускать спутников под нож ради подсказок. Настоящий Пастырь обязан оберегать свою паству.

И в этот момент его самая умная и очаровательная овечка внезапно произнесла:

— Кажется, у меня есть соображения насчет того, как нам отсюда выбраться.

http://bllate.org/book/20726/4549548