Готовый перевод Daily Survival of a Human Cub / Как вырастить детёныша в эпоху апокалипсиса: Глава 10

Сюй Суйхэ жадно, с шумом сосал молоко из бутылочки, пока его животик не округлился, как спелый арбуз. Только тогда он с явным облегчением и сытым вздохом выпустил соску.

— Агу-у!

Наелся!

Сытый кроха захлопал густыми длинными ресницами и уставился на старшего брата синими, как ясное небо, глазами. В этом взгляде читались такая чистая радость и обожание, что малыш стал похож на преданного щенка, который вовсю виляет невидимым хвостиком.

Вся недавняя обида и детские капризы растворились без следа вместе с тёплым молоком. Успокоить его оказалось проще простого.

Шан Яньцы невольно улыбнулся, заразившись искренним счастьем, исходившим от этого тёплого комочка. Он взял бутылочку, на донышке которой ещё белели остатки смеси, и аккуратно поставил её на стол.

Металлическая столешница отозвалась лёгким стуком. И в тот же миг раздался весёлый лепет:

— Ау-у!

Розовощёкий карапуз протянул свои короткие пухлые ручонки, отчаянно пытаясь ухватиться за предплечье брата, лежавшее на столе.

Яньцы на мгновение замер, а затем расслабил мышцы и незаметно опустил руку пониже, чтобы облегчить задачу.

Оп-ля! Поймал!

Повозившись и приложив немало усилий, Сюй Суйхэ наконец зажал руку брата в своих пухлых ладошках. Синие глаза победно блеснули. Малыш изо всех сил принялся прижимать «добычу» к груди. В этот момент он выглядел как гордый котёнок, который впервые выбрался из коробки и поймал мышь вдвое больше себя.

Он так забавно задрал круглый подбородок, что Яньцы едва сдержался, чтобы не ущипнуть его за пухлую щёку.

Глядя на сладкую улыбку братишки, он уже хотел похвалить его, но неугомонный карапуз снова закопошился.

— Я-а-а!

Маленькие пальчики вцепились в ладонь Яньцы и с натугой потянули её к макушке малыша.

Шан Яньцы опешил. Он посмотрел сверху вниз на округлого карапуза, который хлопал влажными глазами с самым невинным видом.

Вдруг, словно вспышка молнии в ночи, пришло осознание.

— Погладить тебя? — спросил он.

Сюй Суйхэ склонил голову набок, уставившись на брата. В синих глазах медленно проступило недоумение — он явно ничего не понял.

Не успел Яньцы вздохнуть, как малыш, устав ждать, надул губы и вернулся к прерванному занятию — упрямо потянул чужую ладонь к своей голове.

— Хорошо-хорошо, я понял, — поспешно проговорил Яньцы, мягко перехватывая суетливые детские ладошки.

Суйхэ, чьи старания бесцеремонно прервали, недовольно захныкал:

— У-у-у!

— Сейчас-сейчас, подожди секунду, маленький.

Шан Яньцы осторожно высвободил свои пальцы из мягкого детского захвата, ласково нашептывая успокаивающие слова. Он аккуратно снял с головы мальчика шапочку и нежно взъерошил мягкие, непослушные чёрные вихры.

Получив долгожданную ласку, малыш мгновенно затих, преданно глядя на брата.

Шан Яньцы улыбнулся. Шутливые слова уже готовы были сорваться с его губ, но, заглянув в глаза Суйхэ, он внезапно потерял дар речи.

Яньцы всегда знал, что у его братишки невероятно красивые синие глаза — чистые, прозрачные, светящиеся тем самым трогательным детским простодушием, какое бывает лишь в самом начале жизни. Они казались драгоценными сапфирами, не тронутыми никакой скверной.

Малыш и раньше часто смотрел на него, но только сейчас Шан Яньцы по-настоящему вгляделся в ответ.

И только теперь он понял: когда в этой синеве отражается его собственный силуэт, в ней нет ничего, кроме безграничного доверия и абсолютной, щемящей нежности.

Эта преданность была прекраснее любой сказки, и никакие сокровища мира не могли с ней сравниться.

***

Сюй Суйхэ набил животик в столовой, а Шан Яньцы обзавёлся бутылочкой и банкой сухой молочной смеси. Оба остались чрезвычайно довольны этим визитом.

Аккуратно уложив бутылочку и смесь в тёмно-синий рюкзачок, в котором директор Хан всю дорогу несла малыша, Шан Яньцы застегнул молнию. Теперь они могли продолжить прерванное знакомство с территорией приюта и дорогой к общежитию.

— Не спеши, — мягко остановила его директор Хан, заметив его готовность идти. — Сяо Цы, ты ведь тоже весь день на ногах. Поешь здесь, в столовой, а потом уже пойдём в комнату.

Шан Яньцы замер.

Действительно. Он, как и Малыш Гуай, с самого утра ни маковой росинки во рту не держал.

Но самое странное — он совершенно не чувствовал голода.

Если бы не напоминание директора Хан, он бы даже не вспомнил об этом, несмотря на то, что вокруг витали аппетитные запахи еды.

И это не было тем привычным отсутствием аппетита, которое случается из-за сильного стресса или волнения. Яньцы почему-то был абсолютно уверен: его организм просто не испытывал потребности в пище.

Но как такое возможно?

Тётушка с детства приучила его к строгому режиму питания. А сегодня он мало того что остался без обеда, так ещё и бежал, спасая Сяо Хэ, тащил его на себе, прятался от чудовищ... Нагрузка колоссальная, далеко выходящая за пределы его обычных физических возможностей.

Он должен был валиться с ног от голода.

И кстати... почему он не чувствует усталости?

В Больнице гинекологии и акушерства Суйси, когда за ними гнались монстры, его лёгкие буквально разрывались от нехватки воздуха, а ноги казались налитыми свинцом. Эти ощущения врезались в память слишком отчётливо. Но сейчас его дыхание было ровным, движения — лёгкими и точными, и ни одна мышца не ныла от перенапряжения.

Тут явно что-то не так.

Шан Яньцы нахмурился, в глубине его души зашевелилось смутное беспокойство.

— Сяо Цы? — ласково окликнула его директор Хан, не дождавшись ответа. На её лице отразилась тревога. — Ты себя хорошо чувствуешь? Голова не кружится?

Она обеспокоенно скользнула взглядом по его виску, где белела повязка, скрывающая рану.

— Всё в порядке, бабушка Хан, — быстро ответил Шан Яньцы, загнав тревожные мысли поглубже. — Я просто задумался... Чтобы взять здесь еду, нужно просто подойти к окну раздачи?

Он инстинктивно решил скрыть свои подозрения.

Эти странности — как и внезапно появившиеся, а затем исчезнувшие чешуйки на теле Сяо Хэ — не должен был заметить никто посторонний.

В голове Яньцы крепла твёрдая, непреклонная решимость оберегать эту тайну.

— Да, просто подходи к раздаче, — тепло улыбнулась директор Хан и пояснила: — Вообще у нас в приюте строгое расписание, столовая открывается в определённые часы. Сегодня для тебя сделали исключение, так как ты только приехал и сильно проголодался. Но в будущем придётся соблюдать режим и приходить вовремя.

— Да, я понял, — кивнул Шан Яньцы.

— Иди, возьми себе обед, — директор Хан с улыбкой перевела взгляд на Сюй Суйхэ, который с любопытством вертел головой по сторонам, разглядывая незнакомое место своими огромными синими глазищами. — А я пока подержу Сяо Хэ. Не переживай, у меня есть опыт работы с такими крохами, справлюсь.

Шан Яньцы помедлил мгновение, глядя на пухлый живой комочек в своих руках.

Малыш как раз в этот момент тоже поднял на него глаза.

Тёмный, сосредоточенный взгляд Яньцы встретился с круглыми, васильково-синими озерцами глаз Суйхэ.

Кроха забавно склонил голову к плечу:

— Агу?

http://bllate.org/book/20667/4533522