Готовый перевод He Came from the 33rd Year of the Republic / Пришелец из тридцать третьего года Республики: Глава 9

Раз уж те осмелились открыто прикрываться именем Сун Цзиньци, значит, они тщательно подготовились и просчитали всё до мелочей. Последствий они явно не боялись. В такой ситуации, сколько ни бейся, ничего не докажешь — тебя просто никто не станет слушать.

Что ж, похоже, просто отсидеться в стороне на этот раз не выйдет.

Мэн Тинтун припомнил сплетни, которыми когда-то делился с ним Ма Хэоу. Немного подумав, он набрал номер менеджера.

— Я хочу встретиться с Яо Цзиньюем.

— Встретиться? — Яо Цзиньюй вертел в руках безымянный стеклянный флакон. Услышав предложение, он перевёл взгляд на колыхавшуюся внутри прозрачную жидкость. Бог знает, какие мысли пронеслись в его голове, но после недолгой паузы он холодно усмехнулся: — Прекрасно. Пусть приходит завтра утром ко мне в офис.

«Пока не прижмёшь как следует, шевелиться не начнёт, — подумал Яо Цзиньюй. — Неужели наконец-то испугался?»

***

Время было назначено, однако Яо Цзиньюй не спешил являться. Он безжалостно мариновал гостя в приёмной больше четырёх часов. Сотрудники компании уже успели закончить рабочий день и разбежаться по обеденным перерывам, а Мэн Тинтун всё ещё сидел в одиночестве, так и не дождавшись человека, который сам же согласился на встречу.

Сначала заманить в ловушку, а потом устроить холодный приём.

Яо Цзиньюй набивал себе цену как мог.

Мэн Тинтун, впрочем, не унывал. Уткнувшись в телефон, он с головой ушёл в казуальные мини-игры на платформе коротких видеороликов. В его прежние времена о таких простых, забавных развлечениях, не требующих лишних раздумий, и мечтать не могли. Сейчас он упорно складывал фигурки «три в ряд» в дурацкой головоломке из тех навязчивых реклам, где нужно спасти замерзающую в ледяном доме мать с дочкой. За утро он умудрился набрать целых сто побед подряд.

Если сам Мэн Тинтун сохранял абсолютное олимпийское спокойствие, то Ма Хэоу места себе не находил. Он мерил шагами кабинет, то и дело поглядывая на часы и бросая вороватые взгляды на Сун Цинюня.

Мэн Тинтун на него даже не смотрел. Раз уж Яо Цзиньюй решил поиграть в молчанку, то и он в ответ проигнорирует этого проныру по фамилии Ма.

Двуличный подлец, мастерски умеющий стелить себе соломку.

Поскольку Яо Цзиньюй больше не предпринимал попыток заказать на него новую волну чёрного пиара, Мэн Тинтун без труда разгадал нехитрую игру. Он с самого начала не доверял Ма Хэоу, который переметнулся на его сторону после первой же пары убедительных фраз. Но выводить менеджера на чистую воду не имело смысла — в конце концов, тот отлично справился с ролью посредника и помог устроить эту встречу.

У этого великого менеджера в голове роился целый ворох корыстных планов. С одной стороны, он надеялся, что Сун Цинюнь в будущем принесет ему кучу денег, с другой — панически боялся поставить не на ту лошадку и остаться у разбитого корыта. Вот и бегал доносить Яо Цзиньюю, пытаясь усидеть на двух стульях сразу. Каким бы ни оказался финал этой драмы, Ма Хэоу при любом раскладе рассчитывал остаться в выигрыше и сорвать свой куш.

Все эти дешёвые трюки Мэн Тинтун видел ещё в прошлой жизни и сам брезговал разыгрывать подобные сценарии. Слишком уж велик был риск досрочно отправиться на тот свет.

Оставалось лишь мысленно поблагодарить новую эпоху за строгий контроль над огнестрельным оружием. По крайней мере, теперь ему не грозила участь каждый божий день вздрагивать от мысли, что кто-то может приставить дуло пистолета к его затылку.

Ма Хэоу так отчаянно порывался связаться с Яо Цзиньюем, что уже несколько раз бегал наружу под предлогом визита в туалет. К несчастью, трубку никто не брал, а уходить снова было слишком подозрительно. Обернувшись, он наткнулся взглядом на Сун Цинюня, который невозмутимо восседал на диване с отрешённым видом, отчего бедный менеджер занервничал ещё сильнее, заметавшись точно на пожаре.

Мало того что его тяготила одна крайне важная тайна, так теперь он ещё понятия не имел, что за чертовщину задумал Сун Цинюнь. Стрелки часов неумолимо приближались к обеду, и паника Ма Хэоу росла с каждой минутой. Пытаясь хоть немного унять грызущую тревогу, он в отчаянии ерошил свои и без того негустые волосы.

Сун Цинюнь упорно делал вид, будто не замечает душевных терзаний своего менеджера. Из-за долгого ожидания у него затекло всё тело, поэтому, как только голоса за дверью стихли и последние сотрудники покинули этаж, он поднялся и вышел в коридор — размять затекшие ноги.

Едва за ним закрылась дверь, Ма Хэоу шумно выдохнул и дрожащими пальцами принялся обрывать телефон Яо Цзиньюя, устраивая тому настоящий телефонный террор.

У дверей лифта Яо Цзиньюй хладнокровно перевёл разрывающийся от звонков телефон в беззвучный режим и, повернувшись к Сун Цинюню, натянул на лицо вежливую улыбку:

— О, второй молодой господин Сун?

Мэн Тинтун тихо фыркнул. Сложно было сказать, что его позабавило больше: то, как нелепо Яо Цзиньюй завёл руки за спину, пытаясь скрыть зажатый в ладони телефон — на его броском костюме попросту не оказалось карманов, — или же этот неприкрыто язвительный тон.

— Дорога затянулась, возникли непредвиденные дела, — небрежно бросил Яо Цзиньюй. — Куда это вы направляетесь, второй молодой господин? Неужели устали ждать?

На руку Яо Цзиньюя было небрежно перекинуто пальто, а воротник вызывающе яркой рубашки был расстёгнут на три пуговицы. Из выреза виднелась массивная подвеска из чистейшего чёрного нефрита в изящной золотой оправе филигранной работы. С первого взгляда он выглядел… ну, скажем так, вполне респектабельно.

Решил поиграть в неведение?

Продержать человека столько часов в приёмной и надеяться, что у того не лопнет терпение... Он что, держит его за безвольную тряпку?

— Вовсе нет, господин Яо у нас человек занятой, дела государственной важности решает, так что подождать лишний час-другой для меня не проблема, — с улыбкой отозвался Мэн Тинтун, но тут же вкрадчиво добавил: — Просто от вас так долго не было вестей, что я невольно разволновался. Вдруг с вами случилось какое-нибудь несчастье по дороге? Даже подумывал, не заявить ли в полицию.

— В полицию? Ха-ха-ха! Ну и шутки у вас, молодой господин Сун. Я взрослый человек, что со мной может случиться средь бела дня?

— Да мало ли что... Авария какая-нибудь, например. Чуть не уследил — и поминай как звали. Знаете ли, несчастные случаи происходят так внезапно...

Заметив, как лицо Яо Цзиньюя мгновенно потемнело от злости, Мэн Тинтун прикусил язык и картинно взмахнул руками:

— Ой, простите, ради бога! Я ведь только из больницы выписался, до сих пор всякие ужасы в голову лезут. Ляпнул глупость не подумав. Вы уж не принимайте близко к сердцу мои нелепые бредни.

Яо Цзиньюй привык к лести и пресмыкательству. С какой стати этот Сун Цинюнь — пустышка без гроша за душой и без какой-либо поддержки — будет здесь разыгрывать из себя господина? Он прищурился, не собираясь сглаживать углы, и пошёл напролом:

— А если я уже принял это близко к сердцу?

Сун Цинюнь в ответ лишь искренне рассмеялся:

— В таком случае советую вам быть предельно осторожным за рулем в ближайшие дни. С такими вещами ведь как: пока не думаешь о них — всё спокойно. Но стоит впустить страх в душу... и закон подлости сработает незамедлительно. Обязательно случится именно то, чего боишься сильнее всего.

—……И это... так теперь молодые господа из семьи Сун ведут переговоры о сотрудничестве? — Лицо Яо Цзиньюя исказилось от ярости. Он был крайне суеверен: каждая побрякушка на его шее и чётки на запястье подбирались строго по гороскопу и имели сакральный смысл. Слушать эти зловещие намёки и завуалированные проклятия от Сун Цинюня было невыносимо — внутри него всё так и клокотало от подступившего гнева.

Сун Цинюнь, вспомнив, что вообще-то пришёл просить о помощи, мигом умерил пыл. Улыбка сошла с его лица, уступив место искреннему недоумению:

— Вы что, восприняли это всерьез? Я же просто пошутил. Ну зачем забивать себе голову подобной ерундой? Только лишний повод для тревоги создавать. Ладно вам, успокойтесь. Я не знаток чёрной магии и не умею насылать проклятия одним лишь словом. Но ведь не зря в народе говорят: «Коли совесть чиста, то и...»

Со стороны могло показаться, что он пришёл не договариваться о деле, а целенаправленно изводить и бесить собеседника.

— Господин Яо! Ах, господин Яо!

Ма Хэоу, заподозрив неладное из-за долгого отсутствия подопечного, пошёл искать его. Не успел он сделать и пары шагов, как до него донёсся ядовитый голосок Сун Цинюня. Завернув за угол, менеджер обомлел: Яо Цзиньюй стоял багровый от злости, готовый буквально взорваться на месте. Казалось, в тишине коридора можно было отчётливо расслышать, как он со скрежетом стискивает зубы.

Ма Хэоу трусцой подбежал к ним и поспешил вмешаться, прерывая эту взрывоопасную беседу. Он до ужаса боялся опоздать хоть на секунду — ведь тогда на безупречном лице Сун Цинюня мог отпечататься тяжелый кулак разгневанного босса. О буйном нраве Яо Цзиньюя ходили легенды.

Правда, в глубине души менеджер мельком задался вопросом: поднимется ли у Яо Цзиньюя рука на такую неописуемую красоту?

В своё время у самого Ма Хэоу духу на это так и не хватило.

Пока Ма Хэоу лебезил перед обоими, суетливо лавируя между ними, Мэн Тинтун продолжал безмятежно улыбаться. Он даже завёл непринужденный разговор о сплетне, которую только что подслушал в буфете. Якобы какого-то новенького ассистента сегодня со свистом выставили за дверь из-за его чудовищной манеры общения — парень ухитрялся оскорбить любого, с кем заговаривал, из-за чего никто в компании не желал с ним работать. Поскольку стажировка подходила к концу, а работы для него так и не нашлось, начальство решило не дожидаться официальных бумаг и выставило бедолагу вон прямо с утра.

Ма Хэоу слушал это с замиранием сердца. Его мозг лихорадочно работал, пытаясь разгадать скрытый смысл: была ли это завуалированная издевка в адрес собеседника или Сун Цинюнь действительно просто делился забавным слухом?

Яо Цзиньюй мысленно закатил глаза.

«Да уж кто бы говорил про длинный язык! Сам-то хорош — слова без шпильки не вымолвишь».

Один вид Сун Цинюня выводил его из себя, но, как назло, у этого парня было до безумия очаровательное лицо. Мягкие, лишённые резких изгибов губы складывались в приветливую полуулыбку. Он говорил не торопясь, спокойным и бархатистым голосом, и эта вкрадчивая манера могла бы показаться усыпляюще приятной... если бы за каждым его словом не крылась ядовитая насмешка.

Бог знает, к чему вёл этот разговор, но стоило им приблизиться к дверям кабинета, как Сун Цинюнь резко сменил тему:

— Кстати, мне как раз не помешал бы личный ассистент.

Ма Хэоу воззрился на него в полном недоумении. Яо Цзиньюй замер у полуоткрытой двери и нахмурился:

— И что с того?

Сун Цинюнь мягко улыбнулся и указал на долговязую фигуру, которая незаметно пристроилась следом за ними:

— Почему бы не взять его ко мне? Запросы по зарплате у него скромные, так что для компании это сплошная выгода.

Ма Хэоу:……

«То есть ты битый час молол языком только ради того, чтобы выбить себе помощника?!»

Обычно в моменты крайнего изумления люди могут лишь глупо и беспомощно улыбаться. Именно это сейчас и произошло с Яо Цзиньюем. Он действительно рассмеялся от злости и абсурдности ситуации.

«Сразу видно — головой парень приложился знатно. Логика у него явно не как у нормальных людей! Какая жалость, такое лицо пропадает... Будь он просто смазливым дурачком, притихшим и покорным, с этим ещё можно было бы смириться. Но этот экземпляр мало того что остёр на язык, так ещё и ведёт себя как законченный психопат. Кому вообще сдалось такое взбалмошное чудо? К тому же он совершенно неуправляем, да ещё и посмел обидеть нашего Юйюаня! И после всего этого он требует себе личного помощника? Чёрта с два!»

Яо Цзиньюй собирался было жёстко отказать, но Сун Цинюнь, словно не замечая его ярости, продолжал ласково смотреть на него. Сквозь тонкие стекла золотистых очков его глаза блестели мягким, завораживающим светом, отражая неоновые огни коридора. Этот пристальный, немигающий взгляд буквально завораживал.

«Ишь как заладил... Неужели ему так сильно нужен этот помощник?»

Яо Цзиньюй смерил его презрительным взглядом.

Поколебался секунду.

И снова скосился на него.

«Да в конце концов, какая разница? Подумаешь, ассистент!»

— Ладно, пусть работает на тебя, договорились, — уступил Яо Цзиньюй. Перехватив ручку двери, которую Ма Хэоу усердно придерживал плечом, он с силой распахнул её настежь: — А теперь соизволите войти? У меня сейчас руки отвалятся держать её для вас, молодой господин!

Мэн Тинтун удовлетворенно кивнул, но перед тем как переступить порог, внезапно остановился и обернулся к своему новоиспеченному помощнику:

— Кстати, напомни-ка... Кем ты работал раньше?

Ню Вэньу вытянулся в струну и с самым серьезным видом отрапортовал:

— Выпускник Школы боевых искусств Фэншань! Два года работал инструктором на кафедре ушу в Пекинском спортивном университете! Всю жизнь занимаюсь единоборствами! Тренировок не пропускал ни разу!

Ма Хэоу:……

Яо Цзиньюй:……

Мэн Тинтун же, довольно прищурившись, ласково, точно ребенка, подбодрил крепыша:

— А награды у тебя какие-нибудь есть?

Ню Вэньу ненадолго задумался и принялся чеканить, словно зачитывая послужной список:

— Победитель чемпионата две тысячи восемьдесят пятого года... Лауреат кубка две тысячи девяносто седьмого... Обладатель девятого дана по профессиональному мастерству... А также...

Ма Хэоу слушал это перечисление титулов с отвисшей челюстью.

Яо Цзиньюй долго молчал. Сначала его душила злость, потом накрыла истерика, и в конце концов он глухо выдавил:

— Ты... ты кого себе нанял? Это же вышибала в чистом виде!

Затем он злобно зыркнул на Сун Цинюня:

— Ты на что это намекаешь? Сам пришёл ко мне на поклон, а теперь притащил этого громилу? Боишься, что я перейду к рукоприкладству?

Мэн Тинтун расплылся в ослепительной улыбке. Стоя во весь рост у раскидистой кадки с декоративной зеленью, он мягко произнес:

— Что вы, у меня и в мыслях такого не было. Господин Яо слишком мнителен.

Яо Цзиньюй перевел взгляд с хмурого мастера ушу на безукоризненное, раздражающе прекрасное лицо Сун Цинюня и шумно, прерывисто вдохнул сквозь зубы.

«Ладно. Чёрт с тобой».

— Хм... Очень надеюсь, что это действительно так.

http://bllate.org/book/20577/2119040