Готовый перевод Transmigrated as the Lord's Youngest Son, I Build Infrastructure with a Gacha System / Карточный гача-босс в мире магии: Как младший сын лорда подмял под себя империю: Глава 28

Ночь прошла без снегопада и резкого похолодания, однако Илай всё равно слёг с лихорадкой.

— Со мной всё в порядке, Сесилия, — осипшим голосом попытался успокоить её Илай, глядя на шмыгающую носом девушку. — Досадно только, ведь ты так редко выбираешься в замок правителя.

Старшая барышня Лопп, облачённая в боевой костюм, тут же с наигранной трагичностью утёрла слезу:

— На самом деле я бы с радостью наведывалась сюда так же часто, как Кларенс, а то и оставалась с ночёвкой!

Впрочем, одно дело — наследник семьи Лопп: их с младшим молодым господином связывала крепкая дружба, и постоянные визиты ровесника не вызывали пересудов. Но стоило бы девушке постарше регулярно мелькать в замке, как род Лопп тут же приписали бы к ярым сторонникам Илая.

Несмотря на аристократически утончённое, почти холодное лицо, мимика у Сесилии была невероятно живой. Илай не удержался и тихо рассмеялся. Девушка мысленно упёрла руки в бока, торжествуя: кто бы сомневался, никто не умеет поднимать настроение малышу Илаю лучше неё, Сесилии Лопп!

Вспомнив о небольшом подарке, который он не так давно передал ей через Кларенса, Илай спросил:

— Как тебе мыло? Понравилось в использовании?

— Ах, точно! — встрепенулась Сесилия, заговорив с особым оживлением: — Матушка от него в полном восторге! Она даже сказала, что если ты решишь выставить мыло на продажу в Лавке товаров Фрэнсиса, это произведёт настоящий фурор.

Дедушка Сесилии по материнской линии был довольно успешным купцом из дворян. В отличие от госпожи Ферии, выросшей в сказочной роскоши, но совершенно не смыслившей в торговле, мать Сесилии обладала поразительным чутьём на выгоду.

Именно из-за этого делового чутья Илай в своё время убедил Дилана назначить госпожу Лопп заместителем главы Департамента торговли. К слову, продажа части товаров иностранным купеческим караванам через местную лавку была именно её инициативой.

Услышав столь высокую оценку из уст искушённой женщины, Илай слегка удивился:

— Но ведь у нас есть чистящее средство из травы Келинг?

Трава Келинг являлась уникальным растением этого мира. Её стебли и корни изобиловали соком с мощными очищающими свойствами — Илай мысленно сравнивал его с густым гелем для стирки или концентрированным средством для мытья посуды. Процесс приготовления средства был прост, хотя для знати базовую формулу подвергали нескольким этапам сложной очистки.

Из-за доступности травы Келинг Илай вспомнил о мыле — одном из обязательных предметов в арсенале любого попаданца — лишь недавно, от нечего делать. Сварил он его с запасом, поэтому раздал излишки в качестве небольших подарков близким людям.

Сесилия покачала головой:

— От постоянного использования средства из Келинга кожа со временем грубеет и сохнет. А от мыла — нет!

Для знатных дам, ценивших нежность кожи превыше всего, это было серьёзной проблемой. Им приходилось тратить целые состояния на дорогостоящие бальзамы, а затем снова смывать эту липкую мазь келинговым раствором — получался замкнутый круг.

Илай даже не задумывался о подобном нюансе, полагая, что при наличии местного аналога мыло окажется бесполезной экзотикой. Поразмыслив, он решил, что на досуге стоит заняться улучшением рецептуры, дабы пополнить ассортимент Лавки товаров Фрэнсиса новым ходовым товаром.

— Барышня Лопп, — раздался от двери недовольный голос.

Оба обернулись. На пороге стоял Олин с чрезвычайно мрачной миной.

Илаю на мгновение показалось, будто посещать его спальню во время болезни стало для брата обязательным ритуалом — этаким ежедневным отмечанием на посту.

— Пора в военный лагерь, — буркнул верный своим привычкам Олин.

«В лагерь? В лагерь Личной гвардии?»

Илай перевёл взгляд на Сесилию. Он знал, что девушка мечтает стать искусным фехтовальщиком на лёгких мечах, а не порхать по пышным балам в шелках, но никто и словом не обмолвился, что она уже вступила в личную гвардию!

Личная гвардия правителя Фрэнсиса разительно отличалась от обычных гарнизонных войск. Ей регулярно приходилось выезжать на передовую или подавлять буйства магических зверей. Илай сомневался, что семья Лопп добровольно отпустила бы свою единственную наследницу в такое опасное место.

«Неужто она вступила в отряд втайне от родных? Кажется, даже Кларенс не в курсе», — заподозрил Илай.

Только тут Сесилия вспомнила, что пришла в замок не только проведать больного друга, но и явиться в лагерь личной гвардии.

— Ох! — Она подскочила как ужаленная. — Сяо Илай, я навещу тебя позже! Я же опаздываю в свой первый день!

Сознание Илая из-за жара работало со сбоями, и он не успел ничего ответить. Девушка уже сделала два стремительных шага к выходу, как вдруг резко обернулась, приложила пальчик к губам и тихо прошипела:

— Тсс!

«Что ж, вполне в её духе. Тайное вступление в личную гвардию — как раз то, чего и стоит ждать от старшей барышни Лопп».

Илаю оставалось лишь снисходительно улыбнуться и кивнуть.

Едва жизнерадостная девушка скрылась за дверью, Илай с недоумением обратился к Олину, всё так же подпиравшему косяк:

— А ты разве не идёшь?

Обычно в этот час Олин уже вовсю махал двуручным мечом на тренировочном плацу.

— Разумеется, иду.

Он смерил Илая странным, трудноописуемым взглядом. Когда пауза стала затягиваться и вызывать неловкость, Олин вдруг отрывисто спросил:

— Ты... не сдохнешь?

Илай с искренним изумлением отозвался:

— Я-то думал, у меня обычная простуда от ночного сквозняка.

Как бы ни складывались их отношения в прошлом, они вместе прошли через испытания, и между ними установилось некое подобие молчаливого перемирия. Вряд ли Олин действительно желал ему смерти. Или у него подскочила температура до смертельных значений, а он и не заметил?

Губы Олина исказились в насмешливой ухмылке — с такой миной он ходил лет в восемь, пока не стал старше. Скептически хмыкнув, он бросил через плечо с напускной грубостью:

— Смотри у меня, попробуй только! — и вышел.

Несмотря на грозный тон, прикрыл он дверь удивительно тихо.

Илай остался в полном недоумении. Поразмыслив, он списал всё на трудности подросткового возраста. Что возьмёшь с тинейджера — кто поймёт, что у них в голове?

В просторной спальне воцарилась тишина. Илай откинулся на мягкие подушки, и беззаботное выражение постепенно сошло с его лица, точно растворяемая водой краска.

Вчера вечером, сразу после того как Дилан обронил, что ни один житель земель Фрэнсиса не станет добровольно упоминать Святой Престол, система выдала задание, кардинально отличавшееся от всех предыдущих.

[Серийное задание «Темный купол»]

Ни описания, ни подсказок, ни шкалы прогресса — ровным счётом ничего. На миг Илай даже решил, что в системе произошёл сбой, помешавший отобразить подробности, но ответ системы был однозначен: ошибки нет.

Задание состояло лишь из названия.

Святой Престол явно таил в себе некую угрозу.

Однако сейчас главная проблема кролась в другом. Илай вздохнул и устало потёр виски.

Мысли вернулись к вчерашней беседе.

Движимый неопределённым чувством, в котором он и сам не хотел себе признаваться, он тогда увёл разговор от темы Престола и спросил у Дилана:

«А вокруг жилы элементальных самоцветов не замечали ничего странного?»

«Именно поэтому я и завёл этот разговор. Я нашёл кое-что в снегу».

С этими словами Дилан, будто фокусник, достал из-за пазухи цветок.

И сейчас этот цветок находился в руках у Илая.

Илай опустил взгляд и медленно повернул тонкий стебель. Сине-фиолетовые лепестки затрепетали, походя на крылья готовящейся к взлёту бабочки.

Ирис. Многолетнее травянистое растение, зацветающее обычно в тёплые дни апреля или мая...

Но никак не в лютую зимнюю стужу.

http://bllate.org/book/20495/4699095