Готовый перевод Transmigrated as the Lord's Youngest Son, I Build Infrastructure with a Gacha System / Карточный гача-босс в мире магии: Как младший сын лорда подмял под себя империю: Глава 15

Поговорив с гостьями пару минут, госпожа Лопп и старшая барышня направились в залу встречать прибывающих.

Ферия тоже поднялась со своего места:

— Мне стоит показаться внизу.

И хотя главным виновником торжества числился Кларенс, а Илай невольно оказался в самом эпицентре тайных интриг, обе женщины словно по молчаливому сговору оставили мальчиков на террасе.

Кларенс, из последних сил сохранявший невозмутимый вид сдержанного юноши, с трудом взвалил на себя бремя хозяина вечера. Взглянув на Илая, послушно сидевшего в кресле, он немного помедлил и всё же решил выдавить из себя хотя бы пару фраз:

— Почему ты пришёл без брата?

— Без понятия, — чистосердечно ответил Илай.

Илай уже давно не пересекался с Олином нигде, кроме обеденного стола. В последнее время тот с головой ушёл в дела: уходил из замка едва теплился рассвет, а возвращался уже под лунным светом. Их братские чувства и прежде не отличались теплотой, так что при встрече они ограничивались лишь неловкими кивками. Впрочем, это в любом случае лучше прежней взаимной антипатии — по крайней мере, Дилан оставался вполне доволен такой переменой.

Илай из вежливости поинтересовался:

— Вы с Олином друзья?

Обычно невозмутимое лицо Кларенса вытянулось и скривилось так, будто он проглотил муху. Скорчив мину, он категорично качнул головой:

— Нет.

Чутьё на сочные сплетни у Илая сработало мгновенно. Ерзая по сиденью, он пододвинулся ближе к Кларенсу, и его глаза засияли от откровенного любопытства.

Виновник торжества, к счастью, не относился к тем семилетним детям, которые любят напускать на себя таинственность, а потому без лишних раздумий выложил всё как есть прямо родному брату своего обидчика:

— Он сломал мой меч.

Дело было куда серьёзнее, чем казалось из этой краткой фразы. Сломанный клинок не являлся обычной покупной железкой — Кларенс выковал его собственными руками.

В шесть лет, когда у мальчика проявился дар к фехтованию, сам бой его особо не увлёк. Зато вспыхнула страсть к кузнечному делу. Вот только секреты ковки в этом мире свято берегли гномы, а немногочисленных талантливых людских мастеров мгновенно переманивали к себе правители империй. Кларенсу приходилось доходить до всего самому, по крупицам собирая знания из редких, полуистлевших фолиантов.

Судя по всему, к кузнечному ремеслу у него имелся настоящий талант: всего за пару месяцев неустанного труда юноша создал свой первый меч. Пусть тот вынес немало шлака, отличался мягкостью и выглядел, прямо скажем, невзрачно, Кларенс гордился им неимоверно. В мире, где оборот оружия и даже обычного сельхозинвентаря жёстко контролировался короной и приобретался исключительно через централизованные закупки правления, шестилетний мальчишка сумел сотворить настоящий клинок! Да, пусть он далёк от совершенства, но ведь впереди ещё вся жизнь.

А затем этот меч стянул его кузен. Когда Кларенс с трудом разыскал воришку, тот как раз упражнялся в фехтовании с Олином. Мальчик не успел даже рта открыть, как остриё чёрного двуручника Олина сокрушило его творение, переломив клинок надвое.

— Я понимаю, что твой брат ни в чём не виноват, — Кларенс старался держать лицо и сохранять невозмутимый вид, но то, как отчаянно его пальцы впились в корешок книги, выдавало обиду и затаённую злобу. — Вот только он заявил, будто мой меч настолько хрупкий, что он бы даже в три года постеснялся играть с подобным дрязгом.

Узнав, откуда взялась та деревяшка, Олин из порядочности пообещал возместить ущерб и подарить Кларенсу отличный рапирный клинок, с которым можно тренироваться хоть до самого совершеннолетия. Однако теплее к нему Кларенс относиться не стал.

— Все твердят, будто я просто капризничаю, — вздохнул мальчик. — Ведь старший молодой господин действительно ничего не знал.

Илай слегка похлопал Кларенса по натянутой, как струна, спине, выражая сочувствие:

— Но факт остаётся фактом: пусть Олин сделал это ненамеренно, тебе от этого не легче, верно? Жертва не обязана влезать в положение своего обидчика.

Почувствовав на себе пристальный взгляд Кларенса, Илай всё же попытался немного сгладить углы в отношении брата:

— И всё-таки главный виновник — твой кузен. Воры — самые мерзкие люди!

Вспомнив украденный батат с картофелем, Илай вложил в эти слова всю глубину нерастраченной праведной ярости.

— Он уже поплатился за свой проступок, но ты прав, — Кларенс несмело протянул руку и взъерошил мягкие волосы Илая. На ощупь они оказались удивительно приятными.

«А ведь не зря говорят, что младший молодой господин Фрэнсис укротил дракона. Он куда симпатичнее своего спесивого братца».

Илай ещё не догадывался, что лёгким движением руки завоевал расположение будущего главы дома Лопп. Привычным жестом поправив растрёпанную шевелюру, он спросил:

— Собираешься ковать следующий клинок?

— Вот моя кузница, — вместо ответа Кларенс распахнул перед ним тяжёлую деревянную дверь, торжественно представляя своё убежище.

Илай искренне не понимал, каким образом их ни к чему не обязывающая светская беседа вдруг вылилась в экскурсию по рабочей мастерской в дальнем крыле поместья.

Под устремлённым на него взглядом Кларенса, изо всех сил пытавшегося скрыть мальчишеский азарт и надежду, Илай обвёл взглядом помещение и сдержанно ахнул.

Рабочий верстак был подогнан ровно под детский рост; горн до сих пор хранил следы копоти от недавнего жара, а в углу аккуратными кучками лежала отсортированная руда. Возле тяжёлого молота на наковальне покоился недокованный длинный меч.

Кларенс относился к кузнечному делу со всей серьёзностью.

— Можно взглянуть?

Кларенс молча поднял оружие и с гордостью протянул его гостю.

Илай осторожно провёл подушечками пальцев по металлу. В отличие от того оружия, что ему доводилось видеть раньше, этот клинок отсвечивал тусклым, матовым блеском.

— Ты использовал обычное кричное железо?

— Ну да, — подтвердил Кларенс.

«Так вот в чём дело», — мысленно кивнул Илай. Неудивительно, что первый клинок так легко разлетелся на куски: если память ему не изменяет, железо требует переделки в сталь. А какая сталь без хорошего угля?

«Значит, нужно как можно скорее прибрать к рукам угольные месторождения в Долине Драконьего Хребта», — подумал Илай, прикрыв веки, чтобы спрятать вспыхнувший огонёк азарта.

Кларенс впервые привёл кого-то в свою кузницу. Обычно ровесники считали его увлечение нудным и непонятным, а сам он из-за вечной уткнутости в книги так и не обзавёлся друзьями. Но Илай не просто внимательно слушал — он задавал точные, дельные вопросы! Не удержавшись, Кларенс разговорился сверх обычного.

— Если хочешь, — пробормотал он напоследок, — я могу позвать тебя, когда буду ковать следующий меч.

— С большим удовольствием! — Илай лучезарно улыбнулся.

«Разве я иду смотреть, как ребёнок стучит молоточком? Нет, я иду наблюдать за становлением будущей опоры Первого металлургического завода Фрэнсиса!»

После договора о совместной кузнечной практике отношения между мальчиками стремительно пошли на лад. Теперь Кларенс бережно вёл Илая за руку, приноравливаясь к короткому шагу младшего.

Прогуливаясь по саду, они миновали очередную клумбу, когда Илай внезапно уловил доносившиеся неподалёку взволнованные голоса. Прежде чем он успел остановиться, Кларенс быстро увлёк его за собой в густые заросли гортензий.

Густой аромат цветов, смешанный с сырой землёй, обдал их душной волной. Кларенс защитительным жестом прикрыл спину Илая. В полумраке его ледяные синие глаза блеснули подобно прозрачному стеклу, и Илай вдруг заметил, что зрачки спутника куда более узкие и вытянутые, чем у Сесилии — совсем как у молодого волка.

— Это ведь твой дом, — шепнул Илай, едва шевеля губами. — Зачем мы прячемся?

Настороженный Кларенс опешил. И вправду... Это ведь его собственное поместье! Разве он не имеет права ходить там, где вздумается?

Но дело было сделано: вылезай они сейчас — не избежать неловкой встречи. Чтобы не ронять честь семейств Фрэнсис и Лопп, мальчикам оставалось лишь сидеть на корточках, осторожно разглядывая происходящее сквозь переплетение ветвей.

Шум перепалки нарастал. Говорили две женщины: одна захлёбывалась от ярости, другая вела себя подчёркнуто хамовато и сдержанно.

— Ты обязана всё мне объяснить! Сегодня же!

— Да что объяснять-то? Я же ясно сказала: я понятия не имею, о чём речь.

Илай и Кларенс переглянулись. По выражению их лиц всё было понятно без слов: сейчас прольётся свет на отборнейшую тайну.

Распалённая гневом дама резким движением остановилась, нервно топнула каблуком и, оглядевшись по сторонам, понизила тон до шипящего шёпота:

— Эти товары шли через тебя! А теперь все думают на меня! ВСЕ!

— Ты сама это сказала: все так считают. И толку тебе от моих объяснений?

— Ах ты!..

Вторая дама издала желчный, насмешливый смешок:

— Давай-ка проясним кое-что. Ты сама выкупила у меня эту партию. И когда остальные допытывались, откуда добро, ты лишь туманно улыбалась, позволяя им думать, будто сама обо всём договорилась. Куш-то ты сорвала немалый, верно? А теперь, когда правитель начал копать, решила резко умыть руки?

При упоминании Дилана Илай мгновенно насторожился. Чутьё подсказывало: нечаянная слежка принесёт плоды, ради которых он и приехал на этот приём.

Эти слова, похоже, попали в самую больную мозоль. Былая спесь сбежала с лица разъярённой женщины, уступив место отчаянной мольбе:

— Отвечай прямо... Неужели ты и вправду сама всё это достала?

— А ты как думаешь? — с холодным превосходством роняла слова собеседница. — Неужели ты всерьёз полагала, будто мой никчёмный муженёк способен выкрасть картофель и батат, личные посадки маленького молодого господина, прямо из-под носа усиленной охраны замка?

Кларенс вздрогнул и невольно перевёл взгляд на Илая. Всегда кроткий и улыбчивый мальчик сейчас сидел с совершенно застывшим, ледяным лицом. От этого маленького ребёнка, который был на голову ниже его самого, исходила такая тяжёлая, давящая аура, что перед глазами вставал образ властного правителя.

Словно миниатюрная копия самого Дилана Фрэнсиса.

— Так кто же это?! Кто за этим стоит?! — визгливый голос сорвался на фальцет.

Даже её сдержанная собеседница не выдержала и прошипела сквозь зубы:

— Ори громче, если хочешь, чтобы сюда сбежалась вся стража!

Ночной ветер доносил до затаившихся в кустах детей лишь рваное, тяжёлое дыхание собеседниц.

Спустя долгую паузу первая женщина произнесла жутким, мертвенно-спокойным тоном:

— Мелинда... Мне конец. И моему роду тоже конец.

— Не глупи, — отмахнулась Мелинда, впрочем, без прежней уверенности. — Никто не посмеет уничтожить дворянство. Даже правитель. Тем более когда аристократия выступит единым фронтом.

Слова подруги не принесли ей утешения. Она лишь горько, надрывно усмехнулась:

— Мы не в столице империи, Мелинда... Мы в землях Фрэнсиса.

Она замолчала на мгновение, опустив взгляд:

— Последний род, попытавшийся сплотить дворян и вынудить правителя отступить, канул в небытие ещё сотню лет назад, Мелинда.

В саду снова воцарилась звенящая тишина. Взрослые и слуги толпились в главном зале вокруг госпожи правительницы и главы дома Лопп, и никто даже не догадывался, какая бурная драма разыгралась в тени клумб.

Зашуршала листва, и из зарослей выбрались двое мальчишек. Кларенс быстро отряхнулся сам, а затем бережно смахнул лепестки гортензий с макушки спутника.

— Век — это ведь достаточно долго, чтобы многое забыть, верно? — тихо спросил Илай.

— Пожалуй.

— Такие важные уроки, — Илай устремил тяжёлый, пристальный взгляд на окна залы, прорезавшие тьму тёплым янтарным светом, — просто грех забывать.

http://bllate.org/book/20495/4561932