Готовый перевод The Villain is a Very Good Person / Злодей — прекрасный человек: Глава 20

Проследив за взглядом Бай Шуана, Янь Жунъи тут же заприметил этого Бай Юаня и с нескрываемым удовольствием приготовился наблюдать за чужой драмой.

Лишившись культивации, он не слышал, о чём шепчутся ученики, но в кланах совершенствующихся всё всегда сводилось к одному и тому же. Банальная грызня да создание группировок: кто с кем дружит, кто против кого объединяется.

Детский сад, да и только.

Поудобнее перехватив меч Чэнъин, Янь Жунъи перевёл взгляд с Бай Шуана на Бай Юаня и обратно. Пристроившийся на его плече Фуси воспользовался моментом и тихо каркнул:

— Это племянник двоюродного дяди Бай Шуана, зовут Бай Юань.

Янь Жунъи искренне удивился:

— Надо же… Родственники?

— В некотором роде, — невозмутимо откликнулся птиц.

— А почему ни капли не похожи?

— Можешь считать, что его подобрали на безымянной кладбищенской пустоши, — с философским спокойствием выдал Фуси.

—…

Разбираться в хитросплетениях чужого генеалогического древа Жунъи не собирался. Куда важнее было другое: они ещё даже не покинули горы Фушань, а этот сопляк уже прикрывается именем Бай Шуана, чтобы задирать девчонку!

Где это видано?

Насколько успел заметить Жунъи, в школе Гор Фушань обретались исключительно мужчины. Если сейчас спугнуть едва прибывших учениц, их обитель рискует превратиться во второй храм Наньчжаоти!

Местные адепты и без того походили на монахов куда больше самих монахов. И пусть сам Янь Жунъи не стремился связывать себя узами с даосской спутницей, превращения родной школы во второй храм Наньчжаоти он допустить не мог.

Словом, в эту заваруху он намеревался вмешаться лично.

Но не прямо сейчас.

Судя по упрямому подбородку девчушки, давать себя в обиду она не собиралась.

— Не кипятись, — Янь Жунъи придержал за локоть распалившегося Бай Шуана и глазами указал на Ваншуя.

Бай Шуан гневно обернулся, но, увидав, что старший брат Ваншуй стоит с невозмутимым видом, мгновенно остыл.

— В нашей школе правила просты: чьи кулаки тяжелее, тот и прав, — ровным голосом произнёс Ваншуй. — Забыл, Бай Шуан? Это самый первый урок, который усваивает любой новоприбывший ученик.

Бай Шуан виновато опустил голову:

— Прости, брат, я погорячился.

Янь Жунъи поражённо покачал головой:

— Надо же, какие здесь дикие нравы.

Не успел он договорить, как три пары глаз одновременно впились в его лицо.

По спине Жунъи побежали мурашки.

— Старший брат Янь, ваша память поистине избирательна, — Бай Шуан сделал несколько глубоких вдохов, изо всех сил пытаясь сохранить перед Ваншуем образ «послушного и кроткого младшего», и продолжил почти спокойно: — Правило про силу кулака предложил ты сам.

—…?

— Я тогда вспылил, не согласился — так ты просто выбил из меня всю дурь.

—…??

Фуси на его плече язвительно зашипел:

— Ну да! Ты сам назвал это «воспитанием через встряску». А Учитель похвалил идею и сделал её местным законом.

—…???

Янь Жунъи онемел. Что за чертовщина с его Учителем? Как Почтенный вообще мог поверить в подобный бред?!

Ваншуй, впрочем, не выглядел взбешённым — в отличие от птицы и Бай Шуана. Их поединки с Жунъи всегда проходили строго в рамках приличий: не можешь одолеть — признай поражение.

Полагая, что старший брат просто дурачится, как и прежде, Ваншуй мягко напомнил:

— Нам пора спускаться на мечах. Брат Янь, ты уже решил, с кем полетишь? На моём Мече Безмятежности или на Мече Весеннего Снега Бай Шуана?

«Весенний Снег» — надо же, какое поэтичное название выбрал для своего клинка эта Деревяшка, — подумал Жунъи.

По-хорошему, надёжнее и безопаснее всего казался Ваншуй. Но едва Жунъи открыл рот, как наткнулся на ледяной, угрожающий взгляд Бай Шуана. До него мгновенно дошло: этот упрямый деревянный чурбан безответно влюблён в Ваншуя. Если сейчас взгромоздиться на меч его возлюбленного, спокойной жизни Жунъи не видать.

Он тут же переобулся:

— Полечу с Бай Шуаном.

Ваншуй не заподозрил подвоха:

— Хорошо. — И, повернувшись к младшему, серьёзно добавил: — Брат Янь ещё не оправился от старых ран. Лететь нужно плавно, не развивай высокую скорость.

Бай Шуан сложил руки в изящном поклоне:

— Сделаю всё, как скажешь, брат.

Рядом с Ваншуем Бай Шуан преображался в самого шёлкового и послушного ученика на свете — разительный контраст с тем, как он рычал на Жунъи.

У Янь Жунъи от этой фальши даже зубы заломило. Он наклонился к птице Чунмин, чистившей пёрышки у него на плече, и тихо шепнул:

— Видел, как извивается Деревяшка? И когда он с таким подходом рассчитывает завоевать Ваншуя?

Фуси, не отрываясь от своего занятия, чеканил:

— Ты уже задавал мне этот вопрос.

— И что же ты ответил? — притворяясь дурачком, уточнил Жунъи.

— Я сказал: «Мечтай дальше, идиот!» — Фуси со всей дури хлопнул его крылом по щеке. — Завязывай трепаться, смотри лучше: мелкие сейчас вцепятся друг другу в глотки!

Жунъи перевёл взгляд на Бай Юаня и Линь Яоинь. Те и впрямь застыли друг напротив друга, готовые пустить в ход кулаки.

Какой бы из предыдущих «переселенцев» ни выдумал чушь про «воспитание через встряску», у самого Янь Жунъи совесть была на месте. Смотреть, как притесняют девчонку, и ничего не делать — выше его сил.

Он покашлял, привлекая внимание, и громко произнёс:

— Послушайте… Едва переступив порог школы, сразу же обижать девчонок? Вы так не боитесь до конца дней остаться в гордом одиночестве?

Услышав его голос, Бай Юань и Линь Яоинь судорожно опустили руки и склонились в поклоне:

— Старший брат!

Они только прибыли на гору. И хотя успели наслушаться басен про «сговорившегося с демонами и предавшего своих» Янь Жунъи, связать жуткие слухи с элегантным стражем Закона в маске никак не могли. А потому держались подчеркнуто вкрадчиво и нижайше.

Оглядев ораву зелёных юнцов, Жунъи хмыкнул:

— Так что, не страшно век вековать без пары?

Желая выслужиться, Бай Юань выскочил вперёд:

— Страшно!

— Страшно? — Жунъи обнял меч Чэнъин и с фальшивым удивлением качнул головой. — А по мне, ты вообще ничего не боишься. Иначе с чего бы стал задирать девушку?

— Что старший брат имеет в виду? — побледнел Бай Юань, но тут же принялся с пеной у рта оправдываться: — Она… Она сама всё подстроила! Нарочно хотела выставить меня виноватым, чтобы вы меня наказали!

Жунъи снисходительно кивнул:

— Всё верно. Вот я тебя и накажу.

— Брат… — Бай Юань поперхнулся, а затем с мольбой перевёл взгляд на стоящего за спиной Жунъи Бай Шуана: — Брат Бай Шуан, я…

— Заткнись!

Бай Шуан, органически не переваривавший тех, кто пользуется силой против слабых, уже давно едва сдерживал отвращение. Не дав сопляку договорить, он влил духовную энергию в ладонь, выхватил «Чуньсюэ» и наотмашь рванулся вперёд.

— Эй-эй, полегче! — Жунъи инстинктивно вскинул клинок Чэнъин, перехватывая удар.

Поскольку у него не осталось духовных сил, отразить такой выпад он не смог бы при всём желании. Однако в то самое мгновение, когда «Весенний Снег» полоснул по клинку Чэнъин, полотно Лунной Тени, в которое тот был запеленат, вспыхнуло мягким светом. Воздух вокруг пошёл рябью, и водяная волна плотной духовной энергии рванула во все стороны, отбросив Бай Шуана шагов на десять назад.

Бай Шуан обомлел.

Оправившись, он спешно опустил меч и отвесил глубокий поклон самому клинку Чэнъин:

— Ученик был глуп и сплоховал.

Меч Чэнъин являлся персональным оружием самого Почтенного Чэнъина.

Оружие сильнейшего заклинателя меча Поднебесной — разве смеет кто-то посягать на его величие?

Бай Шуан кланялся не Янь Жунъи, а заключённой в мече воле его хозяина.

Впрочем, новобранцы в такие тонкости не вникали. На их глазах грозный Страж Закона совершил выпад, а стоящий напротив краснодеревенный мечник лишь лениво повёл рукой — и нападающий отлетел, словно сухой лист!

Пальцы Жунъи, сжимавшие рукоять Чэнъин, слегка дрогнули.

Он остановил Бай Шуана вовсе не ради спасения Бай Юаня. Просто если бы тот действительно покалечил юнца, по возвращении домой родня затаскала бы его по разбирательствам.

Вот только действуя на эмоциях, Жунъи напрочь забыл, что лишён культивации.

"Учитель…"

Жунъи нахмурился, поглаживая полотно Лунной Тени на мече. Теперь стало очевидно: Почтенный Чэнъин наложил на своё оружие особое защитное заклятие.

Подавив странный трепет в груди, Жунъи повернулся к девчушке и поманил её пальцем.

Линь Яоинь, с глазами, полными нескрываемого восхищения, подбежала вплотную:

— Старший брат!

— Ну что, как думаешь, сдюжишь против него? — Жунъи присел на корточки и с улыбкой указал на Бай Юаня.

Девочка поджала губы и честно, хоть и с неохотой, призналась:

— Не уверена.

— Не уверена? — переспросил он.

Опустив голову, Линь Яоинь вздохнула:

— Не одолею. Сейчас — точно нет. Но потом обязательно побежу! Брат, позволь мне с ним сойтись! Пусть я проиграю, но и ему легко не поздоровится!

— Вот это упрямство, хвалю, — Жунъи похлопал в ладоши. — Что ж, желаешь помериться силами — я тебе устрою.

В глазах Бай Юаня мелькнула злобная радость.

Если ему дозволят драться с этой девкой, он щадить её не станет! А когда та доберётся до старейшины Юйсюань и начнёт жаловаться, будет уже поздно…

Бай Юань сжал кулаки и опустил взгляд, пряча затаённую лютую ярость.

— Благодарю за милость, брат! — Линь Яоинь глубоко поклонилась Жунъи.

Проигрыша она не боялась. Дедушка всегда твердил: над каждым сильным найдётся тот, кто ещё сильнее, и только с поражениями приходит настоящий рост.

Жунъи с ласковой теплотой взъерошил ей волосы на макушке, а затем на его губах заиграла лукавая усмешка:

— Ну что, Бай Юань, согласен сойтись в поединке с Линь Яоинь?

— Согласен! — Бай Юань заискивающе забегал глазами. — А если… если случится увечье или гибель?

— Жизнь или смерть — мне без разницы. Я беру ответственность на себя, — Жунъи поднялся, вальяжно обнимая меч. — Ну так как, согласен?

Юнец поспешно выпалил:

— Да, согласен!

Он не просто победит — он оставит кости этой девки здесь, на горах Фушань!

Жунъи хохотнул про себя и покачал головой:

— Хорошо. Тогда усвой правила… Тебе запрещено использовать духовную энергию. А Линь Яоинь — разрешено. Начинайте, нам уже пора спускаться.

Сгусток духовной силы, скопленный в ладони Бай Юаня, мгновенно рассеялся. Он ошарашенно уставился на Жунъи:

— Брат, это нечестно!

— Нечестно? — Жунъи поправил маску на носу и с преувеличенным изумлением спросил: — В нашей школе Гор Фушань справедливость превыше всего! Отвечай: ты сам только что согласился на бой?

—…Да.

— А про правила перед этим спросил?

—…Нет.

Жунъи развёл руками с самым невинным видом:

— Ну так какие к нам вопросы!

С этими словами он слегка подтолкнул девчушку в плечо:

— Иди, покажи ему, где раки зимовать.

Едва сдерживая смех, отчего её щёки густо покраснели, Линь Яоинь шагнула к Бай Юаню и фыркнула:

— Раз ты без магии, то и я свою задействовать не стану!

Она вскинула сжатый кулачок — и вокруг него действительно не было ни намёка на духовные колебания.

— Ладно, двигаем, — Жунъи отвернулся и бросил Бай Шуану: — Подойдёшь после их поединка и запечатаешь этому сопляку дантянь, чтобы он в тайном царстве пакостить не вздумал… Справишься?

Бай Шуан сжал губы, кивнул, а затем тихо буркнул:

— Янь Жунъи, и зачем ты меня оставил? Это ничтожество даже после тайного царства Юймин не проберётся в белые одежды.

— Да чтобы ты лишних врагов себе не наживал, — со смешком Жунъи бесцеремонно закинул руку Бай Шуану на шею. — Ты чего, расклеился? Заботишься обо мне, боишься, что твоей аурой заденет?

Словно угадав его тайные мысли, Бай Шуан густо покраснел и сбросил его руку со своего плеча:

— Чушь неси дальше!

— Скучный ты, — покачал головой Жунъи и, подумав, что всё-таки полетит с Ваншуем, направился к нему.

Однако не успел он сделать и пары шагов, как покоившийся в руках меч Чэнъин судорожно задрожал. Клинок вырвался из пальцев и с глухим стуком вонзился глубоко в землю прямо перед ним, напрочь перекрывая дорогу.

Жунъи замер:

—…?

В то же самое время в закрытой пещере, где находился в уединении Почтенный Чэнъин, свисавшие с потолка сталактиты бесшумно рассыпались в пыль, серым дождем осев на каменный пол.

А началось всё буквально с четверть часа назад.

Взирая на запечатанные врата собственной обители, Почтенный Чэнъин сгорал от глубочайшего сожаления.

У его а-И больше не осталось культивации. Ну и что с того, что он забрал с собой его меч Чэнъин?!

Однако нарушение собственного слова давалось Почтенному с трудом. Поколебавшись, он решил воплотить часть своей духовной сущности прямо в клинок.

Но едва его дух перенёсся в меч, как он тут же увидел, как безрассудный Жунъи пытается собственным телом закрыть удар Бай Шуана! Пришлось высвободить нить мечевой воли, чтобы отвести угрозу. А затем этот несносный мальчишка принялся обниматься с Бай Шуаном, да ещё и вознамерился взгромоздиться на меч Ваншуя!

Почтенный Чэнъин застыл в немом возмущении:

"Что за непотребство!"

http://bllate.org/book/20430/2140224