Готовый перевод Trying Hard to Squander My Arch-Rival's Fortune / Изо всех сил разоряя своего заклятого врага: Глава 9

Закончив с ужином и вымыв посуду, Гу Лэ — новоиспечённый слуга при богаче Шэне — наконец удостоился аудиенции у местного хаски.

Ледяные голубые глаза, густая двойная шерсть и естественным образом опущенный хвост.

Завидев незнакомца, пёс по кличке Роусы ни капли не испугался. Напротив, его хвост пришёл в движение с такой скоростью, словно готов был закрутиться пропеллером. Хаски подскочил к пареньку, обнюхал его с ног до головы, описал круг, вернулся к исходной точке и принялся увлечённо обнюхивать то же самое место.

Когда пёс совершил третий подобный почётный круг, Гу Лэ окончательно убедился: перед ним чистокровный, безупречный представитель своей породы. В смысле — абсолютный дуралей.

— Привыкайте друг к другу, — удовлетворенно произнёс стоявший рядом Шэн Сяо. — Насчёт выгула: теперь это твоя обязанность.

Шэн Сяо раскормил собаку на славу: шерсть лоснилась, вес перевалил килограммов за тридцать, а в холке пёс махал чуть ли не на полметра.

Гу Лэ отродясь не держал ни кошек, ни собак и понятия не имел, с какой стороны к ним подступаться. Посомневавшись, он неуверенно протянул руку и погладил пса по мохнатой макушке.

— Роусы, — позвал он.

Хаски лишь продолжил наматывать бешеные круги, никак не откликаясь на кличку. Решив, что парень с псом нашли общий язык, Шэн Сяо ушёл в ванную.

А когда вышел, до его ушей донеслось:

— Шэн Маленькая Птичка.

— Гав!

— Ой, какая послушная Шэн Маленькая Птичка~

— Гав-гав!

Лицо Шэн Сяо вытянулось так, будто он увидел привидение. Прибавив шагу и завернув за угол, он застал картину: Гу Лэ вольготно устроился на второй ступеньке лестницы и увлечённо пожимал вытянутую левую лапу Роусы.

— Ты как его сейчас назвал? — смерив парня свирепым, излучающим убойную силу взглядом, процедил Шэн Сяо.

Гу Лэ и бровью не повёл.

— Шэн Маленькая Птичка, — расплылся он в лучезарной улыбке. — На «Роусы» он вообще не откликается. К тому же, разве эта кличка не идеально подходит твоему питомцу? Тебя зовут...

— Заткнись! Не смей произносить это вслух! — рявкнул Шэн Сяо, перебивая его на полуслове.

Гу Лэ довольный оскалился, блеснув аккуратными милыми клыками.

На лбу Шэн Сяо отчётливо запульсировала вена. Он с досадой осознал, что у него просто нет управы на этого паршивца. Мелкий опять взялся за своё — всё так же обожает раздавать дурацкие прозвища.

Пришлось перенаправить весь свой праведный гнев на пса:

— Роусы, ко мне!

Хаски лишь склонил голову набок и весело вильнул хвостом, даже не подумав сдвинуться с места.

— Роусы, живо ко мне подошёл! — сквозь зубы повторил Шэн Сяо, но эффекта это не возымело. Псу было абсолютно всё равно.

— Я же говорю, ты дал ему неправильное имя. Его зову-ут... Шэн Маленькая Птичка! — Гу Лэ потормошил мохнатую лапу.

— Гав! — радостно подтвердил пёс.

Шэн Сяо тихо пробормотал пару неласковых слов в адрес бестолкового пса. Чтобы предотвратить новые словесные выпады, от которых у него едва не случился инфаркт, он спешно перевёл тему:

— Завтра в обед приготовишь еду и привезёшь ко мне в офис. Меню то же самое, что и сегодня вечером.

Ещё секунду назад топорщивший перья, как победивший драчливый петушок, Гу Лэ мгновенно сдулся:

— О-ох...

Заметив эту моментальную смену настроения, Шэн Сяо заметно повеселел:

— И да, как вернёшься, приберись в доме.

— Хорошо... — протянул Гу Лэ с видом глубокого мученика.

Шэн Сяо о чём-то вспомнил и добавил:

— В девять тридцати сваришь мне лапшу. Томатно-яичную.

Гу Лэ опустил голову ещё ниже:

— Ладно-о...

Теперь злость на непослушного пса окончательно улетучилась. Напевая про себя, Шэн Сяо лёгким шагом поднялся по лестнице и направился в кабинет.

Поставить на место этого заносчивого мальчишку — удовольствие. Заняться делами и заработать денег — тоже удовольствие. В сумме — чистый двойной восторг.

Едва шаги хозяина дома затихли наверху, Гу Лэ обнял хаски за шею и принялся поглаживать шелковистую шерсть:

— Шэн Маленькая Птичка, твой убиратель какашек — просто невыносимый тип, хнык...

— Гав!

— Вот и ты со мной согласен, — вздохнул Гу Лэ, ещё раз почесав собачий загривок.

***

Ровно в девять тридцать Гу Лэ закончил варить томатно-яичную лапшу. Для красоты он даже бросил сверху пару сочных листьев салата. Но стоит ему поставить исходящую паром пиалу на обеденный стол, как в гостиной оглушительно зазвонил домашний телефон.

— Шэн Сяо! Тебе звонят! — проорал Гу Лэ во всё горло.

Ответа не последовало.

Гу Лэ прибавил громкости на пару децибел:

— Шэн-Скупердяй! У тебя телефон сейчас сгорит! Спустись и ответь!

Тишина.

Гу Лэ сдул чёлку со лба и, громко топая, подошёл к аппарату. Не успел он и рта открыть, как из динамика раздался знакомый бархатистый, но строгий голос:

— Ещё раз назовёшь меня Скупердяем — пожалеешь. И принеси лапшу в кабинет.

Раздались короткие гудки.

«Вот же чёрт...»

С угрюмым видом вернув трубку на базу, он в очередной раз осознал: так дальше жить нельзя.

Шэн Сяо возомнил себя заправским рабовладельцем, а его, бедную невинную овечку, согнул в бараний рог. Нужно срочно готовить ответный удар! Гу Лэ вовсе не рассчитывал, что мучитель начнёт пылинки с него выдувать, — пусть хотя бы сбавит обороты и перестанет так нагло ездить на нём верхом.

Погружённый в мрачные думы, Гу Лэ потащил лапшу на второй этаж. Войдя в кабинет, он аккуратно водрузил огромную пиалу размером с хорошую тарелку на стол. Подняв глаза, он столкнулся с пристальным взглядом Шэн Сяо, который сидел в кресле, вальяжно скрестив руки на груди.

Если быть честным, внешность у этого гада была безупречной: чёткие линии, глубокий и выразительный профиль, безукоризненная точность черт, напоминавшая античные изваяния. Шэн Сяо сидел под мягким светом настольной лампы, и этот свет сглаживал его суровость, придавая обличью чертовскую, почти гипнотизирующую привлекательность.

«Эх, кабы Шэн Сяо родился немым, я бы с радостью с ним сдружился — только ради одной этой физиономии».

— А где палочки? Где ложка? — изогнул бровь Шэн Сяо, глядя на одинокую пиалу.

— Они же... — Гу Лэ осёкся и моментально пошёл на попятную, понизив тон: — В кухне остались.

Шэн Сяо смерил его взглядом, каким обычно одаривают круглых идиотов.

Гу Лэ тихонько цокнул языком:

— Ладно-ладно, сейчас принесу! Вот уж капризный какой...

И дал дёру, не дав хозяину дома вставить ни слова.

Глядя вслед ушмыгнувшему пареньку, Шэн Сяо усмехнулся и качнул головой:

— Вот ведь мелкий паршивец.

***

День, наполненный суетой и хлопотами, подошёл к концу. Наступила глубокая ночь — время отходить ко сну. Гу Лэ уже устроился в постели и едва не смежил веки, как вдруг резко распахнул глаза.

«Стоп. Сегодня же третий день! Значит, третий день проскочил?! Завтра четвёртый, послезавтра пятый, затем шестой... А если протянуть до седьмого...»

Гу Лэ перевернулся на другой бок, крепче сжав одеяло.

«Если я дотяну до конца седьмого дня, мне ведь достанется половина всего состояния Шэн Сяо?!»

Сердце заколотилось, готовое на крыльях взмыть к небесам. Впрочем, парень тут же осадил себя, насильно приземляя восторженные фантазии.

«Нет-нет, нельзя заранее радоваться. Чем выше летаешь в мечтах, тем больнее потом падать на землю».

«Эх, ладно. Буду решать проблемы по мере поступления. Надо подождать, пока папа скопит побольше денег, чтобы маме хватало на все её хотелки, — и тогда я сразу подам на развод с этим тираном!»

***

Проснувшись на следующее утро, Гу Лэ обнаружил, что Шэн Сяо уже и след простыл.

По привычке уходя ко сну, парень переводил телефон в авиарежим. Стоило отключить его, как гаджет забился в конвульсиях от шквала уведомлений.

[Шэн-Скупердяй: Отныне встаёшь в семь утра и готовишь мне завтрак.]

[Шэн-Скупердяй: (Геолокация) Вот адрес офиса. К обеду приготовишь еду и привезёшь сюда. Как прочитаешь — ответь.]

[Шэн-Скупердяй: Ты проснулся или нет? Спишь как сурок! Ответь, я кому сказал!!]

Гу Лэ закатил глаза. «Как прочитаешь — ответь»? Ишь какой староста класса выискался!

[Гу Лэлэ: 1]

Отправив этот исчерпывающий ответ, Гу Лэ свернул чат и заметил яркий красный кружок уведомления под именем другого собеседника.

[Лань Хаохао: Лэлэ! Слышал, у вас дома всё более-менее утряслось? Поздравляю-поздравляю!]

[Лань Хаохао: На улице Сихэ тут открылся новенький игровой центр. Я заглядывал — там в главных призах электрогитара стоит, просто охерительная! Когда пойдём забирать эту красотку? А после заскочим в соседнюю лапшичную, заправимся.]

Ниже тянулось ещё целое полотно сообщений — Лань Хао всегда строчил как из пулемёта, и Гу Лэ к этому давно привык.

Гу Лэ уже занёс пальцы над клавиатурой, чтобы набрать ответ, как вдруг в его голове вспыхнула гениальная мысль. Понимание накрыло его, словно молния. Он замер на секунду, а затем его губы медленно расплылись в широкой, торжествующей улыбке.

Отлично! Вот оно — идеальное оружие возмездия!

http://bllate.org/book/20415/2118671