Готовый перевод The Scorned Became a Figure Skating Champion / Лед и пламя: Как изгой стал королем фигурного катания: Глава 24

Выставленные судьями баллы вполне удовлетворили Цзю Шэна. Наконец-то он завоевал по-настоящему весомое золото на международной арене.

Прежде упущенная победа на Чемпионате Китая по фигурному катанию не давала ему покоя, буквально изводя изнутри. Но теперь все встало на свои места: медаль Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию наконец-то оказалась в его копилке.

Только золото, только абсолютный триумф дарили Цзю Шэну то острое, ни с чем не сравнимое чувство подлинной жизни. Лишь вкус победы заставлял его выходить на лед снова и снова, заставляя весь мир замирать перед очередным чудом.

Юноша пребывал в прекрасном расположении духа. Сюй Чжоу впервые видел своего подопечного настолько счастливым. Сейчас фигурист неуловимо напоминал довольного кота, которого так и подмывало ласково погладить.

Вскоре началась церемония награждения. Фигуристы поднимались на пьедестал в порядке, обратном занятым местам, так что Цзю Шэн, новоиспеченный чемпион, должен был выйти последним. Первым на лед пригласили бронзового призера, Хирано Миядзаки. За ним последовал Степан, занявший второе место. Юный россиянин так и лучился недовольством; на его лице застыла угрюмая мина, а сам он походил на готовый к извержению вулкан — поднеси спичку, и рванет.

Да и как тут не злиться? Степан ведь только что установил мировой рекорд в произвольной программе! Победа, казалось, уже лежала у него в кармане, но тут Цзю Шэн выдал невероятный прокат, буквально вырвав золото из его рук. Любого, в ком горел огонь здорового честолюбия, подобное положение дел привело бы в бешенство.

И вот на верхнюю ступень взошел Цзю Шэн. Роль победителя пришлась ему на редкость к лицу. Неудача на Чемпионате Китая по фигурному катанию заставила его ценить эту награду вдвойне: едва медаль коснулась его груди, он принялся то и дело бережно перебирать ее пальцами. Только в такие редкие мгновения в его взгляде угасала привычная жажда борьбы, уступая место искренней, почти детской радости.

— Цзю Шэн такой милый, хочется потрогать его за щеки.

— Совсем не похож на того властного крутого парня на льду, нынешний Цзю Шэн такой милый!

— У-у-у, мне кажется, Цзю Шэна уже нельзя назвать просто первым номером среди юниоров, он слишком силен. Думаю, однажды он поднимется на олимпийский пьедестал.

И подобные мысли крутились в головах у тысяч людей. Каждый, кто следил за трансляцией, верил в это светлое будущее.

Когда торжественное вручение медалей завершилось, над ареной разнеслись первые аккорды государственного гимна.

Почти двадцать лет гимн Государства Хуа не звучал на соревнованиях такого масштаба. Родная мелодия, знакомая до единой ноты, сейчас казалась удивительно, до дрожи новой. Если старшее поколение любителей фигурного катания еще смутно помнило триумфы двадцатилетней давности, то молодые болельщики не могли сдержать подступивших к глазам слез.

Как только зазвучали первые торжественные ноты, лицо Цзю Шэна мгновенно посерьезнело. Прижав ладонь к сердцу, он тихо подпевал хору. Этот отчаянный безумец, готовый ради победы рисковать жизнью на льду, любил свою родину глубоко и преданно, отдавая ей все свои силы без остатка.

Арена погрузилась в благоговейную тишину. Странно и вместе с тем величественно было слышать гимн Государства Хуа здесь, в самом сердце Японии. В этот момент каждого болельщика переполняла безграничная гордость. В стране, с которой их связывало непростое историческое прошлое, они не просто выстояли — они разгромили лучшего японского фигуриста на его же поле. Этот триумф надолго останется в их памяти.

Сразу после окончания церемонии последовала пресс-конференция. Как главная сенсация Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию, Цзю Шэн мгновенно оказался в плотном кольце репортеров. С той самой секунды, когда Степан уступил ему верхнюю строчку, титул абсолютного лидера среди юниоров перешел к этому утонченному юноше, скрывавшему за хрупкой внешностью сокрушительную, взрывную мощь.

Журналисты наперебой задавали вопросы на английском:

— Скажите, какие чувства вы испытываете, завоевав титул чемпиона Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию?

Сюй Чжоу уже открыл было рот, собираясь подсказать подопечному стандартный вежливый ответ, но Цзю Шэн опередил его:

— Особых мыслей нет. Разве что золото на ощупь оказалось именно таким приятным, как я и думал.

В зале поднялся удивленный гул. Репортеров поразил как безупречный английский юноши, так и сквозящая в его словах обезоруживающая дерзость.

— Значит, отправляясь на турнир, вы изначально целились только на золото?

— Разумеется, — невозмутимо парировал Цзю Шэн. — Сомневаюсь, что среди нас есть хоть один спортсмен, который не мечтает о победе.

— Цзю Шэн такой дерзкий, я его обожаю.

— Не зря он новый первый номер среди юниоров, просто [цензура]! Я его обожаю!

— Как же я жалею, что не поехала в Японию на соревнования! Наша страна с таким трудом заняла первое место, а я не увидела этого вживую, так обидно, так обидно, так обидно!

Вопросы продолжали сыпаться один за другим. Цзю Шэн ответил еще на несколько, предпочтя выслушать в основном отечественных журналистов. Когда с интервью было покончено, он накинул куртку и направился к выходу, собираясь вернуться в отель. Однако у самых дверей его путь преградили двое. Одним из них был Степан, а вот вторым — взрослый мужчина.

Незнакомец отличался подтянутым телосложением и тонкими чертами лица, но развитые икроножные мышцы выдавали в нем профессионального фигуриста. Стоило Сюй Чжоу разглядеть спутника Степана, как он в изумлении прижал ладонь к губам.

— Андрей... Это же Андрей...

Действующий первый номер мирового рейтинга и олимпийский чемпион в мужском одиночном катании.

Цзю Шэн с любопытством взглянул на легенду. Значит, перед ним стоял сильнейший фигурист планеты. Цзю Шэн не раз пересматривал записи его выступлений. Филигранная техника Андрея поражала воображение: на сегодняшний день он владел всеми пятью видами четверных прыжков. Он оставался единственным действующим спортсменом в мире, кому покорился этот невероятный арсенал. Правда, его четверной лутц на официальных стартах пока ни разу не был приземлен чисто — непокоренная вершина, которую олимпийский чемпион страстно мечтал взять.

У Андрея были выразительные, глубокие карие глаза, однако сейчас, вне соревновательной атмосферы, в них не было привычного победного блеска.

Сюй Чжоу наклонился к Цзю Шэну и зашептал на ухо:

— Степан и Андрей тренируются у одного наставника. Ты только что отодвинул Степана на второе место и лишил его шанса защитить чемпионство. Они наверняка пришли свести с тобой счеты или припугнуть!

Цзю Шэн промолчал. Со стороны это выглядело совсем не так.

На предостережения тренера юноша никак не отреагировал, зато Шэнь Цюань немедленно преградила ему дорогу, загораживая собой. Девушка не на шутку испугалась, что суровые русские парни сейчас устроят потасовку и покалечат их юное дарование.

Заметив Цзю Шэна, Степан решительно направился к нему. Но вместо того, чтобы устраивать разборки, о которых твердил Сюй Чжоу, он вел себя на удивление мирно. Развернувшись к Андрею, Степан ворчливо бросил:

— Ну вот, это он. Доволен? Давай быстрее, выкладывай, что хотел, я уже проголодался и хочу в отель на ужин.

Шэнь Цюань и Сюй Чжоу застыли в изумлении. Олимпийский чемпион и лучший фигурист планеты лично пришел познакомиться с юниором?! Да, Цзю Шэн сотворил сенсацию на этом чемпионате, но масштаб фигур был несопоставим. Перед ними стоял сам Андрей — живая легенда!

Заметив Цзю Шэна, Андрей широко улыбнулся. Его английский оказался еще хуже, чем у Степана:

— О, боже мой! Наконец-то я тебя встретил, Цзю Шэн! Ты представить себе не можешь, как сильно я хотел познакомиться с тобой эти дни!

Андрей нещадно коверкал слова, то и дело вставляя русские выражения. Даже Цзю Шэн, немного понимавший русский, с трудом улавливал суть. Не выдержав этих мучений, Степан вздохнул и взял на себя роль переводчика, изъясняясь на ломаном, но вполне понятном английском:

— Андрей видел твои прокаты — и короткую, и произвольную. Твоя экспрессия и прыжковая мощь произвели на него сильное впечатление. Он спрашивает, не хочешь ли ты приехать к нам в Россию на летние сборы?

— На сборы?! В Россию?! — Сюй Чжоу едва не лишился чувств.

Невероятная удача! Россия по праву считалась величайшей ледовой державой с непревзойденной школой фигурного катания и балета. О тренировках там мечтал абсолютно любой фигурист на планете. И сейчас это уникальное приглашение преподносилось Цзю Шэну буквально на блюдечке с голубой каемкой! Сюй Чжоу почувствовал, как земля уходит у него из-под ног, а голоса вокруг слились в сплошной неразборчивый гул.

Не успел юноша раскрыть рта, как тренер выпалил за него:

— Мы согласны! Конечно согласны! Цзю Шэн обязательно приедет летом! Можете не сомневаться!

Упускать столь редкий шанс было бы преступлением. Хотя прыжковый арсенал Цзю Шэна впечатлял, его тройной лутц и тройной флип все еще грешили нестабильностью, реберность на скольжении оставляла желать лучшего, а скорость вращений требовала серьезной доработки. Поездка в Россию могла бы раз и навсегда решить эти проблемы.

Цзю Шэн и сам загорелся этой идеей, поэтому спорить с тренером не стал. Андрей, получив утвердительный ответ, довольно улыбнулся. Однако уходить гости не спешили. Шэнь Цюань озадаченно перевела взгляд с одного на другого.

«Неужели это еще не все?»

— Ладно, раз с делами Андрея покончено, теперь перейдем ко мне, — набычился Степан.

Сюй Чжоу и Шэнь Цюань мгновенно подобрались. Неужели драки все-таки не избежать?!

Степан смерил соперника тяжелым взглядом и с явной неохотой процедил:

— Цзю Шэн, на этом Юниорском чемпионате мира по фигурному катанию ты меня обошел. Но в следующий раз победа будет моей. Черт бы побрал твой возраст... Тебе всего тринадцать, а значит, во взрослую категорию ты сможешь перейти только через два года. — Немного поворчав, он добавил: — Я буду ждать тебя во взрослом дивизионе. Смотри не вздумай травмироваться и уйти из спорта раньше времени!

Сюй Чжоу и Шэнь Цюань одновременно шумно выдохнули. Слава богу, обошлось банальными угрозами на словах. Тела профессиональных спортсменов развиты и сильны, но в то же время невероятно хрупки. Любая глупая травма сустава или связки в уличной потасовке могла навсегда поставить крест на блестящей карьере.

Цзю Шэн лишь усмехнулся в ответ:

— Взаимно. Тебе я желаю того же — побереги себя, чтобы не вешать коньки на гвоздь раньше срока.

Такая непоколебимая уверенность задела Степана, но одновременно разбудила в нем азарт борьбы со столь достойным соперником. Хмыкнув, он увлек за собой Андрея и скрылся за поворотом коридора.

Сюй Чжоу негромко кашлянул, нарушая повисшее молчание:

— Ну что, Цзю Шэн, проголодался? Пойдем поедим?

Обычно тренер держал подопечного в ежовых рукавицах, строго контролируя рацион, а перед произвольной программой и вовсе заставил его поголодать ради сохранения идеального веса и легкости в прыжках. Но триумф на Юниорском чемпионате мира по фигурному катанию искупал любые лишения, и сейчас можно было позволить себе небольшое послабление.

От одной только мысли о еде у Цзю Шэна разыгрался нешуточный аппетит. Сразу после триумфального завершения соревнований Сюй Чжоу повел ребят в местный ресторанчик побаловать себя деликатесами. Вылет домой был назначен только через три дня. Руководство сборной, понимая, каких колоссальных сил стоил ребятам этот прокат, освободило их от жестких тренировок, позволив напоследок всласть нагуляться по Токио.

В том, что касалось изнурительных ледовых тренировок, Цзю Шэну не было равных — он мог пахать до изнеможения, словно одержимый. Но когда дело доходило до обычного отдыха, юноша терялся, не зная, чем занять свободное время. К счастью, в Токио сейчас находился Чу Сян. Одно присутствие этого парня удивительным образом успокаивало Цзю Шэна, прогоняя неловкость и растерянность. Было в Чу Сяне нечто такое, что дарило ощущение абсолютной надежности и тепла.

Чу Сян прекрасно ориентировался в японской столице. Он провел Цзю Шэна по самым живописным уголкам мегаполиса. Стоял март, и улицы Токио уже окрасились в нежно-розовые тона цветущей сакуры. Они неторопливо прогуливались вдоль аллей, дурачились, заглядывали в уютные магазинчики и даже прикупили несколько коллекционных фигурок.

Блистательное выступление на Юниорском чемпионате мира по фигурному катанию принесло Цзю Шэну оглушительную популярность в Японии. По уровню известности он теперь соперничал с их любимцем Хирано Миядзаки. Местные фанаты, склонные к патетическим преувеличениям, даже окрестили китайского фигуриста «неодолимым темным властелином, вставшим на пути японского фигурного катания». Разумеется, с таким звучным прозвищем Цзю Шэну было непросто оставаться незамеченным на токийских улицах.

К тому же его сопровождал Чу Сян — настоящая восходящая звезда легкой атлетики, этакий китайский аналог Степана в своем виде спорта. Стоило им появиться вместе, как шансы быть атакованными толпой поклонников возрастали в разы. В итоге едва ли не половину прогулок им приходилось спешно спасаться бегством от восторженных фанатов.

Измотанные очередной погоней, они юркнули в тихий безлюдный переулок. Чу Сян, рослый и возмужавший, так и дышал юношеской силой. Стоя к нему почти вплотную, Цзю Шэн явственно ощущал исходивший от его тела жар — естественный, чистый запах молодости, здоровья и тренировок, лишенный всякой неприятной резкости.

Несколько дней беззаботного отдыха пролетели незаметно, и сборной пришла пора собирать чемоданы. Перед отъездом Цзю Шэн пришел попрощаться с Чу Сяном.

— Мне пора возвращаться в Государство Хуа. А ты когда планируешь обратно?

Чу Сян мог улететь в любой момент — ведь единственной целью его визита в Токио было желание поддержать Цзю Шэна на трибунах. Однако признаваться в этом он не стал и слегка приврал:

— Закончу тут кое-какие дела и сразу вылетаю.

Цзю Шэн понимающе кивнул, не став расспрашивать о подробностях, и они тепло попрощались.

Перелет из Японии в город B занял около четырех часов. Едва сойдя с трапа и вдохнув знакомый воздух родных краев, Цзю Шэн почувствовал, как к нему возвращаются силы. Однако на выходе из терминала его ждал сюрприз: проход был буквально блокирован огромной, шумящей толпой.

Цзю Шэн недоуменно нахмурился:

— С нами летел какой-то популярный актер или певец? Откуда здесь столько народу?

Сюй Чжоу огляделся и покачал головой:

— Не похоже на встречу поп-звезды... Погоди, пойду разузнаю, в чем дело.

Но не успел тренер сделать и шага, как толпа взорвалась оглушительными криками:

— А-а-а! Это Цзю Шэн! Он вернулся!

— Наш чемпион Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию! Какой же он красавец, настоящий золотой призер!

Цзю Шэн опешил.

Сюй Чжоу в панике вытаращил глаза:

— Твою дивизию... Они что, все пришли встречать тебя?!

Тренер озадаченно почесал затылок.

— М-да, явно недооценил я твою популярность. Золото Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию превратило тебя в настоящего идола среди любителей фигурного катания. Похоже, сейчас ты потеснил по популярности даже нашего ведущего фигуриста Цинь Бая.

Осознав, что вся эта толпа ждет именно его, Цзю Шэн приветливо помахал болельщикам руками и даже задержался, чтобы дать несколько автографов самым преданным фанатам. Прорваться сквозь плотное оцепление восторженных зрителей удалось лишь спустя добрых полчаса.

Оказавшись наконец в тишине служебного автомобиля, они облегченно перевели дух. Все-таки бремя славы — тяжелая ноша.

Слегка помятый, но довольный триумфатор вернулся в расположение национальной сборной. Однако и здесь его ждал не менее помпезный прием. Спортивные чиновники обступили юношу, а главный руководитель долго и бережно вертел в руках золотую награду, довольно щурясь:

— Так вот оно какое, золото Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию! Красота-то какая. Срочно сфотографируйте ее со всех ракурсов и повесьте снимок на почетном стенде у входа, пусть все видят!

Сюй Чжоу мысленно закатил глаза. Излишний пафос его знатно утомлял.

По завершении Юниорского чемпионата мира по фигурному катанию в календаре Цзю Шэна образовалось временное затишье — до конца сезона крупных стартов не предвиделось. Но парень и не думал расслабляться. Ему предстояло в экстренном порядке догонять запущенную школьную программу, а на льду — доводить до совершенства прыжки с поднятыми руками, стабильность которых все еще оставляла желать лучшего. Дни его по-прежнему были расписаны по минутам.

И пока новоиспеченный чемпион привыкал к размеренным будням, в мире фигурного катания грянул гром.

На взрослом Чемпионате мира у лидера сборной Государства Хуа Цинь Бая прямо посреди произвольной программы обострилась старая травма. Превозмогая дикую боль, он сумел завершить прокат, но результат оказался плачевным — он не попал даже в пятерку сильнейших.

Ведь именно Чемпионат мира, венчающий вторую половину сезона, считался главным событием года. Юниорские турниры, какими бы зрелищными они ни были, всегда оставались в тени взрослых соревнований, где на лед выходили настоящие титаны.

Взрослый лед — это арена жесточайшей борьбы, настоящий колизей, не прощающий ошибок. Болельщики в Государстве Хуа надеялись, что после блестящего триумфа Цзю Шэна среди юниоров Цинь Бай сможет поддержать планку и зацепиться хотя бы за бронзу. В конце концов, в прошлом году, еще не до конца освоив четверной сальхов, он занял четвертое место. Казалось, в этот раз он обязан был сделать шаг вперед.

Однако суровая реальность разбила эти надежды в пух и прах. Травма лишила спортсмена шансов на пьедестал. В то же время российская сборная продемонстрировала тотальное доминирование: их фигурист без труда взял золото в мужском одиночном разряде, а девушки триумфально заняли две верхние ступени пьедестала. Казалось, великая ледовая держава хладнокровно вернула долг за поражение Степана на Юниорском чемпионате мира по фигурному катанию.

Болельщики, следившие за трансляцией, не знали, что и сказать. Никто не винил Цинь Бая — травмы преследовали его годами, и каждый понимал, какой ценой ему дается каждый выход на лед. Цинь Бай оставался непререкаемым авторитетом взрослой сборной, ее щитом и опорой. Он долгое время в одиночку тащил на себе груз ответственности за всю страну, давая молодым спортсменам возможность расти и развиваться.

Но тревога за будущее фигурного катания Государства Хуа нарастала. Как долго еще Цинь Бай сможет удерживать позиции на голом характере? В этот раз подвело здоровье... а что будет дальше?

Сюй Чжоу, узнав о результатах чемпионата мира, тяжело вздохнул и крепко сжал кулаки.

Он перевел взгляд на лед, где Цзю Шэн как раз заканчивал разминку.

«Цзю Шэн, ты должен вырасти как можно скорее... Только ты сможешь принять эстафету из рук Цинь Бая и заставить весь мир считаться с нашими фигуристами».

http://bllate.org/book/20292/2162550