Готовый перевод I Became Famous After Pretending to Be the Film King's Fan / Я стал популярен после того, как притворился фанатом киноимператора: Глава 1

Глава 1. Кто краше: Лу Шисюй или три миллиона восемьсот тысяч?

В городе B похолодало на редкость внезапно.

Тан Чисин тряхнул головой, сбрасывая капюшон пуховика, под которым обнаружилась молочно-белая меховая шапка. Перед ним красовалась вывеска лапшичной «Цзянху».

Толкнув дверь, юноша отодвинул тяжелую зеленую штору, преграждавшую путь холоду. Стоило войти, как в лицо ударил поток теплого воздуха; лишь спустя пару минут к онемевшим конечностям начало возвращаться чувство жизни.

— Тан-Тан, сюда! — раздался грубоватый голос.

Тан Чисин обернулся на зов и, завидев Чжоу Цзяна, расплылся в улыбке. Он направился к другу и, усаживаясь, стянул маску.

— Ну и холодрыга! — пробормотал он с легким возмущением. — Чуть не околел по дороге. Зачем было выбирать место так далеко?

— Здесь же вкусно, — Чжоу Цзян налил Чисину стакан горячей воды и вложил его в ладони друга. — На, погрейся. Почему руки такие ледяные?

— На велосипеде приехал.

Тан Чисин крепко обхватил стакан тонкими бледными пальцами, жадно впитывая тепло.

Лишь когда друг немного отогрелся, Чжоу Цзян наконец поднял на него взгляд. Чисин был облачен в вельветовый пуховик цвета слоновой кости; куртка казалась великоватой, отчего юноша выглядел так, будто в нее целиком завернулся. Острый подбородок тонул в воротнике, а и без того светлая кожа от мороза стала совсем мертвенно-бледной. Только кончик носа да мочки ушей неестественно порозовели.

Чисин был по-настоящему красив: длинные загнутые ресницы, тонкие веки. Когда он поднимал глаза, взгляд казался беззащитным и удивительно невинным из-за больших темных зрачков.

Чжоу Цзян на мгновение задержал взгляд на его глазах и не удержался от вопроса:

— У тётушки Лин всё плохо?

Услышав упоминание о матери, Тан Чисин на мгновение замер. Он быстро моргнул, скрывая эмоции, и с легким недоумением переспросил:

— Да нет, всё хорошо. С чего ты взял?

— А почему тогда глаза такие красные? — участливо спросил Чжоу Цзян. Он подался вперед, вглядываясь в лицо друга. — Если что-то случилось, говори прямо, не вздумай скрывать от меня.

Кожа Чисина была почти прозрачной, и сквозь неё просвечивала болезненная розовинка, тянувшаяся от уголков глаз к самым векам. Выглядел он в этот момент крайне жалко.

— Ветром надуло, скорее всего, — Чисин потер глаза, явно не придавая этому значения.

Он держался так естественно, что Чжоу Цзян не заметил подвоха и был вынужден в очередной раз ему поверить.

— Проголодался? Что закажем? — спросил Чжоу.

Едва он договорил, как зеленая штора снова колыхнулась.

В лапшичной «Цзянху» готовили отменно, но из-за глухого расположения и отсутствия рекламы посетителей здесь бывало немного. Любой вошедший невольно привлекал внимание Тан Чисина.

Вошла женщина лет тридцати с небольшим. Не удостоив окружающих взглядом, она направилась к столику в углу, по диагонали от них. Там уже сидели трое. Завидев её, они принялись подшучивать:

— О, режиссёр Линь, ну и важная же вы персона! Что так поздно? Мы вас заждались.

— Знакомая? — спросил Чжоу Цзян, заметив, что Чисин провожает женщину взглядом.

— Столкнулись по дороге сюда, — ответил тот.

— Ого, — восхитился Чжоу. — И ты её запомнил?

Он прикрикнул слишком громко, и компания за угловым столом обернулась. В тот же миг вошедшая женщина замерла, глядя на Тан Чисина. Спустя мгновение она ему улыбнулась.

Тан Чисин вежливо улыбнулся в ответ — ярко и открыто.

Чжоу Цзян перевел взгляд с друга на незнакомку и обратно.

— Тан-Тан, ты опять решил совратить кого-то своей физиономией?

— Вовсе нет, — невинно отозвался Чисин, отворачиваясь.

«Тогда зачем так призывно улыбаться?» — мысленно съязвил Чжоу Цзян.

— Веди себя скромнее, — буркнул Чжоу, чувствуя себя фермером, который охраняет отборную капусту. И боялся он не того, что капусту утащит свинья, а того, что капуста сама пойдет её соблазнять.

— Да я просто помог ей машину починить по пути, — пояснил Чисин.

Ему и самому показалось это забавным: только разошлись, и вот снова встреча.

Не успел Чжоу Цзян отреагировать на это объяснение, как женщина направилась прямо к их столику. Все в зале затаили дыхание, наблюдая за ней.

Чжоу Цзян толкнул друга локтем и прошептал:

— Эй, Тан-Тан.

Тот проследил за направлением взгляда друга. Увидев пакет в руках женщины, он на мгновение замер.

«Ого! „Идяньдянь“!»

Он сто лет не пил их чай. Интересно, это молочный улун или «Четыре сезона»? Оба хороши.

В голове Чисина пронеслись десятки гастрономических фантазий, и лишь когда стакан с напитком опустился на стол, он вернулся к реальности.

— Спасибо за помощь, — женщина подмигнула ему и постучала пальцем по крышке стакана. — Угощайся.

Рассудок велел отказаться, но...

Чисин бросил взгляд на стакан. Это был молочный зеленый чай.

С трудом оторвав взгляд от напитка, юноша посмотрел на женщину. Перед ней предстало его лицо во всей красе — безупречные черты, чистый взгляд. Она на мгновение замерла, явно впечатленная.

— Да не стоит, — начал Чисин. — Я просто мимо проходил, пустяки...

Женщина, словно предугадав отказ, тут же его перебила:

— Ты потратил на меня кучу времени. Бери, это просто чай, ничего больше.

Видя её настойчивость, Тан Чисин не стал больше спорить и принялся копаться в карманах. Спутница с любопытством наблюдала за его манипуляциями. Наконец он протянул руку и раскрыл ладонь перед ней.

На ладони лежало несколько мятных леденцов.

— Тогда позвольте мне угостить вас конфетами, — сказал он. — Правда, у меня их сегодня немного.

Ровно четыре штуки. Как раз по одной для неё и её друзей. Тан Чисин выглядел совершенно невозмутимым, будто четыре конфеты оказались у него случайно.

Улыбка женщины стала искреннее. Она охотно приняла угощение.

— Спасибо. Не буду вам мешать, приятного отдыха.

Стоило ей отойти, как Чжоу Цзян, всё это время наблюдавший за сценой, подал голос:

— Смотрю, у вас тут полный взаимообмен.

Тан Чисин с наслаждением отхлебнул чаю. Ударная доза сахара добавила сладости и в его голос:

— Ничего ты не понимаешь. Это называется «за добро платят добром».

— Я вот тебе воды налил, — Чжоу указал на стакан.

Чисин тут же полез в карман и с тяжелым вздохом бросил другу последний леденец.

— Больше нет, учти, — предупредил он.

Чжоу Цзян: «...»

В заведении работал только сам хозяин, так что ожидание заказа затягивалось. Чисин чувствовал, что скоро напьется чаем досыта.

Когда телефон Чжоу Цзяна в очередной раз завибрировал, Чисин не выдержал:

— Твой мобильник звякнул уже восемнадцатый раз.

Чжоу с отвращением взглянул на экран, яростно ткнул в него пару раз и буркнул:

— Опять эта сумасшедшая Чжоу Жу.

Чжоу Жу была младшей сестрой Чжоу Цзяна. Родная, из тех, с кем делили одну утробу. Чисин привык к вечным жалобам друга на сестру, поэтому лишь невозмутимо допивал последние капли чая, засасывая жемчужины саго.

— Что на этот раз? — полюбопытствовал он.

Чжоу Цзян, хоть и ворчал, терпеливо дочитал сообщение и принялся объяснять:

— Совсем помешалась на своих кумирах. Сейчас запускают новое шоу... как оно там... «Вперёд, кумир и фанат!», в общем. Смысл в том, что фанаты участвуют в нем вместе со звездами. Эта девчонка вбила себе в голову, что должна туда попасть. Сама под условия не подходит, вот и изводит меня. А я-то что сделаю? Вэйбо не я придумал.

— Там есть какие-то особые требования? — спросил Чисин.

— А ты как думал! — воскликнул Чжоу. — Список целый: уровень в суперразговоре должен быть таким-то, нужно опубликовать столько-то постов о Лу Шисюе... Ах да, её кумир — Лу Шисюй. Это же вообще дохлый номер. Это же сам Лу Шисюй! Представляешь, какая там конкуренция?

«Лу Шисюй?»

Тан Чисину это имя показалось смутно знакомым. Но он так давно не заглядывал в новости, что никак не мог вспомнить, кто это.

— Только не говори, что ты не знаешь, кто такой Лу Шисюй, — Чжоу Цзян заметил озадаченное выражение лица друга и был поражен. — Он же недавно собрал все мыслимые награды, стал великим киноактером! Несколько дней из топа горячих запросов не вылезал, неужели не видел?

Тан Чисин честно попытался выудить со дна стакана застрявшую жемчужинку и признался:

— Трафик нынче дорогой, имей сострадание.

Чжоу Цзян: «...»

Атмосфера стала неловкой, и Чисин поспешил сменить тему:

— Но их можно понять. Отсеивают людей, чтобы на шоу случайно не попал какой-нибудь антифанат. Вот была бы неловкость.

— Ой, да не в этом дело. Суть в том, что Чжоу Жу в меня вцепилась мертвой хваткой и скоро сведет в могилу.

Отец Чжоу Цзяна владел небольшой развлекательной компанией, и сам Чжоу после поступления в университет начал понемногу вникать в дела фирмы. Видимо, понимая, что донимать отца бесполезно, сестра переключилась на брата.

Чжоу Цзян скорбно вздохнул.

— Неужели это шоу настолько притягательное? — Тан Чисин всё же не удержался, достал телефон и решил поискать информацию.

Аппарат завис.

Чисин немного потупил в экран, а затем посмотрел на друга:

— Раздай мне интернет, а?

Чжоу Цзян: «...»

С дружеской помощью Чисин успешно нашел страницу проекта. Шоу называлось «Вперёд, кумир и фанат!». Его анонсировали еще в прошлом году, но активная кампания и набор участников начались только сейчас.

В списке приглашенных гостей Чисин сразу увидел имя Лу Шисюя. Оно красовалось в самом центре, набранное самым крупным шрифтом. Сразу видно — птица высокого полета.

Чисин пробежался глазами по списку и вдруг заметил еще одно знакомое имя. Он едва заметно нахмурился, но продолжил читать.

— Ого! — внезапно воскликнул он. — И впрямь, чертовски притягательно!

Чжоу Цзян, подпирая подбородок рукой, вяло отозвался:

— Ну да, я уже на себе это прочувствовал.

— Гонорар за участие — три миллиона восемьсот тысяч! — Чисин просиял от искреннего восторга. — Это же просто невероятно притягательно!

Три миллиона восемьсот тысяч... Кто вообще в здравом уме откажется от такой суммы? Чисин теперь как никто другой понимал желание Чжоу Жу попасть на этот проект.

Чжоу Цзян: «...»

— Послушай, — осторожно начал Чжоу. — А нет ли вероятности, что притягательным здесь должен быть Лу Шисюй?

Тан Чисин: «?»

«Разве такое возможно?»

http://bllate.org/book/20225/2105518