Готовый перевод Love is like a butterfly / Любовь подобна бабочке: Глава 2: Летняя ночь у костра (Часть 1)

Моя предвзятость к Лин Е возникла не на пустом месте, к этому вели две основные причины.

Во-первых, паршивое первое впечатление. Когда я только приехал, его этот полудохлый, апатичный вид откровенно раздражал.

Во-вторых, его вечные дурацкие шуточки и длинный язык. В обычной жизни я человек общительный, люблю собирать вокруг себя компании и тусоваться, но к выбору друзей отношусь очень придирчиво. Мне важно, чтобы разговор клеился, и чтобы у человека не было низкопробных интересов. Лин Е же, как назло, оказался именно тем типом, с которым у нас не было ничего общего и который так и погряз в этих самых вульгарных шуточках.

Моё понятие о «вульгарности» включает много аспектов.

Лин Е, справедливости ради, не позволял себе никаких мерзких домогательств к парням или девушкам, но его язык был настолько ядовитым и наглым, что слушать его у меня не было никакого желания.

Из-за стойкой антипатии я старался его игнорировать и большую часть времени просто отсиживался у себя в комнате.

Творческий процесс штука капризная, требующая особого расположения духа. Когда с сюжетом у меня не клеилось, я распахивал окно, облокачивался на подоконник и принимался наблюдать за людьми.

Насколько я понял, все обитатели хостела «Остров» любили гордо именовать себя «островитянами». Из всей этой компании меньше всех здесь прожил парень по имени Ли Чун, он приехал чуть больше месяца назад и называл себя бродячим поэтом.

У меня нет предвзятости к поэтам, но стихи Ли Чуна были, честно говоря, полнейшей ерундой.

Тем не менее, в глубине души я считал его гением. И у меня было для этого веское основание. Обычно, если я не понимаю какую-то книгу, дело не в книге, а в том, что она слишком гениальна, а я, со своей поверхностностью, просто не дорос до её понимания.

Другой постоялец, Сюй Хэ, больше всего на свете любил стоять у ворот хостела спиной к выходу и дымить. По самым скромным моим подсчётам, в день у него уходило по пачке. Не удивлюсь, если он в одиночку скупал вообще все сигареты в тех нескольких крошечных супермаркетах, что были на острове Суси.

Иногда я давал ему дружеский совет:

– Друг, не забывай раз в год проходить чекап в больнице.

Само собой, он меня всегда игнорировал.

Что касается старожилов, то дольше всех, если не считать босса Чэна, здесь обитал Лин Е.

Когда я узнал, что он торчит на «Острове» уже целых три года, у меня даже закралось подозрение: а не ждёт ли он, пока беспробудно пьющий хозяин наконец протянет ноги, чтобы преспокойно прибрать этот хостел к рукам?

Я спросил у Чжоу Ин, которая и делилась со мной местными сплетнями:

– Он что, считает это место своим домом?

– Ага, – Чжоу Ин сидела на лестнице и лениво перебирала струны гитары. Когда-то она была довольно популярной гитаристкой в рок-группе, закрутила роман с вокалистом, но тот ей изменил. Девчонка недолго думая разукрасила предателю лицо, после чего навсегда закрыла своё сердце для любви и приехала сюда, пополнив ряды «островитян».

Потрясающая, независимая девушка. Из всех местных она нравилась мне больше всего.

Не в «том самом» смысле, а просто по-человечески.

Чжоу Ин лукаво посмотрела на меня:

– А тебе, я вижу, наш братец Е покоя не даёт?

– ...Сестрица, я всегда считал тебя проницательной и мудрой, словно бессмертный даос, но, похоже, в своём просветлении ты немного повредилась умом!

Чжоу Ин лишь рассмеялась:

– Какое, к чёрту, просветление?!

Я перевёл тему:

– Научи меня играть на гитаре.

И это было не ради того, чтобы занять время, и уж точно не попытка подкатить к симпатичной девушке. Мне действительно хотелось освоить какой-нибудь навык, чтобы по возвращении домой козырнуть им перед знакомыми. Сейчас ведь модно создавать себе определённый образ, вот и мне захотелось примерить амплуа «человека, который умеет всё».

К тому же, за уроки Чжоу Ин явно не взяла бы с меня ни юаня. Где ещё за пределами этого острова я найду преподавателя такого крутого уровня?!

Вот видите, какой я поверхностный, тщеславный и расчётливый тип.

– Попроси Лин Е, пусть он учит, он тоже умеет, – обломала меня Чжоу Ин. – А у меня свои принципы: мастерство игры на гитаре передаю только женщинам, мужчинам ни за что.

Пока мы болтали, мимо нас в очередной раз продефилировал Лин Е, бережно сжимая в руках своего дурацкого воздушного змея.

– Он? – фыркнул я. – Да он только шерсть трепать горазд!

– А вот тут ты его недооцениваешь, – возразила Чжоу Ин. – У этого парня определённо есть талант.

Я проследил за ним взглядом. Лин Е во дворе с совершенно идиотским видом дёргал за ниточку своего змея.

Бумажная бабочка едва успела взлететь, как тут же намертво запуталась в ветках кривого дерева.

– У него что, пунктик на этих змеях? – спросил я Чжоу Ин. – Какого чёрта он целыми днями носится с этой рухлядью?

– Это не просто запуск змея, – со знанием дела пояснила она. – Он называет это «охотой на бабочек» и считает разновидностью перформанса.

Перформанс?

Ну-ну. По-моему, у него просто крыша поехала.

Я уверенно заявил Чжоу Ин:

– Вот увидишь, не пройдёт и полгода, как он окончательно превратится в психа.

Чжоу Ин снова рассмеялась, продолжая перебирать струны.

Лин Е покосился в нашу сторону и зыркну на Чжоу Ин так, словно перед ним была круглая дура.

Я тут же решил подлить масла в огонь:

– Он на тебя смотрит как на дуру.

– Это он на тебя так смотрит, – парировала Чжоу Ин.

Ну всё, я окончательно убедился, что нормальных людей в этом месте не водится от слова «совсем».

Я отряхнул штаны и уже собирался уходить, как вдруг со двора долетел окрик Лин Е:

– Чжан Сань! Пойдёшь ловить бабочек?

– Сам ты Чжан Сань! – обернувшись, огрызнулся я. – Ты у нас прирождённый уголовник, тебя давно пора в дурку сдать!

Лин Е, как ни странно, даже не обиделся. Зажав в зубах неподкуренную сигарету, он продолжил возиться со своим дурацким змеем.

Эта бумажная бабочка пролетела прямо над моей головой с характерным шуршанием, и в этот момент меня будто самого накрыло чужим безумием и на долю секунды мне почудилось, будто передо мной и впрямь порхает огромная живая бабочка, взмахивая крыльями.

«Совсем сбрендил!» – мысленно обругал я сам себя.

Я прибавил шагу, направляясь к своей комнате и твёрдо решив держаться подальше от местных сумасшедших.

В этот момент со спины раздался зычный голос босса Чэна:

– Чэнь Чжэнь! Выпить хочешь?

Да твою же мать, меня зовут Чэнь Син!

Здесь вообще есть хоть один нормальный человек?!

http://bllate.org/book/20156/3126330