Готовый перевод After the Disliked Ragdoll Cat Sneaked Into the Men's Dormitory / Секрет пушистого заучки: Как рэгдолл покорил мужское общежитие: Глава 8

Шэнь Дундун вошел на стадион, и к нему тут же подбежала улыбающаяся старшекурсница-волонтер.

— Привет, первокурсник! Добро пожаловать в Линьда! Записывайся в наши клубы, пусть студенческая жизнь начнется ярко! Обязательно загляни на точку комитета комсомола — там можно поиграть в мини-игры и получить сувениры. Держи карту «Ночи первокурсников»!

— Спасибо большое, — вежливо поблагодарил Дундун, поспешно забирая красочный буклет.

Какая забота! С такой картой он точно не заблудится.

Кот внутри него довольно замурлыкал.

План стадиона нарисовали в милом мультяшном стиле. Беговые дорожки по всему периметру были плотно уставлены палатками различных клубов, на зеленом газоне тоже ровными рядами теснились выставочные стенды, и лишь в самом центре оставалась просторная пустая площадка.

«Сцена?» — прочитал вполголоса Дундун.

Ой, неужели это то самое выступление, про которое так таинственно толковал Шэн Цзянье? Если он успеет доделать дела, надо будет обязательно прийти поглазеть.

Дундун отошел подальше от входа, чтобы не мешать прибывающим студентам, забился в тихий уголок и изучил карту вдоль и поперек. Только с третьего раза в самом неприметном месте он отыскал крошечный значок «Ассоциации спасения бездомных кошек».

Их загнали вглубь газона, лишив даже малейшего шанса привлечь внимание прохожих.

Запомнив координаты, Дундун уверенно спрятал карту в карман и зашагал к цели. Однако стоило ему ступить на траву, как взгляд зацепился за вывеску «Программа совмещения работы и учебы».

Перед палаткой собралась внушительная толпа. Дундуну тоже жутко хотелось разузнать подробности, но расталкивать людей локтями он стеснялся. Пришлось пристроиться в самом хвосте и изо всех сил вслушиваться в зычные голоса старшекурсников, раздающие разъяснения.

— Вариантов подработки масса, — вещал активист, стараясь перекричать гул толпы. — Оплата почасовая — двадцать пять юаней в час. Вакансии открыты в благотворительном книжном «Айсинь Шуу», копировальном центре, психологической службе, в столовой и на многих других точках.

Едва он умолк, как стоявшая рядом девушка с улыбкой подхватила:

— Ребята, очень ждем вас в нашей столовой! Работа непыльная: нужно всего лишь протирать столы и следить, чтобы студенты убирали за собой подносы и выбрасывали остатки еды в баки. Никакого мытья полов или посуды!

Она заговорщически подмигнула толпе:

— И главное — за каждую смену вы получаете бесплатный сытный обед или ужин на ваш выбор! Меню не ограничено. Кто заинтересовался, берите бланки и заполняйте анкеты!

«!»

У пушистого обжоры внутри Дундуна мгновенно вспыхнули глаза.

«Что?! Бесплатная еда?!»

Это что же получается, кот сможет совершенно бесплатно уплетать сочные куриные ножки каждую смену?!

Дундун тут же протиснулся вперед, вытянул руку за анкетой, в мгновение ока заполнил ее и сдал обратно.

Заметив такой небывалый энтузиазм, старшекурсница тепло улыбнулась и протянула ему маленькую коробочку молока в подарок.

— Спасибо за активность, первокурсник! Мы быстро всё проверим. Как только одобрим анкету, пришлем приглашение на собеседование.

— Хорошо, спасибо! — Дундун широко улыбнулся, невольно показав аккуратные острые клыки.

Желающих подработать прибавлялось с каждой минутой. Дундуна быстро оттеснили на обочину, и он побрел прочь, бережно сжимая в руке заслуженную коробку молока.

Коровье молоко — излюбленное лакомство любого кота! Не зря он сегодня вышел из комнаты.

В прекрасном расположении духа он решил выпить угощение прямо на ходу. Но стоило ему достать трубочку, как на плечо тяжело опустилась длинная рука, бесцеремонно прижав его к земле.

Бледная ладонь с тонкими длинными пальцами перехватила коробку прямо поверх ладони Дундуна и развернула ее лицевой стороной вверх.

Над самым ухом раздался ленивый, смешливый голос:

— Детское молочко «Растишка»?

— Ну и что?! — вспыхнул Дундун от смущения. — Взрослым пить детское молоко законом запрещено, что ли? Отвали от меня, иди куда шел!

— Закон не против. Только у тебя как с переносимостью лактозы? — Шэн Цзянье посмотрел на него сверху вниз, забавно прищурившись.

Дундун мгновенно сдал назад. Его желудок, конечно, был крепче, чем у обычных изнеженных домашних кошек, но от коровьего молока его всё же периодически нещадно слабило. Только со временем от Тао Жаня, владельца приюта, он узнал, что взрослые коты поголовно страдают непереносимостью лактозы, и всякие молочные радости им строго противопоказаны.

Но ведь молоко такое вкусное! И дешевое... Да и от мороженого отказаться выше его сил.

— Подумаешь, разок живот прихватит, ерунда какая! Главное — вкусно поесть, — буркнул Дундун, делая независимый вид.

Шэн Цзянье удивленно вскинул брови:

— Ну ты даешь, Шэнь Дундун. И как ты только до своих лет дожил? Ладно, я как раз пить хочу. Давай махнемся: я тебе горячую сосиску гриль, а ты мне — свое молоко. Идет?

Словно фокусник, Шэн Цзянье извлек откуда-то исходящую паром, подрумяненную сосиску. В месте надреза лопнула тонкая кожица, обнажая сочный мясной фарш.

У Дундуна даже глаза заблестели от предвкушения.

Такая огромная! В уличных палатках за подобную содрали бы не меньше десяти юаней. К тому же она выглядела натуральной, домашней — без красителей и соевых добавок. Немного неказистая на вид, зато безумно аппетитная и пахнущая настоящим мясом.

Дундун тихонько сглотнул набежавшую слюну.

— Ну ладно... Так и быть, давай меняться, — согласился кот, изо всех сил стараясь скрыть восторг.

Он быстро всунул коробку молока в ладонь Шэн Цзянье и ловко выхватил горячую сосиску. Сделка века совершилась за долю секунды.

Вывернувшись из-под тяжелой руки соседа по комнате, он попятился:

— Мне пора, нужно человека найти. Шэн Цзянье, тебе разве не на сцену пора? Иди репетируй, давай! И это... удачи на выступлении!

Опасаясь, что хитрый сосед передумает или снова начнет над ним подшучивать, Дундун покрепче сжал сосиску и припустил прочь, растворяясь в толпе.

Шэн Цзянье лишь тихо хмыкнул, глядя вслед убегающему пареньку. Он спрятал детское молочко в боковой карман гитарного чехла, развернулся и не спеша подошел к освободившемуся стенду Программы совмещения работы и учебы.

— Будьте добры, один бланк заявления, — ровным тоном попросил он активистов.

***

Изначально Шэнь Дундун планировал погулять максимум полчаса, включая дорогу, а затем послушно вернуться в комнату и грызть гранит науки.

Но когда он наконец переступил порог общежития, на часах пролетело целых два часа!

Уровень кошачьей тревоги и самобичевания взлетел до небес. И во всем был виноват этот несносный Шэн Цзянье!

Полтора часа назад.

Кое-как отыскав на отшибе палатку Ассоциации спасения бездомных кошек, Дундун хотел просто отметиться и уйти. Но его бесцеремонно затащили играть в конкурс. В итоге он битый час вылавливал игрушечных рыбок из надувного бассейна. В награду ему вручили пакетик с сушеными рыбками для бездомных животных.

«Ага, разбежался я делиться, — фыркнул про себя Дундун. — Сам всё съем!»

С пакетом в руках он прикинул по карте кратчайший путь и решил срезать через стадион по диагонали, чтобы пулей долететь до комнаты.

Однако он напрочь забыл, что этот маршрут пролегает прямо через эпицентр событий — сцену посреди поля.

Проталкиваясь сквозь плотную толпу зевак, он нос к носу столкнулся с Шэн Цзянье, который как раз стоял за кулисами в обнимку с гитарой, ожидая своего выхода. Тот сразу заявил, что сейчас будет выступать, и в ультимативной форме потребовал, чтобы Дундун досмотрел номер до конца, а после — сдал ему сочинение-отзыв на восемьсот иероглифов.

Мысленно пожелав Шэн Цзянье провалиться сквозь землю примерно десять тысяч раз, Дундун послушно потащился в первый ряд. Задрав голову, он слушал, как этот негодяй под гитару выдает зажигательное попурри.

Толпа вокруг — и первокурсники, и старожилы вуза — буквально исходила на крик, подпевая во весь голос и размахивая светящимися палочками. Дундун тоже вяло хлопал в ладоши, признавая очевидное: пел Шэн Цзянье просто потрясающе. Как бы ни хотелось обратного, отрицать его талант было глупо.

Поговаривали, что в старшей школе он три года подряд брал первые места на всех музыкальных конкурсах. Им вовсю интересовались скауты известных продюсерских агентств, но высокомерный парень даже бровью не повел.

Дундуна аж зависть взяла.

Ну почему жизнь так несправедлива? Как может один человек сочетать в себе абсолютное совершенство и совершенно невыносимый, пакостный характер? Изводить соседа по комнате — его любимое хобби! Чистой воды издевательство!

Попурри с интерактивом растянулось почти на двадцать минут. Стоило аккордам утихнуть, а Дундуну — намылить лыжи к выходу, как ведущий неожиданно выцепил его взглядом и заставил вытащить шар из лотерейного ящика.

И ладно бы это был розыгрыш призов! Нет, на шарике было написано название песни, которую Шэн Цзянье должен был исполнить на бис.

Пока утрясли эту суматоху, пока допели... В общем, в общежитие Дундун притащился только к девяти часам вечера.

По-быстрому умывшись, он засел за рабочий стол и обреченно открыл задачник по высшей математике, добровольно отдаваясь на растерзание формулам.

Фу Лунь к тому моменту уже сидел в комнате. Парни старательно делали вид, будто один для другого — пустое место. Впрочем, такое молчаливое перемирие устраивало обоих. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь мерным стуком клавиш Фу Луня и шорохом грифеля Дундуна, выводящего бесконечные уравнения.

Спокойствие закончилось с приходом Шэн Цзянье и Цюй Цзюньвэня. В комнату ворвался привычный шум, Фу Лунь тоже изредка подавал голос из своего угла. Дундун просто заткнул уши берушами, полностью отрезав себя от внешнего мира.

***

Когда свет наконец погасили и все разошлись по кроватям, мысли Дундуна снова вернулись к злополучной диктофонной ручке.

Внутри него развернулась нешуточная борьба.

«Стоит ли связываться ради двух тысяч юаней?»

Сначала эта затея казалась ему плевым делом, не вызывающим никаких угрызений совести. Но поднявшаяся вокруг шумиха уже сидела в печенках. Слишком много мороки.

Укрывшись одеялом с головой, он вертел в лапах ручку. Его светящиеся неоново-голубые кошачьи глаза задумчиво моргали в кромешной темноте. Вдруг по одеялу кто-то несильно похлопал снаружи. Дундун вздрогнул и мгновенно вернул зрачкам обычный человеческий цвет.

Высунув из-под одеяла только макушку с сердито сверкающими глазами, он недовольно буркнул Шэн Цзянье:

— Сочинение отдам завтра. И не надо меня торопить!

Шэн Цзянье тихо рассмеялся:

— Да сдалось мне твое сочинение, глупый. Я же пошутил. Хватит дышать спертым воздухом под одеялом. Задохнешься еще, а нам потом из-за твоей трагической гибели всей комнатой досрочный диплом автоматом получать?

— Сам ты дурак, не держи меня за идиота, — огрызнулся Дундун.

Однако Шэн Цзянье его ворчание проигнорировал и бесцеремонно потянул край одеяла вниз. Парень судорожно прижал пушистый хвост к спине, заодно пряча зажатый в кулаке диктофон.

— И какое сокровище мы там прячем? — прищурился Шэн Цзянье, силясь разглядеть что-то в полумраке.

У Дундуна от такой наглости едва шерсть дыбом не встала. Он упрямо рванул одеяло обратно, зарываясь в него чуть ли не по уши. Вечно этот несносный тип лезет не в свое дело!

— Не твое собачье дело, — буркнул он из своего убежища.

Шэн Цзянье лениво откинулся назад, прижавшись спиной к прохладной стене:

— Ну и характер. Прямо как у бродячего кота, которого я в детстве подкармливал. Слушай, Шэнь Дундун, а что тебе утром наплел Се Ян? Чего он к тебе прицепился?

Дундун открыл было рот, но вовремя спохватился. Поколебавшись, он решил промолчать. Как-никак, конфиденциальность клиента — святое.

— Просил записать, как я храплю, верно? — небрежно бросил Шэн Цзянье.

— Что?! — Дундун резко вскинулся на подушке, уставившись на соседа округлившимися глазами. На хвосте под одеялом от удивления вздыбился каждый волосок. — Ты откуда узнал?!

Шэн Цзянье хмыкнул, уголки его губ поползли вверх:

— Когда Се Ян всучил тебе диктофон прямо в актовом зале, вокруг стояла толпа народа. Неужели ты думаешь, что среди них не нашлось парочки моих фанатов, которые тут же всё мне слили?

Дундун прикусил язык. Да уж, конспиратор из него получился паршивый.

— Но вообще, братец тронут до глубины души, — картинно вздохнул Шэн Цзянье. Его взгляд, устремленный на соседа, в тусклом свете ночника казался глубоким и нечитаемым. — Дундун, ты ведь, чтобы отвязаться от него, соврал, будто я заплатил тебе три тысячи за молчание? Даже будучи на мели, ты не продал соседа. За такую преданность тебе положена почетная грамота.

Дундун виной втянул голову в плечи.

«Прости, пожалуйста... Я просто еще не успел тебя предать...» — мысленно покаялся кот.

— Сделаем так, — Шэн Цзянье закинул руку за голову, а пальцами другой принялся ритмично постукивать по колену, загадочно ухмыляясь. — Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Я не против записи. Помогу тебе заработать эти две тысячи, идет?

Дундун опешил. Поправив съехавшую набок пижамную шапочку, он резко сел в постели:

— Серьезно?

Шэн Цзянье кивнул:

— С одним условием: делим куш пополам. Мне тысячу, тебе тысячу.

Дундун закивал так усердно, что едва не свалился с кровати. На его лице расплылась довольная клыкастая улыбка, и он лихо показал жест «ОК»:

— По рукам!

Даже тысяча юаней — это огромные деньги, свалившиеся прямо с неба!

— Эй, Шэн-гэ, вы там о чем шепчетесь? — Цюй Цзюньвэнь, до этого беззаботно качавший головой в такт музыке из наушников, заметил их ночные заговорщические посиделки и с любопытством приподнялся на локтях.

Шэн Цзянье демонстративно натянул одеяло до подбородка и отвернулся к стене:

— Много будешь знать — скоро состаришься. Спи давай.

Цюй Цзюньвэнь обиженно фыркнул и снова погрузился в свои треки.

***

Благодаря неоценимой помощи «первоисточника», уже на следующее утро аудиозапись была успешно передана заказчику. Се Ян пообещал прослушать файл и, если качество звука его устроит, сразу перевести деньги. Дундуну оставалось лишь томиться в ожидании, прокручивая в голове сладкие мысли о грядущем богатстве.

Впрочем, вскоре у него появились дела поважнее — пришло приглашение на собеседование по программе совмещения работы и учебы!

Едва проснувшись после тихого часа, Дундун обнаружил на телефоне заветное СМС. Прошел всего день после подачи заявки — скорость работы Департамента совмещения работы и учебы поражала.

«Центр студенческой активности...»

Снова незнакомое место. Вспомнив об отзывчивом старшекурснике Сюй Вэйсине, Дундун скопировал текст сообщения и отправил ему, быстро стуча пальцами по экрану. Он вежливо поинтересовался, не подскажет ли тот дорогу.

Ответ пришел на удивление быстро — в виде аудиосообщения. К счастью, совсем короткого. Приглушив звук на телефоне, Дундун поднес динамик к уху.

Из динамика полился мягкий, вкрадчивый и невероятно приятный мужской голос. Дикция у незнакомца была настолько безупречной, а произношение — чистым, что его легко можно было принять за профессионального диктора радио.

— Выходишь из общежития, поворачиваешь направо и идешь метров тридцать. На первом перекрестке сворачиваешь на аллею между жилыми корпусами, идешь до супермаркета...

Объяснение было разжевано до мелочей. Хотя топографический кретинизм Дундуна мешал сразу уложить маршрут в голове, он решил, что просто переслушает запись по дороге и точно не заблудится.

— Это еще кто? — внезапно подал голос Шэн Цзянье. Он стоял у зеркала, поправляя воротник выстиранной военной формы, и теперь недовольно косился на соседа сверху вниз. В его прищуренных глазах сквозило отчетливое раздражение.

— Один старшекурсник. Ты его не знаешь, — бросил Дундун.

Он быстро отправил собеседнику вежливый стикер с благодарностью, ловко спустился по лесенке со второго яруса кровати, прихватил чистые вещи и скрылся в ванной.

Оставленный на столе телефон коротко вибросигнализировал. На заблокированном экране высветилось уведомление:

[Хороший старшекурсник: Не за что. Если возникнут трудности, пиши в любое время.]

«Хороший... старшекурсник?»

«"Ты его не знаешь"?»

Шэн Цзянье слегка наклонил голову набок, медленно провел костяшкой пальца по острому кадыку и помрачнел еще сильнее. Спрятав руки в карманы, он раздраженно прижал язык к задним зубам. На его лице было написано откровенное, глухое недовольство.

***

Собеседование было назначено на шесть вечера. Руководство университета, поощряя участие первокурсников в общественной жизни, отменило все вечерние построения и лекции, предоставив ребятам полную свободу действий.

Плотно поужинав в столовой, Дундун вернулся в комнату, чтобы привести себя в порядок. Немного поколебавшись, он решил не надевать старые треснувшие очки. Вместо этого он тщательно взъерошил отросшую челку, чтобы она максимально закрывала лицо, но, найдя результат все еще неудовлетворительным, достал из ящика коричневый карандаш для глаз и наставил на лице мелких искусственных веснушек и пятнышек.

«Ну вот, теперь я выгляжу как самый заурядный парень», — подумал он.

Слишком привлекательная внешность раньше доставляла коту массу неприятностей: к нему постоянно липли сомнительные личности, мешая спокойно жить. А в университетской столовой всегда полно народу — береженого бог бережет. Если из-за глупых приставаний пострадает его учеба, будет очень обидно.

— Эй, красавчик, ты там скоро? Я сейчас в штаны наложу! — раздался из-за двери нетерпеливый вопль Цюй Цзюньвэня.

Дундун густо покраснел от неловкости и поспешно распахнул дверь ванной.

Закинув рюкзак на плечо, он сверился с подсказками Сюй Вэйсиня и без труда добрался до Центра студенческой активности. Поднявшись на третий этаж, он оцепенел: коридоры напоминали разворошенный муравейник!

Кое-как пробившись сквозь людское море, он нашел указатель своей секции и скромно примостился на свободный стул в углу. К счастью, желающих подрабатывать в столовой оказалось не так уж много.

Очередь подошла быстро. Трое интервьюеров — вполне дружелюбные старшекурсники — задали несколько стандартных вопросов, и уже через пять минут все было кончено.

— Подожди секунду, — окликнул его один из парней комиссии, когда Дундун уже поднялся с места. Он тепло улыбнулся: — Результаты первого этапа мы подведем прямо сейчас. Всех, кто прошел, мы сразу поведем в столовую на практический тур. Сможешь остаться? Если торопишься, можем перенести на другой день.

Дундун растерялся на мгновение, но тут же активно закивал:

— Да-да, конечно, я абсолютно свободен!

***

Набрав десятку счастливчиков, куратор повела их к зданию столовой. В это время как раз начинали работу ночные палатки с фастфудом и закусками. Внутри горел свет только на втором этаже, да и там большая часть зала тонула в полумраке — освещена была лишь зона у главного входа.

Первокурсников сразу ввели в курс дела. Едва услышав, что придется убирать за другими объедки и дышать запахом прокисшей еды, трое кандидатов брезгливо сморщили носы и тут же отказались от дальнейшего участия.

Девушка-куратор лишь обреченно развела руками:

— Обычное дело. Раньше многие отсеивались уже после пары смен, поэтому мы и ввели этот практический тест. Зато теперь у нас остаются только самые надежные ребята. Ну что, есть желающие показать себя в деле прямо сейчас?

— Я готов! — Дундун вызвался первым, высоко вскинув руку.

— О, это ты! — куратор с удивлением узнала паренька. — Ты ведь вчера подходил к нашему стенду? Что ж, поздравляю с прохождением первого тура.

Дундун довольно сощурился, обнажив клыки в безмолвной ухмылке.

Вдруг из дальнего угла кухни донеслись испуганные крики:

— Мамочки! Какая огромная крыса!

— Твою мать! Чертов монстр!

— Спасите! Она бежит сюда! А-а-а!

Кандидаты в помощники испуганно вздрогнули и попятились, у некоторых от страха даже лица побледнели.

— Э-э... На самом деле это редкость, не переживайте так, — попыталась сгладить ситуацию куратор, хотя на ее лице читалось крайнее смущение. — Администрация столовой сейчас активно раскладывает отраву, скоро мы от них полностью избавимся.

— Да хорош лапшу на уши вешать! Эти крысы тут пешком ходят уже полгода! — недовольно выкрикнул проходивший мимо студент, случайно услышавший их разговор. — На прошлой неделе вообще таракана в рисе нашли, фотка до сих пор на форуме висит! В столовой Линьда санитарная обстановка хуже некуда, когда уже нормальную дезинфекцию проведут?!

— Молодой человек, все жалобы и предложения вы можете опустить в ящик на входе. Смысл высказывать это мне? Я здесь не командую, — сухо парировала куратор, хотя краска стыда уже залила ее шею.

Она обернулась к притихшим кандидатам. На лицах ребят читалось явное нежелание работать в таком рассаднике заразы. Стоило девушке попытаться поймать чей-то взгляд, как студенты тут же отводили глаза.

Лишь один первокурсник — тот самый, в надвинутой кепке и с челкой на глазах — смотрел на нее сияющим взглядом. Более того, в его позе сквозило... нездоровое возбуждение?

У куратора даже бровь дернулась от удивления.

— Старшекурсница, я знаю, как решить проблему с грызунами! — заговорщическим шепотом предложил Дундун. — Нужно просто запустить сюда кота, он живо всех крыс переловит.

Девушка грустно вздохнула:

— Ты про местных бродячих кошек? Ой, у них такой характер скверный, сладу с ними нет. Сколько раз пытались их прикормить — они только воруют заготовки на кухне, а ловить никого и не думают.

Дундун мысленно ликовал. Ну еще бы! Какая нормальная кошка станет утруждать себя охотой на юрких крыс, если можно без лишних хлопот стащить у поваров парное мясо или рыбу?

Но он-то другое дело!

Если он за ночь очистит столовую от вредителей, его не просто примут на работу без всяких дурацких тестов — его на руках носить будут! И бесплатные куриные ножки гарантированы ему до конца учебы!

Дундун быстро обсудил план с куратором и дежурной поварихой. Он пообещал принести отличного кота-крысолова и оставить его в зале на всю ночь. Персонал столовой пришел в восторг от этой идеи. Повариха даже поклялась, что если зверь избавит их от напасти, она лично приготовит ему королевский обед из отборного мяса.

Дундун едва не замурлыкал от предвкушения.

Он уже сто лет нормально не охотился. Самих крыс он, разумеется, есть не собирался, но сам процесс погони будоражил древние хищные инстинкты.

Даже не заходя в общежитие, он черкнул в общий чат короткое предупреждение: «Сегодня ночую не в комнате», и поспешил в общественный туалет неподалеку от столовой.

Зайдя в кабинку, он быстро разделся, аккуратно сложил вещи в рюкзак и повесил его на настенный крючок. От прохладного сквозняка по телу побежали мурашки. Дундун сжался в комок, прижав колени к груди, и с легким хлопком обратился в кота.

Зажав в зубах смартфон, пушистый комок бережно опустил его на предварительно расстеленную бумажную салфетку. Ловко орудуя мягкой розовой подушечкой лапы, он переключил клавиатуру на рукописный ввод и принялся усердно выводить иероглифы, отправляя сообщение куратору.

[Годун: Старшекурсница, простите, пожалуйста... У меня жутко прихватило живот, сижу в туалете.]

[Годун: Я оставил кота прямо у входа в общественную уборную позади столовой. Не могли бы вы забрать его и мой рюкзак? Кот приучен к делу, как увидит крысу — сразу начнет охоту!]

Девушка прислала ответное «Хорошо» буквально через секунду. Довольный рэгдолл на мгновение вернул себе человеческий облик, перевел телефон в беззвучный режим, спрятал его поглубже в рюкзак и снова обратился в пушистый комочек.

«Ну всё, берегитесь, грызуны! Охотник выходит на тропу войны!»

Кот аккуратно приоткрыл лапой дверь кабинки и гордо зашагал на выход. Его пушистый хвост победно покачивался, словно знамя отважного воина, а выпущенные острые коготки заменяли ему боевые копья.

Однако стоило ему переступить порог туалета, как задние лапы потеряли опору.

Чьи-то сильные ладони бесцеремонно подхватили его под мышки и вздернули вверх. Опешивший меховой комочек беспомощно завис в воздухе.

Неужели куратор прибежала так быстро?

Кот удивленно повернул голову. Но стоило ему разглядеть похитителя, как шерсть на загривке встала дыбом, а ярко-синие сапфировые глаза округлились от шока.

— О, кота нашел, — констатировал Шэн Цзянье абсолютно будничным тоном.

Он крепко прижал брыкающегося Дундуна к себе, запустив пальцы глубоко в мягкий густой мех. Его темные глаза, подернутые сонной поволокой, лениво сощурились, пристально разглядывая пушистую добычу в блеклом свете луны.

— Теперь ты мой, — спокойно резюмировал парень, поудобнее перехватывая кота под мышкой и слегка шлепнув его у основания хвоста. — Мяукни разок в знак согласия, и братик будет каждый день баловать тебя вкусностями. Ну же, подай голос.

«...»

«Сам ты "мяу"! Хрен тебе, а не согласие!»

Кот-мститель не собирался сдаваться без боя. Дундун яростно зашипел, оскалил мелкие острые зубки и со всей силы впился в крепкое запястье Шэн Цзянье.

http://bllate.org/book/20142/2118436