Готовый перевод Don't Meet Again in the Next Life / Не встретиться в следующей жизни: Глава 20

— Будь спокоен, я умею держать язык за зубами куда лучше тебя.

— … — Чжоу Шо на мгновение лишился дара речи, а затем снова спросил: — Старший молодой господин, вы… разве не испытываете отвращения к гомосексуалистам?

Ся Лян рассмеялся и развел руками:

— Я что, похож на настолько закостенелого человека?

— Ну и хорошо. — Чжоу Шо искренне почувствовал облегчение за Ся Линя.

Однако Ся Лян тут же пробормотал себе под нос:

— Вот только теперь всё бремя продолжения рода семьи Ся ложится исключительно на мои плечи. Эх, сплошная морока.

Чжоу Шо слегка вздрогнул, и в его сердце внезапно возникло необъяснимое чувство утраты.

Старший сын семьи Ся

Через полчаса, когда Чжоу Шо, приняв душ, уже собирался лечь спать, он вдруг услышал в коридоре тихие шаги.

Приоткрыв дверь, он увидел, что Ся Лян, неся что-то в руках, направляется в комнату госпожи Ся.

Движимый любопытством, он на цыпочках последовал за ним.

Подойдя к дверям спальни, он услышал, как госпожа Ся вздохнула:

— Посреди ночи, и тебе приходится массировать ноги этой старухе…

— Бабушка, о чем вы говорите? — голос Ся Ляна звучал непривычно нежно. — Раньше, когда мы были за границей, за вами ухаживал отец, а теперь, когда мы вернулись, пришла очередь нас, внуков, заботиться о вас. Полотенце не слишком горячее?

— М-м… нормально. Да, приложи сюда. Мой ревматизм в последнее время обостряется всё чаще, по ночам боль становится просто невыносимой, а будить твоего отца в соседней комнате не хочется. Хорошо, что ты пришел.

— Бабушка, я же просил вас носить с собой телефон, а вы не слушаете. Если вдруг станет больно, когда вы одна, немедленно звоните нам, договорились?

— Ты же знаешь, у меня старческая дальнозоркость, глаза устают смотреть в экран.

— Я куплю вам телефон с голосовым управлением, им очень удобно пользоваться.

Бабушка с внуком на мгновение замолчали, после чего старушка внезапно спросила:

— Сяо Лян, скажи честно, за те годы, что ты провел на родине, у тебя была девушка?

— Была, но мы расстались, — ответил Ся Лян так спокойно, будто речь шла о постороннем человеке.

— А сейчас? Есть кто-то на примете для брака?

— Не нашел подходящую, — безразлично отозвался Ся Лян. — Вы же знаете, я не придаю этому значения, стоит мне погрузиться в работу, как я сразу обо всем забываю. Раньше я встречался с одной девушкой, но вскоре она со слезами бросила меня.

Старушка вздохнула:

— Нельзя тебя винить. Мы с твоим отцом долгие годы жили за границей, и все дела здесь были на тебе, это действительно было тяжело. Теперь отец вернулся, если не справляешься — перекладывай всё на него. Ты сейчас в том возрасте, когда нужно как следует влюбиться и найти подходящую девушку, чтобы остепениться.

— Угу, — неопределенно отозвался Ся Лян.

— Тогда насчет завтрашнего свидания вслепую…

— Иду, раз уж бабушке так приглянулась эта барышня, должно быть, она очень хорошая. — Ся Лян помолчал и улыбнулся: — Вот только еще вопрос, приглянусь ли я ей.

Стоявший за дверью Чжоу Шо внезапно почувствовал, как что-то сжало его сердце, стало тяжело дышать.

Он не знал, что у Ся Ляна была девушка — вероятно, это случилось еще во время учебы в военном училище. К тому же Ся Лян всегда держался отчужденно, соблюдая дистанцию, и никогда не делился личным, даже с младшим братом Ся Линем.

Раньше Чжоу Шо испытывал к Ся Ляну лишь благодарность вперемешку с трепетом, но в последнее время его почему-то стали волновать поступки Ся Ляна — так же, как и утром, когда он услышал, как госпожа Ся хочет познакомить его с кем-то, в груди снова стало невыносимо тесно.

В комнате бабушка с внуком еще немного поболтали, как вдруг Ся Лян сказал:

— Бабушка, мне нужно обсудить с вами кое-что.

— Что именно?

— Насчет Ся Линя. Он еще молод, у него свои идеалы и амбиции, например, продолжить учебу в магистратуре или докторантуре. Позвольте ему самому выбирать свой путь, а в делах сердечных — пока пусть всё идет своим чередом.

Старушка немного помолчала и со вздохом заметила:

— Я и сама вижу, что Ся Линь вряд ли скоро остепенится, его сердце гораздо ветренее твоего. — Она погладила Ся Ляна по затылку. — Но, к счастью, в нашей семье Ся есть такой почтительный и рассудительный ребенок, как ты, и этого мне уже достаточно.

Чжоу Шо не стал слушать дальше. Он тихо отступил назад и бесшумно вернулся в свою комнату.

Четвертый раз

В то время как Ся Лян массировал ноги бабушке, в комнате Ся Линя Сун Янь, завернувшись в одеяло, ворочался на полу, не в силах уснуть.

И дело было не в жестком полу, а в том, что любимый человек был совсем рядом, но дотянуться до него он не мог.

Помучившись, Сун Янь приподнялся, посмотрел на неподвижный силуэт в одеяле и робко спросил:

— Ся Линь, ты спишь?

Ся Линь не ответил.

Сун Янь на цыпочках забрался на кровать, придвинулся к Ся Линю и прошептал:

— Ся Линь, можно я лягу на кровать?

Из-под одеяла донесся глухой голос Ся Линя:

— Вернись на пол и сиди смирно.

— Кровать такая большая, почему я обязательно должен спать на полу? Ся Линь… — он только потянулся к одеялу, как оно вдруг откинулось, обнажив голову Ся Линя.

— Сун Янь, ты знаешь, почему я в итоге позволил тебе войти?

Сун Янь опешил:

— Почему?

— Потому что под подушкой у меня кинжал. Если ты еще раз попробуешь выкинуть какой-нибудь номер, я тебя прирежу.

Сун Янь покрылся холодным потом и, отступая к краю кровати, пробормотал:

— Эй, успокойся, давай обсудим всё по-хорошему!

— Я и хотел по-хорошему, но положи руку на сердце — ты когда-нибудь вел себя разумно?

Не успел он договорить, как кровать под ними сильно тряхнуло.

Ся Линь удержал равновесие, а Сун Янь, стоявший одной ногой на краю, пошатнулся и рухнул, ударившись головой об угол кровати. От боли он скривился, но сейчас было не до этого — он вскочил и схватил Ся Линя за руку:

— Скорее, уходим, землетрясение!

Ся Линь сидел неподвижно, ошеломленно глядя на Сун Яня.

— Бежим же! — в отчаянии крикнул Сун Янь.

— Ты… ты это почувствовал?

— А как же не почувствовать, если это так очевидно? Смотри, как я приложился… ай! — он прижал руку к уже вздувшейся шишке на лбу и снова потянулся к Ся Линю.

Ся Линь спокойно отвел его руку:

— Это не землетрясение.

Сун Янь замер:

— Нет?

— Не веришь — подожди и увидишь.

Сун Янь в страхе ждал довольно долго, но тряска действительно прекратилась.

— Тогда что это было?.. — с содроганием подумал он, не в доме ли Ся Линя дело?

Ся Линь пристально посмотрел на него:

— Ты впервые с таким сталкиваешься?

— Ты про землетрясение? У нас их быть не должно.

Ся Линь больше ничего не сказал, погрузившись в глубокие раздумья.

За семнадцать лет до своего перерождения он никогда не сталкивался с подобным странным явлением. Но за четыре года после того, как он вернулся, это случилось уже в четвертый раз, и с каждым разом промежутки между толчками становились всё короче. Особенно в этот раз — после случая в баре прошло меньше месяца.

И единственным значимым событием за этот месяц было перерождение Сун Яня.

В глубине души у него зародился необъяснимый страх: неужели эти необычные «землетрясения» связаны с его перерождением и перерождением Сун Яня?

Сун Янь не знал, о чем думает Ся Линь, и, подождав еще немного, убедился, что повторных толчков не будет. Его нервы наконец сдали, но тут же дала о себе знать острая боль в виске.

Забравшись на кровать, он жалобно ухватился за край одеяла Ся Линя:

— Ся Линь, мне так больно, посмотри, я не разбил голову?

Ся Линь, вздохнув, включил настенный светильник. Он приказал Сун Яню пододвинуться, осторожно раздвинул его волосы и увидел красную припухлость.

— Крови нет, но шишка серьезная, — голос Ся Линя стал чуть мягче. — Потерпи, я схожу за льдом из холодильника.

Он уже хотел встать, но Сун Янь обхватил его за талию и, шмыгая носом, прошептал:

— Ся Линь, не уходи.

Ся Линь глубоко вздохнул, и только что возникшее сочувствие тут же испарилось.

— Отпусти.

— Не отпущу. — Сун Янь воспользовался моментом и повалил Ся Линя на кровать, навалившись сверху.

Ся Линь, поняв его намерения, тут же потянулся к подушке, но Сун Янь оказался быстрее, прижал его руку и, пошарив под подушкой, действительно нашел кинжал в ножнах.

— Ты и правда прячешь под головой такую штуку, — удивился Сун Янь. — Не боишься накликать беду? — Сказав это, он ловким движением отбросил кинжал подальше.

Лишившись оружия, Ся Линь попытался отбиваться кулаками и ногами, но Сун Янь, пользуясь преимуществом в силе, легко пресек все попытки сопротивления. Приблизившись к уху Ся Линя, он прошептал:

— Не бойся, Ся Линь, сегодня я не стану брать тебя силой. Мы всё-таки в доме семьи Ся, даже если бы у меня было десять жизней, я бы не посмел.

— Тогда немедленно слезь с меня!

— Ся Линь, я просто так сильно скучал по тебе. Знаешь, мне часто снится, что я целую тебя, — шептал он, нежно касаясь губами каждого дюйма его кожи. — Целую твои брови, глаза, переносицу и губы, кадык и ключицы, и еще…

Тоуци

Бар Полночный полёт.

Кэ Мэй стремительно вошел в бар, за его спиной будто пронесся вихрь.

Официант, заметив его, радостно начал: «Брат Мэй…», но не успел договорить, как тот нетерпеливо перебил:

— Где ваш босс?

— Босс в комнате отдыха… — официант не успел договорить, как Кэ Мэй уже скрылся в коридоре.

«Что случилось, такой взволнованный…» — официант был в недоумении. Он неплохо знал этого доктора Кэ и помнил, что тот всегда здоровался с персоналом, а не мчался сломя голову, как сегодня.

Кэ Мэй, не постучав, распахнул дверь:

— Хуайцзинь, ты почувствовал тот толчок пятнадцать минут назад?..

Он осекся. В полумраке комнаты витал резкий запах лапши быстрого приготовления.

Черный силуэт, склонившись над журнальным столиком, с аппетитом поглощал лапшу, а на диване за его спиной босс бара, Сун Хуайцзинь, сосредоточенно изучал документы.

Силуэт поднял голову, встретился взглядом с Кэ Мэем и помахал рукой:

— Хай! Давно не виделись.

Кэ Мэй с щелчком включил самый яркий свет, и силуэт тут же прикрыл глаза рукой:

— Слишком ярко, Кэ Мэй! Выключи, я еще не привык!

Кэ Мэй не спеша выключил свет и указал на незнакомца:

— Почему он здесь?

Не дожидаясь ответа Сун Хуайцзиня, тот ответил:

— Эй, что ты имеешь в виду? Это что, твой дом? Я вообще-то тоже член этой группы.

Кэ Мэй опешил:

— Ты тоже вступил в группу?

— Ага, — человек беспомощно развел руками. — Приказ сверху, нельзя ослушаться, иначе ты думаешь, я бы с радостью приперся в это захолустье?

Кэ Мэй долго сверлил его взглядом, после чего процедил сквозь зубы:

— Ради того пакта о ненападении я пока не буду сводить с тобой счеты. Когда мы оба уйдем в отставку, я с тобой еще поговорю.

Тот вздохнул:

— Кэ Мэй, ну почему ты такой злопамятный? Перемирие длится уже десятки лет, а ты всё ворошишь старые обиды. К тому же на войне всякое бывает, у кого руки не в крови? Я тогда не убил тебя, а только твоего питомца, это было еще проявлением милосердия.

Услышав это, Кэ Мэй тяжело задышал, с трудом сдерживая эмоции:

— Ду Ланьцзэ, ты хоть понимаешь, что у нас человек и его Контрактный зверь связаны кровными узами? Ты убил не просто питомца, а часть моей жизни.

Молодой человек по имени Ду Ланьцзэ замялся:

— Это… было больно?

— Если проводить аналогию с вашей физиологией, это все равно что Омега, на котором стоит глубокая метка, подвергается насильственной вторичной метке другим Альфой.

Ду Ланьцзэ поежился:

— Ну… я не Омега, мне не понять, но суть я уловил. Прости, не знал, что всё так серьезно. Извини.

Кэ Мэй был из тех, кто отходит от доброго слова. Услышав извинения, он немного остыл, хотя злость не прошла до конца.

Он перевел взгляд на кучу пустых коробок из-под лапши на столе и поморщился:

— Ешь, всё только ешь. Вся комната провоняла твоей лапшой.

— А я тут при чем? У каждого свой способ адаптации к смене часовых поясов. Хуайцзинь вот вернулся и только спит, чего ты ему не выскажешь?

— По крайней мере, его способ адаптации куда тише, чем твой.

Сун Хуайцзинь, казалось, привык к их бесконечным ссорам и не стал вмешиваться. Он лишь указал на документ в руке, и в воздухе перед ним возникло голографическое изображение.

— Это данные, которые принес Ланьцзэ о прошлой жизни Ся Линя, — сказал Сун Хуайцзинь. — Кэ Мэй, взгляни.

Кэ Мэй удивленно посмотрел на Ду Ланьцзэ — оказывается, их отсутствующий член группы был отправлен Сун Хуайцзинем в иное пространство для выполнения задания.

Он пролистал изображения в воздухе и пробормотал:

— Значит… он умер от болезни.

— Читай дальше, — сказал Сун Хуайцзинь.

Кэ Мэй перелистнул еще несколько страниц и изумился:

— Его возлюбленный в той жизни покончил с собой, прыгнув с крыши?

— Обрати внимание на время, — Сун Хуайцзинь указал на цифры в углу изображения. — Прошло ровно семь дней со дня смерти Ся Линя.

Кэ Мэй задумался и внезапно воскликнул:

— Это Тоуци! В тот день был седьмой день после его смерти.

— Верно. Насколько мне известно, здесь после смерти душа семь дней бесцельно блуждает по миру, а на седьмой день возвращается к тому, к кому была больше всего привязана.

Ду Ланьцзэ, доев последнюю лапшу, продолжил анализ:

— Если я не ошибаюсь, Сун Янь — возлюбленный Ся Линя — выбрал день Тоуци, чтобы уйти вслед за ним, надеясь переродиться вместе. Но по иронии судьбы здание, в котором он находился, оказалось в эпицентре редчайшего пространственного шторма. Этот шторм не только затянул его душу в Вихрь времени и пространства, но и прихватил с собой душу Ся Линя, вернувшуюся на Тоуци. Не знаю, что с ними произошло в вихре, но Ся Линь выпал из него четыре года назад, а Сун Янь — лишь недавно.

— Нет, ты перепутал порядок, — поправил его Сун Хуайцзинь. — Если смотреть с точки зрения течения времени, первым выпал Сун Янь, а потом Ся Линь.

Ради общего дела

— Ладно, какая разница, кто первый, — Кэ Мэй раздраженно взъерошил волосы. — Сейчас они оба переродились, цикл Пространственного смещения резко сократился, я боюсь, что если так пойдет и дальше…

— Я как раз по этому поводу, — сказал Ду Ланьцзэ. — Вообще-то, дела этого измерения нас не касаются, даже если оно сместится в новый параллельный мир, мне плевать. Но проблема в том, что как только это пространство отклоняется от своей орбиты, возникает новая траектория, которая частично пересекается с нашей. Это значит, что в недалеком будущем два пространства могут столкнуться, а последствия этого будут ужасающими.

Кэ Мэй ошеломленно спросил:

— Твои данные… надежны?

— Конечно. Это прогноз самой авторитетной станции мониторинга. Информация пока засекречена, но верхушка уже в панике, поэтому меня и отправили решать эту проблему.

Кэ Мэй посмотрел на Сун Хуайцзиня:

— Что нам делать?

Сун Хуайцзинь помолчал и ответил:

— Самый консервативный вариант — запустить чрезвычайный план А. Исполнителем будешь ты.

Лицо Кэ Мэя изменилось:

— Это ты называешь консервативным? Это радикальный подход!

— Нет, это действительно самый надежный и осторожный метод, — добавил Сун Хуайцзинь. — Ради общего блага.

— Но… ведь это две живые души!

Ду Ланьцзэ поднял руку:

— Честно говоря, я согласен с Хуайцзинем. Только лишив этих двоих жизни, можно вернуть искривленную траекторию времени на место и избежать хаоса и жертв в обоих пространствах. Это самый верный путь.

Кэ Мэй тяжело опустился на диван и, помрачнев, замолчал.

Ду Ланьцзэ повернулся к Сун Хуайцзиню:

— Кэ Мэй — врач, его работа — спасать жизни. Убийство… особенно двух беззащитных людей — это действительно тяжело для него. Может, мне заняться этим? Я и так безжалостный убийца, двумя больше, двумя меньше — не имеет значения.

— Нет! — Кэ Мэй злобно зыркнул на него. — Ду Ланьцзэ, предупреждаю: не смей их трогать!

Ду Ланьцзэ обиженно развел руками:

— Эй, я же пытаюсь помочь, а ты…

— Со своими делами я разберусь сам, не лезь не в свое дело!

— Ладно-ладно, раз не мое дело, я пошел отчитываться. — Ду Ланьцзэ тоже начал злиться. Он встал и добавил: — Кэ Мэй, не говори потом, что я тебя не предупреждал. Лучше реши вопрос с ними поскорее. Если из-за твоих колебаний произойдет столкновение миров… не обессудь, я буду действовать жестко.

Сказав это, он подошел к другой двери, приложил специальную карту к панели и, не оглядываясь, вышел.

— Эй, Ланьцзэ…

http://bllate.org/book/20008/1974162