Готовый перевод Inuyasha: Great White Shiba and Little Peacock / Инуяша: Великий белый сиба и маленький павлин: Глава 19

Банда Ляньхай, столпившаяся внизу, в нерешительности переглянулась. Ли Сянъи навострил уши: из-за кучи обезглавленных трупов к нему выскочили еще четверо. Один из них, бородатый здоровяк с парой топоров в руках, злобно усмехнулся:

— Парень, раз уж тебе не терпится сдохнуть, мы исполним твое желание. Все вместе, в атаку!

С этими словами вся толпа, насчитывающая сотни бандитов, с диким ревом бросилась вперед.

Юноша стоял гордо и невозмутимо, а на клинке меча Шаоши отражались искаженные яростью лица нападавших.

Сэссёмару, наблюдавший за всем с высоты, глядя на спокойный, без тени страха облик юноши, подумал, что в этом и заключается самая прекрасная вещь в мире смертных.

— Убить! — взревел бородатый, подпрыгнул и первым ринулся в бой. Топоры рассекали воздух с пугающим свистом, словно намереваясь разрубить противника пополам.

Шаоши отозвался чистым, звонким гулом. Движение Долгий ветер вместо песни — и меч нанес прямой удар. Бородач рухнул обратно быстрее, чем успел вылететь, с глубокой бороздой на груди. Хрипло выдохнув, он замертво повалился на землю.

Первый прием, один удар — и бой не прекращался, а звон меча звучал, словно песня.

Юноша двигался стремительно, и повсюду, где он проходил, целыми рядами падали люди.

Завершив прием, Ли Сянъи замер. Шаоши, напившийся крови, отражал его холодный, суровый лик, внушая ужас в сердца бандитов Ляньхай.

Ли Сянъи слегка склонил голову, глядя на тех, кто после гибели бородача попятился и спрятался за спинами сообщников, и тихо прошептал:

— Шестой прием меча Сянъи: Странствующий дракон ступает по снегу.

Едва слова сорвались с губ, он рванулся вперед, подобно призраку.

Увидев это, те несколько человек побледнели от страха и бросились наутек, но не успели сделать и шага, как на их горлах проступили кровавые нити, и все они повалились на землю.

Остальные бандиты во дворе не осмеливались больше приближаться, но из внутреннего зала и из-за ворот продолжали прибывать новые силы. Увидев, что против них стоит лишь один юноша, они подстрекаемые криками старейшин и главарей залов, с шумом ринулись в атаку.

Двор, где находился Ли Сянъи, приковал к себе основное внимание, и бесчисленные члены банды Ляньхай устремились туда на подмогу.

Тем временем Ци Юнь, Чжань Юньфэй и остальные ловко расправились с охраной и принялись взламывать двери одну за другой. На золото и драгоценности они даже не смотрели. Там, где находились товары, они делали пометки, чтобы случайно не поджечь Мазь Фужун: стоило этой дряни вспыхнуть, как от одного вдоха дыма человек попадал в иллюзорный рай, становясь ее вечным рабом.

Для надежности Лу Лэй и Ли Си остались караулить, а остальные отправились освобождать пленных.

Сэссёмару наблюдал, как Ли Сянъи в одиночку противостоит толпе. Его одежда была уже пропитана кровью, но аура становилась лишь мощнее. Такой Ли Сянъи вызывал у Сэссёмару искреннее восхищение. В нем проснулось давно забытое желание сразиться — не ради жестокости или жажды крови, а просто потому, что перебить эту шваль вместе с ним казалось… неплохой затеей.

С этой мыслью Сэссёмару перевел взгляд. Зрение великого демона не знало преград ни в ночной тьме, ни в расстоянии: он увидел, как у острова отплывает корабль.

Прищурившись, Сэссёмару совершил несколько прыжков. Его белоснежные одежды развевались, длинные черные волосы трепетали на ночном ветру, и в одно мгновение он оказался у берега. Корабль уже отошел на десять чжанов, но великий демон, лишь слегка коснувшись носком стопы поверхности воды, взмыл в воздух и на глазах у ошеломленных людей приземлился на палубу.

Придя в себя, бандиты поняли, что перед ними один из тех незваных гостей, и бросились в атаку. Сэссёмару не стал прибегать к демонической силе. Слегка уклонившись, он выхватил железный меч из рук нападавшего и, вспоминая движения, которые обычно практиковал юноша, нанес один прямой удар — и все вокруг упали.

Наблюдавшие издали люди поспешно обернулись к толстяку и тревожно спросили:

— Главарь Цзян, что же нам делать! Люди из Цзяньчасы скоро будут в Тайчжоу. Если нас схватят сейчас, пути назад уже не будет! Придумайте что-нибудь, отправьте нас обратно в управу!

Этим толстяком был главарь банды Ляньхай Цзян Дафэй. На его лице отразилась ненависть:

— Откуда только взялись эти маленькие монстры, сующие нос в чужие дела! Господин У, господин Мэн, я прикажу людям задержать его, а вы уходите со мной на лодке! Вы возвращайтесь в управу, а я отправлюсь к господину Юю!

Отдав распоряжения, троица поспешно спустилась с палубы, намереваясь бежать.

На острове бандиты Ляньхай уже впали в панику от резни, учиненной Ли Сянъи.

На земле лежало около двухсот человек. Старейшины, главы залов и мелкие предводители были либо тяжело ранены, либо мертвы, а тех, кто пытался бежать, настигали без промедления.

С мечом Шаоши в руке Ли Сянъи стоял на воротах, глядя сверху вниз на толпу. Внизу слышались лишь стоны, а те, кто еще мог стоять, дрожали, глядя, как с его клинка каплями стекает кровь. Они затаили дыхание, боясь даже вздохнуть.

Неизвестно, кто начал первым, но кто-то выронил оружие, поднял руки и с глухим стуком упал на колени. Вслед за этим раздался звон падающих мечей и сабель: один за другим бандиты бросали оружие и опускались на землю.

В соседнем дворе девять товарищей также были покрыты кровью. Вокруг лежали сотни трупов и раненых. Поскольку Ли Сянъи оттянул на себя основное внимание, кроме Цянь Цисина и Чжао Вэньхао, которые впервые убивали людей и поначалу действовали суетливо, получив несколько царапин, остальные не пострадали.

Плач женщин, детей и даже молодых мужчин не утихал. Девять человек обыскали шесть мест заточения, освободив более трехсот пленников.

На корабле белоснежный наряд Сэссёмару оставался безупречно чистым, а вокруг него лежали поверженные враги. Увидев, что лодка отплыла почти на двадцать чжанов, он одним взмахом меча перерубил канат и в следующее мгновение оказался на борту.

Ли Сянъи собрал выживших, нашел веревки и куски шелка, связал людей в несколько групп и только тогда направился в соседний двор.

Едва войдя, он ощутил волну скорби, страха и паники. Спасенные люди сбились в кучу и рыдали, а в открытых комнатах лежали десятки погибших — некоторые покончили с собой, но большинство были замучены до смерти.

Сердца товарищей сжались, но в них было и облегчение. Они радовались, что не медлили, что этих людей не успели вывезти на продажу, и что больше невинных душ не отправилось на тот свет.

Увидев Ли Сянъи, все бросились к нему. Лу Лэй и Цянь Цисин принялись осматривать его со всех сторон. Несмотря на веру в его мастерство, они слышали грохот сражения и видели, сколько охраны было в этом дворе, поэтому не на шутку беспокоились за него. Они знали, что его мастерство цингун превосходно, и боялись лишь помешать ему, поэтому послушались и разделились. Увидев, что он цел и невредим, они наконец выдохнули.

Только тогда Ци Юнь спросил:

— Сянъи, а Цзян Дафэй попался?

Ли Сянъи покачал головой, нахмурившись:

— Я его не видел. Спросил у людей из банды, они сказали, что как только прозвучал сигнал, главарь сбежал.

Чжань Юньфэй посмотрел на плачущих пленников и твердо сказал:

— Этот негодяй совершил слишком много злодеяний, нельзя дать ему уйти. Мы догоним его!

Ли Сянъи кивнул:

— Его нельзя отпускать! Решено. Брат Юнь, оставайтесь здесь, ждите людей из столицы. Мы с братом Чжанем владеем цингун лучше всех, мы отправимся за ним.

Ци Юнь согласился. Ли Сянъи огляделся и озадаченно спросил:

— А вы не видели брата Ша?

Только он договорил, как почувствовал нечто и посмотрел вверх: в небе, развеваясь черными волосами, к ним приближался белоснежный силуэт.

Над рекой медленно вставало солнце. В лучах золотого рассвета белоснежная фигура Сэссёмару казалась неземной, и Ли Сянъи услышал собственное отчетливое сердцебиение.

Рассвело.

Придя в себя, Ли Сянъи заметил, что Сэссёмару держит в руке веревку, к которой были привязаны трое человек. В этот миг холодная аура Ли Сянъи рассеялась, на губах заиграла улыбка, и он тихо сказал Чжань Юньфэю:

— Похоже, нам не нужно никого догонять.

Сэссёмару опустился на крышу, и на землю с глухим стуком свалились трое связанных, промокших и исцарапанных мужчин.

Отряд пробыл на острове три дня, дожидаясь инспекторов. Ли Сянъи передал им Цзян Дафэя, чиновника У и уездного начальника Мэна, а затем наблюдал, как те мобилизуют имперские войска, чтобы отправить бандитов в тюрьму. После этого они остались в Тайчжоу.

Разгром банды Ляньхай был настолько стремительным, а главари схвачены так быстро, что местные силы были застигнуты врасплох. Ли Сянъи и его товарищи тайно следили за ситуацией и подавляли любое сопротивление остатков банды.

Следующие полмесяца чиновников Тайчжоу арестовывали одного за другим. Цзяньчасы предали огласке преступления банды, открыли суды для приема жалоб от народа. Ли Сянъи, устроив судьбы пострадавших, отказался от предложений о службе и, забрав двадцать две тысячи таэлей награды, покинул город.

Перед отъездом они тайно пробрались на опечатанный склад, нашли Мазь Фужун и вывезли ее всю. Ли Сянъи попросил Сэссёмару использовать демоническую силу, чтобы унести их далеко в море, где они вскрыли упаковки и выбросили яд в пучину. Когда ударил гром, Сэссёмару и Ли Сянъи уже были на суше, а демоническая сила рассеялась.

Ли Сянъи разделил награду на десять частей по две тысячи таэлей каждому. Долю Сэссёмару он спрятал у себя. Остальные поначалу отказывались, но под ясным и твердым взглядом Ли Сянъи приняли деньги, еще больше проникнувшись к нему уважением.

Для Цзян Юньчжэна и Цянь Цисина эти деньги значили куда больше, чем любое богатство, которое они имели прежде.

С делом банды Ляньхай было покончено. Наступило десятое число девятого месяца. Ли Сянъи, раздав деньги, посмотрел на сияющие глаза товарищей и, взмахнув купюрами, весело воскликнул:

— По такому случаю грех не выпить!

Ли Си и Цянь Цисин отозвались первыми, Лу Лэй и Чжао Вэньхао поддержали их радостными криками, братья Эрлинь тоже впервые громко выразили свое согласие. Старший господин Цзян обнял Ци Юня и Чжань Юньфэя, и вся компания двинулась в путь. Даже Сэссёмару впервые одарил всех едва заметной улыбкой.

Радостный смех и возгласы эхом разносились в воздухе. Толпа окружила Ли Сянъи и направилась к самому известному ресторану Ниншуя — Пьяному бессмертному. Едва они подошли к дверям, как официант, встретивший их, просиял. Его щеки покраснели, он задрожал от волнения и радостно закричал:

— Это же наши герои! Наши герои!

Посетители ресторана, услышав крик, побросали палочки и обернулись. Хозяин заведения, не став ругать слугу, сам поспешил навстречу.

Когда люди увидели группу юношей, все — и гости ресторана, и прохожие на улице — начали собираться вокруг.

Они оказались в кольце людей. Кроме Ли Сянъи, Ци Юня и Чжань Юньфэя, остальные впервые оказались в такой ситуации и выглядели растерянными. Люди вокруг светились благодарностью. Какой-то господин в богатых одеждах низко поклонился и воскликнул:

— Благодарим вас, герои, за то, что уничтожили банду Ляньхай и вернули нам ясное небо!

После его слов люди начали наперебой кланяться, осыпая их искренними словами признательности. Толпа росла, и когда все узнали, что именно эти десять человек спасли их от бедствия, шум благодарных криков стал оглушительным. Родственники пострадавших со слезами на глазах падали на колени.

Ли Сянъи, используя цингун, подхватил упавшую на колени пожилую женщину, затем помог подняться старику. Остальные, кроме Сэссёмару, который взлетел на крышу, последовали его примеру.

Ли Сянъи огляделся и, собрав внутреннюю силу, мягко, но отчетливо произнес:

— Помочь слабому в беде — долг каждого, кто считает себя героем. Вам не стоит так делать!

Один из присутствующих, одетый как ученый, тут же ответил:

— Герой, вы ошибаетесь! Вы, не страшась смерти, проделали такой путь, чтобы уничтожить банду. Если бы не вы, мы, простые люди без власти и сил, никогда бы не добились справедливости! Мы благодарны вам, это наш долг!

Окружающие закивали в знак согласия. Кто-то из воинов воскликнул:

— Семь лет назад бандиты похитили девушку из нашей секты Фэйтянь. Я и мои братья просили помощи у великих кланов, но никто не захотел помочь. Когда я вернулся, никого из пятидесяти шести человек в нашей секте не осталось в живых! Сегодня наша месть свершилась благодаря вашей доблести!

Люди вокруг скандировали: Спасители! Старик зарыдал: Если бы не вы, нам пришлось бы терпеть еще много мук. Вы наши спасители, мы никогда не забудем вашей доброты!

Видя искренность в глазах этих людей, товарищи были глубоко тронуты. Сэссёмару чувствовал, как их аура становится чище, а вера крепче. Наблюдая за этой сценой, он, кажется, начал понимать, что значит для Ли Сянъи защита этих слабых смертных.

http://bllate.org/book/19978/1968405