Готовый перевод Transmigrated as the Disabled Marshal's Cannon Fodder Wife / Я стал ненужной женой искалеченного маршала: Глава 23

Банкет в тот день закончился очень поздно. Шэнь Цижань возвратился домой, когда у него от усталости слипались глаза, и едва коснулся подушкой головы, как тут же заснул.

На следующий день выработанные внутренние часы разбудили Шэнь Цижаня ровно в семь утра. Умывшись, он только приоткрыл дверь спальни, собираясь спуститься вниз позавтракать, как в тот же самый момент распахнулась и дверь главной спальни. Выехавший на инвалидном кресле Шао Син как раз столкнулся лицом к лицу с Шэнь Цижанем.

—…

—…

Оба замерли на месте, словно кто-то нажал на кнопку паузы, и какое-то время не двигались. Наконец Шао Син первым кивнул, что можно было считать приветствием.

— Спускаешься позавтракать?

— Угу. — Шэнь Цижань пришел в себя и натянуто улыбнулся. — А ты?

— Я уже поел, — ответил Шао Син. — Собираюсь в кабинет.

Один из них направился вниз по лестнице, другой — в сторону кабинета. Услышав звук открывающейся и закрывающейся двери кабинета, Шэнь Цижань на мгновение замедлил шаги и тяжело вздохнул.

До чего же неловко.

Накануне вечером из-за сильной усталости он рухнул на кровать в своей комнате и сразу заснул, у него не было сил думать ни о чем. Но сегодня утром воспоминания, отстоявшиеся за ночь, хлынули подобно прорванной плотине, и чувство неловкости тут же захлестнуло его с головой.

Я хочу, чтобы через два года, после развода, ты позволил мне нормально и свободно уйти.

Из-за сильнейшей тревоги за свое будущее, и в особенности из-за страха за собственную безопасность по истечении двух лет, когда Шао Син спросил: «Что ты хочешь предложить взамен?», он без колебаний выдвинул именно такую просьбу.

Теперь, вспоминая об этом, он понимал, что у него, должно быть, совсем крыша съехала раз он думал, что Шао Син жаждет подобных признаний в верности, и получить отказ было вполне закономерно.

Когда ты выбираешь брак в качестве ставки для того, чтобы перевернуть свою жизнь, ты по умолчанию должен понимать, на что идешь.

Верность — твоя ответственность и обязанность, а не разменная монета для торгов и сделок.

Поэтому я отказываюсь.

Шэнь Цижань, разумеется, прекрасно понимал, что каждое слово Шао Син было справедливым, что лишь сильнее подчеркивало его собственную детскую наивность и фантазерство.

Все это время он считал оставленный первоначальным владельцем беспорядок великой катастрофой и полагал, что должен всеми силами искать выход и бежать. Из-за этого он совершенно упустил из виду одну вещь: раз он занял место прежнего владельца, получив его личность и будущее, то разбираться с оставленными им проблемами — точно такая же его неотъемлемая обязанность.

Брак — это контракт, а верность — его краеугольный камень. Если вещи столь принципиального характера можно выставлять на торги и обсуждать, чем же он тогда отличается от вероломного прежнего владельца?

Чем больше он думал об этом, тем сильнее убеждался, что совершил откровенно дурацкий шаг.

В то же время это подтверждало одну догадку Шэнь Цижаня: ненависть в сердце Шао Син еще не утихла, и он действительно намеревался после развода свести старые и новые счеты вместе. Фраза «Я отказываюсь» была не просто отказом от этой сделки, возможно, она также служила намеком на то, что ему не стоит рассчитывать на гладкий и легкий разрыв.

Будущее не сулило ничего хорошего!

Шэнь Цижань уныло добрался до столовой, но, поскольку аппетита у него не было, съел за завтраком самую малость. Вернувшись в комнату, он с трудом взял себя в руки и продолжил готовиться к предстоящему экзамену.

Время вступительного экзамена неумолимо приближалось. Курс по самостоятельному изучению ментальной силы он в основном уже освоил, оставалось лишь применить знания на практике. Когда он приступил к привычным медитативным практикам, в голове вдруг вспыхнула резкая боль, такая сильная, что он чуть не вскрикнул.

В чем дело?

Шэнь Цижань осторожно попробовал еще несколько раз, и оказалось, что медитация действительно не удается. Вскоре голову начала сверлить непрекращающаяся тупая боль.

Не решаясь больше экспериментировать, он хладнокровно обдумал ситуацию и отправил сообщение Госпоже Роза со смартфона, в общих чертах описав свое состояние.

Госпожа Роза была лучшей подругой Шао Яо. Среди учеников класса выпечки Шэнь Цижань был с ней ближе всех и время от времени переписывался с ней наедине. Настоящее имя Госпожи Роза — Элиша, в реальной жизни по профессии она целительница, а ее муж, как говорят, был влиятельной фигурой в военной верхушке, специализирующейся на исследованиях ментальной силы. Задать вопрос о проблемах с ментальной силой ей было абсолютно верным решением.

Вскоре пришел ответ оттуда.

Госпожа Роза: Судя по твоему описанию, это ментальное расстройство, вызванное истощением, не о чем беспокоиться.

Госпожа Роза: Легкие симптомы пройдут, если отдохнуть полдня. Если чувствуешь, что все серьезно, можешь принять лекарство. Конечно, самый рекомендуемый способ — найти высокоуровневого одаренного для проведения ментальной стабилизации.

Госпожа Роза: Разве у генерала-майора Шао сегодня не выходной? Ты можешь просто обратиться к нему, я помню, его класс ментальной силы — Уровень SS, верно?

Уровень ментальной силы Шао Син на самом деле уже достиг уровня SSS, однако эта новость все еще хранилась в тайне, и Госпожа Роза о ней не знала. Шэнь Цижань вежливо поблагодарил ее и, немного подумав, решил сначала попробовать лекарство.

Хотя обратиться к Шао Син, возможно, было бы более быстрым путем, их отношения оставляли желать лучшего, и идти туда — значило лишь навлекать на себя насмешки. К тому же Госпожа Роза сказала, что это всего лишь пустяковая проблема, так что тревожить одаренного уровня SSS было бы стрельбой из пушки по воробьям.

Шэнь Цижань вошел в Звездную сеть, отыскал распространенные лекарства для лечения ментальных расстройств, а затем порылся в личной аптечке, имевшейся в комнате, и действительно нашел одно из них.

Приняв две дозы по инструкции, он почувствовал, как тупая боль в голове заметно утихла. Успокоившись, Шэнь Цижань вернулся за письменный стол и продолжил учебу.

Утро пролетело незаметно. В полдень Тетушка Мэй постучала в дверь.

— Молодой господин, я принесла вам обед.

Шэнь Цижань отвел взгляд от экрана светового планшета: — Спасибо, входите.

Тетушка Мэй вкатилась с маленьким сервировочным столиком и, едва переступив порог, замерла.

— Молодой господин, почему у вас такое бледное лицо? — Сначала Тетушка Мэй удивилась, но ее выражение быстро сменилось беспокойством. — Вас что-то беспокоит?

— А? Нет же, — на ходу отвечая, Шэнь Цижань поднялся на ноги, как вдруг почувствовал, что перед глазами все закружилось. Еще не успев обрести устойчивость, тело мгновенно потеряло равновесие, и он рухнул прямо вниз.

— Молодой господин! — Тетушка Мэй смертельно испугалась и бросилась вперед. — Что с вами?!

Шэнь Цижань инстинктивно ухватился за край стола, и его рука, судя по всему, случайно задела какую-то клавишу — на экране светового планшета всплыло окно. Впрочем, он уже ничего не видел: зрение внезапно погрузилось во тьму, сознание постепенно уплывало куда-то вдаль, а в ушах эхом отдавались последние звуки — испуганные крики Тетушки Мэй и... доносившийся из коридора стук колес кресла по полу.

Шэнь Цижаню приснился очень тяжелый сон.

Ему казалось, что он тонет в морской пучине. Под ногами зияла черная воронка, мощная сила затягивала и тянула его вниз, а инстинкт выживания заставлял отчаянно сопротивляться — изо всех сил, вкладывая последние младенческие крохи энергии, он пытался выплыть к поверхности.

Воздуха в груди становилось все меньше, ощущение близкой смерти — все отчетливее. Почти впав в отчаяние, Шэнь Цижань вдруг почувствовал освежающую прохладу на лбу, свежий воздух вновь хлынул в грудную клетку, у него снова появились силы, и, следуя за внезапно возникшим перед глазами столбом света, он изо всех сил поплыл наверх...

Шэнь Цижань медленно открыл глаза.

Снаружи уже совсем стемнело, в комнате горела маленькая настольная лампа, излучая мягкий и теплый свет. Шэнь Цижань обнаружил, что лежит на кровати, укрытый одеялом. Стоило ему лишь слегка шевельнуться, как рядом раздался чей-то голос:

— Проснулся?

Шэнь Цижань повернул голову на звук и обнаружил, что Шао Син сидит прямо возле него. На коленях у него была развернута книга, похоже, он читал.

Они некоторое время смотрели друг на друга. Шэнь Цижань глубоко вздохнул, с закрытыми глазами забился обратно под одеяло, а через секунду снова открыл их.

...Это действительно был не сон.

Шао Син закрыл книгу и протянул чашку с водой. Шэнь Цижань торопливо приподнялся и принял ее обеими руками.

— Спасибо.

Он понемногу пил воду, а его взгляд блуждал по комнате.

— Я велел Тетушке Мэй пока отдохнуть в своей комнате, — произнес Шао Син. — Ты звал ее?

— Нет. — Пойманный с поличным, Шэнь Цижань слегка смутился. Он слизал капельку воды с губ, а крутившийся на кончике языка вопрос: «Почему ты здесь?» — так и не решился задать.

Наверное, Тетушка Мэй попросила Шао Син присмотреть за ним какое-то время...

— Спасибо. — Он вернул пустую чашку Шао Син и поднял глаза на часы на стене.

— Уже двенадцать часов? — Шэнь Цижань едва не подумал, что у него двоится в глазах. — Я проспал столько времени?

— Ты еще рано проснулся. — Шао Син поднял с тумбочки баночку с лекарством и легонько потряс ее — таблетки внутри загремели.

— Зачем ты это пил?

Шэнь Цижань опешил и с виноватым видом пробормотал: — Я... у меня было небольшое расстройство ментальной силы, принимал таблетки, чтобы облегчить состояние.

— Ментальное расстройство? — Шао Син нахмурился. — Ты думал, что у тебя ментальное расстройство?

Уловив скрытый подтекст в словах собеседника, Шэнь Цижань тотчас сбавил тон: — Разве нет?

Он вкратце пересказал свои дневные симптомы и то, как советовался с госпожой Розой. Чем дальше слушал Шао Син, тем сильнее хмурился, а в конце концов просто потер переносицу пальцами, выглядя совершенно обескураженным.

Набравшись храбрости, Шэнь Цижань тихо спросил: — Что со мной не так?

— У тебя не ментальное расстройство, — бросил на него взгляд Шао Син. — Это эволюция ментальной силы.

— Что? — Если бы говорил не Шао Син, Шэнь Цижань непременно решил бы, что над ним шутят. — Эволюция ментальной силы? — Он с неверием ткнул пальцем в себя. — У меня? Но... но мне же уже двадцать два!

Эволюция ментальной силы, как следует из названия, означала повышение уровня ментальной силы. Однако подобные явления обычно происходили лишь у несовершеннолетних, а у взрослых скачки ментальной силы наблюдались крайне редко. Такой прогресс являлся качественным скачком ментальной силы и неизбежно сопровождался симптомами ментальной нестабильности. Именно поэтому Госпожа Роза приняла состояние Шэнь Цижаня за обыкновенное расстройство, а сам Шэнь Цижань слепо верил в это.

— Ты знаешь, к каким последствиям приводит прием подавляющих препаратов в процессе эволюции?

Шэнь Цижань ничего не ответил. Он понятия не имел, каковы последствия подобных действий, однако во всей прочитанной профильной литературе неизменно упоминалось:

В процессе эволюции ментальной силы на месте обязательно должен находиться профессиональный целитель; если же подходящего целителя нет, допускается помощь человека, чей уровень ментальной силы значительно превосходит твой собственный.

— Почему ты не пришел ко мне? — спросил Шао Син. Его голос звучал холодно, ничем не отличаясь от обычного, но Шэнь Цижань невольно вздрогнул и чуть глубже спрятался в одеяло.

— Даже если ты не знал, что у тебя эволюция ментальной силы, лучший способ справиться с ее расстройством — обратиться к обладателю более высокого уровня для стабилизации. Это азы, которые знает каждый школьник.

Шэнь Цижань снова ушел в одеяло с головой.

— Ты предпочел бы довести себя до смерти, но не прийти ко мне, верно?

В комнате стояла пугающая тишина. Воздух, несмотря на царившее вокруг тепло, казалось, замерз, холодя до удушья.

Шао Син и сам не понимал, почему он так разозлился.

Он всегда отличался прекрасным самоконтролем, ведь чем сильнее ментальная сила человека, тем опаснее для него любые резкие перепады настроения. И тем не менее сейчас у него возникло непреодолимое желание вытащить этого парня из постели и хорошенько отлупить.

С непослушными вредными детьми иначе нельзя — только отходить ремнем по мягкому месту, чтобы дошло.

Шэнь Цижань полностью укутался в одеяло, оставив снаружи лишь кончик носа. Шао Син мрачно покосился на него и заметил, что у того слегка покраснели глаза, а густые ресницы были влажными — то ли со страху, то ли от обиды, выглядел он так, будто готов заплакать, но не смеет.

— Прости. — Тишину нарушил Шэнь Цижань.

Сейчас он действительно очень сильно раскаивался и испытывал ужас. Он уже понял: должно быть, Шао Син вовремя пришел и помог ему стабилизировать ментальную силу, предотвратив куда более тяжёлые последствия. Если бы тот отсутствовал дома, его дела, пожалуй, приняли бы скверный оборот.

— Я правда думал, что это мелочь, и не хотел тебя беспокоить, поэтому и не пошел...

Голос парня, зарывшегося в одеяло, звучал приглушенно, с легким носовым оттенком. Из-за физической слабости интонации казались мягкими и нежными, напоминая несчастного кролика: — Братец Шао, спасибо тебе. В следующий раз, если случится что-то подобное, я непременно обращусь к тебе в первую очередь.

—…

Воздушный шар, который только что был готов взорваться от гнева, внезапно выпустил воздух и беззвучно сдулся.

Шао Син с каменным лицом долго смотрел на Шэнь Цижаня — так долго, что Шэнь Цижаню снова захотелось сползти под одеяло, — после чего отвел взгляд и сухо бросил:

— Не беспокоишь.

—…?!

— Это не беспокойство. — Словно внезапно заинтересовавшись ковром, Шао Син опустил взгляд на бледно-лиловый узор покрытия, оставаясь с бесстрастным выражением лица.

— Это тоже моя ответственность и обязанность.

Шэнь Цижань ошеломленно соображал добрую минуту, прежде чем до него дошел смысл сказанного.

Верность — это взаимная ответственность и обязанность в контрактном браке; а обеспечение безопасности жизни супруга — точно такая же обоюдная ответственность и обязанность?

Впрочем, логично: в первоисточнике Шао Син расправился с прежним владельцем уже после их развода, а пока длились брачные узы, жизнь и здоровье оригинала находились в полной безопасности...

Если посмотреть с этой стороны, Дьявол Шао действительно был законопослушным гражданином, строго соблюдающим контракты!

В знак взаимности Шэнь Цижань тоже проявил вежливость:

— Если я понадоблюсь тебе в какое-то время, только скажи, я ведь тоже не боюсь хлопот.

Конечно, это заявление с большой долей вероятности было пустой отговоркой — в конце концов, он не мог вообразить ситуацию, с которой Дьявол Шао не смог бы справиться сам и где ему потребовалась бы помощь...

Шао Син шевельнул губами, уголок его рта уже было дернулся вверх, но он волевым усилием подавил улыбку.

— Мм. — С видом полного спокойствия он разгладил складки на одеяле и холодно произнес: — Уже поздно, спи дальше.

Уровень ментальной силы Шэнь Цижаня повысился не слишком сильно — всего лишь с ранга B до ранга A, — однако сам процесс потребовал колоссальных затрат энергии. Стоило ему проговорить эти несколько минут, как он снова почувствовал сильную усталость. Устроившись поудобнее, он лег в постель и, повернувшись набок, уставился на сидевшего рядом Шао Син.

— Братец Шао, и ты иди отдохни.

Шао Син раскрыл лежавшую на коленях книгу, явно не собираясь уходить.

— Посижу, пока ты не уснешь.

— Я уже в порядке. — Шэнь Цижань зевнул, потер глаза, и его голос прозвучал сонно и невнятно: — Я же не маленький, чтобы надо мной сидеть, пока я засыпаю...

Шао Син перевернул страницу книги и хмыкнул:

— Ты хуже маленького ребенка.

Хлопот с ним куда больше, чем с детьми.

Собеседник больше не отзывался. Шао Син поднял глаза и обнаружил, что Шэнь Цижань уже крепко спит.

Теплый оранжевый свет падал сбоку, позволяя Шао Син отчетливо разглядеть нежный пушок на лице парня. Видимо, ему снился какой-то сон: густые ресницы слегка подрагивали, а пухлые губы беззвучно шевелились в такт дыханию. Шао Син молча наблюдал за ним долгие-долгие минуты, затем неожиданно протянул руку, но в тот момент, когда его пальцы почти коснулись щеки спящего, резко замер.

Продержавшись в оцепенении какое-то время, рука в конце концов медленно опустилась и лишь бережно подоткнула край одеяла.

Шао Син взглянул на настенные часы, закрыл книгу и решил вернуться в свою комнату. Когда инвалидное кресло проезжало мимо письменного стола, световой планшет отреагировал на приближение человека, защитная заставка с изображением звездного пейзажа автоматически исчезла, открыв то, что владелец планшета просматривал перед этим.

Шао Син рассеянно скользнул взглядом по экрану, и кресло резко остановилось.

На дисплее красовалась новостная статья.

Рядом с заголовком красовалась иконка со словом «Взрыв», а количество комментариев уже перевалило за сто тысяч — все это недвусмысленно указывало на то, что новость носит поистине взрывной характер.

Возвращение! Его Высочество Айсэ прибыл сегодня в полдень в Столицу!

Основной текст состоял всего из пары строк пояснений, а ниже прилагалось четкое изображение: молодой, красивый блондин выходит из имперского звездолета.

Он был облачен в лунно-белое парадное одеяло, а воротник и манжеты украшал вышитый тотем королевского рода Лайман. Даже среди привычных к роскоши членов императорской семьи внешность этого человека казалась выдающейся: черты лица были настолько прекрасными, что граничили с порочностью, а родинка в уголке глаза придавала ему особый, лихой шарм. Вот только его глубокие синие фениксоподобные глаза смотрели дерзко и пронзительно. Нежное искушение и абсолютная опасность слились воедино в одном человеке, не вызывая при этом ни малейшего диссонанса — он напоминал ядовитую змею из сказки, облаченную в прекрасные разноцветные перья и заманивающую людей в пучины ада.

Экран светового планшета оставался единственным источником света в комнате, и лицо Шао Син в его синеватом отсвете казалось непроницаемым и мрачным. Он с каменным лицом уставился на эту новость и смотрел на нее очень, очень долго.

У каждого человека симптомы эволюции ментальной силы проявляются по-разному, и у Шэнь Цижаня это выразилось в сильнейшей сонливости. Следующие три дня, за исключением походов вниз на обед и ужин, все остальное время он проводил во сне.

Шао Син каждый день перед уходом из дома и по возвращении заглядывал в комнату Шэнь Цижаня, однако тот неизменно спал, поэтому оставался в полном неведении о визитах мужа. На четвертый день в полдень Шэнь Цижань открыл глаза и почувствовал, что к нему наконец вернулись силы. Умывшись и пообедав, он снова уселся за письменный стол.

Включив световой планшет, он обнаружил, что Звездная сеть охвачена массовым безумием — все страницы пестрели одной и той же новостью.

Ментальная сила уровня SSS Шао Син была официально рассекречена!

В этом мире, где все критически зависело от ментальной силы, уровень SSS для любой страны означал обладание мощнейшей силой, способной подавить противников на звездном поле боя. Фраза о том, что один человек равен тысяче воинов, не была преувеличением. Одной из главных причин, позволивших Империи Лайман в свое время отделиться от метрополии Федерации, было то, что ее основатель обладал ментальной силой уровня SSS.

Однако после кончины того основоположника на протяжении нескольких десятилетий в Империи Лайман так и не появилось никого, кто мог бы сравниться с ним. Предыдущие сражения с Расой жуков почти истощили государственные ресурсы, а соседние государства-члены Федерации вновь зашевелились, вынашивая агрессивные планы, из-за чего обстановка выглядела крайне тревожной. И вот теперь, на фоне внутренних и внешних угроз, новость о том, что Шао Син обладает ментальной силой уровня SSS, несомненно, влила мощную дозу адреналина во всю империю.

И без того высокий авторитет и популярность Шао Син после оглашения его уровня ментальной силы мгновенно взлетели на новую вершину. А кульминацией этого фанатичного поклонения стали вчерашние вести из императорского дворца:

Его Величество Король лично назначил Шао Син следующим Маршалом Империи!

Получить маршальский чин в 28 лет — случай небывалый не только в истории Империи Лайман, но и крайне редкий для обладающей глубокими традициями Федерации. Тем не менее ни у кого не возникло возражений, люди двумя руками и ногами поддерживали это решение, и даже до того, как официальная церемония назначения состоялась, они уже любовно величали Шао Син не иначе как «Шао Шуай».

Пережив столько тягот, Шао Син наконец добился своего и взошел на маршальский пост. Шэнь Цижань искренне радовался за него, листая посты в Звездной сети, посвященные Шао Син, но постепенно улыбка на его лице стала угасать.

Будучи грандиозным событием, которое обсуждала вся империя, новости о нем пестрили во всех разделах Звездной сети: в военном канале обсуждали значение ментальной силы уровня SSS для укрепления военной мощи империи; в политическом — подготовку к предстоящей церемонии присвоения звания маршала; даже в развлекательном разделе многие вполне серьезно рассуждали о том, каких именно именитых аристократов пригласят на саму церемонию...

Но с какой стати раздел эмоциональных обсуждений тоже завален под завязку?!

«Взлет на небеса в один миг — и все благодаря тому, что он поступил правильно» — Популярно!

«Современная Золушка: почему все безумно поддерживают эту историю любви?» — Популярно!

«Пощечина! Романы в жанре прокачки не смеют писать так: разбираем нового маршала и его супругу!» — Взрыв!

«…………»

Шэнь Цижань смотрел на экран с лицом деда из мема про метро и телефон. Поколебавшись, он кликнул на тот самый «взрывной» пост с заголовком: «Пощечина! Романы в жанре прокачки не смеют писать так: разбираем нового маршала и его супругу!». У этой публикации уже насчитывалось около десятка тысяч комментариев, а автором значился некий «Альянс принцесс-цветочков». Самая первая фраза поста звучала предельно одиозно:

Автор является инсайдером с абсолютно надежными источниками информации, вся изложенная в данном посте информация достоверна на сто процентов.

Шэнь Цижань: «……»

Инсайдер? Неужели кто-то из его окружения?

Выражение лица Шэнь Цижаня мгновенно стало гораздо более серьезным, и он продолжил читать.

Далее шло пространное описание на тысячу слов, повествующее о трагической судьбе «супруги маршала», подвергавшейся издевательствам в семье Шэнь; затем еще две тысячи слов уходили на рассказ о преданности «супруги маршала», которая даже после того, как Шао Син получил инвалидность и впал в депрессию, не изменила своим чувствам и настояла на браке; в завершение автор потратил еще три тысячи слов на описание того, как «супруга маршала» своей любовью растопила сердце мужа, и в итоге они обрели душевную гармонию и поклялись хранить верность друг другу до конца дней.

Вероятно, стремясь придать рассказу достоверность, автор щедро сдобрил текст деталями и на протяжении еще четырех тысяч слов расписал всевозможные сладости их семейной жизни — настолько подробно, что Шэнь Цижань начал подозревать, будто этот автор обитает прямо под кроватью в их спальне.

Шэнь Цижань: «…………»

Потерев пострадавшие от такого зрелища глаза, Шэнь Цижань бегло просмотрел и другие публикации. Содержание практически не отличалось, сводясь к избитой схеме: «Не ищет блестящего будущего, ради истинной любви хранит верность, теперь же получил славу и богатство — добро вознаграждено».

Разумеется, в комментариях находились и те, кто отпускал едкие комментарии, но стоило им лишь высунуться, как толпа поднимала их на смех, и они мгновенно тонули в океане народных масс, оставляя лишь ряды синхронных благословений: «Пусть супруги-маршалы будут счастливы вечно!». Сцена выглядела исключительно гармоничной и грандиозной.

Шэнь Цижань: «………………»

Сердце дрожало, слезы катились градом.

Не подставляйте меня! Я вовсе не хочу пользоваться славой вашего Шао Шуая! Оставьте мне путь к отступлению!!

Не выдержав такого потрясения, Шэнь Цижань поспешно закрыл страницу Звездной сети и, схватившись за голову, попытался прийти в себя.

Просчитался. Он действительно просчитался.

В оригинальном романе, после того как появилась новость о назначении Шао Син маршалом, прежний владелец тут же нанял целую армию ботов, чтобы пустить в ход пиар-статьи и вовсю расписывать их с Шао Син сказочную любовь — разумеется, Шао Син моментально прикрыл это дело, спровоцировав череду унизительных для оригинала событий. Шэнь Цижань рассчитывал вести себя тише воды ниже травы и надеялся, что все обойдется, но кто же знал, что в сети все равно полезут эти посты?

Кто это устроил?! Откуда взялись эти боты?! Разве это не значит загонять человека в могилу?!

Дверь внезапно постучали. Шэнь Цижань уныло бросил: «Входите», полагая, что сейчас появится Тетушка Мэй, но к его величайшему удивлению, на пороге показался Шао Син.

Вернувшись домой и услышав от Тетушки Мэй, что Шэнь Цижань полностью оправился, Шао Син решил лично удостовериться в этом. Однако, едва переступив порог, он увидел, что тот сидит за письменным столом, обхватив голову руками, с лицом человека, переживающего смертельную муку. Когда их взгляды встретились, парень даже испуганно вздрогнул, словно его застали врасплох.

— Тебе все еще нездоровится?

Шао Син немедленно подошел к столу. Шэнь Цижань, только что отошедший от шока, автоматически дернулся назад, заметив протянутую к нему руку Шао Син, и выпалил:

— Я не покупал никаких заказных статей и ботов!

Рука Шао Син, зависшая в воздухе из-за отшатнувшегося парня, замерла. Он посмотрел на Шэнь Цижаня и лишь спустя долгое время медленно опустил ее.

— Каких еще статей и ботов? — спросил он.

Шэнь Цижань остолбенел.

Разве Шао Син еще не видел эти посты? И он пришел сюда не для того, чтобы устроить разборки?

— Да ничего так... — Мысленно облегченно выдохнув, Шэнь Цижань тут же перевел тему: — Э-э, братец Шао, ты по какому-то делу?

Шао Син некоторое время вглядывался в лицо Шэнь Цижаня, убеждаясь, что тот действительно здоров, после чего развернул кресло.

— Ни по какому. — Направляясь к выходу, бросил Шао Син. — Занимайся своими делами.

Шэнь Цижань: «?»

Уже у самой двери Шао Син внезапно остановился, вспомнив, что у него действительно был один вопрос к Шэнь Цижаню.

— Кстати, — повернувшись к человеку у стола, произнес он. — Через неделю состоится грандиозная церемония присвоения звания маршала, тебе тоже нужно на ней присутствовать.

На церемонии присвоения маршальского звания в обязательном порядке присутствовали все члены семьи награжденного — таковой была многовековая традиция империи. Поскольку в оригинальной истории прежний владелец тоже посещал это мероприятие, Шэнь Цижань не удивился: — О, хорошо.

Заметив, что Шао Син по-прежнему стоит у двери и пристально смотрит на него, не мигая, Шэнь Цижань на мгновение растерялся, но быстро сообразил: не показалась ли его собственная реакция слишком пресной?

Знание сюжета подсказывало ему, что назначение Шао Сина маршалом — дело само собой разумеющееся. Однако на практике это было событие, достойное войти в историю империи, иначе оно не вызвало бы такого колоссального резонанса и бурных обсуждений в сети.

— Поздравляю, брат Шао. О нет, теперь тебя следует называть маршал Шао, — Шэнь Цижань выпрямился, посмотрел на Шао Сина и искренне произнес: — Этого хотят сердца людей, к этому стремятся все. Ты заслужил эту честь, и ты непременно станешь величайшим маршалом в истории империи.

Шао Син ничего не ответил.

Подобных слов за последние дни он наслушался слишком много. Будучи перерожденным, он нисколько не удивился своему восхождению на пост маршала и даже давно предвидел реакцию окружающих.

Он смутно помнил, что в прошлых жизнях Шэнь Цижань, узнав о его назначении, был просто вне себя от радости, и те несколько дней стали периодом самой истовой заботы о нем. И хотя он уже догадывался, что нынешний Шэнь Цижань будет совсем не похож на прежнего, слушая чужие отчужденно-вежливые поздравления, он неожиданно почувствовал легкую утрату и тоску.

Он отлично понимал: услышать он хотел вовсе не это.

Чего же тогда он ждал?

Или, иначе говоря, какой реакции он ждал от Шэнь Цижаня?

Он и сам не знал.

Простояв в молчании долгое время, Шао Син в конце концов ничего не сказал и молча удалился.

Спустя неделю, среди всеобщих ожиданий, наконец состоялась торжественная церемония присвоения звания маршала.

Местом проведения выбрали Чертог Алой розы — крупнейший парадный зал императорского дворца. Когда-то именно здесь была зачитана присяга об образовании Империи Лайман, и здесь же традиционно принимали титулы все прежние маршалы империи. На площади перед дворцом установили огромные экраны для прямой трансляции церемонии, и сотни тысяч простых граждан стихийно собрались там, чтобы воочию стать свидетелями этого грандиозного события.

Поскольку предстояло уладить множество организационных вопросов, Шао Син покинул особняк еще на рассвете. В восемь часов утра госпожа Шао специально прислала за Шэнь Цижанем машину, и они вместе отправились во дворец.

Под руководством стражи все направились в Чертог Алой розы. Величественный и грандиозный изнутри зал поражал своими размерами, а с трех сторон его окружали трибуны для почетных гостей. К этому моменту на местах уже сидело немало приглашенных — в основном высокопоставленные чиновники с семьями, а также аристократы и знаменитости, получившие дворцовые приглашения.

Места Шэнь Цижаня и остальных, как родственников Шао Сина, закономерно оказались очень близко к центру. Когда группа спускалась по ступеням, Шэнь Цижань смутно почувствовал, что кто-то неотрывно на него смотрит. Он повернул голову и встретился взглядом с Шэнь Мэнлань, на лице которой застыло крайне неловкое выражение.

Рядом с Шэнь Мэнлань сидели мужчина и женщина. Мужчина был облачен в изысканный джентльменский костюм, а его волосы аккуратно зачесаны волосок к волоску; женщина же ярко накрасилась и пестро оделась. Заметив Шэнь Цижаня, оба тут же поднялись на ноги.

— Сяо Жань, — выдавив улыбку, мягко позвал мужчина.

Даже прежде не встречаясь с ним, Шэнь Цижань сразу догадался, кем был этот человек: отцом прежнего владельца тела, Шэнь Хуа. А женщина рядом с ним, разумеется, являлась мачехой — Ю Ялань.

После того как разлетелась весть о назначении Шао Сина, отец Шэня несколько раз звонил Шэнь Цижаню, настойчиво предлагая при возможности почаще навещать родительский дом. Шэнь Цижань дел с Шэнь Хуа не имел, но судя по тому, как Шэнь Мэнлань задирала перед ним нос, прежний хозяин тела жил в семье Шэнь крайне тяжело. К тому же после свадьбы родня ни разу о нем не вспоминала, а теперь вдруг заискивала — их намерения читались с первого взгляда.

— Отец, давно не виделись, — вежливо кивнул Шэнь Цижань и умолк. Шао Яо и госпожа Шао, шедшие рядом с ним, переглянулись и лишь кивнули Шэнь Хуа в знак приветствия, совершенно не намереваясь останавливаться для светской беседы со сватами.

Стоило их группе удалиться, как натянутая фальшивая улыбка мачехи Ю Ялань тут же исчезла, и она презрительно закатила глаза вслед Шэнь Цижаню.

— Ты видел его отношение! — гневно бросила она Шэнь Хуа. — Стоило удачно выскочить замуж, как стал таким высокомерным и грубым с родней!

Впрочем, она злилась и на поведение семьи Шао, но поделать ничего не могла. До того как Шао Син стал маршалом, клан Шао, за исключением успешного бизнеса Шао Яо, уже не имел былого веса в военном ведомстве, и их вытеснение из кругов власти было лишь вопросом времени. Но кто же мог подумать, что этот увечный юнец взлетит в один миг и сделается имперским маршалом! Семья Шао, на которую она раньше смотрела свысока, в одночасье перевернула игру и села им на головы.

— Перестань болтать! — раздраженно и зло оборвал ее Шэнь Хуа. На душе у него скребли кошки. Его собственный сын теперь был супругом имперского маршала, но он не только не извлек из этого никакой выгоды, так его еще и высмеивали в интернете, оставляя комментарии вроде: «раньше и знать не хотели, а теперь дотянуться не могут». Он признавал, что был несколько предвзят, но не до такой же степени, чтобы отец с сыном стали врагами! С какой стати Шэнь Цижань ведет себя с ним так холодно?

— Если бы ты изначально относилась к Сяо Жаню лучше, разве стал бы он сейчас так с нами обращаться? — чем больше Шэнь Хуа размышлял об этом, тем сильнее раздражался, срывая злость на Ю Ялань.

— Он просто неблагодарная волчья порода, которую сколько ни корми — все в лес смотрит! Какое я к этому имею отношение? — Ю Ялань тоже не собиралась молчать и тут же огрызнулась. — К тому же, подумаешь, стал он супругом маршала! Военные и чиновники разделены, каждый ведомством своим ведает, армия нам не указ, и тебе вовсе не обязательно перед ним пресмыкаться.

Лицо отца Шэня не прояснилось. Семья Шэнь занимала ключевые посты в Департаменте освоения межзвездных ресурсов империи, и с военными они действительно сталкивались редко. Однако после того как Шао Син получил звание маршала, его связи и влияние выросли до колоссальных масштабов. Было бы еще полбеды, если бы Шэнь Цижань благоволил семье Шэнь, но если он затаит обиду и начнет нашептывать Шао Сину гадости на ухо, кто знает, с какими неприятностями они могут столкнуться.

— Ланьлань, — Шэнь Хуа посмотрел на дочь. — У твоего брата с Шао Сином вообще хорошие отношения?

Лучше всех своего ребенка знает родитель. Шэнь Хуа прекрасно понимал, что Шэнь Цижань тогда прибился к клану Шао лишь ради поиска покровителя. На словах он мог говорить красиво, но на деле вряд ли испытывал к Шао Сину какие-то чувства. А вот что думает сам Шао Син… в этом он был не уверен.

Шэнь Мэнлань поджала губы:

— По-моему, так себе.

На недавнем банкете в военном ведомстве она действительно слышала, как многие расхваливают нежность и преданность Шао Сина и Шэнь Цижаня, и даже собственными глазами видела их «полные нежности взгляды». Однако сцена в день свадьбы, когда Шао Син с ледяным лицом выставил Шэнь Цижаня за дверь, врезалась ей в память слишком глубоко. Ей было трудно поверить, будто между этими двумя царят такая любовь и сладость.

К тому же она не считала, что у ее никчемного братца хватит способностей растопить ледник по имени Шао Син всего за месяц. Поразмыслив так и эдак, она решила, что их «любовь» — скорее всего, не более чем показуха.

А главное — другие могли этого не знать, но она тайком читала личную переписку Шэнь Цижаня с Его Высочеством Айсэ и знала о былом романе между ними. Если об этом узнает Шао Син, вот тогда начнется настоящее представление.

— Папа, тебе не стоит слишком сильно переживать, — вспомнив о «доказательствах», оказавшихся у нее в руках, легко улыбнулась Шэнь Мэнлань. — Теперь, когда Шао Син стал всеобщим лакомым кусочком, желающих скинуть братца с места супруга маршала найдется предостаточно. Как бы крепко они ни любили друг друга, в любых отношениях случаются кризисы, и в один прекрасный день кто-нибудь обязательно воспользуется моментом.

Она бросила взгляд на удаляющегося Шэнь Цижаня, а затем на императорские места в передней части зала, и в глубине ее глаз промелькнуло насмешливое выражение.

— Когда он поймет, что его положение шатко, то осознает, как важна сильная поддержка со стороны семьи. Тогда еще неизвестно, кому придется бежать и кланяться.

Шэнь Цижань понятия не имел, что творится в головах членов семьи Шэнь. Он уже занял место в VIP-зоне вместе с Шао Яо и остальными. Старейшина рода Шао все еще служил в военном ведомстве, а потому сидел в секторе армейских чинов и к ним не присоединился.

Оглядевшись, Шэнь Цижань заметил множество знакомых лиц: все они присутствовали на банкете военного ведомства, а некоторые даже посещали те же кулинарные курсы. Шао Яо и госпожа Шао были со всеми хорошо знакомы, поэтому сразу по приходу погрузились в оживленную беседу. Шэнь Цижань тоже вежливо пообщался с присутствующими, после чего украдкой достал смартфон, чтобы в любую свободную минуту продолжить зубрежку.

Вступительные экзамены должны были начаться уже на следующей неделе, а поскольку он проспал три с половиной дня подряд, весь учебный план полетел под откос, и наверстывать упущенное приходилось урывками.

Шло время, гостей на трибунах становилось все больше. Внезапно к первому ряду приблизился человек в форме императорской стражи; поклонившись Шэнь Цижаню и остальным, он почтительно произнес:

— На главном подиуме осталась одно свободное место. Его Величество король разрешил кому-нибудь из родственников лорда-маршала пересесть туда. Не подскажете, кто из вас хотел бы подняться?

Главный подиум располагался ближе всего к платформе для награждения, и на нем было всего три ряда сидений — там сидели лишь высшие чины военного ведомства и члены императорской семьи. Услышав это, Шэнь Цижань тут же посмотрел на госпожу Шао. Хотя с главного подиума и с переднего ряда трибун открывался одинаково прекрасный обзор, символическое значение мест различалось кардинально. По мнению Шэнь Цижаня, Шао Син был героем, а госпожа Шао — матерью героя, так что именно ей было положено занять это почетное кресло.

Однако госпожа Шао и Шао Яо одновременно устремили взгляды на него.

— Сяо Жань, иди ты, — с ласковой улыбкой произнесла госпожа Шао.

— Верно, Жань-Жань, ступай. Это место подходит тебе лучше всего, — поддержала Шао Яо.

После обнародования уровня Ментальной силы Шао Сина его прежние секретные тренировки перестали быть тайной. Госпожа Шао и остальные уже слышали от доктора Ландена, что процесс эволюции до Ментальной силы уровня SSS протекает очень долго и крайне нестабильно. Но после женитьбы психическое состояние Шао Сина явно совершило качественный скачок, благодаря чему он смог быстро адаптироваться и стабилизировать этот показатель.

Потому, с точки зрения госпожи Шао и Шао Яо, в том, что Шао Син благополучно миновал смертельную опасность и столь гладко восстановился, была огромная заслуга Шэнь Цижаня, и занять это место по праву принадлежало ему.

— Не стоит, — растерялся Шэнь Цижань. — Мне кажется, госпоже Шао будет гораздо лучше...

— Не отказывайся, — с улыбкой прервала его Шао Яо. — Те места намного лучше наших. Чуть позже, во время церемонии, А-Син только поднимет голову — и сразу увидит тебя. Он будет очень рад!

Шэнь Цижань: «……»

Тем более нельзя идти! Сегодня ведь такой радостный день для Шао Сина, незачем портить ему настроение своим присутствием!

— Учитель Жань-Жань, не скромничайте, — улыбнулись госпожа Роза и другие дамы, сидевшие на заднем ряду. — Маршал Шао наверняка захочет увидеть вас в первую же секунду! Идите же скорее!

«……»

Стоило Шэнь Цижаню теперь увидеть улыбки Госпожи Розы и остальных, как у него тут же начинала зудеть кожа на голове. В памяти мгновенно всплывали аплодисменты во всем банкетном зале и разлетевшееся по всей округе скандирование:

Хлопайте от любви!

……Эта фраза прочно закрепилась в тройке его худших кошмаров!

Опасаясь, что дамы снова затянут свои кричалки, а госпожа Шао и Шао Яо проявят непреклонность, Шэнь Цижань, не найдя возможности отказаться, скрепя сердце поднялся на ноги.

— Ладно, тог... тогда я пойду.

На худой конец, когда начнется церемония, он просто втянет голову поглубже в плечи, и Шао Син, пожалуй, его не заметит…

В сопровождении стражника Шэнь Цижань поднялся на главный подиум. Места в первом ряду предназначались для членов королевской семьи, которые еще не прибыли; свободное кресло оказалось во втором ряду. По бокам от него сидели седовласые старики, которых Шэнь Цижань совершенно не знал. Впрочем, они, казалось, были знакомы с ним: заметив, что он присел рядом, они с улыбкой кивнули, и Шэнь Цижань поспешно ответил вежливыми поклонами каждому.

Его седалище едва успело зафиксироваться, как одна из боковых дверей в передней части зала внезапно распахнулась, и появились члены королевской семьи.

Гудящий шепот в зале мгновенно стих, и все взгляды устремились вперед.

Шел впереди сам король. Шэнь Цижань слышал, что здоровье монументального правителя пошатнулось и в последние годы он редко показывался на публике. Но сейчас, при первом же взгляде, лицо короля хоть и казалось слегка землистым, общее состояние выглядело вполне неплохим. Когда его проницательные, похожие на птичьи глаза окинули зал, многие поспешно отвели взор, не смея встретиться с ним взглядом.

Рядом с королем шагала королева — мягкая и изящная красавица, а компанию ей составлял бледный, изысканных манер золотоволосый юноша. Шэнь Цижань догадался, что это, должно быть, Его Высочество Первый принц. Поговаривали, что два года назад его Ментальная сила внезапно пошла в рост, но процесс завершился неудачей, оставив тяжелые последствия, из-за чего он выглядел несколько болезненно.

Следом за Первым принцем шел Третий принц, Айсайя. На его лице по-прежнему застыло бесстрастное выражение, отчего он казался неприступным. Заметив сидевшего на подиуме Шэнь Цижаня, Айсайя заметно замер на секунду, а затем дружелюбно кивнул, и Шэнь Цижань ответил ему улыбкой.

Обменявшись безмолвным приветствием, Шэнь Цижань уже собирался отвести взгляд, как вдруг почувствовал, что на него снова кто-то смотрит.

Источником этого взгляда был замыкавший процессию красивый юноша. На нем был точно такой же парадный мундир королевского дома, как у Айсайи, а длинные золотистые волосы небрежно стянуты на затылке. В отличие от мужественной красоты Шао Сина, внешность этого человека можно было назвать ослепительной. Когда их взгляды пересеклись, золотоволосый юноша слегка улыбнулся, а родинка у внешнего уголка его глаза придавала лицу оттенок непринужденного щегольства.

Кто это?

Шэнь Цижань недоумевал, пока до него не донесся приглушенный шепот соседей:

— Четыре года не виделись, а Его Высочество Айсэ, кажется, сильно изменился.

— Да, похоже, путешествия и проверка на прочность пошли ему на пользу.

— Говорят, у него прекрасные отношения со многими владыками звездных систем, эту силу тоже нельзя сбрасывать со счетов…

Его Высочество Айсэ?

Шэнь Цижань остолбенел.

Этот человек — Айсэ?!

Возвращение Второго принца Айсэ в столицу само по себе должно было стать громким событием, но новость об уровне Ментальной силы Шао Сина полностью перебила все информационные тренды. Все СМИ наперебой трубили о предстоящем назначении имперского маршала, так что Шэнь Цижань даже не видел вестей о возвращении Айсэ. Столкнись он с ним внезапно сейчас, это действительно стало бы огромным сюрпризом.

Пока он пребывал в растерянности, члены королевской семьи один за другим заняли места в первом ряду. Место Айсэ оказалось как раз перед Шэнь Цижанем. Усевшись, принц без всякого смущения развернулся и под пристальными взглядами всего зала слегка улыбнулся Шэнь Цижаню.

— Давно не виделись, Цижань, — произнес он.

Тем временем в комнате ожидания за кулисами Шао Син сидел у двери и сквозь приоткрытую щель отчетливо видел все происходящее на главном подиуме.

Церемониймейстеру требовалось согласовать с Шао Сином финальный порядок проведения ритуала, но, смущенный ледяным давлением, исходившим от мужчины, он долгие годы не решался подойти, пока наконец не собрался с духом.

— Лорд-маршал, можем ли мы еще раз сверить протокол церемонии?

Шао Син ничего не ответил, продолжая молча смотреть в щель двери. Церемониймейстер украдкой проследил за его взглядом наружу: венценосные особы и почетные гости на подиуме уже расселись по местам, царил полный порядок и приятная атмосфера, никаких отклонений не наблюдалось.

— Лорд-маршал, у вас есть какие-то замечания к оформлению главного подиума? — не удержался от вопроса церемониймейстер.

После долгого молчания мужчина в инвалидном кресле наконец с бесстрастным выражением лица отвел взгляд.

— Нет, — сухо бросил он. — Разве мы не собирались сверить протокол? Начинайте.

http://bllate.org/book/19850/1954099

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь