Подойдя ближе, Чжан Чэнлин слегка опешил: на вывеске горной виллы действительно красовались четыре крупных иероглифа — «Вилла Четырех Сезонов», — но выглядела она весьма потрепанно. Два каменных льва у входа сплошь покрылись пылью, а на ступенях перед крыльцом даже видлся птичий помёт: судя по всему, какая-то птица облюбовала благодатное местечко за вывеской и свила там гнездо. Углы ворот, углы стен — повсюду висела паутина, ясно давая понять, что здесь давным-давно никто не убирался.
Оглядывая всё это, Чжоу Сюй слегка погрузился в задумчивость. Он сделал пару шагов вперед и тихо произнес: — Учитель, ваш ученик вернулся. После чего толкнул запечатанные десятью годами тяжелые ворота горной виллы.
Чжан Чэнлин невольно с беспокойством глянул на учителя, а затем на дядю Вэня, глазами показывая: Учитель выглядит таким расстроенным, что же делать? Вэнь Кэсин похлопал его по плечу, на его собственном лице тоже читалось тревожное выражение.
Чжан Чэнлин не удержался и сердито зыркнул на дядьку: когда ты расстраиваешься, учитель тебя обнимает, так почему же теперь, когда расстроился учитель, ты не обнимешь его? Вэнь Кэсин на редкость замялся: А-Сюй сейчас выглядел так, будто ему вовсе не хотелось, чтобы кто-то лез к нему со утешениями.
Чжан Чэнлин немного заволновался и просто потащил дядю Вэня прямо к учителю. Сперва он заставил дядю Вэня взять учителя за левую руку, а сам подбежал справа и ухватил за правую.
— Это вы что удумали? — Чжоу Сюй, чьи руки оказались схвачены с обеих сторон, даже растерялся.
— Хе-хе, — Чжан Чэнлин лишь улыбался и молчал.
Вэнь Кэсин улыбнулся: — Твой драгоценный ученик переживает за тебя. А-Сюй, не предаваийся излишней скорби, сделай одолжение хотя бы ради нас с Чэнлином.
На душе у Чжоу Сюя стало теплее, а окинув взглядом полуразрушенные интерьеры виллы, он и вовсе почувствовал себя намного лучше. Оглядевшись вокруг, он вздохнул: — Раньше здесь всё было совсем иначе. Наверное, из-за того, что тут слишком долго никто не жил, всё и запустело. Ничего страшного, стоит только навести порядок, и станет хорошо.
— Верно, стоит только навести порядок, — улыбнулся Вэнь Кэсин. — В пустом дворе запустение — дело естественное, но разве мы не вернулись?
Чжан Чэнлин поспешно добавил: — Учитель, не беспокойтесь, если нужно сделать какую-то работу, то ученик к вашим услугам. Мы с дядей непременно приведем здесь всё в идеальный порядок.
— Ай да сорванец, ловко же ты мастеров на работу зазываешь, — смеясь, Вэнь Кэсин ущипнул Чжан Чэнлина за щеку.
Чжан Чэнлин хихикнул и выразительным взглядом показал: разве мы тут не все ради того, чтобы развеселить учителя?
Чжоу Сюй слегка улыбнулся и сказал: — Ладно, сперва я отведу вас осмотреться, а потом мы спустимся с горы, купим всё необходимое и уже по возвращении займемся уборкой.
— Хорошо. — Видя, что он улыбается, Вэнь Кэсин был готов согласиться на что угодно.
Чжоу Сюй повел их вправо, миновал заросшие бурьяном тропы и вывел на небольшую площадь. Эта площадка отличалась от прочих множеством причудливо изогнутых колонн, выглядавших довольно сложно. Чжан Чэнлин уже некоторое время изучал тайные искусства павильона Лунъюань, поэтому сразу сообразил, что перед ним не обычные столбы, а некий сложный механизм.
И действительно, Чжоу Сюй произнес: — Не стоит относиться к здешним камням и деревьям с пренебрежением — это формация Двадцати восьми созвездий. Если ворвется внешний враг, она позволит отразить нападение на дальних подступах. — Затем он с улыбкой добавил, обращаясь к ученику: — Все эти штуки для Виллы Четырех Сезонов в свое время спроектировал твой учитель Лун.
— Правда? — Глаза Чжан Чэнлина мгновенно загорелись: раз это оставил учитель Лун, он непременно должен всё хорошенько рассмотреть! Не удержавшись, он протянул руку и принялся ощупывать одну из колонн, желая получше ее изучить.
— Не трогай, — Чжоу Сюй тут же его остановил. — Эти механизмы давно не ремонтировались, пока лучше к ним не прикасаться.
— Хорошо, — тут же отозвался Чжан Чэнлин, но глаза его по-прежнему сияли от предвкушения.
Чжоу Сюй невольно улыбнулся: его ученик был полон жизненных сил, и это не могло не радовать.
Затем Чжоу Сюй повел Вэнь Кэсина и ученика в главный зал для совещаний. Предавшись там воспоминаниям, он вдруг замер, уставившись на один из свитков.
М? Чжан Чэнлин проследил за его взглядом и увидел самую обычную картину с ветками сливы в период девяти девяти дней холодов — ничего особенного. Подобные картины зимой висели почти в каждом доме: с наступлением девятидневного отсчета после зимнего солнцестояния каждый день на ней закрашивали по одному цветку сливы, и когда девять раз по девять дней проходили и все цветы оказывались распущенными, зима заканчивалась. С шести лет он сам занимался этим в родительском доме.
Было ли в этой картине с зимней сливой что-то особенное? Чжан Чэнлин недоумевал.
Вэнь Кэсин тоже сосредоточенно вгляделся в свиток и заметил на нем две строчки: Цветы виллы вечно цветут, обо всех делах Поднебесной ведают. Размашистый, мощный почерк в точности повторял высеченные наскальные письмена со словами Возвращаться не думай.
Глядя на эту картину, Чжоу Сюй уже потерял дар речи. Дрожащим голосом он произнес: — Эту картину нарисовал мой учитель. Он говорил, что эти восемьдесят один цветок сливы символизируют восемьдесят одного ученика моего поколения на Вилле Четырех Сезонов. Жаль только, что все они погибли от моей руки.
А? Чжан Чэнлин широко разинул рот: оказывается, учитель все эти годы думал именно так! Какое же невыносимое бремя ему приходилось нести!
Лицо Вэнь Кэсина тоже окаменело: А-Сюй, ну зачем ты так истязаешь себя?
Видя, как сильно страдает учитель, Чжан Чэнлин стремглав бросился к нему в объятия, едва не сбив того с ног.
— В чем дело? — Чжоу Сюй тут же перевел внимание на ученика.
Чжан Чэнлин улыбнулся учителю и выпалил: — Учитель, у вас есть я, я ваш послушный ученик. Ах да, еще есть дядя Вэнь! — Чжан Чэнлин поспешно замахал рукой, подзывая его: — Дядя Вэнь, идите сюда скорее!
Вэнь Кэсин поспешно обнял их обоих, в этот момент до глубины души радуясь существованию Чэнлина — с ним А-Сюй стал гораздо веселее и чаще улыбался.
Кто бы мог подумать, что в следующий момент Чжан Чэнлин выдаст: — Учитель, и дядя Вэнь тоже. Дядя Вэнь ведь тоже ученик прадедушки, он мой соученик. Наша Вилла Четырех Сезонов обязательно процветет!
Вэнь Кэсин опешил.
Учитывая, что я всё еще относительно трудолюбив, прошу немного поддержки!
Завтра по-прежнему будет две главы.
Спасибо маленьким ангелам, которые отправляли мне бахвайпяо или питали питательной жидкостью в период с 04.04.2021, 09:46:38 по 04.04.2021, 11:52:00!
Спасибо маленькому ангелу за отправленную мину: Ян Хэцзинси — 1 штука!
Большое спасибо всем за поддержку, я буду продолжать стараться!
Юноша горной виллы 2
Чжоу Сюй никак не ожидал, что ученик вдруг заговорит об этом. Заметив смущение на лице Лао Вэня, он проникся к нему нежностью, и это помогло ему заглушить собственную боль. Он сказал: — Давайте-ка спустимся с горы за покупками, иначе сегодня ночевать нам будет просто негде.
— Хорошо! — тут же согласился Чжан Чэнлин и поинтересовался: — Учитель, а что именно нам нужно купить?
Чжоу Сюй замялся: — Купим еды. — Сперва надо было набить желудки, а там видно будет.
Вэнь Кэсин хлопнул себя по лбу и вздохнул: — А-Сюй, неужели ты и впрямь думаешь только о еде? А где мы сегодня ночевать будем? А постельные принадлежности? То, что осталось в вилле, годится разве что на выброс. К тому же, чтобы навести порядок в такой огромной Вилле Четырех Сезонов, нужен инструмент. Есть ли он в вилле? И где лежит? Похолодало, нужно купить древесный уголь. И кстати, где в вилле хранятся чайные чашки и прочая утварь?
Чжоу Сюй: «……» Откуда ему было знать?
Едва взглянув на его лицо, Вэнь Кэсин всё понял, покачал головой и со вздохом усмехнулся: — Ну точно, настоящий хозяин поместья.
Он разжал руки и произнес: — Ждите здесь.
С этими словами он взмыл ввысь, используя легкоатлетическую технику цигун, и быстро обошел всю виллу целиком. Вернувшись, он легко сказал: — Пошли. Я уже понял, что именно нужно купить. Нам стоит поторопиться, иначе сегодня о сне можно даже не мечтать.
Чжоу Сюю и Чжан Чэнлину оставалось только кивнуть: в этих делах им приходилось всецело полагаться на Вэнь Кэсина.
У подножия Виллы Четырех Сезонов раскинулся небольшой городок — хоть воробей и мал, все внутренности при нем. Спустившись с горы и добравшись туда, Вэнь Кэсин первым делом купил три больших бамбуковых короба, а затем стал обходить лавку за лавкой, приобретая самую разную утварь. Наполнив все три короба до отказа, они взвалили их на спицы — по одному на брата — и двинулись обратно в гору.
Вернувшись на виллу, Вэнь Кэсин распорядился: — А-Сюй, с тебя вода. Там стоят два чана, сперва вымой их дочиста, а потом наполни. — Затем он повернулся к Чжан Чэнлину: — А ты, вонючий мальчишка, иди сюда, будешь у меня на подхвате. Делай ровно то, что я говорю.
— Слушаюсь! — кроме как кротко кивать, Чжан Чэнлину оставалось только кротко кивать.
Глядя, как они усердно занимаются уборкой и избавлением от пыли, суетясь изо всех сил, Чжоу Сюй потрогал нос и поплелся за водой. Посмотрев на те два огромных чана — грязных и запущенных, — он испытал крайнее отвращение. Хитро улыбнувшись, он попросту перетащил их к водопаду и подставил под мощные струи воды: прошло всего мгновение, как они заблестели чистотой, словно новые. Очень скоро он наполнил оба чана доверху и притащил обратно. Заметив, что Лао Вэнь вовсю полощет что-то в этой воде, не переставая командовать вертящимся волчком учеником, Чжоу Сюй внезапно сообразил, что Лао Вэнь выделил ему самую легкую работу.
Он быстренько сиганул на крышу, извлек из-за пазухи флягу с вином и сделал глоток. Усердная физическая работа была не его сильным качеством — лучше не путаться у них под ногами. Однако наслаждаться тишиной и покоем ему довелось недолго: снизу донесся голос ученика: — Учитель! Вы где?
— Здесь, — откликнулся он, поднимаясь и показываясь на глаза. Лао Вэнь ведь не вздумает заставить его работать? Если так, то он ни за что не спустится.
Чжан Чэнлин стоял внизу и, задрав голову, смотрел на учителя: — Учитель, я не могу туда забраться, спускайтесь вы.
— Зачем? — Чжоу Сюй хотел внести ясность.
— Лечить вам рану, — удивился Чжан Чэнлин. — А зачем же еще?
Чжоу Сюй на мгновение замер, после чего всё же спланировал вниз.
Чжан Чэнлин поспешно подошел ближе и принялся передавать учителю внутреннюю энергию с помощью приема Вздымающиеся и опадающие рукава ветра.
Закончив передачу, он спросил: — Учитель, как вы себя чувствуете?
— Очень хорошо, — кивнул Чжоу Сюй.
— Вот и отлично, — обрадовался Чжан Чэнлин. — Если бы дядя Вэнь не напомнил, я бы только что совсем забыл, что с раной учителя нельзя медлить. Но всё же, что у вас за рана, учитель? Я спрашивал дядю Вэня, но он вечно увиливает и говорит, что расскажет, когда придет время.
Чжоу Сюй слегка опешил: ученик раньше никогда не спрашивал о его ране, а сегодня вдруг завел об этом речь, заставив его врасплох.
На самом деле Чжан Чэнлин ляпнул это просто к слову, вовсе не ожидая ответа. Он продолжал: — Дядя Вэнь сказал, что стоило нам прийти на Виллу Четырех Сезонов, как нужно сразу заняться полным исцелением вашей болезни. Учитель, через сколько времени вы поправитесь?
Чжоу Сюй на миг замер, а затем ответил: — Скоро.
— Как здорово! — Чжан Чэнлин тут же принял всё за чистую монету и радостно улыбнулся. — Прием Вздымающиеся и опадающие рукава ветра я использовал уже раз восемьсот, скоро доберусь до тысячи. Когда я освою следующий прием, учителю точно станет еще лучше.
— Угу, — кивнул Чжоу Сюй. Благодаря ученику он уже давненько не страдал от мук гвоздей.
Чжан Чэнлин радостно воскликнул: — Мне нужно бежать работать, дядя Вэнь нагрузил меня целой кучей дел! — Досказав это, он снова убежал — хоть внутренней силы у него временно не было и в помине, прыгал он невероятно бодро.
Глядя на резвящуюся спину ученика, Чжоу Сюй подумал: выходит, Лао Вэнь с самого начала планировал заняться его лечением сразу по возвращении на Виллу Четырех Сезонов? Что ж, исцелиться и правда было бы неплохо — ученика еще предстоит как следует обучать, просто так умирать ему нельзя. Да и Лао Вэнь... ему тоже хотелось бы уделить как можно больше времени.
Прошел еще примерно час, и небо начало темнеть. При помощи Чжан Чэнлина Вэнь Кэсин кое-как состряпал ужин, а заодно привел в порядок одну из комнат, чтобы они могли кое-как перекантоваться эту ночь.
Во время трапезы Чжоу Сюй впервые за долгое время почувствовал неловкость. По собственной инициативе положив Вэнь Кэсину еды в пиалу, он произнес: — Ты потрудился на славу, Лао Вэнь.
Вэнь Кэсин улыбнулся и вздохнул: — Полноте. Вы двое — один другого краше, оба прирожденные барчуки. Попадись мне такие двое, это поистине наказание по воле небес. Чэнлин с детства рос в баловстве, и то хорошо, если сам умеет одеваться, а сейчас хоть и взялся за работу, к сожалению, всему приходится учить с нуля. Что же до А-Сюя, то тут он давным-давно раскусил: этот человек тоже из тех, за кем с пеленок ухаживали, его руки отроду тяжелее ложки ничего не держали. Только он сам, несчастный, умеет всё на свете и обязан всё делать своими руками.
Чжан Чэнлин тоже почувствовал себя немного неловко и пообещал: — Дядя Вэнь, я впредь буду усердно учиться готовить! — Иначе дяде Вэню придется надрываться в одиночку.
— Ладно, — улыбнулся Вэнь Кэсин. — В будущем, если меня не станет, как раз сможешь стряпать для своего учителя.
— Ага, — поспешно кивнул Чжан Чэнлин.
А вот Чжоу Сюй бросил на Вэнь Кэсина косой взгляд, озадаченный: говоря о том, что его не станет в будущем, Лао Вэнь ляпнул это невзначай или в его словах крылся какой-то скрытый смысл?
После ужина Чжан Чэнлин по собственной инициативе убрал со стола и вымыл посуду, а по возвращении его ждали дальнейшие совместные наставления от учителя и дяди Вэня. Позанимавшись цигуном около часа, они наконец разошлись на отдых.
Вернувшись в комнату, Вэнь Кэсин зажег древесный уголь в жаровне и произнес: — Сегодня мы успели подготовить только эту комнату, завтра приведем в порядок еще несколько и расселимся отдельно.
В комнате были расстелены три постели — как раз по одной на каждого.
Чжан Чэнлин сразу занял ту, что с краю, заявив: — Я сплю здесь.
— Ладно, — кивнул Вэнь Кэсин и, взяв Чжоу Сюя за руку, подвел к оставшимся двум лежакам. Из-за особенностей планировки эти два матраса находились совсем близко друг к другу, в то время как место Чэнлина располагалось чуть поодаль.
Чжоу Сюй слегка замешкался. За всю дорогу, если не считать ночевок под открытым небом, они с Лао Вэнем еще ни разу не ложились на ночь так близко — но то была лишь медитация, а не совместный сон. А теперь эти две постели лежали настолько близко, что ничем не отличались от деления одного ложа на двоих... Да и ладно, чувства уже давно взаимны, нечего тут ломать комедию.
Он открыто и непринужденно улегся на свою постель, слегка прикрыв глаза. Улыбнувшись, Вэнь Кэсин задул свечу и прилег рядом.
Чжан Чэнлин в силу юных лет не имел за душой тяжелых мыслей, к тому же за день он смертельно устал, поэтому едва лег, как от него пошел тихий храп — он погрузился в глубокий сон. Чжоу Сюй же, хоть и закрыл глаза, никак не мог уснуть. Спустя десять лет разлуки возвращение на Виллу Четырех Сезонов лишь казалось спокойным, на деле же в его душе бушевали такие волны, что о сне не могло быть и речи.
Зная, что у того на душе, Вэнь Кэсин нащупал в темноте его руку, крепко сжал ее и тихо прошептал: — Не спится?
— Угу, — тихо отозвался Чжоу Сюй.
— Может, поболтаем немного? — вопросительно произнес Вэнь Кэсин, но сам уже подвинул свое ложе ближе к Чжоу Сюю, так что они оказались прижаты друг к другу. Он тихо усмехнулся: — Если бы Чэнлин выбрал одну из этих двух постелей, было бы и впрямь хлопотно.
— Я так и знал, — негромко хмыкнул Чжоу Сюй.
Вэнь Кэсин со вздохом улыбнулся: — Мы ведь никогда особо не скрывали наши отношения, жаль только, что этот глупый мальчишка Чэнлин ничегошеньки не замечает. Он думает лишь, что мы с тобой просто близкие друзья, да еще каждый день сам норовит заставить нас обняться. — И вдруг спросил: — А-Сюй, как думаешь, когда Чэнлин наконец прозреет?
— Полагаю, года через два, — не удержавшись, улыбнулся Чжоу Сюй. — Чэнлин чист душой, даже если увидит, как мы обнимаемся, то решит, что я утешаю тебя, или наоборот — ты меня.
— Так даже лучше, — рассудил Вэнь Кэсин. — Когда он все-таки догадается, удар будет не таким сильным.
— Чэнлин не станет буянить, — Чжоу Сюй был уверен в своем ученике. — Даже если он догадается, то лишь пожелает нам счастья.
— Верно, Чэнлин и вправду хороший мальчик. — Вэнь Кэсин согласился с этим, на мгновение умолк, а затем тихо добавил: — А-Сюй, мы уже вернулись на Виллу Четырех Сезонов, так может, когда обустроимся, попробуем вылечить твою рану?
— Хорошо, — с готовностью ответил Чжоу Сюй.
Вэнь Кэсин обрадовался: — Ты согласился?
— Угу, — Чжоу Сюй не удержался от смешка. — Сегодня Чэнлин сболтнул лишнего.
— Ах этот глупый мальчишка, я же просил его пока ничего тебе не говорить! — Вэнь Кэсин тоже улыбнулся.
— Великий благодетель Вэнь, то ты называешь его глупым мальчишкой, то хорошим мальчиком — сколько правды в твоих словах, а сколько лжи? — тихо усмехнулся Чжоу Сюй.
— Всё, что я говорю тебе — чистая правда.
Не в силах больше сдерживаться, Вэнь Кэсин подался вперед и поцеловал его в щеку.
Чжоу Сюй позволил ему целовать себя, не шевелясь, но стоило тому попытаться отстраниться, как он внезапно перевернулся и страстно впился в его губы.
Уловив бурю в мыслях Чжоу Сюя, Вэнь Кэсин пассивно принимал его ласки, пока Чжоу Сюй не полез шарить руками — тогда, тяжело дыша, он тихонько остановил его: — А-Сюй, чего ты хочешь?
Глубоко вздохнув пару раз, Чжоу Сюй тихо проговорил: — Прости.
— Не нужно извиняться, я о том только и молю. — Заключив Чжоу Сюя в объятия, Вэнь Кэсин прошептал: — Тебе больно — так говори со мной обо всем.
Чжоу Сюй тихо лежал в объятиях Вэнь Кэсина, прижавшись лицом к его груди; из глаз брызнули слезы, намочив нижнюю рубашку возлюбленного.
Вэнь Кэсин безмолвно вздохнул и сжал его еще крепче.
Спасибо всем за поддержку, сегодня будет еще одна глава!
Не переживайте, никакой жести не будет, чем дальше, тем большую роль станет играть Чэнлин — например, он спасет Хань И.
Спасибо маленьким ангелам, отправлявшим мне бахвайпяо или питательную жидкость в период с 05.04.2021, 11:52:00 по 05.04.2021, 20:27:00!
Спасибо маленьким ангелам за отправленные мины: Тсс~ Тишина, Флаг — по 1 штуке!
Спасибо маленьким ангелам, питавшим меня жидкой влагой: Лето2145 — 50 флаконов; Цзэн, которую вечно не отыскать — 40 флаконов; Си Юй — 15 флаконов; Бай Хаои Жу Чэнь — 12 флаконов; Чжи Янь, Флаг, Облачный Цветок, Человек с неизлечимой прокрастинацией — по 10 флаконов; vv — 1 флакон!
Большое спасибо всем за поддержку, я буду продолжать стараться!
Юноша горной виллы 3
На следующее утро, едва забрезжил рассвет, Чжан Чэнлин уже проснулся и с первого же взгляда заметил дядю Вэня, который неизвестно сколько времени стоял у окна.
— Дядя Вэнь, — позвал он и тут же принялся быстро одеваться и заправлять постель.
— Тише, — оглянувшись, тихо произнес Вэнь Кэсин. — Твой учитель вчера плохо спал, пусть поспит еще немного, не шуми.
— Хорошо, — Чжан Чэнлин мгновенно понизил голос, быстро закончил с уборкой, выскочил наружу и, наскоро умывшись, принялся за тренировку.
Вэнь Кэсин тем временем занялся приготовлением завтрака. Покончив с готовкой, он увидел, что Чжоу Сюй по-прежнему крепко спит — ему было жаль будить его после столь редкого хорошего сна, и он просто не мог заставить себя потревожить его покой. Позавтракав вместе с Чэнлином, они принялись за наведение порядка на огромной Вилле Четырех Сезонов.
Обладая боевыми искусствами, оба двигались быстро и четко: что нужно — выбросить, что нужно — подмести, вычистить, вымыть или протереть. Не прошло и половины дня, как вся Вилла Четырех Сезонов преобразилась до неузнаваемости.
Ближе к полудню Чжоу Сюй наконец проснулся. Толкнув дверь и увидев сияющую новизной виллу, он почувствовал, как у него радостно заблестели глаза. Заметив ученика, прибиравшегося в последнем оставшемся углу, он направился к нему и спросил: — Почему вы меня не разбудили?
— Учитель! — Увидев учителя, Чжан Чэнлин радостно заулыбался. — Дядя Вэнь сказал, что вчера вы плохо спали, велел дать вам выспаться и запретил шуметь.
Чжоу Сюй на мгновение замер. Прошлой ночью, когда его охватили тяжелые мысли, он и впрямь наговорил немало лишнего, высказав даже то, что годами таил на самом сердце, и даже прослезился — теперь, вспоминая об этом, он испытывал легкое смущение.
Чжан Чэнлин тем временем закончил уборку в последнем углу и доложил: — Учитель, вы проголодались? Еда, которую приготовил дядя Вэнь, все это время грелась для вас.
— Мгм, а где твой дядя Вэнь? — поинтересовался Чжоу Сюй.
— В комнате, — таинственно улыбнулся тот. — Учитель, идите скорее взгляните.
— Чего это ты? — невольно рассмеялся Чжоу Сюй.
— Учитель, быстрее! — Чжан Чэнлин прямо за руку потащил учителя в комнату. Войдя внутрь, они увидели Вэнь Кэсина, который сосредоточенно колдовал над листом бумаги — той самой картиной с ветками сливы в период девяти девяти дней холодов.
Заметив их появление, Вэнь Кэсин улыбнулся: — А-Сюй, я тут внимательно осмотрел ее: повреждения не такие уж серьезные, достаточно будет перетянуть свиток. Я уже поручил ребятам сделать это, осталось только нанести краски. К счастью, после повторной перетяжки свиток перестанет бояться скручивания, а когда мы спустимся с горы, я отыщу искусного живописца, который по манере твоего учителя тщательно прорисует недостающие детали, и картина станет совсем как прежде.
Глядя на свиток с зимней сливой, а затем на сияющего улыбкой Лао Вэня, Чжоу Сюй внезапно почувствовал, как защипало в глазах. Шагнув вперед, он крепко-крепко обнял его.
http://bllate.org/book/19787/1949964
Сказали спасибо 0 читателей