Во дворе было очень оживленно: Ран, Мики, Су, Пипи и Кира — несколько Хранителей — окружили маленькую Хинамори Ами и так веселили её, что та заливисто смещалась.
На каменной скамье неподалеку тихо сидел Хосимура Юй, перелистывая кончиками пальцев толстую книгу.
Юуки Яя вприпрыжку подбежала ближе и с любопытством заглянула в густо исписанные английским текстом страницы. Попялившись на них с полминуты, она мгновенно закатила глаза, превратив их в спиральки от головокружения, и, сникнув, пробормотала себе под нос: — Ой, тут же совершенно ничего не понятно!
Хосимура Цукими неторопливо подошла к брату и мягко поинтересовалась: — Юй, почему ты не пойдешь поиграть со всеми?
Хосимура Юй поднял взгляд на резвящуюся толпу, и его взор остановился на парящих в воздухе крошечных Хранителях. В глубине души шевельнулось любопытство. Его сестра и её друзья постоянно носили при себе этих удивительных крох, и он уже давно хотел узнать о них побольше.
Однако он с детства рос в условиях сурового воспитания семьи Хосимура и редко общался со сверстниками, совершенно не умея заводить разговор первым. Кончики его пальцев невольно сжали страницы книги, а на лице проступила нерешительность.
Тэмари, уловив взгляд Фудзисаки Надэсико, легко подлетела к Хосимуре Юю и нежно произнесла: — Юй, давай пойдем поиграть с остальными.
Хосимура Юй поднял голову на сестру и, встретившись с её ободряющим взглядом, слегка покраснел ушами. Застенчиво кивнув, он закрыл книгу и последовал за Тэмари к Хинамори Ами.
Заметив приближающегося Хосимуру Юя, Хинамори Ами быстро подбежала к нему и сама взяла за руку.
— Красивый братик Юй, давай играть вместе!
Хосимура Юй поддался обаянию её улыбки, похожей на маленькое солнышко. Его напряженные брови и уголки глаз постепенно разгладились, и на губах невольно заиграла улыбка. Он ответил: — Мм!
Хотори Тадасэ стоял у клумбы и, наблюдая за побежавшими играть детьми, наказал Кире: — Кира, вся надежда на тебя, присмотри за Ами и Юем.
Сказав это, он повернулся к остальным Хранителям: — А теперь давайте начнем собрание Хранителей.
Хинамори Ами недоверчиво спросила: — Кстати, почему у Ами и Юя нет собственных Яиц Души, но при этом они могут их видеть?
Фудзисаки Надэсико мягко объяснила: — Некоторые дети, у которых еще не родилось Яйцо Души, тоже способны их видеть.
Хотори Тадасэ добавил со стороны: — Проще говоря, это происходит тогда, когда в их сердцах еще не сформировались собственные мечты и желания. Глаза, не знающие сомнений и тревог, способны разглядеть многое.
Хосимура Цукими молча смотрела на Хосимуру Юя, которого Хинамори Ами таскала повсюду играть, а её лицо излучало нежность. Про себя она тихо вздохнула: было бы замечательно, если бы Юй смог как можно дольше пожить беззаботно.
Пусть дядя с тетей никогда не упрекали Юя и желали ему лишь легкой и счастливой жизни, рожденный в семье Хосимура был обречен не стать обычным человеком. В этом клане царил закон джунглей: если ты недостаточно хорош, боковые ветви рода постепенно вытеснят тебя. Чтобы заполучить больше ресурсов, оставалось лишь непрестанно демонстрировать выдающиеся способности.
Она легко выдохнула. Семья Хосимура в этом мире была еще холоднее и бесчувственнее той семьи Му, к которой она привыкла в прошлой жизни. Чтобы отец смог взять в жены мать, ему пришлось собственной силой завоевать власть главы клана и заполучить решающее слово, иначе ему пришлось бы подчиниться навязанному браку. А если она сама хотела беззаботно, с гордостью стоять перед всеми свысока в женском обличье, ей непременно нужно было намного превзойти остальных претендентов на наследство.
Её мысли постепенно расплывались. Хосимура Цукими подумала, что момент её ухода, скорее всего, настанет после того, как Фудзисаки Надэсико уедет учиться за границу. К счастью, до этого она еще сможет провести Хинамори Аму через полосу неудач, вплоть до того дня, когда Масиро Рима переведется в школу и станет неразлучной лучшей подругой Ами.
При этой мысли глаза Хосимуры Цукими заволокло легкой тенью. Рима была чудесной, замечательной девочкой; она наверняка сможет заменить её и в будущем должным образом наставить одинокую Ами, а также составить компанию Надэсико после пережитых событий.
Шэнся, которая все это время наблюдала за игрой Ами и Хосимуры Юя, уловила угнетенное настроение своей хозяйки. Быстро повернувшись, она с беспокойством посмотрела на Хосимуру Цукими из воздуха и тихо пробормотала: — Цукими-чан...
— Цукими-кун? Цукими-кун?
Заметив, что та уже долгое время витает в облаках, Фудзисаки Надэсико пришлось слегка помахать рукой у нее перед глазами, возвращая из далеких мыслей.
Хосимура Цукими резко опомнилась и в растерянности отозвалась: — А, м? Что такое, Надэсико?
Фудзисаки Надэсико с улыбкой повторила только что сказанное: — Мы собираемся почитать сочинения детей об их мечтах. Вот это оставили для тебя.
— Х-хорошо. — Хосимура Цукими смущенно почесала затылок.
Глядя на её озадаченный вид, Фудзисаки Надэсико поймала себя на неожиданной мысли: — а Цукими-кун в таком образе даже немного милый. Едва эта мысль промелькнула, она сама испугалась и поспешно принялась себя оправдывать: неужели мне могут нравиться мальчики? Нет-нет, всё дело наверняка в том, что ученик Хосимура прячет слишком много тайн, вот я и невольно обращаю на него столько внимания! Да, именно так!
Впрочем, будь ученик Хосимура девочкой, ей бы, пожалуй, понравилась такая девчонка — смелая и умная; пусть внешне она и холодна, но внутри невероятно мягкая.
Хинамори Аму, опустив голову и разглядывая сочинение первоклассника в своей руке, машинально зачитала вслух: — Моя мечта — стать тем, кто умеет колдовать.
Лишь дочитав, она запоздало сообразила, в чем дело, и подняла глаза на остальных: — Кстати говоря, неужели все вы в прошлом писали такие сочинения?
Юуки Яя весело покачала головой: — Конечно же!
Хотори Тадасэ мягко кивнул в подтверждение: — Верно, Хинамори-кун и ученик Хосимура перевелись к нам позже, поэтому и не писали подобных сочинений.
Сома Кукай перевел взгляд и, заговорщицки ухмыльнувшись, сунул под нос Хосимуре Цукими чистый лист бумаги: — Тогда пиши прямо сейчас! И ты, Хинамори, и Цукими.
В следующую секунду его лоб получил смачный, звонкий щелчок.
Потирая опухший лоб, он обиженно завопил: — За что, Цукими-кун?!
Хосимура Цукими сделала глоток черного чая, а затем слегка пригубила еще раз.
Щеки Хинамори Аму слегка покраснели, и она запротестовала: — Ты что, дурак? Я ни за что не стану писать такую смущающую фигню! — Высказавшись, она тут же повернулась в поисках союзника к Хосимуре Цукими: — Правда ведь, Цукими-кун?
Хосимура Цукими уже собиралась кивнуть в знак согласия, внутренне признавая, что подобные сочинения и впрямь слишком ребячливы и не очень-то подходят ей — семнадцатилетней девушке, которая в прошлой жизни уже была вполне взрослой.
Юуки Яя оживленно воскликнула: — Ой, началось! Упрямый образ Малышки Аму!
У Фудзисаки Надэсико прорезались воображаемые «лисьи ушки»: — И правда, без сочинений о мечтах от Цукими-кун и Ами-чан было бы ужасно скучно.
Хосимура Цукими, только что собиравшаяся кивнуть в подтверждение слов Аму, замерла на полудвижении и передумала: — Если Надэсико хочет посмотреть, то... в общем-то, можно. — С этими словами она подняла чашку с черным чаем и сделала пару глотков, скрывая свое поражение.
Сома Кукай тут же громко рассмеялся и безжалостно подколол её: — Ха-ха-ха-ха, Хосимура Цукими, ну ты и даешь, тобой же так легко манипулировать!
Хинамори Аму тоже повернулась к ней с лицом полным разочарования и воскликнула: — Ну как же ты мог, Цукими-кун?!
http://bllate.org/book/19699/1937657
Сказали спасибо 0 читателей