Готовый перевод Quick Transmigration: The Koi Cannon Fodder's Counterattack / Быстрые миры: Контратака пушечного мяса с удачей карпа: Глава 18

404 взвизгнул:

— Да не жалко же, хозяин, совсем не жалко!!!

Как только вокруг не осталось ни души, Цзян Нуань тут же погрузилась в привычную унылость. Она прищурилась и начала чесать голову, превратив свои густые волосы в непричёсанный куст, из которого торчали в разные стороны несколько непокорных прядей. Зевнув, она засунула руки в карман худи и, клевав головой от сонливости, поплелась к выходу.

У самых ворот она вдруг увидела Вэй Лиюня. Цзян Нуань мысленно спросила:

— Как думаешь, зачем он явился?

— Хозяин, я не могу отслеживать Вэй Лиюня, так что ответить не в силах, — отозвался 404.

— Ничего страшного, — сказала Цзян Нуань. — Догадываюсь: пришёл похвастаться.

Так и вышло. Вэй Лиюнь подошёл к ней с довольной ухмылкой на лице. Красный человечек у неё в голове прикрыл ладонями лицо и взволнованно зашептал:

— На этот раз всё иначе, совсем иначе! Легко украсить уже цветущий сад, но трудно помочь в беде!

Он схватил чёрного человечка и радостно запрыгал:

— Посмотри! Вчера всё было именно так. Все её унижали, и даже она сама, наверное, уже смирилась с тем, что работу потеряет. Но… внимание! Но мы появились словно с небес!

Красный человечек завопил:

— Помощь в беде! Спасение прекрасной дамы! Мы — герои!!!

Полный уверенности, Вэй Лиюнь гордо и самоуверенно остановился перед Цзян Нуань и с гордостью, не скрывая самодовольства, произнёс:

— Это я.

И добавил с вызовом:

— Теперь можно спать?

— Нельзя, — покачала головой Цзян Нуань.

Вэй Лиюнь замер.

— …

Чёрный человечек внутри него злорадно хмыкнул и спросил красного:

— А что ты только что говорил?

Красный человечек растерялся:

— … Этого не может быть!!!

Вэй Лиюнь, привыкший отлично скрывать эмоции, быстро взял себя в руки и предложил:

— Я провожу тебя домой!

Цзян Нуань нахмурилась:

— Ты разве не поешь?

Вэй Лиюнь потёр живот:

— Давай сначала поедим!

Цзян Нуань была совсем не такой, как Юй Шицзюй. Если Юй Шицзюй — это лёгкая закуска перед едой, то Цзян Нуань — настоящее царское угощение. Они вообще несравнимы по уровню воздействия. С появлением Цзян Нуань его аппетит резко возрос.

На следующий день Вэй Лиюнь решил последовать совету Сяо Чэня и попробовать притвориться несчастным.

— Господин Вэй, вы смирились? — с любопытством спросил его Сяо Чэнь.

Вэй Лиюнь покачал головой:

— Просто случайно узнал её домашний адрес. — На самом деле он уже не знал, что делать.

Чёрный человечек заметил:

— Сначала думали, что легко завоевать.

Красный человечек тоже возмутился:

— Не ожидал! Не ожидал, что даже высшая форма помощи в беде окажется бесполезной!

Если даже помощь в беде не сработала, остаётся лишь опираться на опыт предшественников.

— Но… — спросил Сяо Чэнь, — как вы собираетесь притворяться несчастным?

Вэй Лиюнь серьёзно вздохнул, глубоко и протяжно:

— Сегодня утром я снова потерял несколько волосинок.

Сяо Чэнь:

— ???

Вэй Лиюнь обеспокоенно добавил:

— Если я и дальше не буду спать, не облысею ли я совсем?

Сяо Чэнь:

— !!! Господин Вэй, вы всё это время переживали именно об этом?

Вэй Лиюнь считал, что он и так уже достаточно несчастен и вовсе не нуждается в притворстве.

Но на деле оказалось, что нужно. Когда он появился у подъезда дома Цзян Нуань в дорогом костюме на заказ, она просто повела его обедать, а потом сказала «пока» и ушла спать.

Вэй Лиюнь:

— …

На следующий день Сяо Чэнь пришёл узнать, как прошёл эксперимент. Вэй Лиюнь рассказал всё как есть. Лицо Сяо Чэня сразу покраснело, и ему стоило больших усилий сдержать смех.

Вэй Лиюнь немного погрустил и спросил:

— Скажи, почему она такая непробиваемая?

— Господин Вэй, вы ведь даже не пробовали «жёсткий» подход, — напомнил Сяо Чэнь.

Вэй Лиюнь махнул рукой и молча ушёл в свои мысли. Она так драгоценна — как он может на неё давить? Даже когда другие пытались применить силу, он этого не допускал!

Через несколько дней небеса наконец ответили на страстные мольбы Вэй Лиюня и пролили весенний дождь. Зима ещё не ушла, весна ещё не наступила, и этот дождь, несущий весеннюю сырость и зимнюю стужу, пронизывал до костей.

Вэй Лиюнь сидел у входа в жилой комплекс, дрожа от холода.

Цзян Нуань шла от автобусной остановки под большим красным зонтом, неспешно неся с собой контейнер с едой. Издалека она сразу заметила фигуру у ворот, а подойдя ближе — сразу узнала его.

— Господин Вэй? — удивлённо спросила она.

Вэй Лиюнь поднял на неё взгляд. Дождевые капли стекали по его чёлке прямо на лицо. Его зубы стучали от холода, но он всё же с трудом выдавил:

— Я… я потерял телефон и не могу уехать домой.

Цзян Нуань долго молча смотрела на него, потом перевела взгляд на будку охраны и, наконец, не выдержала:

— Почему ты не зашёл туда, чтобы укрыться от дождя?

Вэй Лиюнь молча посмотрел на будку, где двое охранников наблюдали за ним. Он опустил голову:

— … Ах, точно.

Охранники в будке перешёптывались, но, заметив, что Вэй Лиюнь смотрит на них, тут же разошлись в разные стороны.

Вэй Лиюнь молча смотрел вверх на Цзян Нуань, которая стояла над ним с зонтом. Они смотрели друг на друга — как при первой встрече под дождём, как при долгожданном воссоединении, как после ссоры, когда один бежит навстречу другому.

Картина была по-настоящему прекрасной… Жаль только, что было чертовски холодно.

Вэй Лиюнь чихнул и жалобно поднял на неё глаза.

Цзян Нуань:

— …

404 предостерёг:

— Не верь ему, он наверняка притворяется.

Цзян Нуань спросила:

— Откуда ты знаешь?

404 помолчал и ответил:

— Я же система, могу его просканировать…

Цзян Нуань холодно возразила:

— Разве ты не говорил, что не можешь его отслеживать? Ты даже его вичат не смог получить.

404 почувствовал, как его «системное тело» пронзила стрела. Он молча заплакал слезами раскаяния.

— Вставай! — сказала Цзян Нуань Вэй Лиюню. — Пойдём ко мне, выпьешь горячей воды.

Глаза Вэй Лиюня медленно расширились от удивления. Он не ожидал, что таким простым способом действительно проникнет в её дом. Неужели… всё так легко?

— Хорошо… хорошо, сейчас встану, — пробормотал он, но, пытаясь подняться, понял, что ноги онемели. Ему пришлось опереться на стену, чтобы встать.

Цзян Нуань переместила зонт над его головой. Вэй Лиюнь взглянул на ярко-красный зонт и растерянно посмотрел на неё.

— На что смотришь? — безжизненно спросила Цзян Нуань.

Вэй Лиюнь покачал головой:

— Ничего. Держи зонт сама! Я и так уже весь промок.

Цзян Нуань не убрала зонт. Она указала направление к подъезду:

— Пошли!

Вэй Лиюнь послушно пошёл за ней. Большой зонт над их головами создавал небольшой мир, отделяя их от ливня. Снаружи слышался только стук дождевых капель по ткани зонта.

— Вы знакомы, госпожа Цзян? — спросил один из охранников.

Было уже поздно, главные ворота закрыты, и оставалась только маленькая калитка у будки. Цзян Нуань часто проходила здесь, и охранники её хорошо знали. Они привыкли к её призрачному появлению и исчезновению.

Цзян Нуань кивнула:

— Мой начальник.

Вэй Лиюнь опешил — он не сразу понял, о ком речь.

Один из охранников весело добавил:

— А, начальник! Братец этот уже давно тут сидит, звали — не отзывался. Целый час под дождём промок… В следующий раз, когда придёшь, сразу заходи сюда, укройся. Посмотри, до чего довёл себя!

Вэй Лиюнь ещё больше смутился и опустил свою гордую голову.

Цзян Нуань бросила взгляд на поникшего Вэй Лиюня и сказала охраннику:

— Ничего страшного. В следующий раз просто дайте ему зонт. Я пошла…

— Хорошо, будьте осторожны в дождь! — крикнул ей вслед охранник.

Цзян Нуань не обернулась, лишь махнула рукой в знак того, что услышала.

Она провела Вэй Лиюня через холл, на лифте поднялась на свой этаж и дошла до квартиры. Всю дорогу Вэй Лиюнь молчал.

За входной дверью сначала шла металлическая решётка, а затем — массивная деревянная дверь толщиной десять сантиметров. По сравнению с предыдущим жильём, где была лишь одна железная дверь, здесь и безопасность, и звукоизоляция были на совершенно ином уровне.

Цзян Нуань открыла дверь. Справа находились кухня и столовая, напротив — гостиная. Она поставила зонт в специальную стойку у входа и, снимая обувь, сказала:

— Прими душ! Я найду тебе одежду.

Вэй Лиюнь нахмурился:

— Откуда у тебя мужская одежда? Ты же рассталась?

Цзян Нуань странно посмотрела на него и ответила:

— Кто сказал, что я дам тебе мужскую?

Вэй Лиюнь изумился и обеспокоенно пробормотал:

— … На самом деле, мне уже не так холодно.

Цзян Нуань уже переобулась в тапочки и явно не собиралась предлагать ему пару.

Вэй Лиюнь спросил:

— А мои тапочки?

Цзян Нуань, направляясь к ванной слева от входа, ответила:

— Раз обувь так промокла, иди прямо в ванную! Тапочки положу у двери, а за одеждой не волнуйся — у меня есть большой халат.

Под душем Вэй Лиюнь всё ещё не мог осознать, что происходит. Цзян Нуань была по-настоящему странной. Он просил не держать зонт над ним — она настаивала. Он просил тапочки — она делала вид, что не замечает.

Он осмотрел ванную: она была крошечной. Кроме унитаза, там стояла ванна площадью меньше квадратного метра — явно не для купания, а лишь для душа. За матовым стеклом можно было разглядеть лишь смутный силуэт.

— Господин Вэй, одежда лежит снаружи. Полотенце тоже там. Когда вымоешься, выходи есть, — донёсся сквозь пар её голос.

— Хорошо, — сдержанно ответил он.

Дверь закрылась. Вэй Лиюнь прислушался и, кажется, услышал, как она что-то готовит на кухне.

Ему показалось, будто он вернулся домой: за дверью его ждёт заботливая жена, готовящая ужин, а он смывает усталость дня под тёплым душем. Через минуту они сядут за стол, возможно, она подаст банку пива, они улыбнутся друг другу. После ужина посидят в гостиной, фоном звучит телевизор, добавляя немного оживления в тишину вечера.

— Господин Вэй, вы что, заснули? Прошло уже полчаса! — раздался её резкий голос.

Фантазия Вэй Лиюня мгновенно рассеялась. Он тряхнул головой и понял, что действительно немного закружилась.

Неужели простудился? Но я же никогда не болею!

Всё ещё в полусне, он вышел из ванной, вытерся, оделся, открыл дверь, надел тапочки и направился в столовую.

Цзян Нуань уже сменила одежду на коралловый флисовый халат ярко-красного цвета с каким-то узором — выглядело вполне неплохо.

Вэй Лиюнь невольно уставился на неё. В голове мелькнуло: «Моя жена никогда бы не носила красный!»

Красный человечек тут же возмутился:

— Опять несёшь чушь! Жена — чтобы любить и беречь, а не чтобы выбирать за неё цвет халата!

Чёрный человечек тоже недовольно бросил красному:

— Ты чего понимаешь? Красный — вульгарный, слишком вульгарный.

Цзян Нуань подняла на него холодный взгляд:

— Что смотришь? Халат мне не идёт?

Под её спокойным, но колючим взглядом у Вэй Лиюня внезапно проснулось непреодолимое желание угодить:

— Очень идёт! Красный — мой любимый цвет.

Лицо Цзян Нуань немного смягчилось:

— И мне нравится. Красный бодрит. Совсем не унылый.

Вэй Лиюнь уверенно подтвердил:

— Особенно бодрит.

Чёрный человечек внутри него яростно закричал:

— Ты что, совсем обмяк?! Чего её боишься? Скажи, что тебе не нравится красный!

Красный человечек спокойно ответил:

— Зато она с нами поест.

Чёрный человечек:

— …

Цзян Нуань приготовила обычную лапшу с зеленью и один золотистый яичный блинчик сверху. Бульон был сварен на мидиях и имел нежный морской вкус. Всё блюдо получилось лёгким и ароматным. Вэй Лиюнь быстро съел целую миску.

Он поднял на неё глаза с надеждой. Цзян Нуань указала на кухню:

— В кастрюле ещё есть. В холодильнике — рисовые бургеры. Можешь есть всё. — Она заранее сварила побольше лапши, зная, что аппетит у Вэй Лиюня здоровенный.

Вэй Лиюнь направился на кухню, а Цзян Нуань потянулась, зевнула и сказала:

— Посуду оставь на столе. Уходи сегодня вечером или завтра утром — как хочешь. На соседней кровати постелен матрас, если останешься на ночь — в шкафу есть одеяло. Перед уходом не забудь перевести мне деньги.

http://bllate.org/book/1963/222681