Готовый перевод Will You Marry Me, Wife / Выходи за меня замуж: Глава 25

— Но ваша компания сменила владельца всего пару месяцев назад, и ты сама говорила, что задержка зарплаты — не её вина. Если посчитать, с тех пор прошло меньше полугода. Разве за такой короткий срок вы успели настолько сблизиться? Настолько, что она может просто так заходить к тебе домой своими ключами?

Её череда вопросов прозвучала настойчиво и агрессивно.

Свет сменялся с синего на красный, а с красного на фиолетовый, и её лицо в этих лучах казалось призрачным.

Вэнь Нин не нашлась что ответить.

Стоит солгать невзначай, и потом приходится придумывать бесчисленные новые лживые слова, чтобы замазать правду. Она хотела всё объяснить, но не знала, с чего начать: губы её то открывались, то закрывались, пока она в конце концов не умолкла.

Выражение лица Хэ Юй мгновенно померкло, а в глазах блеснула влага.

— Нин-зай, ты...

— Меня не содержат! — раздражённо бросила Вэнь Нин. Быть неправильно понятой близким человеком — хуже смерти, и она решила просто сказать правду. — Мы знакомы с ней больше десяти лет! Раньше она жила по соседству, потом переехала и уехала учиться чёрт знает куда. В этом году она как раз вернулась, вот и всё!

И к тому же она живёт у меня лишь изредка.

Музыка заглушала шум голосов, и её раздражение растворилось, словно закипающая вода: испарилось, рассеялось и исчезло.

Хэ Юй мысленно прокручивала эти слова снова и снова.

В глубине души ей всё ещё верилось с трудом — слишком уж много было совпадений, и какое-то подсознательное чувство заставляло её всё отрицать. Стоило ей представить, что у Вэнь Нин есть подруга детства, с которой они знакомы больше десятка лет и чьё поведение вызывает столько вопросов, как в ней поднималась сильная тревога.

— Почему ты раньше о ней не упоминала? — спросила она.

Вэнь Нин усмехнулась:

— К чему её упоминать, мы же умерли... то есть уже семь лет не общались.

— Она нетрадиционной ориентации?

— Угу.

— Любит тебя?

— Не знаю, — Вэнь Нин подняла бокал и залпом допила вино. — Хватит выдумывать всякую ерунду, посреди ночи настроение было отличным, неужели не устала?

Хэ Юй поняла, что не сможет вытянуть из Вэнь Нин никакой информации, поэтому больше ничего не сказала. Бросив ещё один взгляд на барную стойку, где был виден профиль Цю Ижань, она принялась вынашивать в голове план.

Восемь часов, началось соревнование. Гу Чиси и Цю Ижань пересели к ним. Хэ Юй нужно было идти с проверкой за кулисы, так что в полукабинке осталось всего трое.

Гу Чиси сидела посередине, тесно прижавшись слева к Вэнь Нин, а справа от неё, на расстоянии одного свободного места, сидела Цю Ижань. Сначала обе они сосредоточенно смотрели на выступавших на сцене конкурсантов — красивых и подтянутых. Гу Чиси от начала до конца хранила совершенно бесстрастное выражение лица, лишь время от времени прихлёбывая вино и бросая взгляды на соседку.

Внимание же Вэнь Нин было приковано вовсе не к сцене, а к Цю Ижань.

Одна лишь Цю Ижань по-настоящему увлеченно следила за соревнованием.

Во взгляде, которым Вэнь Нин смотрела на Цю Ижань, читалось нескрываемое любопытство. За те больше чем десять лет, что они росли вместе с Гу Чиси, у каждой из них не было других близких друзей, кроме друг друга. И вот внезапно откуда-то появился человек, который так близко называет её «сестрица Си» — очевидно, их отношения очень хороши.

Интересно, когда же они познакомились?

Период с десяти до двадцати трёх лет можно исключить; единственный возможный вариант — за те семь лет, что они были разлучены, Гу Чиси обзавелась новыми друзьями. Судя по её одежде, манере держаться и темпераменту, семья у неё явно не бедная.

Вэнь Нин предполагала, что Цю Ижань, должно быть, знает многое о том, что происходило с Гу Чиси за эти семь лет.

И именно это ей хотелось узнать.

Пока Вэнь Нин витала в облаках, Гу Чиси внезапно опустила бокал и поднялась.

— Я в туалет.

Она вышла из полукабинки.

На сцене пара танцевала джаз, и Цю Ижань наблюдала за ними с огромным интересом, как вдруг заметила, что Вэнь Нин пристально смотрит на неё.

— Мисс Вэнь?

— Зови меня просто Вэнь Нин.

— Хорошо, Вэнь Нин, — Цю Ижань сладко улыбнулась ей. — Ты всё время на меня смотришь. Неужели принимаешь за соперницу в любви?

— ???

— Си-цзе за тобой ухаживает, я знаю.

— ...

Сердце Вэнь Нин, взлетевшее было к самому горлу, рухнуло обратно в грудную клетку. Она неловко улыбнулась, проглотила рвавшиеся на язык вопросы и снова сосредоточилась на соревновании.

Спустя несколько минут Гу Чиси вернулась.

Перед ней стоял тот же бокал мохито — за два часа она выпила едва ли половину.

Она протянула руку, но не успела коснуться бокала, как к ним подошла незнакомая женщина в красном платье с бокалом в руке. С улыбкой глядя на Вэнь Нин, она явно собиралась что-то сказать.

— Это моя девушка, — с мрачным лицом произнесла Гу Чиси, опережая её.

С этими словами она обняла Вэнь Нин за плечи.

Улыбка на лице незнакомки застыла. Смущенно извинившись, она развернулась и ушла.

Вэнь Нин слегка отстранилась и посмотрела на Гу Чиси. Та тут же убрала руку, изобразив на лице виноватое и слабое выражение, хотя во взгляде сквозила упрямая решимость.

Мысленно вздохнув, Вэнь Нин беспомощно отвела взгляд.

Гу Чиси вытянула указательный и средний пальцы, изображая идущего человечка, украдкой подползла к руке Вэнь Нин, зацепила её мизинец своим и виновато улыбнулась уголками губ.

Вэнь Нин оставила это без внимания.

...

Соревнование шло уже некоторое время. Динамичное освещение в такт басовым ударам создавало всё более праздничную атмосферу, и восторженные крики из зала становились всё громче.

К ним то и дело подходили незнакомые женщины, предлагая выпить или пытаясь присоединиться к их столик. Гу Чиси с ледяным выражением лица отшивала одну за другой, постепенно теряя терпение.

Подобные шумные места вроде баров ей никогда особо не нравились, и сегодня она пришла сюда только ради Вэнь Нин. После того как она только что раскрыла их отношения, в ней уже шевельнулось раскаяние, а сейчас ей и вовсе захотелось уйти немедленно.

— Нин-нин.

Она легонько дёргала её за мизинец.

Вэнь Нин машинально отдернула руку.

— М?

Тёплая и горячая ладонь обхватила её мизинец.

— Я хочу вернуться, — Гу Чиси наклонилась к ней, склонив голову, и отчётливо ощутила жар, исходивший от кожи, из-за чего её сердце затрепетало.

Вэнь Нин ничего не замечала и, приподняв брови, произнесла:

— Так возвращайся.

— Одна?

— А как же ещё?

Гу Чиси подогнула мизинец, легонько поцарапав её ладонь, и понизила голос:

— Давай вместе.

Губы, оказавшиеся совсем близко к её уху, выдохнули прохладный воздух.

Вэнь Нин помимо воли вздрогнула и поспешно отвернулась, её выражение лица выдавало колебания.

А она ведь ещё не нагляделась.

После долгого молчания Гу Чиси, видя, что та не отвечает и выглядит не слишком-то готовой уходить, медленно убрала мизинец и произнесла:

— Тогда я пойду.

Она говорила тихим, унылым голосом, опустив глаза, и бросила на прощание пару слов Цю Ижань.

Цю Ижань, увлеченная соревнованием, в удивлении поправила пустую круглую чёрную оправу очков:

— Уже уходишь?

— Угу. И ты не засиживайся допоздна.

Гу Чиси встала, бросив полный тоски и сожаления взгляд на Вэнь Нин.

Выйдя за дверь, она столкнулась лицом к лицу с обжигающе-горячим воздухом. Гу Чиси позвонила водителю и принялась ждать у обочины. Вдруг сзади послышался топот быстрых шагов, и рядом появился ещё один человек.

— Пойдём вместе.

Вэнь Нин встала рядом с ней, глядя куда-то в пространство.

Ночь была глубокой, серебристый диск луны висел на небе наискось, но городские огни заглушали её сияние.

На обратном пути Вэнь Нин не произнесла ни слова, лишь смотрела в окно на проплывающие мимо пейзажи. Гу Чиси испытывала целую бурю эмоций: в её сердце смешивались тревога и радость, лёгкая горечь и капля сладости.

Добраяся до Тяньхэвана, Вэнь Нин первая отворила дверь, вошла в дом и, опустив голову, стала разуваться.

Гу Чиси обняла её со спины:

— Нин-нин...

Тело человека в её объятиях напряглось, и Вэнь Нин перехватила руки, обвившие её талию.

— Ты злишься на меня? — она прижала её к себе ещё крепче.

— На что мне злиться?

— Если бы я сегодня не пошла, этого бы не...

— Всё в порядке, — мягко перебила Вэнь Нин. — Непредвиденные обстоятельства, кто же мог предвидеть? Если уж кого и винить, так это меня — за то, что вечно всем вру.

Гу Чиси уткнулась лицом в её волосы и закрыла глаза:

— Не говори так.

— Во всяком случае, всё, что стоило рассказать Сяо Юй, я сказала как есть, — Вэнь Нин, опустив голову, говорила словно сама с собой. Сменив тапочки, она перехватила обнимавшие её руки и с усилием попыталась их разжать.

Гу Чиси испугалась, подумав, что та говорит о замужестве, но не успела она обрадоваться, как последовавшие слова окатили её ледяным душем.

— Главное, чтобы о самом факте нашего брака никто не узнал.

...

Лампа на потолке прихожей светила слишком ярко и холодно. Гу Чиси прищурилась, её руки бессильно опустились.

— Хорошо.

— Я пойду в душ, спокойной ночи.

Вэнь Нин, не оглядываясь, шлёпая тапками, поднялась наверх.

Гу Чиси всё так же стояла в прихожей. Холодный белый свет отражал её гладкое, подобное нефриту лицо. Стоял август, но ей почему-то вдруг стало зябко. Глубоко вздохнув, она мысленно вернулась к тем словам, что сказала днём старшая сестра.

Достав телефон, она открыла заметки и добавила ещё один пункт:

[16 августа: не забыть заранее составить завещание]

Ночь была глубокой, а безудержное веселье в баре только-только начиналось.

Соревнование вступило в самую жаркую фазу, атмосфера накалилась до предела. Прозрачные бокалы, переливающийся алкоголь, сплетающиеся ароматы — в звуках, огнях и красках отчетливо сквозило пьянство.

Хэ Юй просидела за кулисами почти два часа, пока не получила от Вэнь Нин сообщение в WeChat, что та уходит первой. Выглянув наружу, она заметила в полукабинке лишь одинокую фигуру Цю Ижань, которая наблюдала за выступлением; большая часть бутылок на столе уже опустела.

Густые чёрные и длинные волосы прикрывали половину лица, из-за круглой оправы очков создавая образ интеллигентной, послушной и милой белой крольчихи.

Какая одинокая.

В конце концов, она — подруга подруги их общей знакомой, а гость есть гость, оставлять человека без внимания не полагалось.

Посмотрев на неё с минуту, Хэ Юй направилась к их столику.

Цю Ижань была полностью поглощена соревнованием, её собственный бокал давно опустел, но она этого даже не замечала. Внезапно перед её глазами мелькнула чья-то фигура, и незнакомка опустилась рядом. Хэ Юй окинула её взглядом.

На плече незнакомки красовалась крупная синяя бабочка с широко расправленными крыльями. Прожилки и узоры казались настолько живыми, будто она в любой момент могла вспорхнуть.

Девушка в упор уставилась на Хэ Юй.

Глубокие черты лица, напоминавшие внешность полукровки, особенно высокий, чёткий нос, словно вырезанный острым лезвием; кожа — не та белизна, к которой стремятся большинство женщин, а смугловатый, ровный медовый оттенок с сиянием; уголки глаз и брови излучали дерзкую, дикую и необузданную дикость. В памяти сразу всплыли те сексуальные и горячие девчонки в бикини на гавайских пляжах.

Её сердце бешено кольнуло, словно в неё попали в какую-то заветную точку, и от макушки до пят тело пробила мелкая дрожь.

— Хозяйка Хэ.

Цю Ижань растянула губы в улыбке и чуть поправила пустую чёрную оправу очков.

— Зови меня по имени, — Хэ Юй улыбнулась, тоже украдкой разглядывая собеседницу.

Эта девица казалась донельзя скромной: с ног до головы всё закрыто, видны лишь лицо, шея, руки да ступни; миловидная и нежная внешность с первого же взгляда выдавала в ней тихую, послушную паиньку и благовоспитанную барышню.

— Тц-цц-ц.

Белый кролик угодил в логово голодных волков.

В сердце Хэ Юй на мгновение вспыхнуло жалостливое чувство, но оно тут же рассеялось, сменившись мягким взглядом — уже не столь настороженным и острым, каким она обычно смотрела на Гу Чиси.

— Хорошо.

Цю Ижань сладко улыбнулась, и её глаза за круглой оправой изогнулись полумесяцами.

— Кстати, Си-цзе и остальные сказали, что устали, и ушли первыми.

— Угу, я знаю, — кивнула Хэ Юй.

Они были знакомы без году неделю, толком не зная друг друга, и общих тем для разговора не нашлось. Хэ Юй хоть и хотела поскорее выведать информацию о Гу Чиси, но прекрасно понимала, что спешка хороша при ловле блох — нужно действовать постепенно и сначала завоевать доверие человека.

Заметив, что девушка смотрит на неё, Хэ Юй протянула руку, забрала пустой бокал и наполовину наполнила его вином.

— Мисс Цю ещё чего-нибудь выпьет?

— Можешь звать меня Ижань.

— Хорошо.

— Ты меня угощаешь?

— Разумеется.

Цю Ижань заливисто рассмеялась, лукаво сверкнула глазами и произнесла:

— Я хочу выпить то, что смешала ты.

— К сожалению, — Хэ Юй с усмешкой покачала головой, — я не умею смешивать коктейли.

— Научись.

— Ради тебя?

Она чуть приподняла бровь, понизив голос, а уголки её губ тронула едва заметная улыбка.

Сердце Цю Ижань тут же заколотилось как безумное, руки и ноги онемели от пробежавшего по телу электрического разряда. На её веку было немало бурных романов и повиданных людей, но сейчас её просто выбили из колеи несколько слов, сказанных — то ли намеренно, то ли случайно.

— Если ты не против, — постаралась она держаться непринужденно.

Что вообще происходит?

Они ведь видят друг друга впервые.

Нужно взять себя в руки, нельзя поддаваться, необходимо сохранять инициативу.

Цю Ижань попыталась остудить пыл собственного сердца, успокоиться и расценивать это лишь как шутку, надеясь, что Хэ Юй отнесётся к её словам точно так же.

Однако Хэ Юй охотно кивнула:

— Ладно.

...

— Завтра же заставлю бармена меня научить, — тронув уголками губ улыбку, она протянула бокал обратно и перевела разговор на Гу Чиси. — То, что случилось сегодня — считай, просто недоразумение, не принимай близко к сердцу.

Цю Ижань опустила взгляд и улыбнулась:

— Я думала, вы с Вэнь Нин уже обо всём знали.

— Теперь знать не поздно, Вэнь Нин мне всё рассказала. Вообще-то я считаю, что в этом нет ничего страшного, мы все друзья и никто не станет придавать значения, но Гу Чиси я понимаю — излишняя скромность ещё никому не вредила, — рассудительно произнесла Хэ Юй.

Ей стоило поблагодарить Цю Ижань за то, что та случайно проговорилась.

Иначе она и представить не могла, сколько ещё времени её бы держали в неведении — ведь эта подруга детства была прямо как часовой механизм с таймером.

Цю Ижань кивнула, сосредоточенно глядя на неё.

Державшийся в руках бокал наклонился, и отвлёкшаяся на секунду девушка не уследила, как вино пролилось и потекло по платью. Ощутив прохладу на коже, она увидела, как на белой ткани расплылось большое влажное пятно.

— Ой... — тихо выдохнула она и поспешно поставила бокал на стол.

Хэ Юй с молниеносной реакцией вытянула пару салфеток и принялась вытирать её, но место оказалось столь неудобным, что Цю Ижань впервые в жизни покраснела и перехватила её руку:

— Я сама...

— ...Ох, ладно, — Хэ Юй разжала пальцы.

Первой её мыслью было: чего тут стыдиться, они же обе женщины? Лишь мгновение спустя сообразив, куда именно она только что заглянула, она почувствовала, как её уши слегка покраснели.

Белое платье было испорчено, оттереть пятно не удавалось, винные разводы выглядели удручающе. Цю Ижань кое-как промокнула влагу, уняла жидкость и оставила всё как есть.

Подняв голову, она увидела, что собеседница смотрит прямо на сцену, не отводя глаз.

Совсем как каменное изваяние.

Цю Ижань не удержалась от смешка и с сомнением поинтересовалась:

— Кто ты по гороскопу?

— М? — изваяние шевельнулось.

— Год рождения по восточному календарю.

Хэ Юй честно ответила:

— Обезьяна.

Мысленно подсчитав возраст, Цю Ижань внутренне ликовала, но внешне сохранила невозмутимый вид:

— О, я петух. Я младше тебя на год, значит, должна звать тебя сестрой.

— Пустяки, всего один год, я не против, — Хэ Юй озадаченно рассмеялась, находя эту девушку довольно забавной.

Она ведь окольными путями выведывала её возраст.

Цю Ижань покачала головой:

— Нет, мне нравится звать тебя сестрицей.

Она жгучим взглядом уставилась на Хэ Юй.

Хэ Юй опешила, её лицо приняло несколько неестественное выражение, и она какое-то время не знала, что ответить. Закинув голову, она откинула прядь волос назад, из-за чего синяя бабочка на её плече ожила, взмахнув крыльями — ярко и соблазнительно.

— Посиди пока, я схожу за кулисы, — бросила она и поднялась.

Цю Ижань: «...»

Около десяти часов соревнование завершилось. Настал этап подведения итогов и награждения: призы за первые три места были щедрыми, а под конец провели ещё и розыгрыш лотереи, отчего атмосфера в зале вновь взлетела до небес.

Цю Ижань не испытывала особого интереса ко всему этому. Вытянув шею и заглядывая за кулисы, она явно собиралась сорваться с места.

Когда розыгрыш закончился, Хэ Юй вернулась.

В руках у неё был бумажный пакет, который она поставила перед ней:

— Держи.

— Что это?

— Подарок для почётного гостя.

— Для меня? — Цю Ижань указала на себя.

Хэ Юй кивнула, усаживаясь рядом, и от девушки вновь повеяло нежным и сладким молочным ароматом.

— Спасибо.

Цю Ижань открыла бумажный пакет. Внутри лежал деревянный ящичек — довольно тяжёлый. Аккуратно достав его и сдвинув крышку, она увидела перед собой крошечную бутылочку с алкоголем размером с ладонь.

Золотисто-коричневая жидкость плескалась в стеклянном сосуде, словно заснувший в леднике кусочек янтаря, переливаясь и искрясь.

Это коллекционный алкоголь.

Почувствовав себя так, будто ей досталось сокровище, Цю Ижань приподняла бровь:

— Почему это я почётный гость?

— Потому что ты милая.

— А?

Хэ Юй улыбнулась и ничего не ответила, склонив голову, чтобы помочь ей аккуратно сложить подарок обратно.

Блики света падали на её брови и глаза, придавая лицу нотку дерзости, а уголки губ трогала лёгкая улыбка. Цю Ижань неотрывно смотрела на неё, и кровь, бурлившая в груди, становилась всё горячее.

— Ты полукровка?

— На четверть, моя бабушка русская.

— Бар принадлежит тебе?

— Угу.

— Можно я буду приходить сюда каждый день?

— Конечно, — Хэ Юй на мгновение замолчала, а в её глазах мелькнула лукавая искорка. — Если будешь приходить, пей сколько захочешь, за мой счёт.

Цю Ижань прикусила губу, лихорадочно соображая что-то про себя, и произнесла:

— Раз уж я буду твоим будущим постоянным гостем, давай обменяемся контактами?

— Ой-ёй.

Рыбка попалась на крючок.

Хэ Юй с лёгким сердцем кивнула, достала телефон и открыла WeChat...

Конец месяца, горячий сезон пассажирских перевозок подходил к концу.

Вэнь Нин выкроила время, чтобы съездить на родину, навестить дедушку с бабушкой, а затем отправилась в больницу проведать больного.

Дяде повезло: всего за два месяца удалось найти подходящую по совместимости почку. Ему сделали операцию в третьей больнице Лочэна, и сейчас он всё ещё находился под наблюдением в период восстановления, принимая препараты, подавляющие иммунитет. Тётя, а также младшие брат и сестра по очереди дежурили в больнице. К счастью, стояли летние каникулы: школьникам не нужно было ходить на занятия, а только что выпустившийся брат ещё не нашёл работу, так что времени у них хватало.

Вэнь Нин посидела вместо тёти полдня, отпустив её домой отдохнуть, а во второй половине дня привела с собой брата и сестру.

Оставив младших дежурить в палате, тётя вывела Вэнь Нин в коридор, достала банковскую карту и сунула ей в руку:

— Нин-нин, здесь больше восьмидесяти тысяч лишних денег, я их никуда не транжирила, возьми.

— Что ты делаешь, тётя? — Вэнь Нин нахмурилась и попыталась вернуть карту.

Женщина крепко сжала её руку, не давая отнять, и силы в её пальчах было немало:

— На тебе тяжёлый груз, тётя же понимает. Сейчас твоему дяде уже лучше, расходы на лекарства частично компенсируют, не переживай.

— ...

Вэнь Нин застыла, в горле словно застрял ком.

Она не знала, как сказать, что сейчас у неё нет никакого груза — наоборот, она живёт удивительно легко и комфортно. Скажи она правду, тётя непременно начала бы расспрашивать дальше, а ведь такой огромный долг обычный человек не способен выплатить за раз. Тогда ей снова пришлось бы сочинять бесконечную ложь, чтобы в конце концов замять всё концами.

— Нин-нин, тётя знает, какая ты у нас понимающая, боишься, что нам придется тяжело, но тёте ведь тоже жаль тебя... Твои папа с мамой растили тебя одну... — говоря об этом, тётя всхлипнула.

Ей было почти пятьдесят, возраст близился к полувеку, и за последние годы она состарилась заметно для глаз: в чёрных волосах проступили целые пряди серебра, лицо иссекли морщины, вид у неё был крайне измождённый.

У Вэнь Нин защипало в носу, глаза покраснели. Поколебавшись ещё немного, она всё же кивнула и приняла карту:

— Но, тётя, если возникнут какие-то трудности, обязательно говори мне.

— Хорошо-хорошо.

http://bllate.org/book/19577/1919777

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь