Готовый перевод The Seven-Member Loop / Кольцо семерых: Глава 2

Глава 2

На самом изгибе улицы Вэньсин стояло небольшое двухэтажное здание постройки пятидесятых годов — скромная районная библиотека. Её фасад густо зарос изумрудным плющом, чьи цепкие побеги почти полностью поглощали солнечный свет и летний зной. Благодаря этой плотной зелёной броне в коридорах не чувствовалось и следа душной жары позднего лета. Здесь всегда царила прохлада, а из-за густых теней, ложившихся на облупившуюся штукатурку, внутри всегда казалось темновато и даже сиротливо.

Тишина была главным правилом этого места. Сколько бы людей ни приходило сюда, в любой сезон в залах стояло безмолвие. Но у этой звенящей пустоты имелась и обратная сторона — её равновесие казалось пугающе хрупким. В такой мёртвой тишине любой случайный звук, будь то скрип половицы или упавшая на пол иголка, мог заставить сердце испуганно ёкнуть.

Чжоу Цзюэ закончил разбирать утреннюю прессу, взглянул на старинные настенные часы и слегка похлопал по плечу своего коллеги, который неторопливо завтракал за столом.

— Мастер Чжао, я пойду пока расставлю книги на полках.

Лао Чжао чинно отхлебнул из кружки крепкий чай и добродушно прищурился.

— Иди, иди, спасибо тебе. Да, кстати, нам тут наконец-то новую партию завезли. Директор наверняка решит списать часть старья, так что попозже приготовься помочь с разгрузкой.

Чжоу Цзюэ мысленно выругался — его планы рушились. В полдень у него намечалось важное дело, и он рассчитывал пораньше улизнуть, поменявшись сменами. Теперь этот шанс таял на глазах. Впрочем, парень мгновенно взял себя в руки и нацепил самую невинную, дружелюбную улыбку.

До официального открытия оставалось около получаса. В целях экономии электричества директор разрешил включать только один центральный ряд ламп, поэтому сверять библиотечные шифры в полумраке было сплошным мучением. Вообще-то сегодня была очередь Лао Чжао, но Чжоу Цзюэ решил взять эту рутину на себя ради одной маленькой хитрости.

Воровато оглядевшись по сторонам и убедившись, что старик увлечён чаем, Чжоу Цзюэ незаметно нацепил наушники. В кармане его брюк лежала пачка сигарет — он твёрдо вознамерился добраться до дальнего окна в самом тупике и устроить себе внеочередной перекур. Настроение сразу поползло вверх. Мурлыча под нос весёлый мотивчик и лениво поводя лучом фонарика по корешкам, он побрёл между высокими стеллажами. Работа была пустяковой: главное — следить, чтобы книги не заваливались и не стояли вверх тормашками. Тяжело было лишь изо дня в день заниматься этой монотонной ерундой.

Вскоре он забрёл в самый дальний угол — сектор архивного хранения. Стеллажи здесь стояли древние, из тёмного, рассохшегося дерева. Ещё год назад директор порывался списать весь этот хлам, но старые книги почему-то упрямо оставались на своих местах. Как-то раз Чжоу Цзюэ спросил об этом Лао Гу, старейшего работника библиотеки. Тот лишь как-то странно замялся, отвёл глаза и пробормотал, что «сверху» пришёл строгий запрет на утилизацию этих фондов. В детали вдаваться никто не стал, и загадочная макулатура продолжила пылиться на задворках. Но, судя по утренним словам Лао Чжао, сегодня этим дряхлым реликвиям всё-таки придёт конец. Чжоу Цзюэ даже почудилось, будто в воздухе разлилась безмолвная тоска обречённых книг. Сам он, конечно, прекрасно понимал, что всё это вздор и разыгравшееся воображение.

Здесь тусклый свет из центрального прохода окончательно угасал. Стеллажи казались бездонными чёрными провалами, сквозь которые едва угадывались очертания корешков. К северу от них находилась глухая запертая кладовая, куда заглядывали от силы раз в год — проветрить старую бумагу. Достав плеер, Чжоу Цзюэ прибавил громкость на максимум, включил фонарик и шагнул в архивную зону.

Он не любил сюда ходить из-за удушливого запаха, к которому так и не смог привыкнуть за время работы. Это был не запах гнили или сырости, а какая-то странная, застоявшаяся вонь прелого хлопка с резкой, почти металлической ноткой сырой рыбы. Чжоу Цзюэ попытался разогнать воздух рукой, но тяжёлый дух висел мёртвым грузом. Зажав нос, он двинулся вперёд, решив по-быстрому сделать круг для проформы, а перекурить уже в более приятном месте. Парень прибавил шаг, даже не пытаясь разглядывать названия книг.

Вдруг из темноты со стороны закрытого склада кто-то выскочил. Фигура пронеслась мимо с невероятной скоростью. Чжоу Цзюэ успел лишь разглядеть, что это была женщина — её длинные чёрные волосы взметнулись в воздухе, словно траурная шёлковая вуаль, тянущаяся следом за стремительным силуэтом. Среди здешних сотрудниц женщин с такими волосами точно не водилось.

— Эй! Вы кто?! — крикнул он вслед.

Но таинственная незнакомка мгновенно растворилась в лабиринте книжных полок, не издав ни звука.

Чжоу Цзюэ застыл в замешательстве. Не успел он перевести дух, как за спиной раздался сухой шорох — будто кто-то лихорадочно, с безумной скоростью перелистывал страницы книги. Обернувшись, он обомлел: массивная дверь архивного склада, которая всегда была наглухо заперта, теперь зияла тёмным проёмом.

«Воры?»

Обожгла мысль.

Парень поспешил к складу. В гробовой тишине огромного зала теперь отчётливо звучали лишь его собственные шаги и прерывистое дыхание. Окружающие стеллажи нависали над ним, как безмолвные стражи. Чжоу Цзюэ почти добежал до дверей, как вдруг его щиколотку что-то крепко перехватило. От неожиданности он потерял равновесие и полетел вперёд. Спасая лицо от удара, он инстинктивно вцепился в подвернувшуюся полку, но пальцы лишь вырвали из плотного ряда какую-то увесистую книгу, и Чжоу Цзюэ с глухим стуком рухнул на грязный пол.

Прежде чем парень успел осознать, ушибся он или нет, сверху на него градом посыпались книги. Он заслонил голову руками. Провода наушников натянулись и выскочили из ушей; из брошенного на пол вкладыша едва слышно доносился писклявый ритм музыки, похожий на стрёкот цикады. С трудом приподнявшись на локтях, Чжоу Цзюэ услышал из глубины коридора встревоженный голос Лао Гу:

— Чжоу! Что там у тебя грохнуло? Всё цело?

Судорожно спихивая с себя увесистые тома, он крикнул в ответ:

— Всё нормально, дедушка Гу! Просто стеллаж задел, пара книг упала. Сейчас сложу и выйду!

Из прохода донеслось невнятное ворчание, и шаги старика затихли. Чжоу Цзюэ принялся поспешно сгребать рассыпанные книги с пола и, не глядя на шифры, заталкивать их обратно на полки. Однако, когда в его руках остался последний, самый старый том, парень обнаружил странность: книга никак не желала влезать на своё законное место. На полке просто не оставалось зазора, словно этот фолиант был здесь лишним. Чжоу Цзюэ с силой раздвинул соседние книги, пытаясь освободить хотя бы сантиметр пространства, но корешки стояли плотной, монолитной стеной.

— Эй, ну ты где застрял? — снова раздался голос Лао Гу, на этот раз уже с явным нетерпением. — Сяо Чжоу, вылезай давай, тут помощь нужна!

Чжоу Цзюэ мельком взглянул на упрямый фолиант. Книга была в потрёпанном грязно-жёлтом переплёте из плотного картона, местами покрытом тёмными пятнами плесени. Несмотря на убогий вид, сшита она была на совесть — корешок держался крепко, страницы не вываливались. Делать было нечего, и он просто отложил её в сторону, сунув на крайнюю полку. Перед тем как уйти, парень посветил фонариком под стеллаж, чтобы посмотреть, обо что же он так глупо споткнулся. Но пол под ногами был абсолютно чистым — ни торчащих гвоздей, ни зазоров между досками, ни обрывков верёвок.

Наверху снова нетерпеливо позвали его по имени. Он торопливо выбрался из архивной зоны. В главном зале его уже ждали коллеги. Смущённо улыбаясь, Чжоу Цзюэ принялся отряхивать джинсы:

— Извините, зацепился там в темноте, растянулся прямо на полу.

Директор, заметив, что парень с ног до головы покрыт серой пылью, сочувственно похлопал его по плечу, стряхивая грязь.

— Ладно, герои, за дело. Нам доставили новые поступления. Вы с Лао Чжао помогите дедушке Гу вытащить из архива ветхие книги под списание, а на их место сразу выставите новые поступления.

Лао Гу нахмурился и с некоторым сомнением уточнил:

— А самый дальний ряд стеллажей? Тот, что в тупике... Тоже трогаем?

Директор задумчиво почесал затылок, взвешивая все за и против, но в конце концов махнул рукой:

— Да списывайте всё к чёрту! Лежат там мёртвым грузом, только место занимают, никто их отродясь не открывал. Надо было ещё в прошлом году избавиться.

Лао Гу и Лао Чжао обменялись быстрыми, едва уловимыми взглядами. Чжоу Цзюэ не успел понять, что это значило, как старики уже дружно принялись за работу.

Пока они перетаскивали коробки, мысли парня всё время возвращались к недавнему происшествию. Тот мимолётный жест... Ему до сих пор казалось, что его ногу перехватила именно человеческая рука — сухая, холодная, с шершавой, покрытой какими-то струпьями кожей. Но стоило ему упасть, как это ощущение бесследно испарилось. Точно так же, как исчезла и та загадочная длинноволосая женщина. Чжоу Цзюэ не был суеверным человеком и не верил в дешёвые байки о привидениях, однако и упёртым материалистом его назвать было нельзя. Он придерживался прагматичного правила:

«Держись от чертовщины подальше, целее будешь».

Поразмыслив, он решил для себя, что впредь в тот тёмный архив в одиночку соваться не станет. Кто знает, может, в этих вековых стенах и правда завелось какое-нибудь книжное божество или неупокоенный дух.

Втроём они быстро управились с погрузкой. С тележкой дело шло гораздо быстрее: тяжёлые коробки с новыми книгами заняли свои места на стеллажах, а освободившуюся тару тут же начали забивать списанным хламом. Проходя мимо того самого стеллажа, Чжоу Цзюэ незаметно подхватил давешнюю жёлтую книгу и швырнул её на самое дно упаковочного ящика. Лао Гу размашисто надписал коробки маркером. Всё шло к тому, что старьё сегодня же уедет к букинистам или на макулатуру, и утренняя смена благополучно завершится.

Но когда коллеги со вздохом облегчения уселись пить чай в ожидании обеда, Чжоу Цзюэ расслабляться было некогда. Он пулей выскочил из здания, оседлал свой старенький велосипед и яростно нажал на педали, направляясь к университетским воротам, благо кампус находился всего в паре кварталов от библиотеки.

На самом деле Чжоу Цзюэ учился на втором курсе. Специальность у него была весьма экзотическая — «гуманитарные и социальные науки», что на простом языке означало обыкновенную этнографию и фольклористику. Сам он относился к своему обучению с изрядной долей самоиронии. Поступал-то он на престижную журналистику, но благополучно завалил профильные экзамены и прошёл лишь туда, куда ткнул пальцем наугад при подаче документов. От осознания этого факта ему порой хотелось биться головой о стену. С одной стороны, парень радовался, что зацепился за бюджетное место в приличном вузе, с другой — прекрасно понимал, что с таким дипломом его ждёт разве что карьера профессионального безработного. Любой выпускник заштатного колледжа с рабочей специальностью имел куда больше шансов устроиться в жизни, чем дипломированный знаток народных сказок.

В этот раз он примчался в кампус только ради того, чтобы забрать учебники на новый семестр и расписание занятий. Но, разумеется, умудрился опоздать: одногруппники и куратор давно разбежались, а двери аудитории оказались заперты наглухо. Чжоу Цзюэ в сердцах стукнул кулаком по косяку и с досадой сдул со лба растрепавшуюся от быстрой езды чёлку.

Вдруг прямо перед его носом возникла чья-то рука, сжимавшая стопку новеньких учебников. После утренних кошмаров парень дёрнулся как от удара током и резко обернулся.

За его спиной стоял высокий молодой мужчина в небрежно расстёгнутой серой рубашке. Из глубокого выреза на груди виднелся бронзовый демоноборческий пест — популярный в те годы тибетский оберег на кожаном шнурке. У Чжоу Цзюэ дома валялся точно такой же, но ему никогда не удавалось носить его с тем неуловимым налётом брутального изящества, который исходил от этого незнакомца. Стильные, явно дорогие джинсы сидели на нём идеально, а упавшая на глаза тёмная чёлка придавала ему сходство со столичной рок-звездой, случайно забредшей в провинциальный вуз.

Чжоу Цзюэ поспешно перехватил книги и рассыпался в благодарностях. Мужчина, державший в зубах незажжённую сигарету, молча указал подбородком на настенные часы в конце коридора. Чжоу Цзюэ виновато закивал:

— Ох, Брат Чэнь! Какими судьбами? Извини, завертелся на работе.

Этого человека звали Чэнь Хао, и на всём факультете не нашлось бы того, кто не слышал этого имени. Он учился в магистратуре отделения археологии и был ненамного старше Чжоу Цзюэ. Слава у него в вузе была специфическая: характер — кремень, манеры — полукриминальные. Ходили слухи, что на первом курсе он в одиночку уложил банду местных хулиганов из-за какой-то девицы. Тогда скандал поднялся до небес, Чэнь Хао светило гарантированное отчисление, но вмешались некие влиятельные покровители, и парень отделался даже без выговора в личное дело. Несмотря на свой вызывающий нрав, учился он блестяще. Это лишь укрепило веру студентов в то, что его «крыша» сидит где-то в ректорате или министерстве.

С ним никто не решался конфликтовать, но и близко не подпускал — Чэнь Хао держался особняком, как и подобает классическому одиночке. Девушки от его угрюмой, опасной харизмы были без ума: молчаливый хулиган с внешностью киноактёра быстро завоевал статус главного негласного секс-символа университета.

Чэнь Хао убрал сигарету за ухо, смерил парня равнодушным взглядом и, не проронив ни слова, развернулся и пошёл прочь. Чжоу Цзюэ облегчённо перевёл дух. С чего бы этому высокомерному типу вообще оставлять ему учебники? Раньше они даже не здоровались, а его дружеское «Брат Чэнь» было чистой воды попыткой сгладить неловкость.

Посмотрев вслед удаляющейся фигуре, Чжоу Цзюэ состроил забавную гримасу и открыл методичку. С удивлением обнаружив, что вся программа нового семестра посвящена истории народных верований, он заглянул в расписание лекций. И тут всё встало на свои места. В графе «Преподаватель» красовалась фамилия Чэнь Хао.

«Стоп...»

Парень озадаченно почесал в затылке.

«Как магистрант может вести лекции у бакалавров? В нашем вузе к преподаванию допускают минимум кандидатов наук. Или этот монстр умудрился за год защитить диссертацию экстерном?»

Он мысленно выругался. Мало того что этот парень прыгал через академические ступени с ловкостью горного козла, так теперь от его личного мнения зависела успеваемость Чжоу Цзюэ. Очевидно, перспектива завалить сессию из-за капризов новоявленного лектора-неформала становилась пугающе реальной.

«Ладно, главное — не мозолить ему глаза», — решил Чжоу Цзюэ, пряча книги в рюкзак и готовясь ехать обратно в библиотеку.

Но стоило ему сделать шаг к выходу, как Чэнь Хао внезапно развернулся и пошёл обратно. В его руке была ещё одна внушительная стопка книг, которую он непринуждённо держал одной ладонью за торцы корешков. Чжоу Цзюэ невольно залюбовался его хваткой — с такими ручищами парню действительно не составляло труда укладывать местных забияк пачками.

В этот момент внутри Чжоу Цзюэ завыла сирена интуиции. На подобные вещи у него был звериный нюх. Мать когда-то в шутку называла его «хитрым пронырой», на что отец лишь скептически замечал:

«Да ладно тебе, наш оболтус любого лиса вокруг пальца обведёт».

И сейчас этот оболтус чуял приближение крупных неприятностей.

Понимая, что разговор не сулит ничего хорошего, Чжоу Цзюэ попытался сыграть на опережение.

— Ещё раз спасибо, Брат Чэнь! Я безумно опаздываю на смену в библиотеку, так что побегу!

Он уже развернулся, чтобы дать дёру, но Чэнь Хао в два широких шага настиг его и тяжёлой ладонью прижал его к полу за плечо. Чжоу Цзюэ замер, медленно повернув к нему унылое лицо.

— Ты ведь подрабатываешь в библиотеке на Вэньсин? — не терпящим возражений тоном спросил Чэнь Хао. — Забери эти книги. Там на трёх из них приличная просрочка. Сделай так, чтобы в системе долга не числилось.

У Чжоу Цзюэ предательски дёрнулся уголок рта.

— И... насколько сильно они просрочены?

Чэнь Хао задумчиво потёр переносицу, припоминая детали:

— Сложно сказать точно. Года три. Может, четыре.

У Чжоу Цзюэ отнялся язык. Он даже заикаться начал от возмущения:

— Б-брат Чэнь... Ты хоть представляешь, какая там сумма набежала?! Четыре года! По двадцать мао в день за книгу — да там целое состояние!

Чэнь Хао спокойно выслушал его тираду, а затем невозмутимо похлопал парня по плечу:

— Чжоу Цзюэ с гуманитарного, верно? В этом семестре я читаю у вас курс. Считай, мы познакомились. Я люблю заводить полезные знакомства. Если сработаемся, то помимо учёбы станем хорошими приятелями. А для своих друзей мне ничего не жалко, поверь.

Чжоу Цзюэ натянул на лицо самую широкую и фальшивую улыбку, на какую был способен, согласно кивая головой. Внутри же он уже успел помянуть недобрым словом всех предков новоиспечённого преподавателя до седьмого колена. Слухи не врали: этот тип действительно был наглым бандитом. Использовать зачёт как рычаг давления на беззащитного студента в первый же день семестра — верх цинизма!

Не дожидаясь ответа, Чэнь Хао всунул тяжеленную пачку книг в руки Чжоу Цзюэ, по-дружески хлопнул его по плечу и щедрым жестом кинул ему дорогую сигарету. После чего развернулся и ушёл, оставив парня наедине с грузом его наглости.

Чжоу Цзюэ со вздохом засунул книги в рюкзак. Рано или поздно он найдёт способ поквитаться с этим наглецом, но сейчас спорить было себе дороже.

Он долетел до библиотеки на одном дыхании. Стоило ему войти в подсобку, как навстречу выплыл Лао Чжао, бережно держащий обеими руками термос с чаем. Старик с любопытством покосился на раздувшийся рюкзак парня:

— О, Сяо Чжоу, вернулся уже? Ну как там дела в твоём университете?

Понимая, что Лао Чжао прекрасно раскусил его самовольную отлучку, Чжоу Цзюэ примиряюще заулыбался:

— Дядя Чжао, вы же не выдадите меня директору? Я ведь утром за вас всю сверку сделал. Держите вот, лучше угощайтесь.

Он ловко выудил из кармана сигарету, полученную от Чэнь Хао, и протянул её старику. Лао Чжао поднёс табак к носу, смачно втянул аромат качественной марки и довольно прищурился. После чего дружески хлопнул Чжоу Цзюэ по плечу:

— Ну ладно, ладно, свои же люди. Дядя Чжао тебя не сдаст. Но в следующий раз предупреждай заранее, а то если директор внезапно нагрянет, отдуваться вместе будем.

Чжоу Цзюэ закивал, услужливо поднося зажигалку. Перекинувшись ещё парой шуток, они разошлись по своим местам. Вскоре Лао Чжао отправился на очередной обход залов, а Лао Гу мирно задремал под тихое шуршание радиоприёмника.

Убедившись, что путь свободен, Чжоу Цзюэ бесшумно, точно шпион на задании, скользнул к служебному компьютеру. Он достал принесённые книги и проверил их по базе.

Чжоу Цзюэ едва не расхохотался от злости. Каждая из книг была просрочена минимум на четыре года! Если бы в библиотеках существовала кредитная система, Чэнь Хао уже давно загремел бы в чёрные списки всех книгохранилищ страны, а коллекторы дежурили бы у его дверей круглосуточно.

Быстро войдя в админку базы данных под общим паролем, парень принялся зачищать историю выдачи. К счастью, за год работы здесь он успел изучить все лазейки системы. Он вручную аннулировал задолженность, распечатал свежие наклейки со штрихкодами и ловко переклеил их на форзацы книг, скрывая следы преступления.

Закончив, он подбросил очищенные тома в общую кучу литературы, готовой к возвращению на полки. Всё прошло без сучка и задоринки. В этот момент в подсобку вернулся Лао Чжао. Увидев, что парень копошится у тележки с новыми поступлениями, он решил, что тот вызвался разложить книги по местам. Чжоу Цзюэ не стал его разубеждать: если кто-то из стариков наткнётся на эти странные издания, они могут полезть в систему и обнаружить подлог. Лучше лично расставить их по местам и закрыть этот вопрос навсегда.

Толкая впереди себя нагруженную тележку, Чжоу Цзюэ мысленно подсчитывал выгоду:

«Может, теперь этот бандит хотя бы тройку автоматом поставит?»

Но тут же одёрнул себя — связываться с таким типом было себе дороже. Лектор с замашками уличного авторитета — это не просто преподаватель, это настоящий цербер от мира науки. Парень невольно прыснул от собственного сравнения.

Его тихий смешок прозвучал в мёртвой тишине читального зала подобно взрыву петарды. Несколько стариков, увлечённо читавших утренние газеты, недовольно вскинули головы и уставились на него поверх очков. Чжоу Цзюэ виновато вжал голову в плечи, выдавил извиняющуюся улыбку и поскорее скрылся в глубине книжных лабиринтов.

Убедившись, что за ним никто не наблюдает, он привычным жестом воткнул в уши наушники и включил музыку, лениво перебирая одной рукой корешки на полках для вида. Внезапно его пальцы наткнулись на что-то шершавое, и из плотного ряда с глухим стуком выпала книга.

Чжоу Цзюэ нагнулся, поднял её и застыл. В его руках снова лежал тот самый потрёпанный жёлтый фолиант, который никак не желал помещаться на полку утром.

Он озадаченно нахмурился и тихо пробормотал под нос:

— Что за чертовщина?.. Я же лично швырнул её на самое дно ящика для списания. Как она опять здесь оказалась? Неужели кто-то из читателей вытащил её и засунул обратно? Да нет, бред какой-то...

Парень быстро проверил библиотечный шифр на наклейке и сравнил его с индексами соседних томов. Код идеально совпадал с классификацией этого ряда. Значит, книга стояла ровно на своём месте, определённом системой. Но как такое возможно? Бумага пожелтела и пошла пятнами, этому изданию было никак не меньше сорока лет. Почему старый библиотечный раритет оказался в секторе современной прозы?

Странное совпадение не давало ему покоя. Сначала директор велит списать архив, затем в полумраке проносится загадочный силуэт, невидимая рука подставляет подножку, а теперь эта книга упрямо возвращается на полки...

Внутренний голос подсказывал Чжоу Цзюэ, что нужно немедленно бросить эту макулатуру обратно в коробку и уйти. Но проснувшееся любопытство оказалось сильнее здравого смысла. Было в этой книге нечто манящее, словно невидимый, но смутно знакомый призрак осторожно обнял его со спины, нашептывая тайны прямо на ухо.

Парень стянул наушники на шею и принялся внимательно изучать находку.

На потрёпанной обложке значилось название: «Кольцо Семерых». Ни имени автора, ни названия издательства, ни выходных данных на первых страницах не обнаружилось. Более того, кто-то варварски вырвал последний лист книги. На форзаце блёклыми чернилами синел старый штамп «Списано» — явное свидетельство того, что книга давно должна была лежать на свалке истории.

Вырванный финал лишь подтверждал его догадку: от книги избавились умышленно. Но как этот призрак умудрился просочиться в отдел новинок?

Приоткрыв обложку, Чжоу Цзюэ сморщился — изнутри пахнуло тем самым удушливым архивным духом прелой ткани и сырой рыбы. Перелистав несколько страниц, он понял, что держит в руках сборник повестей. Из-за отсутствия каких-либо копирайтов книга походила на самиздат или дешёвую пиратскую копию советских времён.

Парень перевернул плотный пожелтевший титульный лист. Первая глава носила то же название, что и вся книга — «Кольцо Семерых».

Забыв про тележку и работу, Чжоу Цзюэ прислонился спиной к стеллажу и погрузился в чтение.

http://bllate.org/book/18975/4543379